Кастелян

      Мне казалось, что вопрос с моим участием в факультетской команде закрыт, но кто-то в руководстве был иного мнения. Четверг начался с бодрящего инцидента на завтраке.       Я спокойно поглощал овсянку, когда в зал традиционно влетели почтовые совы. Дождавшись летящего мне в тарелку «Ежедневного пророка», я привычно перехватил его и расслабился. Зря.       Многие в этот день впервые увидели, как делаются «грузовые авиаперевозки» в мире магии. В зал влетело шестеро крупных филинов, согласованно тащивших длинный свёрток. Бедные птицы немедленно оказались в фокусе всеобщего внимания.       Летающие тяжеловесы развернулись в направлении гриффиндорского стола, проплыли над любопытными головами и безошибочно отбомбились по моей голове. Я рефлекторно отклонил пикирующий груз заклинанием за спину, спасая завтрак. Ну конечно, кому ж еще может предназначаться самая крупная пакость дня? Обернувшись, я посмотрел на посылку, а потому прозевал момент, когда ещё одна, седьмая сова сбросила пакет с письмом в любовно порезанный бекон.       Метла угадывалась в упаковочной бумаге уверенно. Обретение совиной аниформы что-то сделало с моим зрением — оно стало острее даже в человеческом теле, так что я читал надписи, не касаясь и не наклоняясь к пакету. Ценное отправление с обязательным уведомлением о вручении лично в руки. Объявленная ценность — две тысячи галеонов. Отправитель и обратный адрес не указаны.       Плохо. От посылки явственно попахивало неприятностями.       — Гарри! Что это? Кто это тебе прислал?       Рон вскочил и бесцеремонно поднял свёрток. Попытался разорвать упаковку. Наивный албанец. «С уведомлением о вручении лично» — вскрыть пакет может только адресат, собственными руками, о чем немедленно будет отправлено заверенное магическое сообщение.       Я обернулся и взглянул на письмо. Обычное, без обратного адреса, без магических меток и зелий внутри.       — Гарри! Да тут метла! — заорал Уизли на весь зал. Он прекратил терзать защищённый пергамент и увлеченно ощупывал содержимое. — Какая-то очень непростая. Ну же, открывай быстрее!       Я разорвал конверт с письмом. «НЕ ОТКРЫВАЙТЕ ПОСЫЛКУ ЗА СТОЛОМ!» — гласило анонимное послание. Я покосился на Уизли. Определённо, просьба запоздала. — «В ней — ваша новая метла «Нимбус-2000», но я не хочу, чтобы все знали об этом, в противном случае все первокурсники начнут просить, чтобы им разрешили иметь личные мётлы. Надеюсь увидеть вас на ней в составе команды».       Я посмотрел на Уизли. Он нёсся со свёртком к слизеринскому столу. Нужно быстро принимать решение, что делать.       Самый очевидный ход — передать метлу в команду Гриффиндора. Пусть Вуд решает, кого на неё сажать. К сожалению, здесь возможен один нехороший сценарий.       Посылка — с высокой объявленной ценностью и отправкой заверенного подтверждения о получении. Однако никаких документов о передаче прав ценной собственности не прилагается. Следовательно, данный случай может рассматриваться как передача на ответственное хранение, под которым косвенно появится моя подпись. Да, ребёнку, да, небрежно написанный адрес, но кто у нас тут главный судья в стране?       Итак. Если я сам иду в команду на этой метле — то всё нормально. О формальностях никто не вспоминает, пользуйся, Гарри, на здоровье. Но это не устраивает меня. Тренировки, дурацкая игра… А ещё — сильнейший повод для зависти и справедливого негодования. Почему только для меня сделано исключение? Почему только для гриффиндорца? Почему настолько крутая метла?       И кстати — я покосился на Рона, потрясающего свёртком перед Малфоем с компанией — для усиления этого негодования уже всё делается. Места случайностям не оставлено. Не вариант.       Путь второй. Я отдаю метлу Вуду, отказываясь играть лично. Меня по-доброму пытаются уговорить, убеждают передумать — я отказываюсь. И тогда вдруг объявляется «владелец» дорогой метлы. Ой, отправлена не туда, ой, нужно вернуть. Ой, а что это за царапина? Мальчик мой, ты хоть представляешь, насколько она обесценивает эту коллекционную вещь? Плати две тысячи. А таких денег у меня быть не может. Десять тысяч фунтов, цена автомобиля. Нет, я-то их наскребу, но это меня вскроет куда фатальнее. Не вариант.       Путь третий. Отправить посылку назад, невскрытой. И вот поэтому-то на ней нет обратного адреса.       Ай да шахматист. Всё закрыл! Хотя… Адрес не указан, но уведомление-то куда-то должно идти. Стало быть, технически он есть, но я его не вижу, видит только почтовая магия. А могу я отправить её обратно, так и не узнав имя благодетеля? Так… я ведь приобретал каталог почтовых услуг. Вспоминай, Гарольд… Точно, есть такая операция. Небесплатная.       