У меня нет Ирландии

Скорпиус стоял около входа в Большой зал справа от дверей, где должны были собраться старосты, чтобы получить последнии инструкции от директора насчет дисциплины на Балу, до которого оставалось всего пол часа. На эту неделю - выпускные экзамены и сам Бал, в Хогвартсе остались только выпускники, младшие курсы уже уехали домой, поэтому старост было только четверо: он со Слизерина, Роза с Эдвардом с Равенкло и Грег Сэймон с Хаффлапафа. Он не знал насчет остальных троих, но в его планы на этот вечер никак не входило следить за дисциплиной на Балу, он рассчитывал что после того как случится то, что он запланировал, он уйдет в свою комнату с Маисой и не выйдет оттуда до самого завтрака. На выговор по этому поводу ему было все равно - уже завтра он уедет отсюда, а диплом и характеристика будут в руках не позже чем через час, так что ему уже никто ничего не сможет сделать. А провести последнюю ночь в своей комнате, занимаясь сексом со своей невестой, ему будет намного интереснее, чем следить за тем как бы кто-нибудь не напился. Парень сам не ожидал от себя, что решится на такой ответственный шаг как предложение, все-таки им только недавно исполнилось восемнадцать, но почему-то для него это казалось очень естественным и правильным - ради того, что связывало их три с половиной года, сейчас дать обещания друг другу, чтобы чувство долга и ответственности держало их от соблазнов измен и других отношений, пока они будут учиться далеко друг от друга. Это выглядело как выход, потому что он думал, что любил Маису и не хотел ее отпускать, а измену вряд ли простил бы.       Последние два года, как он стал старостой факультета, они с Мэйсон и так походили на семейную пару - занимались каждый собой и своими интересами, пересекаясь только на совместных занятиях и ночью в его спальне. Их отношениям уже не нужны были прогулки за ручку вокруг озера, цветы или свидания в Хогсмиде, они стали взрослее и намного больше держались исключительно на сексе, в котором они идеально подходили друг другу, начиная от его регулярности и заканчивая предпочтениями Скорпиуса, на которые Маиса всегда с легкостью соглашалась. Секса у них было действительно много, и он был настолько потрясающим, что за все то время, как они были вместе, так же сильно он не хотел никакую другую девушку. И она это прекрасно знала. Она упивалась своей исключительностью для него, играла на его желаниях и слабостях, постоянно искушала и подводила к черте его самообладания. Если бы он ежедневно не снимал напряжение, иногда даже несколько раз в день, он не знал как бы вообще жил и функционировал все это время - его мозги точно были бы набекрень из-за постоянного желания и невозможности сосредоточиться на чем-то другом, и он определенно был бы в разы менее продуктивен и деятелен. Еще Малфою было искренне жаль всех тех девственников, мучающихся от недотраха (как например подошедший только что Грег Сэймон), так же как ему было жаль и себя в будущем, потому что абсолютно не представлял, как сможет со всем этим справляться следующие два года исключительно только встречами по выходным, которые они обсуждали с Маисой. Но… Время покажет. И если быть честным, парень не знал кому больше была нужна эта помолвка - ему или ей. Потому что он и так не стал бы ей изменять, а зная ее легкомысленный характер, ее наверняка не остановит даже кольцо на пальце.       Скорпиус решил, что если они продержаться два года вдали друг от друга без измен, обманов и претензий, то он женится на ней. Да, Маиса не была для него идеальной девушкой, которая подходила бы на роль жены, например, она была жуткой эгоисткой совсем не любила и не хотела детей, считала что не обязана тратить на их воспитание драгоценное время и силы, которое может отдавать себе. Благодаря большому состоянию своих родителей, она была очень избалована и все возникающие вопросы решала с помощью денег, как будто откупаясь от заботы, которую от нее ждали. Но, будучи сам из обеспеченной семьи, Скорпиус ценил намного больше чисто человеческую эмпатию - способность искренне слушать, разделять его интересы, чувства, без слов понимать о чем он думает в тот или иной момент. Иногда Маисе удачно получалось играть эту роль, но здесь ключевое было - играть, вся ее внимательность не была искренней и Малфой не раз в этом убеждался. Он не знал как долго их брак смог бы продержаться на сексе и взаимном притяжении, но когда тебе восемнадцать, свойственно думать категорично - он считал, что его любовь и забота смогу исправить ее, что со временем ветренность ее характера изменится и они станут ближе в душевном плане.        