У меня нет Ирландии

      Оставалась неделя до Рождества. Скорпиус все время оттягивал для себя встречу с Маисой и неприятный разговор, хотя она продолжала настойчиво искать с ним свиданий. Писала ему, но теперь он уже легко уничтожал ее письма, даже не читая их, как и избавился от стопки ее предыдущих писем, которые хранил с октября. От этого действия его посетило чувство, похоже на полное очищение, как будто с письмами он избавился и от зависимости от нее, словно ему вырезали болезненную, мешающую опухоль или перерезали ниточку, за которую она высасывала из него силы, и просто оставили как есть, в одиночестве, без гнетущей одержимости ею.       После принятого решения сосредоточиться только на Розе и их отношениях, Малфою стало намного легче сдерживаться насчет безрассудных желаний секса, отвлекаясь с мыслей и воспоминаний о Мэйсон, если они все-таки возникали в его голове, на теперь уже новые, которых становилось все больше, о разнообразном сексе с Розой. Парень теперь знал, что и с другой девушкой может получить подобное удовольствие, поэтому смог натренировать внутреннюю мышцу в мозгу, которая помогала избегать привычного хода мыслей, ведущих к Маисе. А то, что происходило у них с Розой было в большей степени даже не только про физическое удовлетворение, сколько и про эмоциональное, потому что, то доверие, которое возникло между ними, ее открытость и нетерпение пробовать что-то новое, было в разы лучше того, как было последнее время с Мэйсон, после чего он еще и чувствовал себя совершенно мерзко. Как оказалось, заниматься сексом, который ему нравился, с любимым человеком, к которому он сейчас нежно и трепетно относился, было совершенно необыкновенно, чувственно и он коллекционировал эти новые для себя моменты и воспоминания, как маленькие драгоценности, и нежно их берег.       В какой-то момент, все-таки решившись в отношениях с Маисой расставить все точки над i, Малфой назначил ей встречу в одном из кафе Парижа, утром в выходной, чтобы потом успеть отправится в Англию и провести там день в компании своих друзей и девушки. Скорпиус готовился и намеренно старался быть сдержанным, ожидая, что она может опять наговорить ему гадостей, теперь не только в его адрес, но и насчет Розы. Но в этот раз он не позволит ей добится того, чтобы он вышел из себя.       Зайдя в кафе, Маиса поискала его глазами, и, наконец, заметив, двинулась к его столику. На ней был, как обычно, очень откровенный наряд, который, вопреки ее ожиданиям, уже не срабатывал на Скорпиуса как красная тряпка на быка, а сама она в целом выглядела довольно подавленно. Девушка молча села напротив, даже не поздоровавшись, и стала внимательно изучать его лицо. Парень удивился тому, что Маиса действительно могла сильно переживать из-за их расставания, но не дал себе долго испытывать жалость к ней, и сразу перешел к делу, стараясь быть вежливым: - Пожалуйста, верни кольцо, которое я подарил тебе. И да, можешь считать, что между нами действительно все кончено. Прошу, перестань писать мне, я все равно сжигаю твои письма, даже не читая, и не ищи больше встреч со мной, мне это действительно не нужно, - твердо закончил Скорпиус. - Вот как, - протянула девушка, продолжая изучать его, - что же изменилось? Твоя заучка уже не шарахается от тебя в постели? - едко спросила она. Парень молчал, потому что был готов к чему то подобному, - в любом случае, кольца у меня с собой нет, - пожала плечами Маиса, - Но если тебе так важно - обещаю, что верну его. Сделаю тебе Рождественный подарок, - и на этих словах она как-то подозрительно ухмыльнулась.       Стараясь не обращать внимание на нехорошее предчувствие, Скорпиус просто кивнул. Напоследок теперь уже он внимательно смотрел на нее, удивляясь тому, как мог быть слеп столько лет, встречаясь с ней. И сейчас он чувствовал, что кажется действительно почти полностью излечился от ее влияния на него. Потом он решительно встал - наверняка его уже ждала Ирэн, чтобы они вместе отправились в Англию к Розе и Мишелю, и вышел из кафе, как ему казалось, окончательно закрывая для себя эту главу своей жизни.