Перепалка у слизеринского стола разгоралась сильнее. Похоже, отведённое мне время стремительно истекает. Как назло, в голову кто-то пытается залезть. Снейпа в зале нет, кстати. Не к добру это, Слизерин направленно провоцируют, а декан отсутствует. Совпадение? Не надейтесь.       Так, с легилиментом на таком расстоянии справится Мира. Достав карандаш, быстро пишу короткий ответ прямо на анонимной депеше. Теперь… как бы провернуть всё так, чтобы сверлящий во мне дырку взглядом Дамблдор не увидел слишком много?       Показательно морщусь и тру виски руками. Типа, дед, не ломись столь напористо, голова от тебя болит. Ставлю локти на стол — идеальные манеры! — кладу на ладони голову, закрыв лицо от большинства взглядов.       — Фиби! — шепчу я беззвучно. — Ты мне нужна, но так, чтобы тебя никто не видел.       — Что Фиби может сделать для мистера Поттера? — тихо звучит над ухом. На столе она стоит, что ли?       — Ты можешь отнести и отправить посылку с почтового отделения?       — Фиби может. Но в Хогвартсе есть свои совы.       — К сожалению, это особая посылка.       — Фиби может.       — Хорошо. У рыжего парня по имени Рональд Уизли сейчас объёмистый свёрток. В нем — метла, на которой летают. Видишь его?       — Фиби видит Рональда Уизли, свёрток и метлу.       — Хорошо. Это — дорогая посылка с уведомлением о вручении. Мне. Но вскрывать мне её нельзя. Мне нужно отправить её назад, отправителю. Обратный адрес не указан, но он есть…       — Фиби видит обратный адрес. Фиби знает, кто отправитель.       — Я тоже догадываюсь, но нам нужно, чтобы посылка была отправлена официально, с почтового отделения. Тогда с меня будут сняты обязательства.       — Фиби поняла. Но такая отправка может стоить денег?       — Денег я дам. Ты готова выслушать, что нужно делать?       — Да.       Перепалка перешла в ругань. Но форсировать инструктаж нельзя — домовичка должна понять всю схему.       — Ты должна взять посылку у Рональда Уизли, оставаясь невидимой. Она отправлена мне, я разрешаю.       — Фиби сделает так, что посылка просто исчезнет из рук предателя крови.       Я вздрогнул. Ладно, сейчас не время.       — Далее. У меня под локтем лежит свёрнутое письмо. Тоже возьми его, незаметно, можно прямо сейчас. Ты должна прикрепить его к посылке, чтобы оно дошло вместе с нею. К сожалению, на сопровождающем посылку письме тоже нет обратного адреса, так что ответ нельзя отправить отдельно.       — Фиби поняла и взяла письмо.       — Далее, — не шевелясь, я материализовал монеты под ободком тарелки, прямо из хранилища. — Под тарелкой — двадцать галеонов. Должно хватить с запасом. Возьми и их.       — Фиби взяла.       — Ты должна отнести всё перечисленное в почтовое отделение. Если хватит сил — чуть подальше Хогсмида, если нет — в ближайшее, в Хогсмиде.       — У Фиби хватит сил.       — Ты должна отправить посылку по следующему прейскуранту: «Отправка ценного отправления обратно отправителю, со взятием обратного адреса из уведомления о вручении, по причине: Ошибочное отправление». Запомнила?       Фиби повторила, слово в слово.       — И главное. Ты должна получить заверенную квитанцию об этом отправлении.       — Фиби поняла.       — Расплатишься этими деньгами. Квитанцию и сдачу принесёшь мне и передашь, когда вокруг никого не будет.       — Фиби поняла.       Оскорбительные крики Уизли начали приближаться.       — Выполняй.       Я поднял голову. Вовремя. К столу приближался Малфой, и был он натурально в бешенстве. В холодном бешенстве, но я-то мог сравнить обычного Малфоя и… этого.       Уизли далеко отстал, так что Малфой не видел, как из рук Рона внезапно исчез злополучный свёрток. Собственно, рыжий и сам это не сразу заметил. Удивлённо посмотрел на руку, оглянулся, стал искать его на земле.       — Поттер! Это — метла! — Малфой ткнул пальцем куда-то за спину. Да как можно было так его накрутить? Малфой не говорил — он шипел.       — Первокурсникам нельзя иметь свои мётлы. ЭТО ПРАВИЛО! Так какого ты…       — Посылка пришла по ошибке. Я…       — Не смей! — Драко, в отличие от Уизли, не орал, но его слышали. Никто не решался вмешиваться в разговор: отчасти Малфой озвучивал общие мысли.       Что-то было не так. Сама по себе метла не могла вывести его из себя настолько сильно. Что за… Его зрачки двигаются как-то необычно. Моё совиное зрение… Его что, опоили?       Может, ещё удастся сгладить конфликт или отложить развязку до прихода декана змеек? Нужно говорить покороче, впрессовывая в минимум слов самую необходимую информацию.       — Метлы больше…       Лицо Малфоя внезапно стало спокойным.       — Дуэль, Поттер! Сегодня, в полночь, в Зале наград.       — Мы согласны! — заорал подскочивший Уизли.       