Больно не будет

17 сентября 1977

      Это субботнее утро Эйприл провела на стадионе. Там же собрались и остальные гриффиндорцы, которые решили попытать счастье и получить возможность попасть в команду. Весь народ был разделен на несколько групп. Старых членов команды проверять не было смысла, поэтому они отправились на тренировку, чтобы не терять времени впустую. Оставшихся людей Эйприл разделила на несколько групп. Десять человек претендовали на звание второго загонщика, семь — на роль третьего охотника и примерно двенадцать — на роль вратаря.       Следующие два часа Поттер гоняла группу за группой. Будущие загонщики тренировались с бладжерами, вратарей проверял Джеймс, вместе с кандидатами на роль последнего охотника. В итоге из двадцати девяти человек осталось всего шесть. Теперь оставшихся загонщиков, в числе которых оказалась Марлин Маккиннон, проверяли на умение работать в команде. К этому был подключен Сириус. Эйприл с тревогой битых двадцать минут наблюдала за действиями парня и бывшей подруги. В первом этапе отборочных Марлин показала себя идеально, и девушка теперь боялась, что ее возможно придётся взять в основной состав команды, но, на её радость, Маккиннон, увлёкшись Сириусом, пропустила бладжер и тот угодил ей куда-то в бок, сбив с метлы. — Отлично! — воскликнула Эйприл, даже не потрудившись подойти к однокурснице. — Вторым загонщиком становится Эрни Квинсон.       Среди собравшихся людей раздались аплодисменты, а участники команды уже приветствовали нового члена семьи.       Отборочные продолжались и после еще десяти минут был выбран новый вратарь. — Новым вратарём становится Стивен Дьюти.       Вновь аплодисменты и радостные возгласы команды. Осталось выбрать лишь одного охотника и можно оставшееся время отдать на тренировку. — Новым охотником становится Джулия Рисман, — объявила девушка. — Все оставшиеся автоматически переносятся на запас. А сейчас тренироваться.       Следующий час вновь собранная команда тренировалась. Каждый из них отдавался по полной, понимая, что от них будет зависеть многое, ведь играют они одними из первых и не с кем-то, а со слизеринцами. — Поттер, — окликнула Марлин, спустившись на землю, куда минутой ранее приземлилась Эйприл. — Есть минутка? — Да хоть две, — пожала плечами девушка и двинулась к скамейкам.       Пока девушки не ушли на достаточное расстояние, ни Поттер, ни Маккиннон не сказали ни слова. — Почему я не в основном составе? — спросила Марлин, сев на скамейку. Эйприл остановилась напротив, прислонившись к перилам. — Согласись, я лучше этого придурка Эрни.       Прил нахмурилась. Чего-чего, а недружелюбного отношения к членам собственной команды она терпеть не могла. — Во-первых, вы с Эрни одна команда, и поэтому не стоит его обзывать. Вы должны быть частью друг друга, — сурово сказала девушка. — Ну а во-вторых, ты действительно с бладжерами один на один бьёшься довольно хорошо, но среди загонщиков важна командная работа, а мне не хотелось бы, чтобы ты во время игры подставила кого-нибудь из членов команды, засмотревшись на Сириуса. Я ведь верно разгадала твой замысел?       Марлин нахмурилась, сжав руки в кулаки. Обычно злости она не испытывала, а все вопросы решала словами, но прямо сейчас ею владела невидимая сила, которая шепотом твердила ей ударить Поттер да посильнее, чтобы она провалилась через перила и сломала себе что-нибудь. Может быть, ее тогда не допустят к капитанству и ее место займет кто-нибудь другой? Но точно не Джеймс. Он во всем слушается сестренку. Подкаблучник жалкий. — На войне все средства хороши, — довольно спокойно отозвалась Маккиннон. Слишком уж близко был Сириус. Он бы наверняка поймал Поттер, если бы та внезапно перевалилась через перила. — Я бы и дальше продолжила спаивать его любовными зельями, пока бы у него не сформировался постоянный эффект, но ты начала поить его зельем нейтрализующим эффект приворотного.       Такое действительно было. После того, как в том году Марлин чуть ли не ежедневно спаивала Блэка разными приворотными зельями, Эйприл, не выдержав, обратилась к Слизнорту и тот дал ей рецепт подобного зелья. Благо всего пяти склянок зелья хватило, чтобы Сириуса не смогло приворожить ни одно из любовных зелий еще целый год. — И хорошо, что я так сделала, — ответила Поттер, скрестив руки на груди. — Если честно, о твоих зельях я должна была рассказать Макгонагалл, но… — Но ты решила, что тогда будешь походить на паиньку и Маккошка точно сделает тебя старшей старостой, — фыркнула Марлин. — Старостой ты стала все равно. Так что сохранить былое пустоголовие тебе не удалось.       Теперь настало время Эйприл сжимать кулаки от ярости. Чтобы хоть как-то удержать себя в ясном уме, ногтями она вцепилась в кожу своих рук, чувствуя, как медленно выступают капельки крови. — А ты подумала, что будет, если я скажу Макгонагалл, что ты злорадствуешь своей новой должностью? Я лучше того заносчивого, вечно сопленосого мальчишки. И я уверена, профессор это подтвердит.       