Непыльная работёнка.

Стальной нос небольшого корабля колыхался на волнах старого причала. Перед приплывшими рабочими представал заросший остров. Это место постоянно притягивало к себе людей: в 17 веке здесь был карантин для торговцев, подозреваемых в заражении чумой, а почти сто лет назад в крепости оборудовали больницу для душевнобольных. В начале столетия она пришла в упадок, обретя с введением Сухого закона 1932-ого новых хозяев – контрабандистов спиртного. Постоянно покрытый туманом и зарослями, он производил гнетущее впечатление забытого и потерянного места. Словно Господь оставил эти места сразу после сотворения. Холодные воды залива, обветшалые галереи и обвалившиеся подвалы больницы: всё это простаивало годами без человеческого присмотра. –Так, парни, сегодня для вас последняя смена, так что раньше кончите, раньше получите расчёт и пойдёте отмечать. Перетащите остатки ящиков и сворачиваемся, –Чернов окинул стоящих перед ним людей уставшим взглядом янтарных глаз, -кстати, постарайтесь уж не разбить ничего в этот раз: там ампулы с морфием и ещё какой-то дрянью. Чернов производил приятное впечатление одним своим видом: рослая и крепкая фигура выделялась на фоне окружающих, напоминая своим видом офицера из кино. Черные волосы, правильный нос и пронзительный взгляд: человек производил впечатление. –Дел на 20 минут, зашли и вышли. – поддакнул один из двух помощников нанимателя, передавая ящики. Парень обладал какой-то совершенно незапоминающийся внешностью, что тут же выветривалась из головы. Аккуратно ступая по мокрому песку, люди пробирались по прорубленной просеке. Впереди виднелись обрушившееся башни, осыпавшееся давным-давно стены старой крепости. На этом фоне резко бросались в глаза новые железные решётки на окнах, двери и наспех залатанные дыры в стенах и потолке. Бригада явно работала в очень сжатые сроки. –Эй, Мид, а ты всё ещё ведешь свою войну? – окрикнул Старик, кряжистый усач последнего идущего, что сверкал характерно-раскрасневшимся лицом, вечно хлюпавшим носом и слезящимися глазами. –Какую? – недоумевающе отозвался тот, стараясь отдышаться. –На истребление, конечно. С выпивкой! – радостно захохотал, докинув остаток шутки усатый. –Ну, какие планы после того, как закончим? Я вот отдыхать. Шедший во главе колонны Старик, обернулся, почему-то, первым делом на еле поспевающего Мида. –Как будто ты устал. – огрызнулся отстающий на веселящегося, но тут же остыл и грустно добавил. –Работу начну искать новую. –Я за комнату долги верну. Хозяин падла даже если ему муха на башку сядет, то стрясёт с неё за квартплату. Чердак, который он называет комнатой, заливает каждую неделю. – неприязненно скривился Рыжий. Высокий и кряжистый, он производил впечатление порывистого и импульсивного человека. –А мне надо отправить сестре денег на свадьбу. – вписался в обсуждение Серый. –Надеюсь ты на церемонию в храм не собираешься идти? –взволнованно поинтересовался Старик. Вдалеке начинал медленно разгораться рассвет, напоминающий огненный глаз великана. –Собираюсь конечно, а что не так? –Не хотелось, чтобы на гостей рухнул потолок от количества твоих грехов. –А вот сейчас было не очень. В прошлый раз было смешнее, – как бы извиняясь пожал плечами Серый, почти полностью скрывавшийся за своей ношей, –кстати, а что насчёт всего этого…чего тут после нас то будет? –Ну, я слышал от ребят Чернова, что остров Мары расконсервируют как больничку для шизов. – задумчиво качнул головой, посмирневшей усач. –Ага, щас! Наверняка, будут гонять контрабанду, как и раньше. Только теперь не виски, водка и коньяк потечёт в Петроград, а опиум и героин. Помяните мои слова, эти собаки всех утопят в этом дерьме! – крайне яростно вскинулся толстяк Мид. На раскрасневшимся лице резко очертились скулы, а челюсти с силой сжались. Последняя тема явно задела его за живое. Злой и пышущий жаждой убийства, до того не расстававшийся с фляжкой Мид впервые был серьёзен за всё время знакомства рабочей бригады. –Воу-воу, спокойно, горячий финский парень, спокойно. Фашисты ещё не высадились, так что поумерь свой пыл. Чего ты так завёлся? – недоумевающе оглянулся Рыжий. Но на это последний в колонне ничего не ответил, а лишь молча упёрся взглядом в свой ящик. –Может они тут казино построят? – предположил Серый, но никто больше не желал нарушать тягостное молчание, словно боялись привлечь внимания того