Наследник рода Малфой развернулся и зашагал прочь. Крэбб последовал за ним, Гойл на мгновение обернулся и коротко посмотрел мне в глаза, но тоже поспешил за лидером.       Драко, ну как же так? У тебя же есть комплект наследника, да и опыта тебе не занимать. Где Снейп, когда он так нужен?       Так, опять считаем. Понятно, что вызов на дуэль в такой форме — ничтожен. Тут и моё право на выбор места и времени, и то, что драться с Малфоем должен «мы»-Уизли и его невидимый друг. Но Малфой-младший откровенно себя подставляет. Кому нужно?       Попечительский совет взялся за мётлы, и нужно создать рычаг давления на одного из ключевых членов? Мелковато как-то, но в качестве комплексной меры к чему-то ещё… ладно, отбрасывать не будем.       Малфой-младший приходит на дуэль, его берут тёпленьким и в чём-то обвиняют? В чём? Что, кроме отработки, ему грозит? Могут ли за дуэли, которые здесь запрещены, исключить из Хогвартса? Вряд ли, но присовокупив что-то еще… Что? Понятно, что Дамблдору нужны крючки, а не политические трупы, но можно ли создать серьёзный крючок из такого проступка?       Начать в прессе компанию по дискредитации? Тут можно даже не гадать, мне банально не хватает информации о раскладах.       Хорошо. Допустим, я хочу вытащить Драко. Что можно сделать?       Путь первый. Окликнуть, напомнить об условиях вызова, назначить своё место и время… Какое, где? Да хоть бы «идём, регистрируем у Флитвика официальный учебный поединок, он назначит место и время». Я посмотрел на полугоблина. Его логику предсказывать не берусь, но он только что спокойно проигнорировал весь этот вопящий концерт. И не говорите, что не слышал. Нет. Вариант может выгореть, а может нет: если Флитвик в деле, он меня просто пошлёт, а я лишусь свободы манёвра.       Путь второй…       — Гарри, я буду твоим секундантом! Мы покажем ему…       Рыжий придурок орал прямо в ухо. Я обновил щит, отодвигая Уизли на полметра от себя. Вырубить бы слух и сосредоточиться, но уж больно много начальства на меня смотрит. Я осторожно обвёл глазами слизеринский стол. Невозмутимые лица, безукоризненные манеры. По какой-то причине они не вмешиваются. Не могут?       — … в полдвенадцатого — достаточно, чтобы успеть. Знаешь, зачем нужен секундант? Он закапывает твой труп, если тебя завалят. Но не ссы, вы пока не умеете ничего опасного. Если он выстрелит проклятием, лучше увернись, потому что я забыл, как их отбивать. А если…       — Хватит, вы оба! — не выдержала Грэйнджер. Почему оба-то?       — А можно здесь поесть спокойно? — блеснул умением делать толстые намёки рыжий. Даже не представляю, сколько людей сейчас хотели бы задать тот же вопрос ЕМУ.       Но Грэйнджер было нелегко сбить с выбранного курса.       — Гарри, — она повернулась ко мне. — Ты не можешь просто так бродить ночью по школе. Если тебя поймают, Гриффиндор получит штрафные очки. А тебя обязательно поймают. И если после всего тебе наплевать на факультет, то это — самый настоящий эгоизм.       — Вообще-то, это не твоё дело! — опять вылез Уизли. — Это только мужское… э-э, дело.       Грэйнджер продолжала смотреть на меня.       — Пора идти на Травологию, — сказал я спокойно, надевая сумку на плечо и вставая.       — Вот, я и говорю, — опять завёл шарманку рыжий. — Смотри. Если у тебя не сработает палочка, просто дай ему в ры… ай! Да что за?..       Уизли не мог выбраться из-за лавки. Каждая попытка приводила к тому, что он падал обратно. Что мешает, он тоже рассмотреть не мог — тяжёлая лавка была придвинута к столу, а желудок набит тройной порцией омлета.       — Гарри, подожди! Да подождите же… Предатели!       Шнурки ботинок у Рональда Уизли были намертво связаны. Узлы вязались долго, затейливо и прочно. Доставший всех монолог служил хорошим стимулом для здоровой злости. Кто на самом деле сотворил эту маленькую, но эффективную месть, сказать было решительно невозможно. Желающих набралась бы едва ли не половина зала. А что есть магия, как не воплощённое желание?       Перекапывая компостные кучи — да, сегодня всем нам планово досталась именно эта работа — я продолжал размышлять. Самое толковое — сообщить о происходящем Снейпу. Пусть разбирается. Как там называл его Драко? «Дядя Сев». Племянник, крестник, дружба семьями? Так или иначе, наиболее близкий ему из известных мне здесь.       Следуя на обед, я увидел шагающую в том же направлении Гринграсс. Поравнявшись, задал негромкий вопрос:       — Гринграсс, где Снейп? Очень нужен.       — Отсутствует до завтрашнего утра.       Ответив мне, она ускорилась. Холодная отповедь меня не обманула. Основная информация выдана коротко, невзирая на церемонии, а большего мне почему-то сказать не хотят или не могут.