*******

      Сегодня Уизли заканчивала работу над своим артефактом и вечером отправлялась домой на две недели каникул. Время в Йоркшире для нее пролетело незаметно. Она была довольна тем, как складывалась ее работа, а время с друзьями, с Эдвардом и Мишелем, которое она проводила здесь вечерами, было очень непринужденным и веселым. Присутствие Монсье позволяло держать с Эдвардом формальную дистанцию, оставаясь в чисто дружеских отношениях и не испытывая неловкости. А Мишель довольно легко нашел общий язык с ее другом за счет их обоюдной страсти к квиддичу. Они часто обсуждали французскую и английские лиги, команды, игроков, посвящая друг друга в интересные факты и детали. С Мишелем Роза сдружилась ближе за это время - теперь он был не только другом ее парня, но и ее приятелем. Им было весело вместе - они довольно много шутили, играли в различные настольные игры, а иногда и общались на какие-то серьезные темы, хотя в основном они предпочитали не обременять друг друга этим. Пару раз Уизли замечала на себе его внимательный взгляд, как будто он собирался сказать ей что-то важное, но в итоге так и не решался. Что это могло быть - она даже не подозревала, но решила на всякий случай не обращать внимания - не все же на свете крутится вокруг нее, может ей просто казалось.              Завтра был Сочельник. Но сейчас мысли Розы были заняты не подарками на Рождество для родных или планированием досуга в праздничные дни, а предстоящей сегодня вечером встречей в Лондоне. Вчера ей пришла записка от Маисы Мэйсон, что она хочет с ней поговорить. Это было конечно любопытно, но вот Уизли с ней разговаривать совершенно не хотела. Еще в записке говорилось, что Роза захочет услышать то, что Маиса может ей сказать - а вот это точно полный бред! Девушка была абсолютно уверена, что не услышит ничего хорошего от бывшей своего парня, но несмотря на все, пойти к ней все-таки собиралась. Роза не знала оставила ли Маиса свои попытки добиться прощения от Малфоя, но после того разговора, который случился у них в начале месяца насчет секса, стала точно намного меньше об этом переживать. Скорпиус изменился, и она это чувствовала - больше не был отстранен, в сексе друг с другом они стали раскрепощеннее и заботливее одновременно, когда каждый думал в первую очередь о том, как сделать хорошо другому, а не только себе. Это все делало градус ее переживаний и ревности значительно меньше, теперь она уже панически не боялась быть брошенной, потому что видела и чувствовала, что действительно стала значить для Скорпиуса. Возможно, поговорив с Розой, Маиса наконец смирится с тем, что он расстался с ней и ей больше не на что рассчитывать, и оставит его в покое, только эта мысль подтолкнула Розу на то, чтобы согласится на встречу.       Закончив все дела в Йоркшире, отчитавшись перед преподавателем и попрощавшись с ребятами, Роза аппарировала в Лондон и решила пешком пройтись к ресторану, в котором ее уже должно быть ждала Мэйсон. Девушка не спешила, она внутренне собиралась с силами перед разговором с соперницей. И хотя у Розы было чувство уверенности в их отношениях с Малфоем, небольшая тревога перерастала во все большее волнение, по мере приближения к назначенному месту. В Хогвортсе они с Маисой вряд ли перекинулись даже парой фраз, и поэтому она не представляла какого рода обращение от нее сейчас можно ожидать.       