Поттер выдохнула от безысходности. — Ты серьёзно?! — выкрикнула, не сдержавшись, она. — Мерлин, как по мне, ты выбрала самый идиотский способ забрать Блэка. Ты бы его еще непростительным приворожила. Пойми ты уже, что он твоим не будет.       Марлин, наконец, не выдержав, поднялась со скамейки и застыла напротив Эйприл. Она мешкала и минутное сомнение стоило ей возможности избавиться от Поттер навсегда. Сириус подоспел, как раз в тот момент, когда Маккиннон собиралась сбросить однокурсницу прямиком на камни. — Милая, тренировка закончена, — Бродяга прижал возлюбленную к себе, поцеловав в щеку. — Джеймс предлагает позвать Питера и Римуса и впятером отправиться в Хогсмид. Он сказал, что нужно отметить твою новою должность и мое возвращение в команду. Ты за?       Смотря прямо в глаза Марлин, Эйприл улыбнулась и прижалась к Сириусу. — Конечно, — сказала она елейным тоном. — После этого можно еще погулять немного вдвоем. Ты давно обещал мне прогулку под звездами.       На этом пара удалилась. Маккиннон лишь оставалось обессиленно сжимать кулаки. «Как доказать Сириусу, что Поттер для него не подходит? — раздосадованно подумала она. — Не может же Блэк слепо любить. Нужно открыть ему глаза на то, что Поттер та еще темная лошадка».       И тут до нее дошло. Эйприл, сама того не понимая, подкинула ей замечательную идею. Зачем пытаться сделать так, чтобы изменил Сириус, если можно сделать так, чтобы изменила сама Поттер? — Марлин, ты идёшь?       На удивление ее окликнул Эрни. Он немного отстал от команды, задержавшись около трибун. — Конечно. Только нам в разные стороны.       Сделав вид, что идет следом, Марлин отстала и вернулась на поле для квиддича как раз тогда, когда туда пришла команда Слизерина. Шесть человек. Регулус Блэк — новый капитан команды — отсутствовал и это сыграло Маккиннон на руку. Так он не расскажет Поттер о задуманном. — Мальчик. Мне нужна ваша помощь.

***

7 октября 1977

      Матч Гриффиндор — Слизерин был закончен спустя два часа тяжёлой битвы между студентами. В итоге победу одержал Гриффиндор со счетом 250:240. Отрыв был настолько небольшим, что Эйприл остатки дня ходила понурая. Она понимала, что, если бы не пойманный ловцом снитч, слизеринцы бы одержали победу. Конечно, тут можно было все списать на неслаженность команды, но девушка в первую очередь винила саму себя. — Ну, Прил, не расстраивайся, — сказал Сириус, найдя девушку на лестнице недалеко от гриффиндорской гостиной. — Мы ведь победили в итоге. Никто и слова тебе не скажет.       Эйприл всхлипнула. Она сама не знала, что так сильно расстроило ее. Ведь, как сказал Блэк, они и правда победили, а о том, что это было всего лишь чистой случайностью, можно было и забыть. Они открыли счет, открыв для своего факультета дорожку к кубку. — Да, но ты не можешь утверждать, что, если бы наш ловец не поймал снитч в последнюю минуту, мы бы проиграли.       Сириус вздохнул. На это ему ответить было нечего, но поддержать возлюбленную было необходимо. Нельзя же праздновать победу в таком ужасном настроении. Да и девушка, возможно, примет все на свой счет, а юноше этого совсем не хотелось. Он знал, что Поттер после этого может начать загоняться. — Ну и что? — спросил он. — Главное ведь то, что мы победили. Сегодня вечером ты еще можешь утереть нос моему брату. Ну что, я тебя убедил?       Эйприл нехотя кивнула, утерев рукавом свитера нос. — Тогда идем. Гриффиндорцы только нас и дожидаются.       Вернувшись в гостиную, девушка против своей воли влилась в праздник, где провела время до того момента, пока не пришло время идти на дежурство. Кстати говоря, когда девушка решила взглянуть на часы, то поняла, что опаздывает на дежурство на целых двадцать минут. — Ты куда? — крикнул Джеймс, когда сестра неожиданно сорвалась с места и, ни слова не сказав, побежала к выходу. — Д-дежурство, — только и успела вымолвить Эйприл, прежде чем выскочить из гостиной.       Пока она оборачивалась, чтобы сообщить новость брату не заметила, как в кого-то влепилась. От падения, которое могло последовать после столкновения, ее спасли чьи-то руки. — Поттер, — выдохнул Регулус, когда девушка столкнулась с ним, при этом наступив на ногу. — Мало того, что ты обыгрываешь меня в квиддич, так ты еще опаздываешь и топчешься на моих ногах. Тебя под ноги смотреть учили? Или родители говорили тебе, когда куда-то идешь, обязательно смотреть себе за спину? Тогда уж давай начнем ходить сразу задом наперед.       