Кастелян

      Я вышел из последней двери последнего вагона. Где-то у паровоза зычный голос Хагрида созывал первокурсников и какого-то Гарри. Навстречу мне валила плотная толпа студентов постарше, направляющихся в обратную от великана сторону. Перрон освещался лишь дежурными лампами из тамбуров вагонов, далеким фонарем в руках «хранителя ключей» да луной в третьей четверти. Удивительно продуманный трансфер первогодок.       Оценив перспективу ломиться в полутьме против потока при моём-то росте, я отошел в тень кустов около перрона и решил пока запомнить место для возможного перехода.       Две платформы и два полотна между ними. Потёртый мостовой камень, никакого асфальта. Станционные строения из тёсаного валуна, потемневшего и замшелого. Несколько лавок, выкрашенных красным суриком. Имеется с десяток старых фонарей, почему-то не горящих. Высокий холм подпирает станцию с одной стороны, и ощущается крутой спуск к большой воде с другой. Лес и горы на горизонте. Каменистая почва. Где-то рядом небольшой населенный пункт, брешут собаки и тянет дровяным дымком из печей. Приметная табличка «Hogsmeade» в кованой оправе. Одуряющий запах вереска и полыни. Сильный магический фон. Достаточно.       Открыв глаза, я обнаружил, что за несколько минут перрон опустел. Хагрид увёл детей куда-то в сторону спуска с платформы, и догонять эту компанию во тьме на крутом влажном склоне не хотелось. Что ж, старшие студенты тоже топают в Хогвартс, с ними не потеряюсь.       Тропинка для старшекурсников вывела к «парковке», на которой расположилось множество самых настоящих карет. Около полусотни, старинного вида, кабинки на колёсиках выстроились в три ряда вдоль грязной неровной дороги и чего-то ждали. Лошадей, наверное. Лошадей при каретах не было.       Хотя… кто-то в упряжках всё-таки шевелился. Не доверяя свету единственного фонаря, который здесь пока ещё не погас, я подошел поближе. Дальний родственник лошади. Полупрозрачный, едва различимый в полумраке. Сквозь поджарое призрачное тело просвечивал не менее призрачный скелет. Зубы на вытянутой морде выглядели опасно, хотя существо не могло быть хищником — не нужны хищнику копыта на длинных тонких конечностях без возможности схватить и удержать. А еще лошадки были крылатыми: огромные перепончатые плоскости в шесть-восемь ростов размахом. Завершал картину длинный костяной хвост.       В магическом зрении существо полыхало тьмой. Глаза светились сизым огнём. Несмотря на ужасающий вид, опасности в животных не ощущалось. Протянув руку, я осторожно провел по вороной шее. Лошадь скосила на меня ошалелый взгляд и переступила копытами. А я вдруг почувствовал, что теряю всё тёмное, что скопилось во мне за последние дни: заключительные придирки Дурслей, дежурные нападки Дадли, мутную историю с рыжей компанией… Осталось только ожидание чуда, которое скрывалось уже совсем рядом, за небольшим леском.       Вот, значит, какие они бывают, тёмные твари.       Последние студенты рассаживались по каретам. Так уж получилось, что я стоял у находившейся в первых рядах повозки. А сяду-ка я на козлы, кучером. Всегда мечтал посмотреть на бегущую дорогу из кабины машиниста, а здесь даже стёкла окон мешать не будут. Устроившись поудобнее, я убедился, что детских аур на вокзале не осталось, и мысленно сказал: «Полетели!»       Как ни странно, кортеж послушно тронулся и начал ускоряться. Разогнавшись, призрачные лошади заработали крыльями, и кареты оторвались от земли. Медленно и бесшумно мы начали подниматься в воздух.       Из кабин донеслись удивлённые вопли, кто-то лихо засвистел — но я этого уже не слышал. Густые желтеющие кроны остались внизу. Открылось большое черное озеро, на краю которого трепетала россыпь огоньков отплывающих лодок. А на другом берегу стоял он.       Огромный замок на скале. Множество башен и башенок, ни одной одинаковой. Островерхие крыши. Высоченный донжон. Запутанные галереи, мостики и переходы. Протяжённый виадук над пропастью. Стены разной высоты и формы. Сотни светящихся окон. Несколько застекленных парников. И настоящий многоцветный пожар в магическом зрении.       Источник находился не в замке, а на полпути к Запретному лесу, глубоко под землёй. Видели научно-популярные кадры с солнечными протуберанцами? Пылающие многожильные дуги, причудливо изогнутые и удерживаемые мощным магнитным полем. Над Источником были сотни таких протуберанцев. Стабильным колоссальным фонтаном величественно истекавших из общего центра, медленно менявших форму, колосившихся, завивавшихся в спирали, переплетавшихся и вновь расходившихся на сотню километров в округе. Разноцветные, разнохарактерные, тёмные и светлые, бледные и яркие, мощные реки и тончайшие струи, текущие под землей, трепещущие в воздухе и отдельным искристым столпом уходящие в небо.       