Зайдя внутрь ресторана, она сразу увидела Маису, и не медля, подошла к ее столику. Уизли старалась выглядеть уверенно и независимо, но до выражения лица Мэйсон ей все равно было далько - та считала именно себя хозяйкой положения и ее совершенно не заботило впечатление, которое пыталась произвести Роза. Маиса помолчала немного, и резко начала: - Скажу сразу зачем я тебя позвала: я хочу, чтобы ты отъебалась от Малфоя. Он мой. Если тебе нужно назвать причины, почему ты должна это сделать, то я перечислю, но поверь, твое нежное сердечко может этого не выдержать.       Как же эта стерва была самоуверенна! Роза равнодушно приподняла бровь, показывая, что готова слушать ее дальше. - Если ты не в курсе, а ты кажется не в курсе, мы с ним до сих пор трахаемся, - безжалостно начала Маиса, Роза собрала всю свою выдержку, чтобы не поменяться в лице - это не может быть правдой! Она врет, чтобы рассорить их, - но даже не это главное, - продолжала Мэйсон, - Главное то, что ты ему не подходишь. Ты не сможешь дать то, что ему нужно, - как будто озвучивая все ее сокровенные страхи сказала Маиса, - Он продержался с тобой меньше месяца, и прибежал ко мне за тем сексом, который ему нравится. Ты бы видела, как он соскучился, когда мы увиделись в первый раз… И даже если сейчас он сделал вид, что бросил меня окончательно - поверь, и это тоже ненадолго, - Роза чувствовала что с каждой фразой кто-то вонзает нож в ее сердце по самую рукоятку и проворачивает там по кругу несколько раз. Кажется сил держать безразличное лицо уже не оставалось, а Маиса даже не думала останавливаться в своей речи, - Я была с ним три года, я выучила все его слабости, что он любит, и ключевое почему мы были вместе - мне самой нравится то же самое. Понимаешь? А ты? Ты же как ангел, девочка-отличница, дочка героев, вся приличная до скрежета в зубах. Что он уже попробовал с тобой? Может пару раз вставил пожесче? А в какой момент ты скажешь ему что для тебя уже слишком? - кажется Уизли зря думала, что Маиса легкомысленная дурочка, она определенно знала куда давить, чтобы сделать еще невыносимее. И Роза почувствовала, как у нее по щеке потекла слеза, - Когда ты остановишь его? Когда он оденет на тебя ошейник, будет крепко держать за волосы, что ты не сможешь пошевелиться и оттрахает в рот? Или когда привяжет тебя к кровати с кляпом во рту? Или когда отшлепает ремнем так, что ты на следующий день сидеть не сможешь и запретить залечивать синяки? Или когда будет изводить ласками, не доводя до оргазма час, а то и два подряд? Что еще тебе перечислить? Что из этого для тебя будет нормально? - с вызовом спросила Мэйсон - А для меня все это уже стало с ним нормой. И не убеждай меня, что ради него будешь готова на все. Мы обе знаем, что вряд ли будешь. А так как ты откажешь, то он придет ко мне - потому что это именно то, что он действительно хочет. Круг замкнется. Так что давай ты не будешь тратить ни его, ни мое время. Живи себе спокойно, люби его, если так хочешь, но не лезь. Он не для тебя ясно?       Роза удивилась, что не проронила ни слова в ответ. Весь ее запал и все контр аргументы, которые возникали в процессе, уже были безжалостно растоптаны Маисой, и может быть Уизли бы не обратила на весь этот бред никакого внимания, если бы это не было то, о чем она сама думала уже пару месяцев подряд. Девушка уже не боялась показать свое полное отчаяние, она была настолько уничтожена, что кажется, еще хуже стать уже не может. Роза просто смотрела куда-то в сторону, по ее щекам безмолвно катились слезы и она ждала только когда же Маиса уйдет. Та достала маленькую коробочку, обернутую бантиком, и подвинула ее к Розе. - Вы же все равно поговорите, так что передай ему. Скажи что это мой рождественский подарок. Не хочу еще раз унижаться, теперь его очередь.       