* * *

      Я сидел в своей комнате и мрачно размышлял, что делать дальше. На столе лежала квитанция, принесённая Фиби. Хоть здесь всё в порядке. А вот попытка отправить Снейпу сову провалилась. В почтовом отделении, откуда я попробовал послать общественную птицу, мне пояснили, что адресат, скорее всего, находится в месте, закрытом от сов. Оставался загадочный патронус, вызывать которого я не умею.       Что я тогда делал? Выпустил свою магию. Я попробовал выпустить Пустоту. И ещё больше. Ноль эффекта, что ожидаемо.       Моя сова была тёмно-синей с золотыми звёздами. Жизнь! Моя вторая стихия, то, чем я обычно не пользуюсь, потому что учить некому. Жизнюки работают с учениками только лично. Гильдия целителей и здесь, в Британии — закрытое сообщество, не публикующее своих профессиональных знаний в открытом доступе.       С непривычки было непросто, но немного сырой жизненной стихии я выдавил. Красиво. Похоже на ночное небо. Но призрачной совы не появилось.       Что еще? Я был в восторге, щедро поделился переполнявшей радостью. И… попросил? Попросил выразить восторг наиболее красиво.       Восторг сейчас в дефиците, но нужна помощь. «Патронус» — это ведь покровитель, не так ли? Попробуем.       Открыть каналы. Фиолетовый бархат Пустоты. Золотые созвездия Жизни. Ты здесь уже был когда-то, помнишь? Если не занят, мне бы не помешало немного твоей помощи.       Отклик, очень далёкий. Не наш мир. Он не может прорваться. Нужно больше магии. Звёзды засияли гуще, появилась полоска Млечного пути. Бархат приобрёл глубину, и… на стол бесшумно приземлилась знакомая призрачная сова.       А ведь это не магия. В смысле, не заклинание, не кружево, не конструкт. Самое настоящее, живое существо. Интересно, каков их мир? Знают ли британские волшебники, что «Экспекто Патронум» — это Зов, а не заклинание?       — Нужно передать послание. Адресат — Северус Снейп, — я представил нашего профессора.       Сова по-особому наклонила голову. Сам побывав в этом теле, я догадался, что сейчас она внимательно слушает.       — Профессор Снейп, это Гарольд Поттер. С Драко Малфоем неприятности. Видимо, его опоили, он неадекватен. Назначил мне дуэль в полночь в Зале наград, и сделал это на глазах у всего Большого зала. Очевидно, это провокация, но он нелогичен и в бешенстве, хотя повод не соответствует его воспитанию. Необходимо ваше присутствие до полуночи.       Сова подняла на меня взгляд.       — Доставить послание, — вспомнил я слова МакГонагалл.       Призрак взмахнул крыльями и исчез. Я облегчённо выдохнул. Дело сделано…       Сова появилась вновь. Хм, не помню, чтобы МакГонагалл приносили уведомление о доставке. Призрак посмотрел мне в глаза, и в голове появился чужой образ. Стремительный полёт по странному, выворачивающемуся лазу… нет, по трём лазам, видимым сразу тремя парами глаз одновременно. Это ты так воспринимаешь наш мир? Мне вспомнилась похожая картина в одной из комнат Хаоса. Немудрено, почему вы стараетесь не задерживаться у нас надолго.       Все три лаза внезапно оборвались глухими стенами.       — Адресат закрыт барьером от таких существ, как ты? Ты попробовал три пути, но везде упёрся в преграду?       Пришёл образ согласия.       — Спасибо за помощь, друг. Извини, что побеспокоил.       Сова взлетела, сделала круг по комнате и исчезла.       Само по себе наличие барьеров не является необычным. Особняк какого-нибудь параноидального лорда, закрытое специализированное учреждение, особо важный разговор. Гоблинский банк, министерский кабинет, тюрьма, привередливый клиент — гадать можно бесконечно. Абонент — вне доступной связи, потерпите до утра. А патронус не может объяснить даже примерное место, где находится адресат — он, похоже, перемещается в нашем мире по иной метрике.       Очевидно, слизеринцы попробовали то же, что и я, поняли бесперспективность этого пути и потому немногословны. Вмешаться напрямую почему-то не могут. Я остался в одиночестве.       Проще всего не пойти на дурацкую встречу. Формально я прав: придурок Уизли сам вызвался, это его дуэль, вообще-то. Оставим этот вариант на крайний случай и попробуем сделать больше: вывести из-под удара и Малфоя-младшего.

