49 — 50

━━━━━━⊱૮₍ ˃̵͈᷄ . ˂̵͈᷅ ₎ა⊰━━━━━━

      Ёнджун наблюдал за ним каждый день. Не то что бы он был каким-то неадекватным или склонным к сталкерству придурком. Просто невозможно было оторваться от его лица, от выкрашенных в блонд волос, собранных маленькими заколками-бабочками. Как и невозможно было не прислушиваться к французскому акценту каждый раз, когда тот говорил.       Мама часто рассказывала Чхве, какие французы неприятные в общении (вероятно, этот стереотип сложился у неё после всех командировок в Париж и близлежащие к нему области), поэтому новостью о прибытии ученика по обмену Ёнджун не был особо воодушевлён.       Однако в будущем не раз успел пожалеть, что на его радостное "Привет!" при первой встрече не особо дружелюбно кивнул, проигнорировав протянутую руку. Но почему-то настырного парнишу это не остановило. На первом же их совместном уроке он уселся к Ёнджуну за парту. – Я Кай, – он уставился на Чхве, подперев руками подбородок. – Не особо французское имя, – фыркрул тот, поздно осознав глупость сказанного. – А у тебя не особо английское. – У меня мать кореянка, – продолжил парировать Ёнджун, все ещё не понимая, почему у француза такой странный взгляд. – А у меня отец, – приподняв одну бровь, Кай улыбнулся. – Ладно, один - ноль , – Чхве сдался, принимаясь вытаскивать учебники. – В чью пользу? – Кай сщурил глаза, отчего стал похож на довольного кота. – Не издевайся надо мной, – цокнул Ёнджун, но довольного (отчего-то) смешка сдержать не смог. – Мне сказали, что староста обязан помочь освоиться, – казалось, что эта странная улыбка вообще никогда не сходит с его лица. Либо же у французов принято общаться так... необычно. – Ну, ты по адресу. Но я не сильно представляю, что ты хочешь от меня узнать. Задавай вопросы.       Хюнин оглядел класс, словно высматривая что-то, о чем хотел бы выведать информацию. Ёнджун тем временем разглядывал его. У француза были до жути аккуратно уложены волосы, но больше всего притягивал взгляд совсем ещё свежий маникюр с какими-то мультяшными цветочками, которые так сильно любил старший брат Чхве. Идеальный, аж тошнит.       Сначала показалось странным, что никто в школе будто бы не замечал присутствия европейского гостя, а потом Ёнджун начал со всех сторон слышать это "Привет, Кай!" Когда только он успел со всеми познакомиться? Общительный, однако, мальчишка. – Какой сейчас будет урок? – вдруг ожил Хюнин. – Ты так долго думал над этим вопросом? – Да я целый список составил! – парень так неожиданно и рассержено нахмурил брови, что Чхве невольно отвёл взгляд. Они все такие, эти французы? – Ладно-ладно, – Ёнджун махнул рукой и задумался. – История. – Как препод? – Ну, если не будешь учить, она не посмотрит, что ты обменник, – пожал плечами староста. – Лучше не забивай. – Окей, – Кай отзеркалил Чхве. – Сколько в классе человек? – Тридцать, – не успел Ёнджун опомниться, как на него свалился ещё миллион странных (как ему показалось) вопросов, на которые чаще всего требовался односложный ответ, который Кай сто процентов уже знал. Что-то про кафетерий, школьную футбольную сборную и многое другое. Ёнджун уже счёт им потерял. – Сейчас последний будет. – Ну наконец-то. Давай. – Тебе нравятся парни? – Да, – Через секунду Чхве сообразил. – Стой, чё? – Не переживай, я никому не расскажу, – хихикнул Кай. – Так, значит, история, да? – Два - ноль, – совсем тихо пробубнил Ёнджун, но это не прошло мимо на удивление ушастого француза. – Не волнуйся, догонишь, – Кай увлечённо принялся рассматривать новенький учебник по истории и прекратил донимать старосту разговорами.       На протяжении всего оставшегося дня Хюнин мотался по школе, то и дело попадаясь Ёнджуну на глаза, но не начиная разговор. Вероятно, обзаводился новыми друзьями. Лишь к последнему уроку Ёнджун начал улавливать, что чуть ли не половина разговоров между учениками уделена Каю и большая часть из них о том, какой француз "милашка" и какой он "симпатичный".       