После этого она наконец встала, чтобы уйти. А Роза не знала как дальше дышать. Из нее выкачали весь воздух и она не могла даже пошевелиться - настолько ей было больно. Через час она обнаружила себя до сих пор сидящей за столиком, и смотревшей в одну точку. Кажется слезы почти кончились. Краем сознания она понимала, что ей нужно быть дома, чтобы там не стали беспокоиться, и только на волевых усилиях встала и пошла к выходу из ресторана. Как ни странно официанты ее не беспокоили ни тот час, что она сидела одна, ни сейчас - спасибо им за тактичность.       Оказавшись дома, она зашла в коридор, и не проходя внутрь крикнула в сторону гостиной: - Всем привет, я дома. Буду у себя в комнате.       Роза никого не хотела видеть. Особенно сейчас, особенно в преддверии Сочельника, где все только и будут, что весело обсуждать Рождество и рождественские подарки. Она легла на кровать и не знала, что ей делать дальше. Сейчас она как никогда четко осознала, что за эти несколько месяцев все было фарсом, они никогда друг другу не принадлежали. Ни он ей ни она ему. Каждый из них только пытался поддерживать видимость тех отношений, которые они хотели видеть, но их не было. Чувство безысходности затапливало ее все больше, а душевную боль, казалось, она чувствовала даже физически.       В комнату постучали, Роза накрылась сверху одеялом, чтобы не было видно ее заплаканного лица, и надеялась, что ее оставят в покое. Дверь отворилась и она услышала голос папы: - Милая, недавно заходил Скорпиус. Мы думали, что ты с ним и не знали, что и думать. Где ты была? - и не увидев ее лицо, Рон сел к ней на кровать, отодвинул одеяло в сторону и беспокойно спросил, - Что случилось?       Не ожидая его внимания и поддержки, Роза неожиданно для себя не выдержала, бросилась в объятия отца и начала рыдать не сдерживаясь. Несмотря на то, что Роза была довольно эмоциональной, в таком состоянии Рон, ее не видел никогда, и начал сильно беспокоитьсся за дочь. Она же сквозь всхлипы что-то бессвязно лепетала: - Я так люблю его, пап… Но я не подхожуууу емуууу… Он бросит меня и снова уйдет к ней, а я этого не переживуууу… Папа! Почему все так! Мне так больно… Я сама должна его отпустить. Но я не смогу… Просто не смогу… Что мне делать?.. Ему будет лучше без мееееняяя… - она все продолжала рыдать у него на плече.       Пытаясь что-то уловить из ее нелогичной речи, Рон хотя бы понял, что не должен идти и набить морду Скорпиусу за то, что тот сделал с его дочерью. Но то, что она вбила себе в голову какую-то ужасающе разрушающую мысль и сейчас свято верила в нее - вот с этим он возможно как-то смог бы справиться. Подождав пока она немного успокоиться и решив первому не давить на нее, он просто сидел рядом, обнимал и ждал, когда Роза захочет все рассказать ему сама. У них были не особо доверительные отношения, но сейчас видимо был случай, когда ей не приходилось выбирать того, кто станет ее утешать. Поняв, что всхлипы стихли и ее дыхание немного выравнялось, он услышал: - Наверное ты захочешь, чтобы я объяснила, что со мной произошло?, - Рон кивнул, - Пап, но я не могу. Это правда то, с чем мне нужно будет разобраться самой. Но спасибо, что побыл рядом. - Хорошо, - нехотя согласился отец, - Что я могу сделать?       Роза сначала помолчала, и потом как будто решившись на что-то, повозилась у себя в вещах, достала маленькую коробочку и протянула ее папе. - Передай это Скорпиусу, если он снова придет. Скажи, что это его рождественский подарок. Он должен все понять сам и не будет ничего спрашивать. Если все-таки попросит поговорить со мной, скажи, что я пока не хочу его видеть. - Дочка, но завтра же Рождество! Нельзя так поступать с человеком в Рождество, - возмутился Рон, уже сочувствуя парню. - Да, нельзя…, - согласилась Роза, - но по-другому я не могу.