Выговорившись, Блэк успокоился. Он непринуждённо прижался плечом к стене, скрестив руки на груди. Он и сам не знал, почему сорвался на девчонку, но с утра был напряжён. Это напряжение было с ним с момента проигрыша команды в квиддич. «Но ведь проиграли мы из-за их ловца. Поттер-то тут ни причём, — одернул себя Блэк, предотвратив новый приступ злости. — Эйприл виновата лишь в том, что опоздала». — Прости.       Регулус удивленно взглянул на девушку. Он ожидал чего угодно, но точно не того, что она извинится перед ним. — Окей, — ответил он, не желая браниться. — Тогда идем дежурить. Нам достался сегодня четвертый этаж. Только ты подождёшь меня? Мне просто нужно заскочить к Слизнорту.       Эйприл пожала плечами. — Если нужно, то иди. Я не против. Можем даже сделать вот так, — она прервалась, выглянув в окно. Снаружи шел дождь, что несколько радовало. Завтрашним днем стояла травология и, если с обеда будет идти такой же ливень, то последнюю пару могут отменить. Кому захочется мокнуть под дождём, идя к теплицам? — Я могу начать дежурить одна, пока ты ходишь, а потом можем встретиться. Я думаю, тебе не составит труда найти меня.       На этом студенты на время распрощались. Поттер отправилась дежурить по коридорам, а Регулус вниз по лестнице направился прямиком в подземелья.       Эйприл шла медленно и неохотно. Когда она дежурила с Блэком, было намного веселее, хотя слизеринца и нельзя было назвать кладезем шуток и розыгрышей. Они просто ходили и общались. Конечно, поговорить им было особо не о чем. Они так и не смогли перейти порог формальных отношений, всегда ведя себя друг перед другом подчеркнуто вежливо. Но все равно Прил выбрала бы скорее это вариант, чем расхаживать по полупустым коридорам в одиночестве.       Поттер проходила мимо недавно затопленного полтергейстом кабинета, как вдруг оттуда услышала стук, потом шум такой, как будто кто-то упал и, наконец, долгий протяжный крик. Не сомневаясь ни минуты, она отворила дверь и вошла внутрь. Увиденное ее поразило.       В кабинете было трое. Двое из собравшихся были слизеринцами и стояли высунув палочки наизготовку. Перед ними на коленях, упершись лбом в пол, стояла Марлин Маккиннон. — Чего ты хотела, дорогуша? — спросил один из них, явно не замечая, что к ним присоединился кто-то еще. — Перед тем, как выполнить твою просьбу, мне же нужно на ком-то отработать заклинание. Представь, в каком положении я бы оказался, если бы заклинание не сработало и твоя подружка вышла бы отсюда, направившись сразу прямиком к директору. Тут бы никакие фотографии нас не спасли.       Только сейчас, когда девушка немного подняла голову, заправив закрывавшие лицо волосы за уши, Эйприл узнала в этой страдалице Марлин. — Кого бы ты не собирался проклясть, — подала голос Поттер, привлекая к себе внимание, — у тебя это не выйдет.       Ей пришлось резко дернуться вправо, потому что в нее полетело сногсшибающее заклинание. Не удержавшись на ногах, она повалилась на парту, все еще немного влажную после потопа. — А вот и виновница этого торжества, — плотоядно улыбнулся слизеринец. — На тебе-то я, пожалуй, и опробую это заклинание. Прежде чем Монтегю применил заклинание, Эйприл связала его руки веревкой, что ненадолго остановило его, дав возможность спрятаться. С другим слизеринцем, который оказался неизвестным шестикурсником, пришлось сделать то же самое. — Ты думаешь, вас спасет эта парта? — поинтересовался Джексон, когда Поттер, опрокинув стол, затащила за него Марлин и спряталась сама. — Я могу сделать так и…       Как только опрокинутая парта поднялась в воздух, Эйприл начала закидывать слизеринцев заклинаниями. Правда, лидировать ей оставалось недолго, потому что вскоре к обычным заклятиям прибавились щиты. Теперь Поттер больше защищалась, чем нападала. — Маккиннон, помочь не желаешь? — спросила девушка, когда поняла, что силы ее были на исходе.       Девушка покачала головой и убралась с поля боя, спрятавшись за другую парту. А у Эйприл тем временем шестикурсник выбил волшебную палочку. — Спасибо, Мэтт, готовь камеру. Дальше будет весело, — сказал Монтегю, прежде чем сделать шаг вперёд. — Империо.       Отскочить Поттер не успела, поэтому заклятье попало прямиком в нее. Как только это случилось, девушка почувствовала легкость и какую-то отчуждённость. Ей было все равно на то, где она находилась, зачем она сюда пришла и что с ней дальше собираются делать. — Сядь на парту, — приказал Джексон.       У Эйприл не было ни сил, ни желания, чтобы хоть как-то воспротивиться этому внезапному голосу. Она никак не могла понять, что говорит это слизеринец, а не голос у неё в голове. — Посмотри на меня.       Поттер подняла глаза и перед собой увидела однокурсника. Происходящее могло бы не удивить, если бы ей было не все равно. — А теперь будь вежливой и доброй со мной, — сказал слизеринец. — Поцелуй меня.       