нечто, что повисло в воздухе после слов Мида. Остаток пути группа преодолела молча. Компания наконец зашла на территорию больницы, ступая по мертвенно-бледной траве. Среди куч каменного крошева, разбросанных тут и там гильз с пустыми бутылками пролегали две тропинки. Рыжий неожиданно свернул и увязался за Серым на галерею второго этажа, а остальные пошли через центральный вход. Помещения второго этажа были разграничены: после каждой двери находилась закрытая решёткой небольшая комнатка, а коридор, проходивший через весь этаж до общего балкона над большим залом первого этажа, перемежали такие же решётчатые двери. Если со стен осыпалась краска и куски бетона, то вот железо решёток разве что не сверкало. –Смотри-ка, а это не мы ставили. Мы на второй этаж даже не заходили. Чернов говорил, что здесь потолок обваливается и всё готово рухнуть в любой момент, – задумчиво озирался Серый, осматривая решётки, – а ведь любой момент может наступить в любой момент. Так? –Так. Аккуратнее бы был, а ну как по голове попадёт. Совсем мёртвый будешь. – Рыжий поставил коробки и начал медленно обходить Серого по кругу, заходя за спину. –Как думаешь это правда? Ну, то, что сейчас Мид нёс про наркотики? Можем порыскать по местным подвалам и достать пару бутылочек времён Сухого закона. Загоним их какому-нибудь любителю коллекционных редкостей. Половина Петрограда торговала всяким домашним пойлом, а вторая думаешь пила? Ха! Вторая половина таскала пойло из-за границы тоннами и продава… Какого хера ты делаешь? – Серый резко обернулся, как будто почувствовал на себе взгляд. Его черные глаза беспокойно заметались, осматривая лицо Рыжего и пытаясь понять, что тому нужно. –Я тут насчёт нашего дельца хотел переговорить. Чтобы без лишних. –Какое ещё наше дело? –Вот не надо юлить. Как-то некрасиво получилось: идти на склад ночью собирались вместе, но вдруг ты соскочил в последний момент. Пришлось всё бросить на месте и сбежать. – Рыжий медленно и, как бы, невзначай убрал руку за спину. –Эй, это тебе нужны были деньги, а не мне! Взносы в профсоюз сами себе не заплатят, а иначе попрощайся с разрешением на работу, – Серый был явно возмущён таким необоснованным претензиям, но глазки его отчётливо бегали по помещению будто выискивая, что-то чем можно себя защитить. Настолько застарелые и первобытные инстинкты сейчас бегали по его крови, что все преграды вдруг переставали быть существенными, – и вообще-то про охрану я предупреждал. –Предупреждал значит? А что за профсоюзные деятели с криво сросшимися носами стояли у меня под дверью на утро?! На чей склад меня навёл, а?! Я за работу этого Чернова взялся как за возможность исчезнуть, а тут ты. Надо же какая удача. Если Бог и дальше будет на моей стороне, то я начну ходить храм. – Рыжий был зол. Хотя нет: он был чертовски зол, но притом он лучился удовольствием. В таком единстве противоположностей он не замечал, что испуг ушёл из глаз Серого, дыхание из панически-порывистого стало глубоким и ровным, а пальцы сжались на краях стоящего ящика. В следующее мгновение Рыжий кинулся на Серого. Тот резко кинулся в сторону, огрев ящиком напавшего. Рыжий распластался на полу, а от силы удара дерево треснуло и на пол посыпались довольно крупные, с ладонь стеклянные колбы, оплетённые металлом. Серый не глядя схватил несколько колб и припустился по коридору Пробежав пару метров, Серый рухнул, растянувшись в полный рост. Над ним с торжествующим видом стоял Рыжий. Одна из рук тут же метнулась к его горлу, а над лицом взметнулся кулак с зажатым металлическим цилиндром. –Прекрати скулить, – с торжеством посмотрел на него Рыжий, но тут же насторожился. Скулёж шёл не от него, а из комнаты дальше по коридору. Звук был какой-то надрывный, хрипящий, то и дело заканчивающийся кашлем. –Чего там? – протянул Серый, отползая к стене. Он явно испытывал облегчение, глядя на сбитого с толку Рыжего. Оперившись спиной о стену, неудавшееся жертва расправы трясущимися руками пыталась вскрыть колбу и приладить её к шприцу. Медленно крадясь, словно боясь ещё больше напугать неизвестное существо, Рыжий подошёл к комнате. В маленькое окошко на двери было видно человеческую фигуру. Или фигуру некогда бывшую человеком. Существо сгорбилось в углу, волосы на голове спутались и были покрыты грязью, всю фигуру покрывал короткий подшёрсток, что едва прикрывал тело всё покрытое синяками и кровоточащими