Забавно было это слушать ещё неделю, а после почему-то стало надоедать. Ибо Хюнин по итогу стал для Чхве ближайшим другом. Они проводили вместе перемены, Ёнджун рассказывал о забавных случаях школы и странных (по его мнению) традициях. Кай делился множеством фактов о родной стране. Оказалось, что он прямиком из центра Парижа. Эдакий "щеголь", который по итогу стал разочарованием для родителей, видевших сына наследником гостиничного бизнеса матери. Рассказывая об этом, Кай то и дело изображал рукой у рта рвотные позывы и до ужаса смешно копировал собственных родителей. Он любил их, но цели в жизни имел совершенно другие. Хюнин любил фотографировать: сначала он показывал Ёнджуну миллион своих работ, а после перешёл к действиям.       И нельзя сказать, что Чхве стеснялся собственной внешности или находил себя не самым фотогеничным человеком в мире, но он смущался и прятал лицо каждый раз, когда замечал (а замечал он очень редко) камеру, направленную на него. Кай постоянно возмущался и жаловался, что Ёнджун портит ему отличную работу, хотя сам имел на плёнке уже тысячу и одну фотографий друга, на которых тот не замечал камеру совершенно. У него даже сохранилась одна, когда Ёнджун позировал (спасибо, удружил) прямо во время урока на фоне учительницы математики, сам того не зная. Мисс Хиллс, посмотревшая прямо в камеру в этот момент, ничего не сказала Каю, но сделала выговор Чхве, ведь "негоже старосте так себя вести".       Через месяц Кай поставил на заставку телефона их совместную фотку, где он во всей красе, а Ёнджун смущённо прячет лицо, будучи прижатым к стенке. Да, фотография далась не легко, но оно того стоило. ⠀⠀ ⠀ ━⊱૮₍ ˃̵͈᷄ . ˂̵͈᷅ ₎ა⊰━ – Ты идиот, – Бомгю закатывает глаза, трубочкой перемешивая кофе в стакане. – Он отшил Тэхена, а я по нему полгода сох!       Ёнджун пялится в окно, подперев щеку ладонью. Через три недели Кай улетает обратно в Париж, а Чхве чувствует что-то странное. Не желая обманывать себя, он попробовал предположить, что все же по-дибильному втюрился в обменника, который живёт на другом континенте. И который совсем скоро летит домой. – Так может потому и отшил, что ему не сдались парни, живущие на другом конце света, – Ёнджун переводит взгляд на телефон, экран которого загорелся. Сообщение от Кая. Содержание не отображается, но Чхве решает пока не смотреть. – Ты же сам мне говорил, что он постоянно флиртует с тобой.       Бомгю берет телефон Ёнджуна, заинтересованно рассматривая фотографию Хюнина на заставке. Каю тогда приспичило обновить блонд прямо дома у своего нового друга, и тот запечатлел процесс самостоятельного нанесения осветлителя. Кай тогда взял футболку Ёнджуна, испачкал её этим осветлителем и пообещал отстирать и вернуть, но через пару дней с позволения друга все же оставил себе. – Это его стиль общения, – вздохнул Чхве. – Он так общается со всеми. – Он послал двоих футболистов, которые позвали его на свиданку, благим французским матом, – Бомгю не сдержал смешок. – Ты уверен? – Он называет тебя "детка", – скептически поднял бровь Чхве. – Отстань, он моя гейская подружка! – Гю кокетливо повёл плечом, заправив прядь волос за ухо. – А это значит, что мне можно верить! – Ну и что ты предлагаешь? – Делай так, как скажет сердце, — Бомгю показал большой палец и выслушал пару нецензурных слов в ответ. – Моё сердце говорит мне утопиться. Провожу его на самолёт и сразу же возьмусь за дело, – хмыкнул Чхве. – Я тебе не это говорил, заметь, – младший цокнул и допил свой бедный остывший кофе. — Моё чутье меня редко подводит, я бы на твоём месте был посерьёзнее... – Ты прав, – Ёнджун кивнул, а Бомгю перевёл удивлённый взгляд на него. – Надо будет написать предсмертную записку. – Ой, да иди в жопу!