Эйприл спрыгнула с парты, подошла к слизеринцу, протянула к его лицу свои руки. Она подошла ближе и, проводя рукой по его широкой груди, потянулась к его губам. В этот момент где-то на краю сознания забилась тревожность. «Зачем я это делаю? — вяло подумала Поттер, на мгновение остановившись. — У меня же есть Сириус».       Эта мысль исчезла, когда Монтегю повторил свой приказ. Полностью абстрагируясь от всего внешнего, Эйприл положила свою правую руку на щеку Джексону, посмотрела в его глаза влюбленным взглядом и потянулась к слизеринцу, чтобы поцеловать. — Нет!       Поттер не поняла как, но в следующую секунду уже врезалась в стену. Сознание прояснилось, она почувствовала боль в спине и голове. Но несмотря на это, она все же посмотрела вперед. Рядом с Монтегю стоял Регулус. — Сколько раз говорил вам всем, чтобы вы не смели касаться ее? — прорычал он.       Слизеринцы переглянулись. Было видно, что появление ещё одного старосты их очень смутило. — А ты вечно будешь ухлестывать за девчонкой брата? — ехидно спросил Монтегю. — Или вы встречаетесь с ней вдвоём?       Блэк сказал что-то непонятное, но было понятно, что сказанное слизеринцем ему не очень понравилось. — Таранталега! — резко вскинув палочку сказал он.       Вначале он попал в одного, а затем этим же заклятьем поразил собственного сокурсника. Когда заклятье коснулось студентов, они тут же пустились в пляс. — Валите отсюда, — посоветовал Блэк и взмахом палочки отворил дверь. Та стукнулась о стену. — И чтобы я вас сегодня рядом с собой не видел. Плохо будет.       Когда слизеринцы ушли, он сунул палочку в карман мантии и, наконец, повернулся к Эйприл, что не могла отдышаться от охватившего ее ужаса. — Ты в порядке? — спросил он, протягивая ей руку.       Поттер пожала плечами и, вложив свою руку в руку слизеринца, поднялась на ноги. Голова закружилась. Это было эффектом от заклинания. Только сейчас до нее дошло две вещи. Во-первых, на ней испытали уже два непростительных, а во-вторых, она чуть не изменила Сириусу. — Кажется, — ответила она, догадавшись, что Регулус все еще ждет ответа на свой вопрос. — Спасибо. Кажется, ты стал моим ангелом-хранителем. Второй раз спасаешь и опять от непростительного.       Регулус пожал плечами. Честно, до благодарности девчонки ему не было никакого дела. Он просто не хотел подставлять однокурсника. — Правда спасибо, — повторила девушка.       Эйприл пошатнуло. Она бы упала, если ее вовремя бы не подхватил Блэк. — Знаешь что, — решил он. — Иди-ка в гостиную. Сегодня дежурить я закончу сам. Это хоть как-то компенсирует сорок минут моего разговора со Слизнортом. Иди и подружку с собой захвати.       Сознание прояснилось и Поттер, кивнув головой в сторону двери, стала ждать, пока Марлин выйдет наружу. Она не боялась, что девушка сбежит. Все равно долго бегать она не сможет и рано или поздно вернется в комнату. А если нет, то не составит труда найти ее с помощью карты Мародеров. — Подожди, — окликнул Блэк, когда Эйприл и сама потянулась к выходу.       Больше не сказав ни слова, он молча протянул сделанные слизеринцем фотографии. Поттер взглянула на них. Что ж, если бы слизеринцы додумались отправить их Сириусу, то Эйприл могла начинать готовиться к скорому концу их отношений. — Спасибо, — сказала она еще раз и, сунув фотографии в карман мантии, вышла из кабинета.       На нее внезапно навалилась усталость и она непременно бы легла спать, если бы не хотела как можно скорее разобраться с бывшей подругой, которая не пойми что себе возомнила.       Придя в гостиную, Эйприл едва ли успела сказать что-то брату и друзьям, прежде чем скрыться в своей башне. Оттуда она вошла в комнату под номером пять и застыла.       В комнате сидели и Лили, и Алиса, и Марлин. С трудом подавив желание проклясть Маккиннон заклинанием мощнее, Поттер, как ей показалось, вполне спокойно подошла к девушке. — Может, объяснишь, что это было? — спросила Поттер.       Марлин пожала плечами, причем сделала это так, что Эйприл тут же захотелось дать ей пощечину да посильнее. — А что? — спросила она. — Я что, виновата, что ты решила изменить Сириусу, причем выбрала для этого самое не подходящее место и время.       Услышанное поражало. Мало того, что Марлин врала. Это ничего. К этому давным давно все привыкли. Она только что обвинила Эйприл в измене. — Что?! — воскликнули синхронно Лили и Алиса, посмотрев на подругу. — Прил, ты совсем с ума сошла. — Это я-то изменила? — возмутилась Эйприл, не обращая внимания на вскрики подруг. — Может, ты не видела, но на меня наслали Империус. С твоей, между прочим, подачки. — Не понимаю, о чем идёт речь.       Поттер раздражённо фыркнула и достала волшебную палочку. Она видела, как вздрогнула Марлин, и мысленно лишь порадовалась этому, но в реальности протянула свою палочку подругам. — Подержите, чтобы у меня не было искушения проклясть ее, — сказала она им, а после снова повернулась к Маккиннон.       