Хогвартс забирал едва ли десятину. Львиную долю этой стихии потреблял Лес. Остаток рассеивался по полям и пустошам.       Сам замок тоже поражал обилием кружев и чар, отсюда, конечно же, чётко не различимых. Имелось несколько огромных призрачных куполов.       Замок отражался в зеркальных водах озера тёплым светом своих окон. Довершало картину звездное небо, особенно выразительное по причине ясной погоды. Не знаю, как в будущем сложится моя жизнь здесь, но сейчас…       Повинуясь порыву, я отпустил наружу своё настроение и выдохнул магию к нему в помощь. Захотелось что-то добавить в эту картину — что-то, что не ухудшит ее, и чего, по-моему, не хватает.       Порыв свежего ветра расшевелил полы мантии. В воздух взвилась призрачная фигура. Сова. Тонкий золотистый контур, темно-синяя основа и солнечные звезды внутри. То, что нужно этому небу. Я радостно заорал.       В каретах захлопали, одобрительно заголосили. Рядом полыхнуло магией, и к сове присоединилась серебристая рысь. Фигуры закрутились в веселом воздушном танце. Новые магические всплески, и новые фигуры в небе. Волчица, коршун, горностай, чайка, собака-такса, дельфин, дрозд, ящерица — десятки новых призраков всё появлялись и появлялись. Вопил и аплодировал уже весь кортеж, и нам вторили из лодок.       Донжон полыхнул алым пламенем, и над замком появилась яркая огненная птица. Из Запретного леса выметнулась янтарно-коричневая лиса. Над озером с шипением поднялся изумрудный змей.       Все фигуры встретились в небе над замком и сделали торжественный облет над его границами. То одна, то другая серебристая зверушка вливалась в одну из цветных, делая ее четче и ярче. Я упустил момент, наши призраки немного изменились. Танец замедлился, складываясь в величественную, созданную коллективными усилиями картину. Над замком парил герб Хогвартса.       Флотилия лодочек с первоклассниками подплывала к замковому утесу. Сделав обзорный круг над башенками, кортеж пошел на снижение и через минуту тормозил у приветливо распахнутых створок главного входа, появившейся тряской возвращая нас на землю.       Возбужденно гомонящие студенты высыпали из карет и повалили внутрь. До меня донеслись обрывки тем: «фестралы», «патронусы» и «дадут пожрать». На козлы никто не оглядывался. Я подождал, пока толпа втянется в двери замка, слез с кучерской лавки, помахал на прощание лошадям и потопал следом.       Несмотря на ясную погоду, на каменный пол в замке толпа нанесла много грязи. Опять уборочные чары не работают? Я посмотрел вторым зрением. Так… Изношенное, давно не обновляемое кружево. Энтропия безжалостна, даже с наличием механизма самовосстановления. Отсутствует часть ключевых линий, некоторые секции узора неактивны. Поверх изначального рисунка кем-то полуслепым нанесено несколько ремонтных шунтов.       К сожалению, шунты легли с небольшим промахом, из-за чего плетение работает неэффективно и тратит много энергии. Сбитое позиционирование начинает очистку в глубине камня, бессмысленно отрабатывает с полминуты, поднимается на поверхность и выполняет полезную работу на остатках импульса. Конечно же, никто не ждёт полминуты на пороге, все идут дальше в грязной обуви.       Стыдись, Гарольд, не всем повезло с даром магического зрения. Чем иронизировать, лучше сделай как надо.       Убедившись в отсутствии свидетелей, я потянулся к силовому фидеру, перекрыл питание и убрал неудачные шунты. Теперь восстановим исходные линии, ориентируясь на соседние участки и знания об аналогичных плетениях своего Замка. Подождём, пока рисунок наполнится силой из замковых накопителей, еще раз всё проверим и… дадим начальный толчок застоявшемуся потоку в круговом контуре. Пошла циркуляция. Пол на глазах начал обретать первозданную чистоту. Вот теперь можно и заходить.       Я остановился на пороге. С удовлетворением понаблюдал, как туфли становятся не только чистыми, но и начищенными. Вполголоса произнёс:       — Здравствуй, Хогвартс. Будем знакомы.       На мгновение факелы вспыхнули ярче. Световая волна медленно прокатилась вдоль коридора, к которому недавно вели оставленные студентами грязные следы. Извини, но сегодня всё крыло починить не получится, нужно идти на распределение. Надеюсь, я тут на годы, ещё успеется.