Лучший подарок

Тэхёну и Чонгуку с самого начала своих отношений приходилось нелегко. Положение гей-пары в гомофобной стране осложнял плотный график в набирающей популярность группе и жизнь под практически постоянным прицелом камер. Чонгуку тогда было всего семнадцать, Тэхёну — девятнадцать, и они являлись первой любовью друг у друга. А потому Тэхён и Чонгук не могли позволить себе торопиться в отношениях. Этого, по правде говоря, и не хотелось. Они не торопились и тогда, когда дело всё-таки дошло до постели. Каждый раз особым удовольствием было в романтически-приглушённом свете лечь на расправленную кровать, соблазнительно-медленно стянуть друг с друга одежду и насладиться каждым сантиметром кожи поцелуями и прикосновениями, перемежая это словами о силе своих чувств друг к другу… Со временем любовь Тэхёна и Чонгука лишь крепла, а популярность BTS только росла. Но времени, которое можно было провести наедине друг с другом, было всё меньше, а романтические вечера и бессонные ночи стали непозволительной роскошью для тех, кто, казалось бы, мог позволить себе всё, что угодно. Порой всё, что им оставалось, это уйти на тридцать минут во время какой-нибудь церемонии после вручения наград — буквально сбежать, потому что непреодолимо сильно хочется хочется выплестнуть нахлынувшие эмоции — пережить их и прочувстовать с человеком, которого любишь всей душой, сердцем и телом. Они врывались в первое попавшееся помещение, которое можно было закрыть, и прижимались друг к другу, не снимая одежды — даже так прекрасно чувствуя любовный жар, пронизывающий каждую клеточку тела. А после — занимались до искр в глазах быстрым и крышесносным сексом. Все так же не снимая одежды. И не имея возможности её снять… Порой Чонгук быстро подхватывал Тэхёна и усаживал на какую-нибудь стиральную машинку, ящик или даже бочку — в полутьме подсобных помещений они и не разбирали, что именно. А потом сам опускался ниже, на колени, привычным движением стягивал со своего парня брюки, бельё и… Тэхёну, прежде чем соврешнно забыться в ощущениях, оставалось лишь простонать: — Называешь меня невинным… Понимаю, почему… Возможно, Чонгуку всё же хотелось забрать свои слова назад в те многочисленные моменты, когда Тэхён разворачивал его к стене и прижимался сзади своим телом, быстро и властно. А Чонгук был только рад позволить, поддаться этим прикосновениям и одной на двоих страсти… Не удивительно, что за столько лет они уже приобрели достаточно опыта для того, чтобы такие сильные и спонтанные всплески чувств уместить в жалкие полчаса. А всё потому, что возвращаться назад — туда, где нужно было играть лишь отлично сработавшихся коллег и хороших друзей — нужно было очень быстро. Чем дольше отсутствие (а тем более, совместное), тем больше вопросов, которых и так с каждым разом всё увеличивалось и увеличивалось. Тэхён и Чонгук уже так привыкли к подобному быстрому сексу, что часто забывали, как могли ночи напролёт лежать в обнимку, разговаривать и тягуче-медленно целоваться. Даже когда им удавалось добраться до кровати, они всё спешили и спешили — нужно было ещё оставить время выспаться, которого и так катастрофически не хватало. Постоянные разъезды, разные часовые пояса, тренировки, фотосессии, съемки, реклама… Несмотря на удобные привычки и опыт, в этом бешеном ритме жизни Тэхёну и Чонгуку всё же, конечно, хотелось найти побольше времени на свою любовь — и когда это удавалось, сердца парней сразу наполнялись особенной нежностью. К счастью их обоих, это произошло и в долгожданный День рождения Чонгука. В строгом расписании Тэхёна не получилось выделить время, чтобы оказаться в Сеуле заранее. Но, к огромному счастью обоих парней, прилёт в Южную Корею был ранним утром. Это значило, что Чонгуку и Тэхёну вместе предстояло провести ещё целый день. Провести целый день, налаждаясь любовью и лаской друг друга — так, как хотелось им; так, как велили их сердца. Несмотря на такую загруженность, на необходимость скрывать свои отношения, Тэхён и Чонгук были счастливы. И особенно — в эту важную дату. Первого сентября они вместе устраивали себе романтический вечер. Сначала Чонгук и Тэхён готовили, как всегда, то и дело касаясь друг друга. А именинник говорил комплименты своему возлюбленному гораздо чаще, чем давал кулинарные советы… Затем парни с наслаждением ели, пили белое вино, смеялись и говорили, говорили, говорили. Будто бы они не виделись давным-давно, и вовсе не Чонгук и Тэхён недавно тратили такое драгоценное время сна, болтая по видеосвязи… Весь этот день Чонгук радовался приезду своего возлюбленного и много-много говорил о том, как же всё-таки сильно любит его; о том, что не перестаёт удивляться, какой же Тэхён всё-таки невероятный. — Ты сегодня подарил мне столько хороших слов, что я тоже чувствую себя именинником… — Ким наконец нашёл момент, чтобы, благодарно улыбаясь, озвучить эту мысль. — Всё правильно. Так и должно быть, — серьёзно кивнул Чон. — Это наше День рождения… Ведь мы неделимы, — с этими словами он провёл рукой по одной из своих татуировок. Впечатлённый жестом, значащим столь много, Тэхён вдумчиво поцеловал недавно вновь наполнившуюся цветом неувядающую лилию на руке своего возлюбленного — цветок первого сентября, цветок Чонгука, цветок, который значил «Дари мне свою любовь». И, как всегда следуя значению своего зимоцвета, Тэхён, конечно, был невероятно счастлив её дарить. Затем он оставил поцелуй на недавно появившейся за ухом семёрке, символизирующую нерушимую связь не только их, но и всех BTS — такую, что порой ребятам казалось, что если бы они не набили эти семерки, те проступили бы сами. От места за ухом Тэхён перешёл к самому уху, одному из многих излюбленных мест на теле своего возлюбленного. Тэхён обожал легонько покусывать ухо Чонгука, чуть оттягивать его и рычать, опаляя кожу горячим дыханием, обводить контуры языком, засовываеть его внутрь и в кольца серёжек. И просто обожал целовать. Но далеко не только уши. Скулы, шею, щёки, нос, лоб, губы, губы, губы… — Знаешь, это лучший подарок… — проговорил Чонгук, когда они разорвали очередной долгий и влажный поцелуй. «Ты так говоришь почти каждый год», — Тэхён не произнёс эту фразу, но по-доброму улыбнулся, глядя в глаза. «Знаю, — подумал Чонгук. — Но ведь это действительно так». И улыбнулся Тэхёну в ответ.