Девушка, увидев, что ее проклинать не собираются, успокоилась. Без волшебной палочки Эйприл была ни на что не способна. Максимум она покричит и успокоится, а после Марлин отнесет Сириусу сделанные фотографии. — Что-то не так? — беззаботно спросила она, похлопав глазами. — По-моему ничего сверхъестественного не произошло. Никто, а уж я тем более, не станет винить тебя в том, что ты решила изменить Сириусу. — И ты утверждаешь, что я изменила Блэку? — возмущённо спросила Поттер. — А не ты ли получасом ранее наверняка убеждала слизеринцев в том, что меня стоит проклясть Империусом? Подумать только, меня уже дважды проклинали разными непростительными. Может, еще убивающим напоследок?       Марлин пожала плечами. — Доказательств у тебя нет, — сказала она. — А у меня есть доказательства твоей измены. Эти фотографии наверняка очень понравятся Сириусу.       Марлин собиралась было залезть в карман мантии, чтобы достать оттуда фотографии, но их там не оказалось — Не это ищешь? — спросила Эйприл, предъявляя на свет те самые фотографии.       Ей повезло, что их успел забрать Регулус. На них были удачно запечатлены те моменты, когда девушка тянулась губами к слизеринцу, как гладила его щеку и смотрела влюблёнными глазами. — Отдай.       Марлин соскочила со с кровати намереваясь отобрать снимки, но Эйприл не дала ей этого сделать, подняв руку вверх. — Откуда они у тебя? — спросила Маккиннон, прекратив попытки повалить однокурсницу на пол. — Регулус забрал у своего сокурсника и отдал их мне, — ответила Поттер.       Марлин рассмеялась диким, сумасшедшим смехом. — Он уже Регулус. Может, ты крутишь с двумя братьями сразу? — поинтересовалась она невзначай. — Это еще больше не понравится Сириусу.       Эйприл усмехнулась. — Оставь планы завоевать Блэка в своих мечтах, — посоветовала она. — Фотографий у тебя все равно больше нет.       Поттер подошла к стоящей на столе свече и поднесла к огню конец снимков. Фото вспыхнули и девушка бросила их на блюдце, что стояло около свечи. — Нет!       Марлин бросилась к снимкам, но потушить она их не успела. От фото не осталось и следа, лишь кучка пепла, которая отправилась в мусорку. — И запомни, если ещё раз ты выкинешь что-то подобное, я молчать не буду. Ты рискуешь вылететь из школы.       Идти Эйприл было особо некуда. Их с Регулусом дежурство за те полчаса, что она разговаривала с Маккиннон, полностью закончилось, в комнате оставаться тоже не хотелось, да и в шумной гостиной тоже.       Нехотя она подошла к мародерам, заняв свою привычное место рядом с Сириусом. — Что-то случилось? — спросил он, первым заметив странное состояние девушки.       Эйприл пожала плечами. Ну, не говорить же ему, что она чуть больше часа назад чуть не изменила ему. Хотя если бы она ему и сказала об этом, то тот просто не обратил бы внимания или внимательно выслушал, а узнав о том, что произошло на самом деле, еще проклял бы Монтегю заклятьем пострашней. — Голова болит немного, — туманно отозвалась девушка и не соврала. Голова действительно болела, но это был эффект от непростительного. Возможно, боль вскоре утихнет, а если нет, то придётся пить болеутоляющее. — А в остальном все хорошо.       Привычная вечерняя рутина помогла Поттер немного отвлечься от боли. Вместе с остальными мародерами она выполняла домашнее задание на следующую неделю, обсуждая план нового розыгрыша. — Думаю, что стоит для начала повесить ведро с водой, которая бы обновлялось бы при приходе каждого слизеринца. Только представьте выражение их лиц. Зашел один — его облило, зашел другой и его так же облило, — сказал Джеймс.       Идея была действительно неплоха, а то, что Эйприл знает пароль от гостиной Слизерина, только развязывало им руки. — А дальше можно каждому в кровати подсыпать чесоточный порошок, смешанный с краской, — включился в обсуждение плана Хвост. — Представьте: лягут слизеринцы спать, а утром просыпаются разноцветные. Да и зуд им спокойствия не даст. — Верно, — согласился Сириус. — Можно также переделать немного воду в их ванной. И они будут ходить не только разноцветными, но и попахивиющии. Аромат можно выбрать любой. — И, наконец, можно сделать так, чтобы все то, что мы сделаем закрепилось так, чтобы слизеринцы не видели этого всего сутки. Тем самым розыгрыш продлится как минимум два дня, — закончила Эйприл.       План действий был обсужден. Вот только оставалось решить, когда лучше это сделать. Сегодня вечером никак. Эйприл уставшая после дежурства, завтра не будет Римуса. Вечером он обещал сводить на свидание Эмили, да и Джеймс с Лили будут на дежурстве. — Давайте завтра во время ужина, — предложил Сохатый. — У нас будет как минимум час свободного времени. Придём всем покажемся, быстренько поедим и отправимся под мантией-невидимкой в гостиную Слизерин. Там у нас будет достаточно времени, чтобы сделать задуманное и при этом остаться незамеченными.