струпьями. Всё туловище этой твари сотрясали частые судороги, а пальцы с обломанными неестественно длинными ногтями беспорядочно скребли по камню. Черные и толстые, словно черви после дождя, вены змеились по всему телу. Голова твари резко дернулась в сторону вторженца, рассматривая того мутным взглядом, наполненных кровью от лопнувших сосудов, глаз. Мгновение оно рассматривало Рыжего, чтобы резко броситься в его сторону спотыкаясь, падая и чертя, испачканной желтоватой пеной, грудью по бетонному крошеву. Рыжий, упёршись плечом, захлопнул дверь и закрыл металлическую задвижку. Зверь врезался мордой, но продолжил скрести и стучать по поверхности руками и головой. Словно и не чувствуя боли в своём припадке. –Это что, мать вашу такое?!– вскрикнул Рыжий, все ещё припадая плечом к двери и пытаясь отдышаться. – Откуда здесь взялся ликан? –Приполз на запах краски, наверно. – пожал плечами, успокоившийся Серый, пряча шприц в карман. –Ты серьёзно? Лик на острове? На краску?! –Может это кто-то из рабочих или тех самых контрабандистов…короче, надо сваливать к лодке и найти остальных. –Согласен, но не думай, что я забыл о нашем разговоре. – сказал Рыжий, злобно зыркнув. Один короткий проход по коридору до балкона тянулся, казалось бы, бесконечно. Мысли обоих были направлены в одном направлении – ликантропия. Лихорадка звериного бешенства стремительной черной змеёй заползала в каждый портовый город Европы, свивая свои кольца вокруг бедных кварталов. Капли порченой грязной крови просачивались повсюду. На каждом корабле, поезде или грузовике мог прибыть больной. Рудники, фабрики, склады и подворотни заполняются ликами, разносящими болезнь дальше по городским артериям. Но это все ещё была неиссякаемым потоком дешёвых рабочих, так что проблему старались обезболить, но вылечить эпидемию вряд ли могли, а может и не пытались. –Эй, мужики! Вы не поверите, но Мид реально нашёл пару бутылок! У него нюх на всё, что содержит спирт, ха-ха. – Старик смеялся, радостно потрясая бутылью над головой. –Стой! Мы нашли здесь лик…– слова Серого потонули в грохоте ломающегося дерева. Прямо на спину Старику, слетев с петель, приземлились двустворчатые двери, на которых сидел клубок из пяти беснующихся тварей. Куча похоронила под собой весельчака. Руки и ноги беспорядочно молотили по дереву, мелькали клыки и когти, а лики рвали друг друга в попытке добраться до человека. Рука Старика показалась из-под двери и в неё тут же вцепился один из зверей, вгрызаясь в мясо обломками гноящихся зубов. Крики его лишь больше раздражали тварей и те с утроенной силой вгрызались в него и сородичей. Из лаза, ведущего в подвал, появился Мид. На его плечах, вцепившись в шею когтями и пытаясь отгрызть ухо, висел ликан. Человек выл и беспрестанно колотил по нему. Он резко подался назад, ударяя существо о стену, заставив упасть. Лик болезненно сучил ногами и пытаясь встать, руки его хватали грудную клетку, а пасть делала тщетные попытки сделать вдох. Осколки рёбер явно повредили лёгкие, так как, кроме желтой пены из горла с каждым вдохом летела кровь. В когтистых пальцах кровоточило оторванное ухо. Взревев раненным медведем, вытащил длинный штык-нож. Не переставая выкрикивать ругательства и проклятия, Мид наносил беспорядочные удары по куче ликов, рвавших Старика. Тот окончательно перестал сопротивляться, но Мид не видел этого. Пелена застила ему глаза, и он продолжал бить пока куча не перестала шевелиться. После он, припадая на одно колено сделал лишь шаг в сторону лестницы, чтобы свалится на пол, заливая всё вокруг себя кровью из множества укусов и порезов. –Да какого…– крик Серого заглушил рычание и хрипы, доносящиеся из подвала и глубины корпуса. Стая испорченных болезнью зверей бежали на голос с единственной целью: порвать на куски. Рыжий не стал проверять сколько существ несется к ним по коридорам со всех сторон и принял самое своевременное решение – бежать. Последние выжившие рванули по коридору, а за их спиной, поскальзываясь, сшибая друг друга, врезаясь в стены на поворотах и сбиваясь в кучи, летела безумная стая. Наконец Серый смог добежать до промежуточной решётки в коридоре. На мгновение он замешкался. В мозг ядовитым шипом заползла мысль захлопнуть решётку перед носом спешащего Рыжего, отсекая все долги, проблемы и погоню в одной точке. Всё останется здесь. Запереть в самой далёкой комнате, забыть, где