И тут он вспомнил Розу. Скорпиус знал, что она - та девушка, с которой у него бы возможно получилось построить теплые душевные отношения, если бы он захотел. Она всегда выделялась для него. Парень считал ее родственной душой, чувствовал к ней эмоциональную близость, и если бы он позволял себе общаться с ней больше, то точно испытывал бы намного больше симпатии, чем у него была к ней сейчас. На четвертом курсе они даже флиртовали какое-то время и он почти пригласил ее на Святочный Бал вместо Маисы, но тогда она абсолютно не интересовала его в физическом плане. Роза привлекала его исключительно платонически - своим умом и добрым характером, эрудированностью и доброй душой, и в тот момент проявившиеся симпатичные формы, грудь и аппетитная задница Мэйсон сыграли в его выборе ключевую роль. И даже сейчас все оставалось так же - только взглянув на Маису у него уже стоял, тогда как Роза вроде и повзрослела, похорошела, начала за собой ухаживать и пользоваться косметикой, да и в целом стала симпатичнее, но до сих пор была не в его вкусе - она была очень долговязой, на каблуках наверное даже выше чем он, без большой груди и ярковыдающихся форм, с худощавыми длинными руками и ногами. Она стала бы идеальной моделью для маггловских модных журналов, которые периодически он видел у Маисы, но это совсем не тот типаж, который его привлекал. Мэйсон же была невысокого роста, миниатюрная, в то же время с пышными формами - большими грудями, между которыми она могла с легкостью зажать член и трахать его, с длинными волосами, которые он любил наматывать на кулак во время секса, с упругой и аккуратной задницей, которую он всегда больно шлепал до красноты, пока вставлял ей сзади. Он не мог представить Уизли даже в сотой части того сексуального опыта, который он пережил с Маисой, Роза для него стояла где-то особняком от всех девушек - идеальная, чистая, к которой нельзя даже в мыслях относится подобным образом. Наверное, будь он старше, он бы очень хотел быть только с Уизли, но, ему было восемнадцать, и наверное сложно винить его в том, что пока вместо порывов души он в первую очередь слушал свое желание просто хорошо трахаться.       Скорпиус обернулся и столкнулся взглядом с Розой, которая стояла на вершине лестницы, ведущей к Большому залу. Она была в пышном, воздушном светло-голубом платье, с прямой линией выреза от плеча до плеча и длинными прозрачными рукавами. Талия и верх были украшены белой и голубой жемчужной вышивкой, и в целом несмотря на то, что платье было довольно простым и закрытым - открывало только плечи, оно очень шло Розе. В сочетании с ее кудрявыми рыжими волосами и цветочным ободком, весь образ делал ее похожей на милую и добрую фею. Он вежливо улыбнулся ей, она слегка кивнула и перевела взгляд позади него, там где уже стояли другие старосты - Грег Сэймон и Эдвард Хелвик и стала улыбаться им уже более широкой и искренней улыбкой. Скорпиуса немного кольнуло то, что он удостоился лишь кивка в свою сторону, но пусть будет так - ни к чему им лишние заигрывания. Когда девушка ступила первый шаг на летницу, парень изменил свое мнение о кажущейся невинности ее платья - в подоле справа у платья был разрез, очень длинный  разрез, доходящий до самого верха бедра, и ее нога, обутая в туфли на высоких каблуках, показавшаяся среди бесконечного количества оборок и ткани выглянула оттуда такой стройной и соблазнительной, с аккуратным изгибом икры и худым бедром, что Скорпиус сглотнул и решил отвернуться, чтобы не пялиться так откровенно на ее ноги. Возможно он не так оценивал свои сексуальные предпочтения, и кажется сейчас впервые ощутил, что может испытывать фетиш по длинным и стройным ножкам.       В холле собрались в основном парни и еще не было девушек, Роза появилось одной из первых, из-за инструктажа для старост. Когда она подошла и поздоровалась со всеми тремя парнями, тут же появилась директор Маккгонагал и начала свою заготовленную речь о важности дисциплины на Балу, отсутствии алкоголя и других нарушений. Напутствия продлились всего десять минут, но за это время успели подойти остальные девушки курса и в холле стоял уже заметный переполох - все разбились по парочкам, обменивались комплиментами и были в радостном предвкушении и состоянии легкости, свойственной подросткам, у которых сложные экзамены были уже позади, а впереди ждал только вечер безудержного веселья и танцев.       