***

20 декабря 1976

      Время бежало стремительно быстро. Казалось, только вчера студенты только переступили порог школы, а сегодня они уже уезжали на каникулы. Лишь семикурсники остались в школе. Так как это был их последний школьный год, никто не захотел уезжать оттуда.       Родители были предупреждены и отлично понимали нежелание детей уезжать из школы. Особенно тогда, когда им оставалось каких-то несколько месяцев до того, как они покинут это место навсегда, да и дома было небезопасно. Пожиратели смерти продолжали зверствовать. — Ну что, девочки, играем в карты! — громко объявила Алиса.       Гостиная сегодня принадлежала только семикурсникам, поэтому стесняться кого-то не было необходимости. Все свои, все знакомые. — Эйприл, тасуй карты.       Подкинутую вверх колоду девушка поймала кончиками пальцев и начала медленно перебирать карты. Между обществам друзей и подруг она бы выбрала мальчишек, но от этой игры в карты зависело слишком многое. Они играют на желание, а у Эйприл на это желание были свои идеи.       Когда карты были розданы, началась игра. Жесткая, требующая невероятной сосредоточенности. Поттер, пожалуй, была сосредоточена больше всех, ведь она должна была остаться почти что до конца игры. Довольно быстро из игры вышли Алиса и Марлин, примерно через пятнадцать минут выбыла Мэри и осталась только Лили. — Готовься выполнять желание, Лилс, — посоветовала Эйприл, вытянув последнюю козырную карту из своей руки.       Игра была окончена. Победила Эйприл. Нет, конечно изначально победила Алиса, но девочки несколько видоизменили правила игры. По их правилам, победившим считается тот, кто обыграл последнего человека и он же загадывает ему желание. — Мое желание просто, — сказала Поттер, улыбнувшись. — Поцелуй Джеймса.       Девочки оживились. Даже Марлин, которая изначально не планировала играть, немного оживилась. Эйприл прекрасно знала, что за развитие отношений лучшей подруги и брата переживает не только она одна. — Что?! — возмущенно воскликнула Лили и обернулась, надеясь, что однокурсник не слышал ее. — Я не буду целовать твоего брата. Придумай другое желание.       Поттер вздохнула. Она слышала, как стали возмущаться Алиса и Мэри. Они не хотели, чтобы правила были нарушены. — Тогда выкради у Слизнорта склянку с зельем удачи. — Зачем оно тебе? — удивленно спросила Лили.       Эйприл пожала плечами. — Зима пройдет и мы наверняка квиддичный сезон будет заканчивать вновь со слизеринцами. Регулус хорошо натаскал свою команду, и я не хочу проиграть ему, — объяснила она, при этом почти не соврав. Она лишь слегка приукрасила правду. — Но так же нельзя.       Поттер с трудом удержалась, чтобы не закатить глаза. Слишком уж порой дотошной была ее подруга. — Я дала тебе на выбор два желания. Изволь выбрать и исполнить одно из них.       Эйприл беззаботно откинулась на спинку дивана и стала ждать. Она не сомневалась в том, что подруга точно уж не станет красть зелье удачи у профессора, который намного больше других ценит ее достижения и видит ее светлое будущее. — Я не смогу поцеловать Джеймса, — пару минут спустя сказала Лили. — И вообще, почему это не может подождать, пока мы не начнем встречаться? — А вы собираетесь? — решила уточнить Эйприл. — Просто я не наблюдая сдвигов. Вы уже четыре вместе ходите вместе на дежурство. Могли бы и признаться друг другу уже. — Я жду, когда твой брат сам предложит.       Поттер вздохнула и обернулась на мародеров. Сейчас их было трое. Римус ушел на прогулку с Эмили, которая трансгрессирует завтрашним утром обратно домой. Джеймс, Сириус и Питер что-то обсуждали, поэтому ни один из них не заметил, что за ними наблюдают. — Он не предложит, — уверенно сказала Эйприл. — Ты столько раз отказывала ему, что он потерял веру в себя. Так что иди и целуй или тащи мне склянку. — Да поцелую! — рассерженно воскликнула Лили. — Только Блэка отсюда уведи.       Поттер пожала плечами и, ни слова не сказав, поднялась с дивана. — Девчонки, последите, чтобы она выполнила задание, — сказала она.       Алиса отсалютовала ей стаканом тыквенного сока. — А тебе жаркой ночки, — пожелала она, за что в нее тут же полетела подушка.       Пока Эйприл шла к мальчикам, она старалась придумать достаточный аргумент, чтобы увести Сириуса из комнаты. Можно, конечно, воспользоваться советом Алисы, но навряд ли Блэк согласится. — Сирь, ты обещал мне прогулку.       Решение нашлось быстро. Блэк ведь и вправду обещал сводить Эйприл на прогулку, так что девушке даже врать не пришлось. — Прямо сейчас? — удивлённо спросил Бродяга. — Может, завтра днем? Сейчас нам навряд ли удастся выбраться. Карты-то у нас больше нет.       Поттер вздохнула. Карты у них действительно не было. Пару недель назад ее отнял Филч и они до сих пор ее не вернули. — Жаль, — сказала она. — Может, пока мы бы шли до ворот, я бы передумала и мы пошли бы в нашу комнату…       Сириус вздрогнул, услышав шёпот возлюбленной. Такому тону он точно препятствовать не мог. — Тогда предлагаю сразу отправиться туда.       