━⊱૮₍ ˃̵͈᷄ . ˂̵͈᷅ ₎ა⊰━

      В последние три недели атмосфера оставалась такой же, как и в предыдущие пять месяцев, на которые приезжал Кай. Но по отдельности у каждого внутри было слишком неспокойно. Ёнджун не чувствовал, как грустно Каю от предстоящего расставания. Хюнин не видел, как блестят слезы в глазах друга, когда снова упоминал что-то про скорый отъезд. Младший стал делать фотографии ещё чаще, а Ёнджун присоединился к нему, но предпочитал снимать видео. Даже если не происходило ничего интересного. Кай мог просто положить голову на колени Чхве и болтать о какой-то ерунде, вроде сегодняшнего обеда в кафетерии, а тот хватался за камеру. Лишь бы запечатлеть эти моменты ещё на время. Лишь бы они не совсем скоро стёрлись из его памяти.       В это время Кай все чаще говорил на своём родном. Раньше Ёнджун ни слова не понимал, потому что запас его начинался и заканчивался на "бонжур", "мерси" и "жюмапель", а теперь вроде как даже мог разобрать какие-то обыденные фразы в Хюниновом щебетании. Сам Ёнджун помогал Каю подтягивать английский и немного корейский, так как мама Чхве была жуткой патриоткой, и с ней он общался только на родном ей языке.       Однако, как бы эти двое не пытались хвататься за каждую секунду, время пролетело чересчур быстро для обоих. Ёнджун в тот день стоял напротив зеркала минут десять, не отрываясь от своего отражения и не переставая думать, как сильно он изменился за полгода. Как сильно изменилось всё вокруг него.       Кай, проснувшийся в четыре утра, несколько раз стирал и набирал заново сообщение. Так и не решившись отправить его, он поплелся собирать вещи. Семья, в которой все это время жил Хюнин, с большой грустью отпускала его, а миссис Кейл даже вызвалась подвезти в аэропорт.       Их с Ёнджуном встреча там и была назначена. Когда Кай подходил к главному входу, Чхве уже ждал его. В привычной атмосфере подшучиваний и подсчёта, кто кого сколько раз "уел" (на тот момент было уже 49 - 50 в пользу Кая) они дошли до больших прозрачных дверей. Дальше Ёнджуну нельзя.       Повисла тишина, которой оба они так боялись. Чхве был слишком напуган возможным исходом событий, чтобы что-то сказать. Он молча потянулся к Каю, чтобы крепко обнять и (вероятно) в последний раз почувствовать тепло и запах так полюбившихся ему фирменных французских духов. — Tu vas me manquer*, – прошептал он. Ёнджун специально заучил эту фразу вчера вечером.       Кай резко остранился от Чхве, но не слишком сильно. Просто чтобы заглянуть в глаза. — Пятьдесят – пятьдесят. Ничья, – вздохнул он. – За что мне ещё один балл? — грустно усмехнулся Ёнджун. Кай ничего не ответил, а старший как обычно поздно сообразил. Лишь только когда Кай сам притянул его лицо к себе за подбородок, Чхве подался вперёд так, чтобы наконец-то поцеловать. Только после сбившегося в конец дыхания и тихого мычания Кая в чужие губы он остранился и вдруг захихикал. – Чего ты смеёшься? – нахмурился Хюнин. – Французский поцелуй... – Дурак, – цокнул Кай, но присоединился к уже во весь голос смеющемуся Ёнджун.

━⊱૮₍ ˃̵͈᷄ . ˂̵͈᷅ ₎ა⊰━

кай♡ я дома(((( кай♡ кстати забыл сказать кай♡ если обо мне напишут хорошее досье в твоей школе, то через месяц я скорее всего вернусь на второе полугодие       Ёнджун потратил пару минут на рассматривание прикреплённой к первому сообщению фотографии. Селфи Кая в зеркало: он растрепаный, сонный и в футболке Чхве, что была измазана в осветлителе. Ещё раз обработав информацию о том, что Кай не рассказал ему такую важную новость раньше, Чхве отправил ответное сообщение. американский злыдень♡ спасибо за новую заставку американский злыдень♡ я позвоню через три минуты и только попробуй не взять трубку

━━━━━━⊱૮₍ ˃̵͈᷄ . ˂̵͈᷅ ₎ა⊰━━━━━━

* Tu vas me manquer — я буду скучать по тебе (франц.)