Маккгонагал, закончив говорить, сделала комплимент Уизли насчет ее платья и образа и удалилась, а Роза подошла к Сэймону и взяла его под руку. Эдвард махнул им рукой, пожелал хорошего вечера и ушел на поиски своей девушки, а Скорпиус стоял в замешательстве насчет того что увидел. Роза и Грег - разве они пара? Они вроде бы расставались, почему Роза опять с этим несуразным парнем? Неужели он ее действительно привлекает? Сложно было в это поверить.         Подумать достаточно об их несоответствии друг другу он не успел, потому что заметил Маису, направляющуюся к нему. Блять! Вот ее наряд никак нельзя было бы назвать невинным - он подчеркивал абсолютно все достоинства ее фигуры. Она была в плотно обтягивающем ярко-красном шелковом платье-рыбка, за которым тянулся небольшой шлейф, очень выигрышно удлиняющий ее невысокую фигуру. Но изюминка платья была не в его длине, а в вырезе, вернее в практически полном отсутствии ткани до пояса - сверху платье состояло только из двух паралельных полосок ткани, перекинутых через плечи и зафиксированных чуть выше талии, которые достаточно прикрывали грудь Маисы, если смотреть на нее на расстоянии, но совсем этого не делали, если находится рядом. На ней не было бюстгалтера, а спина была полностью обнажена. И еще раз блять! Она в этом платье выглядела даже лучше, чем просто обнаженной. Скорпиуса совсем не заботило то как могут реагировать на нее другие парни, он знал, что все это было исключительно для него. И даже волосы она собрала в низкий пучок тоже специально для него, хотя он больше любил распущенные, потому что такая прическа открывала доступ к шее, а ласкать ее шею всегда было одной из самых первых его прелюдий во время секса, потому что от этого она заводилась до смешного быстро. Наверное Маиса могла достичь состояния, близкого к оргазму просто от поцелуев и ласк за ушком - это сводило ее с ума. А его заводил один взгляд на ее грудь, призывно покачивающуюся сейчас во время ходьбы.         Скорпиус сделал глубокий вдох и постарался незаметно поправить штаны, чтобы его эрекция не привлекла внимание всех вокруг, но конечно это незначительное движение не скрылось от глаз его девушки и в ее взгляде появились искры, а язык высунулся, облизав губы, накрашенные красной помадой. Когда она остановилась напротив него и посмотрела снизу вверх невинными глазами, Малфой не удержался, поднял руку и провел указательным пальцем от ключиц, вдоль ложбинки между грудями, по верху ребер - до начала пояса ее платья, ее зрачки расширились и он удовлетверенно ухмыльнулся, понимая что одно его движение послужило достойным ответом ее соблазнительному наряду. Скорпиус наклонился, аккуратно поцеловал ее в щеку, стараясь не испортить макияж и произнес шепотом: - Кажется Вы не планируете получать сегодня диплом, раз пришли в таком платье. Я готов закрыться с Вами в своей комнате уже сейчас. Маиса улыбнулась уголком губ, а потом сделала хитрые глаза, как будто затевая какую-то игру. - В этом наряде есть еще один сюрприз для Вас, - она сделала паузу, - под ним нет трусиков, - подмигнула она, - я хочу, чтобы Вы думали об этом, пока я буду сидеть рядом с Вами на официальной части, - и заметив его ухмылку и потянувшуюся к ней руку, она остановила его, - Но Вам нельзя слишком сильно меня возбуждать. Платье очень тонкое, на мне нет белья, а мое возбуждение намочит его насквозь, и тогда все увидять как сильно я хочу, чтобы Вы меня трахнули. Это будет пытка только для Вас, - сказала она с видом победителя. - Что ж, это и правда приятный сюрприз. А в ответ я могу гарантировать, что сегодня Вы всю ночь проведете с кляпом во рту, когда я привяжу Вас к своей кровати и тоже буду пытать разными способами, пока полностью не получу удовлетворение за этот невыносимый час, который мне придется провести рядом с Вами в этом платье.       Маису не испугало это предупреждение, такие их эксперименты были для нее не в первые, и Скорпиус был готов поспорить, что она возбудилась только от одной мысли, что ее ждет сегодня вечером. Так что ее платье кажется все-таки будет испорчено, если не сейчас, то точно в тот момент, когда они окажутся наедине - он не будет церемониться ни секундочки и разорвет его к чертям. Они смерили друг друга взглядами, и оба довольные собой, развернулись и под руку подошли к дверям Большого Зала.       