Эйприл потянула Блэка на себя, игнорируя усмешки брата. — Племянников мне только не заделайте, — попросил он, тут же получив подзатыльник от сестры. — А ты не завидуй, — посоветовала она. — У меня-то в личной жизни все хорошо. А ты разберись со своей.       Прежде чем выйти из гостиной, Поттер подмигнула подруге, давая понять, что она может действовать. Наверняка после этого эти двое точно начнут встречаться, а если нет, то девушка понятия не имела, как их еще можно свести. — И зачем ты вытащила меня из гостиной? — поинтересовался Сириус. — На улице холодрыга, а в нашей комнате мы были буквально позавчера. Мне кажется, ты что-то задумала.       Эйприл рассмеялась. — Только не говори, что ты против того, чтобы прийти туда ещё раз. — сказала она. — Ты сам говорил, что, будь твоя воля, ты бы меня из кровати не выпускал.       Блэк улыбнулся. — Я могу это исполнить, — пообещал он. — Точно так же, как и свое обещание, выдавать тебе одежду только по праздникам.       Поттер слегка оттолкнула парня, не переставая смеяться. — Тогда у тебя будет еще больше конкурентов. А мой брат свернет тебе шею, — пожала плечами она, когда приступ смеха закончился. — Но ты прав, я вытащила тебя не для того, чтобы заняться этим. Лили проиграла мне в карты на желание и она сказала, что выполнит свое задание, если я уведу из гостиной тебя.       Сириус присвистнул. — Что же это было за задание такое? — поинтересовался он. — Мне даже хочется вернуться и посмотреть.       Блэк развернулся, но Эйприл схватила его, развернув обратно. — Она должна поцеловать Джеймса. И просила, чтобы ей никто не мешал, — объяснила она, отпуская руку парня.       Бродяга присвистнул снова. — Эта причина действительно стоит того, чтобы меня выгнали из гостиной, — сказал он, обнимая Поттер, — но на улицу мы не пойдем. Так что позволь пригласить тебя в нашу комнату.       Внезапно в окно влетел патронус. Двум мародерам не составило труда узнать, что этот патронус принадлежал Римусу. Ведь только у одного человека в Хогвартсе патронус имел форму волка. — Я уезжаю на пару дней во Францию.       Патронус исчез так же быстро, как и появился. Эйприл и Сириус переглянулись. — Утащила, — покачал головой Блэк. — Зачем он во Франции?       Поттер покачала головой. Она действительно не знала, но предполагала, что это связано с отцом Эмили. — Будем надеяться, что он уехал не на все каникулы. У нас же столько планов, — сказал Сириус уныло. — Половину которых мы выполнить не сможем. Карты-то у нас больше нет. Тем временем у Римуса       Белоснежные хлопья медленно падали, заполняя и без того переполненную землю снегом. Лунатик не знал, кто именно проделал дорожку от Хогвартса к Чёрному озеру, но был ему благодарен. Он не представлял и не мог придумать другого места, куда можно было было бы сводить девушку. — Римус, тут так красиво, — влюбленно сказала Стюарт, поближе придвинувшись к парню. — Это озеро, как и многие другие места в Хогвартсе, украшают перед Рождеством, — объяснил Римус, разглядывая разноцветные огоньки лежащие на земле. — Эти огоньки — частицы магии, наколдованные профессорами школы. Я точно знаю, что это место украшали Джеймс и Эйприл.       Они медленно шли вокруг улицы, держась за руки. Одну руку Люпин держал в кармане мантии. В ней он сжимал коробочку покрытую красным бархатом. В ней лежало пусть и не самое дорогое, но обручальное кольцо.       С самого начала он хотел сделать предложение в рождественскую ночь, но, узнав, что девушка уезжает домой с этим пришлось поторопиться. — Почему ты решил прийти именно сюда? — спросила Эмили, догадываясь, что все это происходит не просто так.       Римус чуть улыбнулся и отвернулся в сторону, пытаясь собраться с мыслями. Пожалуй, ему стоило попросить совета у Сириуса. Ведь ему этим летом придется жениться на Эйприл. Может, он бы подсказал пару десятков красноречивых слов. — Эмили, — сказал он, пытаясь придумать, хоть что-то что могло бы относится к Стюард. — Наша с тобой встреча была неожиданной. Когда я встретил тебя на станции, то не мог и предположить, что когда-нибудь каких-то пару месяцев спустя мы встретимся снова и я полюблю тебя. Сейчас я не могу перестать благодарить небеса за то, что мы начали встречаться, за то, что ты не бросила меня, узнав, кто я. — Римус… — Подожди. Не перебивай, — попросил он. — Мне и так сложно сосредоточиться на том, что я должен сказать. В общем я полюбил тебя и сейчас понимаю, что не смогу жить без тебя. Ты выйдешь за меня?       Вытащив из кармана коробочку в форме сердца и не обращая внимания на холод, встал на одно колено. — О, Римус, — умилилась Эмили, прижав руки к лицу. — Я согласна. И встань с колен. Заболеешь же.       