* * *

      До самого ужина я готовился. Проверять пришлось на себе, так что аппетит на вечерней трапезе у меня отсутствовал. Ну да не до еды сейчас. В Большой зал я намеренно зашёл со стороны слизеринского стола и, проходя мимо Малфоя, поставил на него маркер, облегчающий удалённое плетение заклинаний.       Сев за свой стол, привычно отгородился щитом и начал выплетать весь подготовленный комплекс в ауре породистого блондина. Извини, Драко, но в полночь ты будешь занят другим делом. Надеюсь, — я посмотрел на Крэбба и Гойла, бросавших иногда на меня короткие взгляды, — хоть один из твоих телохранителей не только сильный, но и умный, и догадается, что надо делать. Сам Драко продолжал презрительно кривиться и сверлить меня злыми глазами.       Уизли на время отстал, переключившись на общение с народом. Грэйнджер смотрела волком. Я был невозмутимо равнодушен и молчалив.       Вопреки своим привычкам, вечером Грэйнджер устроилась в гостиной не за столом, а на диване, с которого хорошо просматривались все входы и выходы. В руках у неё была лёгкая книга, от которой она постоянно отвлекалась. Будет стойко дежурить до полуночи?       — Ты куда? — загородила она проход, когда я направился к выходу около девяти.       — На отработку. У меня полтора месяца отработок, Грэйнджер.       — Почему так поздно? Скоро комендантский час.       — Такое время мне назначила МакГонагалл. Приказ никто не отменял. Хочешь — пойдём со мной, поможешь.       Возразить по делу ей было нечего. Она уже убедилась, что аргумент «ты врёшь!» я спокойно игнорирую. Удивительно другое: почему-то никто не замечает, что я вкалываю допоздна каждый день, и только сегодня вдруг стал популярен.       Нужно, наверное, рассказать, как теперь проходили мои отработки. Я стал осторожнее. Уборочные плетения и тем более «генеральная уборка» отныне никогда не запускались там, где я работал последние несколько дней. Я наловчился быстрее находить и исправлять дефекты замковых плетений. Делал это преимущественно днём, устроившись на подоконнике с книжкой или в какой-нибудь нише с рыцарскими доспехами. Удобные они, эти ниши, и наверняка не один десяток детских поколений провёл в них вот так, сидя в покое и незаметности, отдыхая от принудительной социализации. Очень может быть, для того их и делали.       После холла единственная «генеральная уборка» была запущена на внешней галерее, без моего присутствия, в два часа ночи. Галерея находится снаружи, так что с моими отработками не связана даже в теории. Больше обновлений не было: частить с ними нельзя, оптимально запускать этот затратный процесс не более двух раз в неделю.       Так что на отработках я честно убирал при помощи «Тергео» помещения, в которых ещё не восстановил штатные чары. Филч подобрел. Он, вообще-то, нормальный человек, просто обычно имеет дело с детьми, которые ему только гадят. Их немного, таких детей, но именно их ему и присылают на отработки. Да и что прикажете делать? Наняли сквиба, поставили задачу «обеспечивать порядок» с вагоном дел в сопровождение, и оставили одного перед сотнями изнывающих от скуки малолеток-магов.       И ладно бы руководство находилось на одной волне с собственными распоряжениями о соблюдении порядка, но… Что, разве сложно поставить на входе в гостиную Гриффиндора учётную систему — кто вошёл, кто вышел? У нас на факультете — ровно один вход. Близнецы Уизли идут на дело через эту единственную дверь, на глазах у всех. Но нет, нужно устроить систему патрулей, кучу лазеек и бодрящий адреналин ночных погонь.       А за что любить отдельных малолетних мудаков, взрывающих у тебя навозные бомбы? Вот вы бы что сказали, вывали у вас мелкий ублюдок перед входом в квартиру тонну дерьма из выгребной ямы? «Онижедети, дайтеимшанс»? Напоминаю, дерьмо убирать — вам. И завтра — тоже вам.       — Уже поздно, мистер Поттер, — подошёл ко мне Филч в начале одиннадцатого. — Давайте мы с миссис Норрис проводим вас до гостиной.       — Спасибо, мистер Филч. Я и сам могу дойти, у вас куча дел…       — А нам как раз по пути. Профессора Снейпа нет, мы одни на обходе. Пойдёмте.       