Началась официальная часть, и Скорпиус стал нервничать. Он заранее договорился с директором, чтобы после награждения и перед концертом она предоставила ему слово на пару минут, обсудил с музыкантами, чтобы они сыграли любимую мелодию Маисы в тот момент, когда он будет идти к ней по проходу, подготовил с Терезой Дерк свечи, украшения из цветов, стайки маленьких птичек и бабочек и всю эту девчачью ерунду, которая сейчас была надежно спрятана, но Тереза должна была запустить все в необходимый момент после того как Малфой наденет кольцо на палец своей девушке. Вроде все было спланировано, готово, сейчас осталось выдать дипломы еще трем ученикам, и настанет решающий для него момент, когда вдруг на сцену вышла Роза, принимать награды и поздравления от директора, и его решимость пошатнулась, а внутри проснулся червячок сомнения - может и не стоит так торопиться? Он смотрел на ее лицо и в этот момент не был уверен, что Маиса - та девушка, с которой он сможет провести счастливо всю свою жизнь. Но, вспомнив свои же аргументы, которые он говорил себе ранее - парень попытался выкинуть из головы сомнения. А когда последний получивший свой диплом ученик спустился со сцены, Макконогал произнесла: - А сейчас я даю слово для поздравления представителю наших старост - Скорпиусу Малфою, пожалуйста поапплодируем ему, - и Макконагал сделала приглашающий жест на сцену.       Маиса, сидевшая рядом с ним, приподняла бровь, удивившись, что именно Скорпиус должен был говорить какую-то речь, ведь намного логичнее, если бы это была Роза Уизли - отличница, умница и дочь героев войны, но парень проигнорировал ее взгляд и уверенным шагом пошел к сцене, по дороге нащупав рукой в кармане заветную коробочку с кольцом. Поднявшись на сцену, он посмотрел на своих одногруппников, с которыми провел семь лет, и с которыми предстояло завтра расстаться. Насчет большинства из них он никак не грустил, что возможно больше никогда с ними не встретится, а насчет некоторых хотел бы, чтобы они остались друзьями, надеясь, что так и получится. Еще когда он планировал свою речь, он посчитал что достаточно сказать буквально пару банальных фраз, и потом сразу перейти к сути, чтобы не тянуть время, и он так и сделал: - Сегодня для нас с вами одновременно и важный и грустный день, ведь завтра огромная часть нашей жизни останется позади. Но я уверен, что впереди нас всех будет ждать блестящее будущее, и что каждый из нас принесет в этот мир что-то новое, будет менять его так как ему это под силу. И сейчас хочется попрощаться с этими семью годами, которые мы провели здесь. Для меня они определенно были очень счастливыми. Но есть один человек, с кем бы я не хотел прощаться никогда, - на этих словах он замолчал, нашел глазами Маису и начал спускаться по проходу, ведущему к ней. Начала играть ее любимая мелодия, на ее лице было замешательство, но кажется она уже начала догадываться к чему все идет, встала со своего стула и вышла в проход, ожидая, когда он приблизится к ней. Скорпиус подошел, опустился перед ней на колено, достал коробочку с кольцом и открыл ее, протягивая руку к ней.    - Вы выйдете за меня?, - тихо спросил он, глядя ей в глаза. Ее лицо пылало, она улыбалась так, как кажется никогда раньше, и только слегка кивнула. И в этот момент Тереза выпустила всю магию романтики, которую они готовили заранее - под потолком начали раздаваться залпы салюта, вокруг них летали бабочки и маленькие птички, а вдоль прохода появились ее любимые цветы - ландыши (потому что она родилась в мае). Но Скорпиус ничего этого не видел, он только смотрел в ее счастливое лицо и сам ощущал бешенную эйфорию, все сомнения которые его терзали несколько минут назад были забыты, и он твердо взял небольшую ручку Маисы в свою и стал надевать кольцо на ее палец. Девушка дрожала, то ли от счастья, то ли от волнения и возбуждения, и поддаваясь порыву, кинулась ему на шею и жарко поцеловала. Поцелуи в губы уже давно перестали быть для них чем-то существенным, они оба уже знали достаточно способов возбудить или ласкать друг друга кроме этого, но сейчас это было очень уместно. Малфой обхватил ее за талию и покрутил на месте, не расцепляя губ, вокруг творилось какое-то сумасшествие - музыки уже не было слышно, только визги, улюлюканья и апплодисменты. - Вы просто сумасшедший, - произнесла сорвавшимся голосом Маиса. - Это все только для Вас, - ответил Скорпиус, - я бы сделал все тихо и наедине, но я знал, что Вам такое внимание будет важно и приятно, - он коротко поцеловал ее еще раз, - Я люблю Вас. - А я Вас, - улыбнулась девушка, а потом их обступили друзья, хлопая его по плечу, подружки обнимали Маису и пытались разглядеть ее кольцо, и все вокруг поздравляли их с помолвкой.

