Это всего лишь сон

Антон сидит на твёрдой поверхности парты, сцепив свои длиннющие ноги за спиной любимого учителя, кой склонился и нежно целовал мягкие губы ученика, пока тот изо всех сил притягивал его ближе, крепче сцепляя ноги на пояснице, прижимаясь грудью к желанному телу. Руки Арсения чудно обвили тело ученика, ответно прижимая к груди. Антон растворялся в этом неком изобилии объятий, чувствуя, как приятно начинает кружиться голова. Страстные поцелуи распаляли ещё сильнее, а руки, которые спустились на круглые ягодицы, попеременно сминая их, чувствовались так по правильному, будто так и должно быть, завязывая тугой узел внизу живота. Антон отстранился от сладких губ с громким причмокиванием, скользнув на шею, оставляя на ней тысячи мелких поцелуев, дрожащими пальцами от возбуждения, расстёгивая белоснежную рубашку Арсения, спускаясь поцелуями ниже, аккуратно прикусывая косточку ключицы под шумный выдох. — Милый, поработаешь ротиком? — пробормотал он, взяв Шастуна за подбородок, коснувшись губами его уха, языком цепляя мочку, оставляя на ней вмятинки от зубов. Антона повело от этого хрипловатого голоса, от невероятно кайфового, размеренного дыхания возле уха, от болезненного, в противовес приятному ощущению после укуса, от головокружительного запаха одеколона и крепкого кофе. В жизни Антона есть человек, без которого он представить не мог бы своего существования. Сама мысль о том, что он может исчезнуть, приводит его в ужас. Он слепо любит Арсения и готов бесконечно долго закрывать глаза на его ошибки и проступки. Лишь бы взаимоотношения складывались хорошо. Пошло улыбнувшись, Шаст спустился на пол, застланный паркетом, и медленно опустился на колени. Снял с чёрных брюк ремень, который в ту же секунду оказался в руках учителя, расстегнул ширинку и пропустил руку под боксёры, нежно прикасаясь к самому заветному. Мужчина тяжело выдохнул, закрыв глаза. Антон начинает покрывать поцелуями член, обвитый выступающими венками и красной головкой, видя, как он увеличивается в размерах. Погружает орган в рот, постепенно заглатывая всё больше, лаская его внутри языком, пытаясь обвести каждую венку, в скором времени втягивая щёки и расслабляя горло, дав возможность проникнуть глубже, видя, как Арсений теряет контроль над собой. Он складывает ремень вдвое и касается им кожи на щеке, плавно водя вверх-вниз и из стороны в сторону, глядя поплывшим взглядом в глаза ученика, кой невинно смотрит снизу-вверх, даже не помогая себе руками, чем срывает тормоза Попова окончательно. Мужчина выглядит просто сногсшибательно. С наполовину расстёгнутой рубашкой, благодаря чему виден очерк ключиц, россыпь родинок, часто вздымающаяся грудь и острый кадык. Вышеназванный чувствует, что достигает предела: выходит из горячего рта и недолго водит всё ещё налитой кровью головкой по порозовевшим приоткрытым губам, пока шатен игриво достаёт язык и его кончиком мажет по органу. Он рывком притягивает парня к себе, поставив на ноги, и принимается освобождать юное тело от мешающей одежды. — Молодец, — произносит низким голосом, попутно целуя пухлые губы, чувствуя на них предэякулят. Арсений заводит тонкие запястья Антона за спину, потуже сцепляя их своим кожаным ремнём. Вещь неприятно трется о нежную кожу при каждой попытке пошевелить руками, посылая болевые ощущения по обоим запястьям, побуждая сдвинуть светлые брови к переносице и тихо прошипеть. Учитель надавливает на спину Антона, тот падает на парту, соприкасаясь грудью и левой стороной лица с прохладной поверхностью. Брюнет прикладывает два пальца к губам парня, тот всё быстро понимает и открывает рот, принимая пальцы, и тут же обхватывает их губами, начав посасывать. Учитель гладит его по волосам и через некоторое время вынимает пальцы с заурядным хлюпом, опускается на одно колено, начав массировать колечко мышц, проталкивая внутрь пока только один палец. Шастун принимает его спокойно, без лишних движений бёдрами, болезненных стонов и всего прочего. — Ты растягивал себя сам? — задаётся вопросом мужчина и добавляет второй палец, не церемонясь, двигая ими внутри. Антон произносит тихое «да» и чувствует, как прибавляется третий. Его всего распирает от приятных ощущений и пальцев в своей заднице, удовлетворенно выстанывая имя брюнета, сжимая руки в кулаки. — Будь тихим, — шепчет на ухо преподаватель, поднявшись с колена, берётся одной рукой за ремень на запястьях парня, а другой придерживает член, медленно погружая его в растянутую дырочку. Заставив Антона прогнуться в спине, потянув на себя ремешок, он входит одним резким движением, выбивая из шатена тягучий стон, который в ту же секунду отражают стены помещения. В надежде хоть как-то заставить парня быть тихим, закрывает своей большой ладонью рот и начинает двигаться, сильнее притягивая чужие запястья ближе за твёрдый ремешок, выгибая парня в пояснице. Он мычит в ладонь, всё сильнее и сильнее вгоняя ногти в свои ладошки, оставляя на них кровавые полумесяцы. Его изнывающий член касается края парты, заставляя при каждом соприкосновении колени подрагивать и глушить свои стоны в Арсову ладонь. — Шастун, — слышится сверху под новый грубый толчок, — Антон, — ещё один и ещё один. Парень закрывает веки, жмурясь от удовольствия вперемешку с приятной болью, и разжимает кулаки, растопыривая пальцы, когда новый толчок приходится ровно по простате. — Шастун! — мальчик вздрагивает. Открывает глаза и видит перед собой Арсения Сергеевича, который аккуратно треплет парня за плечо. Понадобилось пару секунд, дабы понять, что он находится в кабинете психологии, сложив руки на парте и положив на них голову. Он быстро-быстро моргает и принимает ровное сидячее положение, осматриваясь вокруг. Все стулья пусты, так же, как и сам кабинет. Нет не единой души его одноклассников, лишь Арсений Сергеевич, чья рука аккуратно проникает в густые кудряшки, нежно поглаживая кожу головы. Парень дёргается и вскакивает с места, скинув чужую руку, смотря на обеспокоенного преподавателя. — Извините, — смотреть в глаза становится стыдно, его щеки покрываются румянцем, а на руках начинают звенеть браслеты от подрагивающих рук, — Я пойду, — впопыхах закинув в рюкзак всю канцелярию, разбросанную по парте и пару тетрадей, Антон выбежал из кабинета, вытирая обратной стороной ладони выступивший пот со лба, пока Арсений улыбался в ему вслед. Он несётся сломя голову на первый этаж в мужской туалет, желая умыться холодной водой и прописать эротический сон с Поповым в кошмары, даже не догадываясь о том, что учитель слышал из его уст сладостные стоны и своё имя, помимо этого, заприметив крепкий стояк. Шастун мечтает о близости с преподавателем, но пока это остаётся только в его мечтах, потому что решиться на серьёзный шаг, признаться в любви — он ещё не готов.