Некоторое время мы шли молча.       — Надеюсь, вы сегодня не собираетесь делать глупостей, мистер Поттер?       Жаль, ни один преподаватель мне такого вопроса не задал. Только завхоз беспокоится.       — У нас завтра первой парой — Зельеварение. Сами знаете, у профессора Снейпа… нужна очень трезвая голова, да и той не всегда хватает.       — Это да, — усмехнулся Филч. — Слагхорн был добрее.       — Слагхорн?       — Профессор Гораций Слагхорн, вёл «Зелья» до Снейпа. У него учились и сам Снейп, и ваша мама, и… не к ночи будет помянут…       Филч прервался. У входа на наш факультет прямо на полу спал Лонгботтом. Причина прояснилась быстро: на двери отсутствовала Полная Дама. Именно сегодня ей вздумалось гульнуть по местным кабакам. Сволочь. Против меня даже портреты играют. В то, что это случайность, я не поверил ни на секунду. Удобнейший поворот: Поттер вернулся с отработок и якобы не смог войти. Отличная хохма, мистер Поттер, а теперь без вранья!       Вместе мы растолкали Невилла.       — Вставайте, мистер Лонгботтом, простудитесь. Я открою двери, входите и больше сегодня никуда не выходите. Вам понятно, мистер Поттер?       — Вполне, — я посмотрел на завхоза. В то, что он случайно вызвался меня проводить до предательских дверей, я почему-то тоже не верил. — Спасибо вам за заботу.       Мы расстались.

* * *

      — Гарольд Поттер, ты… — Грэйнджер возмущённо вскочила с дивана, но тут увидела Лонгботтома. — Невилл, от тебя я вообще такого не ожидала!       — Гарри, ты готов? До полдвенадцатого уже недолго, но лучше выйти заранее! — рыжий тоже дожидался меня с нетерпением.       В последний момент я удержал конструкт с убойной дозой паралича голосовых связок. Не время и не место. Слишком много внимания к сегодняшнему сценарию. Игнорируя Уизли, я посмотрел на Грэйнджер.       — На входной двери нет Толстой Леди. Портрет пуст.       — Что? Не выдумывай, этого не может быть.       — Можешь проверить сама, только назад уже не войдёшь.       Грэйнджер с подозрением посмотрела на дверь.       — А как же вы вошли тогда?       — Мимо патрулировал Филч со своей компанией, — зная, что меня слушает рыжий, я решил отвести удар от старика. — Кошка нас почуяла, конечно. Пришлось выслушать кучу злобной грязи про пустующий карцер и начищенные кандалы, но крыть ему было нечем. Отпер дверь и впустил.       Лонгботтом стоял мрачный и угрюмый. Понял мою игру.       — Он снял с вас баллы?       — Филч не может снимать баллы, — включился в разговор Невилл. — Обещал доложить с утра Снейпу.       — Да ничего нам не будет. Я возвращался с отработки, Лонгботтом спал под дверью.       — Так… — Грэйнджер опять посмотрела на дверь. — А как же теперь…       — Никак. Дверь работает в одну сторону. Выйти можно, войти нельзя. Sapienti sat.       Я развернулся и пошёл в комнату.       — Гарри, подожди! А как же… Да б…!       Уизли растянулся на полу, споткнувшись о невидимую ступеньку.       — Иди спать, Гермиона, — бросил я через плечо, входя на мужскую половину.       Общий план был несложный: нейтрализовать Малфоя на эту ночь. Примерно с одиннадцати вечера его с настойчивой периодичностью станет призывать «белый друг». Через двадцать минут диарея сменится повторяющейся рвотой, а к половине двенадцатого начнут валить на пол сильные приступы головокружения. Точные меры воздействия на гладкую мускулатуру, гортань с пищеводом и внутреннее ухо я подбирал на себе. Делал это в Саргасе и долго потом отлёживался, а за ужином ничего так и не съел. К половине первого интенсивность воздействия начнёт спадать, а в час ночи безусловно прекратится — этот момент я продублировал независимыми блоками.       Расчёт строится на том, что умные телохранители, оценив тяжесть симптомов, оттащат Драко в больницу и обеспечат железное алиби. Надеюсь, Слизерин дружнее Гриффиндора и старосты примут участие, чтобы не возникло проблем от хождения по замку в неположенное время.       