******

      Роза посмотрела в сторону Малфоя и Мэйсон, которые танцевали немного в стороне от нее с Грегом и ее еще раз затопило чувство разочарования в своей жизни. Шумиха вокруг его представления уже улеглась, и сейчас они просто танцевали вдвоем. За этот месяц, что она знала о его намерении сделать предложение, Роза довольно часто говорила своим друзьям, что будет готовиться у себя в комнате одна, ложилась там на кровать и просто смотрела в тишине в потолок. Ее сердце разрывалось на части от невозможности быть со Скорпиусом, из-за того, что она постоянно сдерживалась при общении с ним и никогда не была в полной мере искренней или настоящей, в голове прокручивались все моменты их случайных взаимодействий, вежливых приветсвий и его слов, сказанных ей. Она утопала в своих мечтах о нем и одновременно осознавала всю их тщетность. Но где то в глубине души, она надеялась, что поступив в Академию, они смогут общаться не так формально как сейчас, Маиса будет далеко - в другом городе, а они постоянно будут видеться на парах, возможно проводить время после них вместе. Но как только ее мысли начинали переходить к романтическим представлениям их первого свидания или поцелуя, а потом и секса, она намеренно их останавливала. Не нужно строить воздушные замки. Ничего из этого не будет, потому что он женится! И даже если они и будут общаться в Академии, не факт что там не будет других симпатичных студенток, на которых Скорпиус сможет отвлечься от своей невесты. Ведь он легко нравился, в него легко влюблялись, несмотря на то, что он был занят. Кроме нее самой она могла назвать еще как минимум троих несчастных девчонок, так же влюбленных в Малфоя, и это только те о ком она достоверно знала, притом что он никогда не вел себя как красавчик - серцеед, ни одной из них не давал повода усомниться в верности Маисе и посчитать вежливое дружеское общение чем-то близким к флирту. Поэтому в мечтах о Скорпиусе на горизонте ее мыслей всегда была Маиса Мэйсон, которая была беспощадным разрушителем всех возможных надежд Розы.       Ей казалось, что с ощущением окончательно разбитого сердца за месяц она немного смогла смириться, хотя все равно было конечно больно, но ее разочаровывало другое. Они были такие красивые, сексуальные, притягательные, излучающие желание друг к другу, и даже учитывая то, что это была Маиса, о парне которой Роза мечтала  половину своей жизни в школе, сейчас ей очень хотелось быть похожей на нее - раскрепощенной и уверенной в себе, не только в своей внешности, но и в интимном плане, что чувствовалось от нее на каком-то неосознанном уровне. Но так как Роза была девственницей без малейшего представления о том, чем секс так может привлекать всех вокруг и почему о нем столько говорят.        Из-за своей репутации слишком умной девочки - отличницы, у нее не было опыта отношений с парнями до того, как она начала встречаться с Грегом, не считая одного короткого поцелуя на шестом курсе. Это была вечерника в конце года в их гостиной факультета в честь завоевания кубка школы по квиддичу, и ее неожиданно для нее самой пригласил на танец старшекурсник. Он был симпатичный, и хотя никакого интереса она к нему не испытывала, в процессе танца с ним, Роза посчитала, что наверное он станет хорошей кандидатурой, чтобы попробовать поцеловаться с ним. Для нее это было бы впервые, несмотря на свои почти семнадцать лет она ни разу ни с кем не целовалась, она собрала в кулак всю свою решимость и потянулась к нему губами. Парень оказался крайне удивлен, но все-таки наклонился, вежливо поводил языком по ее открытому рту, зубам и уголкам ее рта, что ее нисколечки не впечатлило, а потом она узнала, как он рассказал всем своим друзьям, что она не умеет целоваться. Роза тогда хотела провалиться сквозь землю, хорошо что это был конец года и они редко пересекались, а потом и вовсе разъехались по домам. Но неуверенность в себе у нее все-таки осталась.       