Хрупкое сознание

***

Это учебная неделя выдалась непростой. Куча контрольных, ответы у доски, мешающие именно в этот момент одноклассники, устные опросы, ну и конечно срез по истории на который Люси не хватило никаких физических и моральных сил на подготовку. Поэтому она ожидала нещадную, но вполне заслуженную двойку, хотя и мечтала о спасительной тройке. На этой неделе абсолютно не хватало ни на что времени. Да ещё и погода не располагала:частые ветры, слякоть, сильные, долгие дожди по ночам и их контраст легкая морось днем. Поэтому Люси не успела даже на минуту заглянуть к бабушке, а маме пришлось брать больничный из-за высокой температуры и сильного кашля. Лишь у Кирилла была стабильность-он всё так же ходил на работу, не забывая при этом покупать Марии лекарства, всячески ухаживал за супругой.

***

Люси шла по шумному и заполненному на половину коридору, поджимая и кусая губы. Она то ускоряла шаг, то замедляла его, смотря по сторонам и стараясь случайно не удариться об открытую дверь. Ей не хотелось туда. Ей не хотелось там быть. Не прошло и несколько минут как Люси оказалась перед тем злосчастным кабинетом. Она старалась не смотреть на него. Специально отошла к окну, под непонимающе взгляды одноклассников. Стараясь не выделяться и будто пытаясь слиться с толпой незнакомых ей школьников, Люси будто чувствовала сильную злость и печаль одновременно. Ей хотелось исчезнуть. Просто раствориться, уйти пропасть и больше никогда не появляться. Казалось бы обычная оценка и что? Одна единственная за четверть двойка почти ничего не поменяет. Но образы всплывающие в её забитой голове, не позволяли ей сосредоточиться на чем-то другом. На чем-то позитивном. Люси утопала в отчаянии, не слыша и не видя ничего вокруг. В уголках глаз стало влажно, взор покрылся мокрой пеленой. Перед глазами ещё с плохим самочувствием мама, смотрящая неодобряюще и пытаясь застыдить. Нос неприятно защипало, а несколько слез успело оставить солёные дорожки. Потом появилась бабушка с грустными глазами, которая смотрела в упор, исподлобья. Вдруг чей-то знакомый голос. Будто окрик. Заставил опомниться, словно это было ведро ледяной воды. Наконец сфокусировав взгляд, Люси заметила Соню, которая теребила её плечо. Она сразу протерла свои глаза, которые скорее всего сейчас были красными. —Эй!—Донеслось сквозь пелену.—Ты меня слышишь? София была напугана таким поведением подруги. А вот Люси в ответ на её слова смогла только кивнуть. Кое-как выдохнув, Софа продолжила. —Что случилось?—Она смотрела на неё оценивающем взглядом. Боясь за самочувствие Лу. —Я не знаю,—честно ответила Люси с непонятным взглядом, смотря на Соню. —Тогда почему ты стоишь в коридоре?—Она продолжила держать подругу за плечом, при этом сжимая сильнее.—Почему ты не на уроке? Люси будто осенило. Она стала смотреть, на дверь кабинета истории, позади Сони. «Я должна туда пойти и не должна их подвести»,—Лу поджимала губы и мялась на месте, сжимая кулаки до побелевших костяшек. София с подозрением посмотрела на подругу. —Ладно,—Софа убрала руку с чужого плеча.—Если всё правда нормально, тогда нам стоит пойти на урок. —Хорошо,—почти пробормотала Люси. Они зашли в класс. София сразу начала извиняться и придумывать оправдание. Люси же ей изредка поддакивала. Она старалась не смотреть ни на одного живого человека здесь, кроме спины своей подруги. Её взгляд направлен куда то между плинтусом и школьной доской. Одноклассники перешептывались, но ей почти все равно. Лишь бы опять не разрыдаться. —Ладно, садитесь,—с сомнением произнес историк.—Теперь мы продолжим на чем остановились. Подруги прошли в класс, благо повезло, что все взгляды были направлены на учителя, обьясняющего новую тему. Они сели на третьей парте у окна. И тоже стали вливаться в урок.