та находится и выкинуть ключ. Рука медленно начала толкать дверь от себя, а вторая потянулась к задвижке… Рыжий со всей силой набранной скорости врезался плечом в решётку, отталкивая Серого и мгновенно захлопывая ту. Задвижка наглухо отсекла бушующий океан безумия и крови от людей. Лишённые возможности добраться до них, ликаны начали рвать и кусать себе подобных. –Молодец, что схватился за запор. Здорово придумано с этими дверями на самом деле. Чем-то напоминает схемы тюремных коридо…а, впрочем, забудь. Не хочу здесь находится больше ни секунды. –Ага, конечно. Как скажешь. Пара спешно покидала корпус, гадая сдержат ли решётки беснующуюся орду. Словно вихрь сошёлся на острове и в оке бури находилась эта больница. Деревья и кусты слились в одну длинную зелёную линию, что вела к выходу. Впереди показалась линия прибоя, маленький кораблик, что вывезет их из этого проклятого богами места. На носу стоял Чернов и курил, оперившись о борт. –Эй, мужики, там сейчас такое случилось, надо валить отсюда прямо сейчас. Там целый выводок ликов: никак не меньше сотни! – закричал Рыжий, махая руками. Но что-то сильно толкнуло его в спину, роняя в песок, а навстречу устремилась пунктирная линия, состоящая из грохота и вскакивающих фонтанчиков земли. С корабля стреляли. Они лежали на песке пока грохот не стих над ними. Мысли, одна противоречивее другой, носились внутри черепа со скоростью автоматных очередей. Лишь узкая цепочка валунов защищала от взгляда стрелков готовых наполнить воздух жалящими кусочками металла, и никто не горел желанием подниматься. –Прекратить огонь! Хей, парни, кто там из вас? Хотя о чём это я: шевелюру Рыжего видно, как минимум с Луны, а второго никак не получается разглядеть... Как вы парни? Чего-то случилось? А остальные где? –Я добегу и сверну ему шею. – прорычал Рыжий, порываясь встать, но на него навалились сверху и сжали руку. –Он тебя пытается выманить! Молчи и не шевелись. – оглушительно зашептал Серый. –А может это просто недоразумение, а мы всё обсудим на корабле? Мы же с вами проработали столько времени…сколько, кстати? – повернулся, обращаясь к одному из своих безликих подручных. В это время Серый высунулся из-за коряги на долю секунды. Картина была безрадостная: сам корабль уже качался на волнах невдалеке от берега, на борту выстроились пяток парней, целящиеся в сторону берега из крупных пистолетов-пулемётов с дисковыми магазинами, а на носу стоял Чернов, куря и щурясь на солнце. На его лице была высечена усталость и смертельная скука, а глаза хотели смотреть куда угодно, но не этот проклятый берег. –Если второго я не смог даже различить пока тот сам не показался, то это мог быть только Серый. Честно говоря, если бы всё это не случилось, то пригласил бы тебя к нам на работу в организацию. Только вот незадача: проблемное у тебя здоровье. Ты попросил дать аванс вперёд, мол нужны деньги на лекарства, но, когда отказали, то стал подворовывать из наших грузов. Тащил ты правда немного и в основном обезболивающие: морфин, героин и прочие опиаты. Ты вообще ещё в сознании? Голова не кружится, может навязчивые образы в глаза лезут, а? При этих словах Серый еще сильнее сжал руку своего соседа и постарался будто бы стать ещё незаметнее, ещё в два раза меньше и серее чем обычно. Последние пару дней и правда было хуже обычного… –Наверняка, лезет ведь. Если ещё минуту назад мне бы пришлось выкуривать вас из этого окопа взрывами, будто на дворе 1916, то теперь я спокоен. Можете опустить оружие, парни. На сегодня всё: уплываем отдыхать, а то до конца месяца нужно обеспечить ещё три карантинные зоны рядом с городом. …Голова идёт кругом с самого утра, а после бегства от ликов стало только хуже. Сердце, словно молотком колотили, а вдохнуть полной грудью не получалось . Рыжий ощущал тяжёлое дыхание Серого у себя на затылке. Почему всякая хрень всегда случается со мной? Почему я вечно попадаюсь? Незаметный?! Да я обложен как лис на охоте… –Честно я терпеть не могу свою работу именно за такие внеплановые ситуации и видит Бог, что я потребую перевода куда-нибудь подальше на восток как закончу здесь. Но знаешь зачем я тебе всё это рассказываю? Потому, что последние несколько дней мы возили фальшивки, а не лекарства. Мою работу доделаешь ты, порченный крысёныш! …Хотелось броситься и разорвать хоть кого-нибудь. Просто вцепится когтями в голову, а зубами в глотку.