А когда Роза начала встречаться с Грегом, он удивил ее тем, что целовался не просто шикарно, а как Бог! По нему совсем нельзя было этого сказать. Он научил ее идеальным поцелуям и она даже чувствовала возбуждение и желание пойти с ним дальше, в тот момент, когда все становилось глубже, жарче и активнее, но он был очень робок в остальном проявлении инициативы, поэтому кроме поцелуев у них дело так никуда и не дошло - даже до того, чтобы погладить друг друга сквозь одежду, хотя иногда ей очень этого хотелось. И сейчас увидев полный желания и похоти взгляд Скорпиуса, направленный на Маису, Роза решила, что ей непременно нужно получить свой собственный сексуальный опыт, чтобы понять какого это. Ей казалось, что лишившись девственности, она откроет в себе какую-то дверь уверенности в себе. Она еще не знала, что это все будет, но позже и совсем не с тем парнем, с которым она собиралась заняться сексом сейчас.       Розе было немного не по себе и чуточку страшно из-за возможной боли, но решила, что лучшего случая чем сегодня у нее в ближайшем будущем вообще может не представиться, поэтому Уизли послала к черту свое намерение остаться с Грегом друзьями, и потянулась, чтобы поцеловать его. Парень встретил ее ошеломленным взглядом, но надо отдать ему должное, быстро сориентировался, и девушка попыталась вложить в поцелуй всю страсть, которую нашла в себе в тот момент, чтобы он сразу понял к чему все ведет и не пришлось лишний раз что-то объяснять. Грег был удивлен ее напору, но все таки ответил на поцелуй, и очень сильно сжал руки на ее талии, что для нее стало знаком о его степени самообладания. Роза отстранилась, посмотрела в его голубые, расширившиеся глаза, и сказала: - Давай пойдем к тебе?, - идти в свою комнату Роза не хотела, потому что не представляла, как можно будет после всего его выгнать без дикого чувства неудобства, а вдруг он захочет с ней ночевать? К этому она точно была пока не готова. - Ты уверена?, - хрипло спросил парень. Роза в ответ кивнула и улыбнулась. - Только дай мне несколько минут - я скажу Эдварду, чтобы он прикрыл нас и посмотрел за порядком. Встретимся у выхода из Большого зала, - и быстро развернувшись, девушка отправилась на поиски своего друга.        Увидев Хелвика на другом конце танцевальной площадки, она двинулась к нему. Эдвард, заметив ее приближение, он по лицу понял, что ей нужно поговорить, остановился на середине фразы и попросил Лауру принести им выпить, а сам остался ждать, когда Роза подойдет. Остановившись рядом, девушка оглянулась вокруг, и шепотом выпалила: - Научи меня противозачаточному заклинанию, я не уверена, что Грег его знает, а я не могу рисковать.       В глазах Эдварда мелькнуло что-то очень похожее на разочарование, но Роза решила думать, что это было все-таки удивление. Он произнес в ответ: - Я удивлен как самая умная девушка нашего курса не знает таких жизненноважных вещей, - подмигнул он ей, - запоминай: Contraceptus Remedia, - и показал нужное движение палочкой в воздухе. - Спасибо, - улыбнулась Роза, и чмокнула его в щеку, - и, да - присмотришь тут за всем? Пожааалуйста, - протянула она. - Иди уже, - ответил он и махнул ей на прощание рукой, - надеюсь ты не пожалеешь, - грустно добавил парень, но она уже не слышала.       Выйдя из Большого зала и увидев Грега, Роза взяла его за руку и они уже направлялись к коридору, ведущему в сторону гостиной Хаффлапафа, когда двери Большого зала снова открылись, и она обернулась на этот звук. У выхода стояли Малфой и Мэйсон, он держал ее за талию и просто пожирал взглядом, как удав маленького кролика, хотя пожалуй Маиса никак не походила на кролика и отвечала ему такими же горящими глазами. Роза быстро отвернулась и не заметила, как Скопиус поднял голову, и проводил их с Грегом уход нечитаемым взглядом. Пока они шли по коридорам, рука Розы вспотела, она не хотела разговаривать, а Грег видимо так нервничал насчет того, что им предстоит, что даже не мог ничего из себя выдавить.       Оказавшись в его комнате, Роза почувствовала небольшое предвкушение, и решила не терять времени и сразу переходить к действиям, не ожидая первых шагов от парня. Она попросила его расстегнуть платье и быстро избавилась от одежды, оставшись только в нижнем белье и в туфлях. Ловя восхищенный взгляд Сэймона на себе, она уверенно приблизилась к нему и поцеловала.  