***

До конца конца занятия оставалось совсем ничего. —Записываем на дом параграфы,—учитель указал на доску.—Нужно прочитать и выписать даты. После этого все стали собираться, ну а особо шустрые уже мчались вон из кабинета. —А опоздавших Софию и Люси, прошу остаться,—после этого он отвернулся, стирая мел с доски. Переглянувшись, подруги наспех собрали вещи в рюкзак и подошли к учительскому столу. Историк в это время взял список их класса и судя по всему стал искать их фамилии. —На прошлой неделе мы писали срез, но из-за вашего опоздания вы не смогли узнать оценки,—учитель остановился, смотря на учениц и продолжил.—Поэтому я скажу вам сейчас. София просто стала смотреть на преподавателя ничего особо не ожидая. А Люси словно болела тахикардией. Её сердце билось быстро, глаза бегали. Она сново кусала губы, боясь услышать ответ. Этот ответ был ей жизненно необходимым, но при этом являлся почти смертным приговором. —Соня у тебя четыре с натяжкой,—с неким сомнением произнес историк, переведя взгляд на вторую девушку.—А вот у тебя два, Люси. Её будто кипятком ошпарило. Это не то что она хотела услышать. Это не то что ей было нужно. Это то чего она опасалась, боялась и обходила стороной. В глотке будто застрял ком, перекрывая  доступ к кислороду.  Она смотрела на преподавателя стараясь всеми силами сдержать слёзы. —Ну что? Когда будешь исправлять?—Сложил руки на груди учитель. Слова просто не складывались. Мысли путались в её голове. А навязчивые картинки не давали здраво реагировать. —Я-я не знаю,—наконец удалось промямлить ей.—А-а когда б-будет можно? Люси с силой выдавливала из себя слова, пытаясь строить нормальный диалог. Историк странно на неё смотрел, а подруга лишь мельком кидала сочувствующие взгляды. —Приходи завтра после уроков, будешь переписывать. Смотря на состояние Люси, Соня спешила помочь ей ретироваться из кабинета, который начал уже заполняться старшеклассниками. —Хорошо, мы вас поняли,—она взглянула на настенные часы.—Но нам уже пора идти. До свидания. И они покинули кабинет.

***

День шел очень медленно. Часы тянулись как жвачка, растягиваясь до сотен минут. А с таким состоянием как у Люси, он и вовсе казался невыносимым. Когда Лу возвращалась домой, она чувствовала себя выжатой. Она ощущала сильную усталость и потребность отдохнуть. Её голова болела, но это ещё можно было стерпеть. Снова начался дождь, подул ветер, а Люси как назло забыла зонт. Сегодня был только понедельник, однако ей казалось что хуже уже быть не может. Придя мокрой насквозь домой, Люси удивилась непривычной тишине. Хоть Кирилл и скорее всего был на работе, но ведь мама должна же быть дома.  Где же она? Лу постучалась, никто не подошёл. Поэтому порывшись в карманах, она достала ключи и открыла железную дверь. Сняв верхнюю одежду и обувь, Люси прошла в свою комнату, оставляя там портфель. Первым делам она решила зайти на кухню. Шторы были раздвинуты, пропуская солнечный свет. Чайник был ещё горячий и от него исходило немного пара. А на круглом столе, лежали ручка и записка. Буквы на бумажке скакали, но Люси было ясно. Это точно почерк мамы. —Но куда она спешила? Аккуратно взяв записку, она стала быстро читать её содержимое. «Прости, пришлось срочно ехать в больницу. Если что-то срочное сразу звони.                                           Мама» —Мама,—Зачем то ещё раз прочитала Люси.—Что случилось? И почему она мне не сказала? Лу недолго метаясь, взяла свой мобильник и набрала номер мамы. Прошло несколько гудков и она услышала типичные слова:«Абонент занят или находится вне зоны действия сети». Вздохнув она набрала её снова. Снова. Снова. Ещё раз. Снова. Но сделав несколько таких  попыток, никого нового результата не появилось. Люси встала, опираясь руками на стол и стала буравить записку взглядом. Только спустя несколько секунд, вспомнив о своей головной боли, про которую успела забыть. Набрав воды, Люси запила таблетку. И чуть не подавилась водой когда услышала звон своего телефона. Лу взяла его в руку, на дисплее написано:«Мама». Она не стала медлить и почти машинально ответила. —Алё,—послышалось с того конца. Голос звучал нервно и слегка отчаянно. —Привет, мам,—Люси напряглась, словно готовясь к чему-то серьезному.—Что случилось? После её слов, последовал тяжелый вздох. Настала короткая и давящая тишина. —Мам? —Люси,—Мария сделала паузу, обдумывая свои следующие слова.—Ты сможешь сейчас прийти в больницу к бабушке? —Что с ней? Что то случилось?—у Люси снова словно ком в глотке. А события прошедшего дня по очереди мелькают в сознании. —… —Мам? Мария сбросила трубку. Люси было страшно. Она боялась самого худшего исхода. Пускай они будут ругать её  и презирать. Пусть. Лишь бы с ними всё было хорошо.

***

В больничной палате было просторно. Окно было открыто на проветривание, а жалюзи колыхались от сильного ветра. Капли дождя стучали по отливу и стекали по стеклу. А помещение наполнилось прохладной свежестью. Взгляд Марии был направлен куда-то в окно, а руками она опиралась на подоконник, стараясь держаться ровно.  Рядом справа. Прямо на больничной койке. Было пусто. Там уже никто не лежит. Никто не дышит. Не слышит. Не видит. Не чувствует. А в голове лишь крутились слова врача: «Надеюсь вы понимаете почему так произошло? Последняя стадия рака. Это довольно тяжело, а меры по лечению были предприняты слишком поздно. В любом случае не забудьте про оформление документов.» Вдруг взгляд стал мутным, нечитаем. Плечи мелко дрожали. Она нервно кусала губы. В носу защипало. Ладони сильнее сжимали подоконник. Ноги стали почти ватными. А её глаза слезились, покрывая щеки солеными мокрыми дорожками. Неожиданно быстрые шаги, слышные прямиком из коридора. Чье-то дыхание снаружи у палаты. И легкий, но звонкий стук в дверь. —Мам ты здесь?