doudou

Оттянуть наступление вечера — этого хотелось Тэхену сейчас больше всего, а не американо, которое протягивает ему секретарша. — Спасибо, но лучше просто воды, — извиняюще протягивает Тэхен. От запаха кофе его начинает подташнивать. Он делает глоток из стакана, протянутого ему милой девушкой, а затем смотрит на часы. То, что он видит, его абсолютно не радует — рабочий день окончен 2 часа назад. Как назло, он закончил со всеми делами и причины оставаться дольше нет. Отпустив всех сотрудников по домам, омега спускается к машине. Ну что такое Тэхен? Это же не в первый раз, просто сядь и поезжай, засунув все свои ебанные чувства куда поглубже. Всего один вечер, ничего страшного не случится, — внушает он себе. Собственные мысли подбадривают его. Омега садится в машину, заводит движок и выезжает с парковки. Ехать до Со Ингука полчаса, и он пользуется этим временем, чтобы привести в порядок свои мысли и чувства. Подъехав к особняку, Тэхен видит, вышедшего ему навстречу альфу. Сердце от страха начинает биться чаще. Развернуться и уехать не получится, поэтому омега натягивает фальшивую улыбку. Ингук открывает дверь, и берет на руки омегу. — Я заждался, Тэхен, — альфа захлопывает дверь Астона ногой и примыкает к губам Кима. Тот неохотно отвечает на поцелуй. — Quelque chose s'est passé? — оторвавшись от персиковых губ, спрашивает альфа. — Non, c'est bon, — как можно более убедительно протягивает Тэхен. И чтобы не дать волю слезам, комком застрявших в горле, льнет к сухим губам, проталкивая свой язык глубже. Нет, не все в порядке. Я не в порядке. Разве ты не видишь, что отравляешь мой организм словно яд день за днем? Не отрываясь от поцелуя, Со затаскивает омегу домой, попутно расстёгивая на его груди кардиган. Альфа до боли кусает нежную кожу на открывающихся участках тела, оставляя метки. Дойдя до спальни, Ингук бросает обмякшее тело на кровать, садится на омегу сверху, не давая возможности пошевелиться. Тэхен хочет спросить об обещанном сюрпризе, чтобы отодвинуть неизбежное, но рука альфы в тот же миг сдавливает горло Кима. — Разговоры потом, — рычит Ингук. Когда вопрос касается его омеги, он становится жадным и агрессивным. Ему всегда мало, и он берет от Тэхена все до последней капли. Когда альфа понимает, что вопросов больше не будет, он ослабляет хватку. Рывком стягивает брюки вместе с трусами с тела омеги. Сняв свои джинсы, он выпускает на свободу набухший от возбуждения член. Ингук переворачивает Тэхена, ставит на четвереньки, и вгоняет сочащуюся от предэякулята головку в неразработанную дырочку. С губ омеги вырывается звонкий крик. — Мне больно. Прошу тебя, остановись, — всхлипывает Ким, когда альфа продолжает толкаться в тело Тэхена рывками. Но его слова остаются незамеченными, и с глаз омеги начинают стекать слезы, оставляя следы на белоснежной простыне. Со Ингук вгрызается в спину омеги, оставляя на ней следы от укусов, и продолжает вгонять резкими толчками свой член. Тэхен чувствует заполняющую его теплую жидкость, а значит его мучениям пришел конец, но почему от этого легче не становится? — Je t'aime, — выходя из тела омеги, мычит Ингук. Он тянется к губам Кима и оставляет на них тягучий поцелуй. — Мне нужно в душ, — толкая альфу в грудь, бормочет Тэхен. Стоя под струей горячей воды, он до красных пятен трет кожу, лишь бы смыть с себя кофейный запах альфы. — Ненавижу кофе, — закрывая кран, бормочет себе под нос Тэхен и, обернувшись полотенцем, выходит из ванной. — Время сюрприза, сладкий, — улыбается Со Ингук. В руках альфы небольшая бархатная коробочка. Со встает на одно колено и открывает ее. — Я знаю, ты всегда хотел эту сияющую красавицу. Да, Тэхен ему все уши прожужжал, когда узнал про The Vivid Pink. Омега тогда подумал, что этот розовый бриллиант весом в 5-карат идеально бы смотрелся на его длинных пальцах. Но он бы никогда не подумал, что получит это кольцо так скоро, еще и от него. — Ты станешь моим мужем? — в глазах альфы застыло непонятное Тэхену выражение.

Боже только не это.

Ему резко перестает хватать воздуха, в глазах начинает темнеть и омега не понимает, что происходит. Тело предательски немеет и последнее, что он слышит — глухой звук удара о кафель.