У девушки в душе царило смятение и замешательство, действительно ли Грег - лучший выбор на роль ее первого парня, но все перевешивал интерес и желание почувстсвовать себя исключительной, какой в принципе она и была именно для него.       Она стала смело водить руками по его торсу. К ее удовлетворению, физически Грег ее привлекал. Он хоть был высокий и худой, но имел крепкие мускулы на руках и подтянутый торс. Роза не стеснялась, что ей приходится действовать самой, почему то она чувствовала это совсем не смущающим, а наоборот раскрепощающим. Девушка постепенно стала двигаться к кровати, на ходу целуясь с парнем и расстегивая пуговицы его рубашки. Сэймон гладил ее по спине, осмелился опустить одну руку на ее задницу и сжать ягодицу, другой держал за шею и божественно, как он умел это делать, вылизывал ее рот. Уложив парня на кровать, Роза легла рядом и стала дразнить его, проверяя реакцию - водила ладошкой по его груди, прессу, пальчиком ныряя за пояс брюк, которые еще оставались на Греге. Положив руку на его возбужденный член, она рукой оценила размеры и прикинула насколько это может быть больно - принять его внутрь. Для того, чтобы не думать об этом она решила возбудиться достаточно, чтобы ничего не заметить и наклонилась к парню для очередного поцелуя.       Как ни странно, Сэймон не старался перехватить инициативу, и только слегка гладил девушку по голой спине, вдоль позвоночника. Роза решила, что пора избавлять его от брюк, а себя от бюстгатера и стала растегивать его ремень. Грег уже тяжело дышал и смотрел на нее помутившимся взглядом, но при этом не набрасывался. Он молчал и наверное это было бы довольно гнетуще, если бы Розе не было все равно, она в принципе попрощалась со своими мечтами о романтике в первый раз, подходя к этому исключительно как к необходимости определенных действий, от которых она ожидала почувствовать какой-то эмоционально освобождающий результат. Сняв с него штаны, но оставив в боксерах, Роза растегнула свой бюстгалтер и села сверху на бедра парня, наклонившись вперед и прижимаясь животом к его эрекции. Она стала целовать его шею и опять же следить за реакцией, которая надо признать, возбудила ее достаточно, чтобы уже не бояться того, что произойдет дальше.        Осмелев окончательно, Роза спустила трусы парня, и постаралась смущающе не пялиться так откровенно на его член, впервые увидев мужское достоинство вживую. Она стала гладить его рукой сверху вниз, одновременно с этим целуя, и чувствовала, что он просто каменный - наверное это значило, что все прекрасно, и он ее хочет. Быстро стянув с себя трусики, Роза не дала себе возможности передумать и пристроила его к своему входу. Она была уже довольно влажной, чтобы все пошло гладко, но его размер до сих пор смущал ее. Грег смотрел на нее сумасшедшим взглядом, такое ощущение, что она была его ожившей мечтой, хотя наверное так и было. И тут Роза решившись, резко опустилась бедрами вниз, почувствовав ощутимый дискомфорт, но не достаточный, чтобы вскрикнуть, прекратить или остановиться. Она поблагодарила мысленно Грега за то, что он так хорошо целуется, и свое возбуждение, которое сделало весь процесс лишения девственности не слишком болезненным. Быстро толкнувшись вверх три раза, Грег задрожал и испустил протяжный стон, закрыв глаза. Девушка сначала даже не поняла что произошло, но потом постепенно осознание вперемешку с разочарованием стало доходить до нее. Да, не так она себе это представляла. Взяв себя в руки, Роза наклонилась к парню, чтобы поцеловать его, и сказала: - Если спустя какое-то время ты будешь готов еще раз, я бы хотела попробовать дальше.       Грег смутился и уже хотел начать извиняться, но девушка не дала ему это сделать, закрыв рот поцелуем и специально начала немного постанывать, чтобы отвлечь его от неудобного момента, в котором они оба оказались. Выскользнув из нее и перекатив их обоих на бок, Грег стал уже активнее проявлять настойчивость, гладить Розу по изгибам ее тела, двинулся к груди и стал целовать ее шею и ласкать по очереди соски грудей. Опустив вторую руку на ее бедро, он двинулся выше и стал водить ладонью по внутренней стороне бедра. Розе определенно нравилось то что стало происходить сейчас, несмотря на то что было пять минут назад. Она наслаждалась его поцелуями, подставляла шею и искренне постанывала, даже не имитируя свое желание - она действивтельно в этот момент хотела Грега и ей были приятны его ласки. Оторвавшись от девушки, парень приподнял ее ногу за колено и поймал ее взгляд безмолвно спрашивая разрешения двигаться дальше, она кивнула и стала ждать очередного вторжения его члена в нее. Как это произойдет на этот раз она не могла предположить. Но все получилось даже лучше, чем она ожидала - ведь она уже была немного растянута и еще больше возбуждена.        