Помфри проведёт диагностику и, возможно, обнаружит отраву, которой Драко наглотался утром. Скорее всего, мои «дразнилки» также найдут и нейтрализуют — они расположены в анатомически очевидных местах. В любом случае медведьме должно хватить ума оставить Малфоя до утра в больничном крыле, для верности накачав снотворным.       В плане-минимум Драко упрётся и останется на факультете, но сохранять вертикальное положение до двух ночи в любом случае не сможет.       Остаётся неясная возня вокруг меня. Днём я поместил в гостиной и коридоре несколько наблюдательных артефактов — аналогов камер наблюдения, без звука. Купил в Средоточии. В Саргас решил не уходить, пока ситуация не разрешится так или иначе.       Уизли томился в гостиной до половины двенадцатого. Вместе с ним несла караул Грэйнджер с книгой. Парочка вяло переругивалась, изыскивая способы борьбы со сном. Когда стало ясно, что я не появлюсь, рыжий скрылся в спальне и вышел оттуда с полусонным, одетым в пижаму Лонгботтомом. Что за?..       Перепалка возобновилась с новой силой. Грэйнджер перекрыла собой путь к выходу, Уизли с ней спорил, Лонгботтом обречённо молчал. Наконец стороны о чём-то договорились и вышли наружу. Втроём. Абзац.       Больше всего я был разочарован в Невилле. Но вытаскивать ещё и его не буду. Он должен научиться говорить «нет». Сам. Драко — иное дело. Его опоили. Может быть, и меня когда-нибудь вытащат, такого же беспомощного. Да что там, уже вытаскивали — Снейп, в больнице. Нужно смотреть на дела.       Я сидел и молча ожидал развития событий. Полночь. Драко уже должен быть в больнице. Троица идиотов — в Зале наград, под пристальным наблюдением кого-то из руководства. Их немного подержат, ожидая Малфоя, после чего возьмут с поличным. Или устроят шутовскую погоню…       Возвращение затягивалось. А потом… Около часа ночи в гостиную вошли МакГонагалл, Филч, Уизли и Грэйнджер. Доброй ночи, декан, рады, наконец, увидеть вас на вашем факультете!       Сарказм быстро выветрился, когда я оценил внешний вид детей. Уизли слегка потрёпан, в перепачканой мантии и с поцарапанным лицом. У Грэйнджер — перебинтована левая кисть. Не понял! Моё заклинание не сработало и они таки подрались с неадекватным Малфоем? А где Лонгботтом?       МакГонагалл оглянулась и направилась на мужскую половину. А я бросился лихорадочно переодеваться. Халат и шлёпанцы на голые ноги. Ну нет у меня пижамы — я ночую в тропиках, а не в шотландском замке. Так, растрепать волосы, придавить скомканную одежду к лицу — типа, полоса от подушки, вид позаспаннее… Чуть не забыл — кровать разобрать! Всё, выходим.       МакГонагалл стучала в дверь Перси. Перси нужно время, чтобы проснуться, прогрузиться, открыть щеколду… Я появляюсь из-под скрывающей мою комнату иллюзии незаметно, так что декан обнаружила меня, стоящего посреди коридора, не сразу.       — Мистер Поттер! Где вы были?       Я заторможенно оглянулся в конец коридора, откуда якобы шёл. Обречённо посмотрел на неё. Час ночи, начальник, дай поспать, а?       — В туалете.       Открылась дверь старосты, вышел Перси в пижаме со звёздочками. Подтянулись Рон и Гермиона. Ну да, девчонкам можно. Вид у Грэйнджер был бледноватый, Рон смотрел с досадой. Сзади замаячил Филч. Оценив мой внешний вид, старик заметно расслабился.       МакГонагалл взмахнула палочкой. Свет факелов перешёл на полный режим. Я зажмурился.       — Я спрашиваю, где вы были этой ночью?       — Здесь. У себя. Как обычно.       — Мистер Поттер, вы…       — Что произошло, вы можете сказать? Что за очередной армагеддон я имел наглость проспать?       — Здесь я задаю вопросы! Где вы были, начиная с ужина?       Я помедлил, вспоминая.       — Пришел в гостиную. Это видела куча народу. Около девяти пошел на отработку…       — В комендантский час? Кто вам…       — Вы. Это ваш приказ и ваше время. «Когда остальные отдыхают, вы будете…» и так далее.       — Я… Так, ладно. Кто может это подтвердить?       Я посмотрел на Грэйнджер.       — Профессор, это так, — ответила Гермиона. — Я его не хотела выпускать сначала, но…       — С вами будет отдельный разговор, мисс Грэйнджер.       — Профессор, мистер Поттер действительно прибыл на отработку в девять, как обычно. Он не опаздывает, — заговорил Филч. — Я поставил его убирать восточное крыло на втором этаже. Миссис Норрис за ним приглядывала. Он работал до половины одиннадцатого.       — А потом, конечно же, он пошёл в Зал наград.       Я вдохнул, чтобы ответить, но меня опередил Филч.       — Я проводил его до гостиной, лично, — он рассказал про дверь без консьержки и спящего Лонгботтома. Было видно, что МакГонагалл с готовностью отбросила бы аргумент с Полной Дамой как нелепый, но это было свидетельство Филча. Ох, и отыграются на старике…       В коридор начали выходить студенты, разбуженные громким разговором под дверью и жаждущие заткнуть долбодятлов и вернуть нормальные условия для сна. Увидев декана с Филчем, притормаживали и оставались послушать.       — Так… И вы выждали время, после чего отправились…       — Спать. Я отправился спать, мэм. И Лонгботтом тоже отправился спать. И Грэйнджер посоветовал сделать то же самое.       — А дуэль?       Да она даже не палится.       — Какая ещё дуэль?       — В полночь, в Зале наград!       — Мэм, — устало ответил я. — У нас завтра с утра Снейп, очень злой и очень… снейп. Мне неинтересно, чем там будут заниматься младший Уизли с Малфоем под видом дуэли.       — Как вы можете! Почему вместо вас должен драться ваш друг?       — Вас кто-то дважды ввёл в заблуждение. На полночь в Зале наград была назначена только одна дуэль — Драко Малфоя с Роном Уизли. И я не дружу с людьми, которые называют меня ур…       — Врешь!!! Это твоя дуэль, все слышали! — рыжий шагнул ко мне с традиционно сжатыми кулаками.       — Нет. Даже собаки в Хогсмиде слышали, что согласился на вызов ты. Уж не знаю, зачем, но…       — Он согласился от вашего имени, мистер Поттер!       Я ошалело уставился на неё. Народ возмущённо загомонил.       — Вы… вот это сейчас серьёзно?       — Да как вы…       — То есть, — перебивая, вставил я, — я сейчас пойду к папаше Гринграсс, обзову его жёлтым земляным червяком и скажу: «А отвечать будет МакГонагалл. МЫ СОГЛАСНЫ!»       МакГонагалл хватала ртом воздух. Гомон превратился в возбуждённый базар и хохот. Посыпались советы, что ещё сказать Главе древнего Рода.       — Да как вы… Никогда ранее…       — Мэм, — сказал я примирительно. — Вы спросили, почему я пошёл спать. Я вижу это именно так. Дуэль — не моя. Дуэли здесь — вообще запрещены правилами. Я привычно проигнорировал очередную авантюру Уизли-младшего и пошёл спать.       — Месяц отработок, — продышавшись, выдала декан.       — Плюс тридцать отработок у мистера Филча, за отказ нарушать правила Хогвартса, — спокойно констатировал я. Факелы мигнули. — Принято. Я могу идти спать?       — Нет!       Я со вздохом перевёл взгляд на стену. Ну, пусть потешится. У меня вагон времени, чтобы отоспаться в Саргасе.       — Теперь вы, — обернулась декан к паре штрафников. — Ваш сегодняшний…       Она запнулась. Оглядела собравшихся вокруг. Поджала губы и припечатала:       — Каждому — отработка у Филча. Сами знаете за что.       Уизли, как ему казалось, незаметно скривил губы в пренебрежении. Грэйнджер поражённо вскинулась.       — Да, мисс Грэйнджер! Уж от вас-то я этого никак не ожидала. Приличные ученицы не лезут в…       Опять осечка. Пропорциональность наказания впечатляет, но куда интереснее то, что именно МакГонагалл хочет, но не может высказать. Впрочем, мне — неинтересно. В этом дешёвом сюжете ровно одна Большая Тайна, на «запретный» начинается, на «коридор» заканчивается. И почему они шли в Зал наград, а попали на третий этаж — тоже неинтересно, их вёл Уизли с навязчивой идеей о сундуке галеонов. Больше беспокоит отсутствие Лонгботтома. Судя по перебинтованной руке Грэйнджер, поиск придётся начинать с больницы.       — Отправляйтесь спать. Это всех касается!       Народ загомонил и начал расходиться. Я отчаянно зевнул. Определённо, режим сегодня поломан окончательно.       — Перси! Лонгботтом попал в больничное крыло. С утра проверьте…       О чём ещё говорила МакГонагалл со старостой, я слушать не стал. Исчезновение под дверной иллюзией столь же незаметно, как и проявление. Надеюсь, теперь этот день наконец-то закончится.