Второй раз Грег начал очень медленно входить в нее, она поймала его взгляд и кивнула, чтобы он продолжал. Она лежала на спине, ее ноги уже затекли от того, что их нужно было держать разведенными так долго, и Роза про себя отметила, что пожалуй надо заняться спортом, если она и дальше хочет продолжать вести сексуальную жизнь. Почувствовав как парень вошел в нее на всю длину, Роза положила ноги на ягодицы парня, чтобы дать себе немного отдохнуть, а Грег оперся на локти рядом с ее головой и начал двигаться быстрее. Он уже не целовал ее лицо или губы, казалось что он опять выпал из реальности, оказавшись внутри и напрочь забыл о том, что можно как-то позаботиться и об ее удовольствии тоже. Роза решила не расстраиваться, вспоминая статистику, что для девушек первый сексуальный опыт не всегда приносит оргазм, и просто ждала когда же это все закончится. Она устала, была измотана не только морально, но и физически и ей очень захотелось уйти.       Во второй раз Грег продержался дольше, и наверное это реабилитировало его в своих глазах, а после того, как он еще раз издал протяжный стон, Роза тоже шумно выдохнула от облегчения, хотя парень скорей всего принял это за какой-то знак удовольствия с ее стороны. Случившийся секс в своих глазах она могла назвать полным провалом, но решила на этом не зацикливаться. Все-таки лишиться девственности с парнем, который был без ума от нее - наверное не самый плохой вариант развития событий. Будем считать это альтруизмом и платой за то, что она разбила ему сердце.       Роза еще немного понежилась в объятиях Грега, а потом встала и стала собираться к себе. Она не хотела ощущать неудобство утром, неловких разговоров и вообще она еще ни разу не проводила ночь с парнем и не знала как себя вести. У нее было небольшое ощущение использованности, потому что она сама не достигла оргазма, но потом подумала, что наоборот Сэймон может почувствовать себя использованным, когда она начнет игнорировать его после всего случившегося. Как объясниться с ним, чтобы окончательно все не испортить она не знала. И кажется с выбором первого сексуального партнера, чтобы достичь своей цели по раскрепощению, она все-таки ошиблась. Открыть сексуальность в ней Грегу в какой-то степени получилось - ведь она возбудилась и ей было даже не больно во время его проникновения, но ни о каком крышесносном удовольствии речи даже не шло.        Вернувшись к себе, Роза легла на кровать, и ее снова настигли мысли о Скорпиусе. Она уже скучала по нему, хотя конечно не имела право этого делать. Впереди было невозможно длинное лето без него, и чем себя занять и как отвлечься от мыслей о том, что у него теперь не просто девушка, с которой он в какой-то момент может расстаться, а невеста, что казалось намного серьезнее и ответственнее - она не знала. Да, конечно, Роза представляла, что Скорпиус с Маисой могли бы из-за чего-нибудь поссориться и расторгнуть помолвку, но, если они практически не ругались, вернее никто об это не знал, больше трех лет, то о чем можно говорить, когда они дали серьезные обещания друг другу. Почему то для Розы помолвка - это было чем-то очень существенным. Она смотрела в потолок и неожиданно почувствовала как у нее по щекам текут слезы. Месяц назад, когда она узнала о том, что Малфой собирается женится, она думала что будет рыдать без остановки, но она как будто заморозилась и снаружи и внутри, не позволяя себе что-то чувствовать. А сейчас, находясь в смешанных чувствах после не оправдавшего ее ожидания первого сексуального опыта, она оплакивала свои надежды, не только на то, что сможет испытать что-то удивительно-потрясающее, что поразит ее и сможет убедить, почему секс так важен для некоторых, в том числе как она догадывалась и для Скорпиуса, но и еще свои несбывшиеся надежды по Малфою. Как сложится их совместная учеба в Академии она не знала и уже боялась на что-то надеяться, понимая что в который раз разочаруется.       И сейчас, лежа в кровати и смотря на занимающийся за окном рассвет, она твердо решила для себя, что за лето постарается выкинуть бесполезные мечты о Малфое из головы, чего бы ей это ни стоило.