Лунатик кое-как поднялся обратно на ноги, при этом чуть не поскользнулся на небольшом ледяном участке, неизвестно как подвернувшимся ноги. — Осторожно, — попросила Стюард. — Я не хочу, чтобы мой жених разбился, не дойдя до алтаря. Слушай…       Девушка замерла, не зная, как сказать, что Римусу придется отправить вместе с ней во Францию и познакомится с месье Стюардом. Таковы уж были семейные традиции. — Мне, возможно, давно стоило сказать тебе, что тебя жаждет видеть мой отец, — сказала она нехотя. — Он хотел бы познакомится с тобой. Прости, возможно, стоило сказать тебе об этом раньше.       Люпин попытался улыбнуться. Улыбка вышла натянутой, поэтому он поспешно отвернулся в сторону Чёрного озера и стал смотреть, как луна отражается от льда, искажаясь ближе к берегу.       Он, конечно, знал, что рано или поздно ему придётся столкнуться с родителями своей девушки, но не предполагал, что это произойдёт так скоро. — Это же не связано с тем, что я сделал тебе предложение? — спросил Римус настороженно.       Эмили покачала головой. — Папа еще летом звал тебя к нам в гости, но я решила с этим повременить, — объяснила она. — Я думала, что мы съездим сразу после выпускного, но тут ты сделал предложение… В общем готова поспорить, что мой отец уже узнал об этом и нам лучше явиться к нему.       Люпин кивнул. «Раз надо, значит, надо» — правило, которое любила повторять мама, когда Римус лентяйничал. Вот и сейчас ему снова придется придержаться этому правилу. — Хорошо, только я сначала отправлю патронус друзьям. Навряд ли мы с ними встретимся.       Эмили кивнула и восторженно взглянула на серебристого волка, который вылетел из палочки спустя минуту. — Я уезжаю на пару дней во Францию.       Он хотел было сказать кое-что еще, но тут серебряная нить оборвалась и патронус улетел в сторону замка. Что ж, этот вид магии всегда давался ему тяжелее. — Знаешь, Розмерта зимой работает круглосуточно, поэтому мы через нее можем отправиться на станцию и оттуда купить билеты во Францию. — Это отличная идея.

***

24 декабря 1977

      Рик Дэвис сидел в гостиной своего дома и читал письмо от отца. Оно пришло ещё утром, но он не нашел времени, чтобы прочитать его. После того, как юноша год назад окончил Хогвартс, он тут же отправился искать работу. Родители едва сводили концы с концами, а ведь вместе с ними еще жила и его младшая сестра, и он понимал, что как хороший сын должен отплатить им за все то, что они вложили в него.       Работу в магическом мире найти не удалось. В военное время с этим было действительно туго. Он учился на банковское дело, но гоблины сейчас настолько придирчиво стали относиться к волшебникам, что Рик даже не стал соваться туда. Да и кто его пустит? Все в магическом мире наверняка знают, что его отец Джейк Дэвис задолжал крупную сумму денег и прямо сейчас вернуть ее, увы, не в состоянии. Поэтому в поисках работы бывший пуффендуец отправился искать в магловском мире и не прогадал, устроившись официантом в небольшое кафе.       Платили здесь немного, но этого хватало на жизнь и на то, чтобы немного денег отправлять родителям. Этим же самым занимался и его старший брат Тайлер. Вот только Тай, в отличие от младшего брата, пошел работать мракоборцем. Он зачастую пропадал на опасных миссиях, но за это ему и деньги платили неплохие. Так что родителям он посылал гораздо больше, что совсем не трогало Рика. — Чарли, уйди.       Оттолкнув ногой черного кота, который неведомо как попал к нему, он подошёл ближе к окну. Конечно, позднее он пожалеет о том, что оттолкнул животное, ведь характером кот едва ли уступал ему самому. Обидится и не будет возвращаться пару дней, а ему потом и переживать. Он даже представить не мог, что скажет соседским детям, когда они в очередной раз придут, чтобы погладить кота.       Честно, будучи учеником седьмого курса всего лишь год назад, он не знал, что жизнь повернется так круто. Он был старшей старостой, любимчиком профессоров. У него было много друзей, некоторые из которых осуждали его за общение со слизеринцами. Он мечтал стать мракоборцем и стал бы им, если бы не брат.       А что сейчас?       Сейчас он неразговорчивый, замкнутый, едва сводивший концы с концами официант в дешёвом кафе. Пожалуй, лишь одно осталось в нем неизменным: он все так же любил крепкий чёрный кофе по утрам. Он пил его и на завтрак, и на обед, и на ужин, даже в перерывах между посетителями. И то, что его лучшим другом по-прежнему был Питер Петтигрю, с которым он сблизился прошлой осенью. Теперь гриффиндорец и бывший слизеринец переписывались чуть ли не ежедневно. Рик даже пару раз встречался с ним в Хогсмиде и гулял с ним этим летом, а вот на зимние каникулы Хвост не приехал. Стойно своих друзей он остался в Хогвартсе, ведь это был последний год их обучения.       Не собираясь злиться на друга он наконец-таки продолжил читать письмо отца. Самое его начало, конечно, было посвящено их жизни, дальше, примерно половину пергамента, он потратил на то, чтобы рассказать о том, как по брату скучает младшая сестра, а то, что он прочитал дальше, ему совсем не понравилось. «… и Джинни все время плачет. Возможно, с этой новости стоило начать это письмо, но я не хотел огорчать тебя столь рано. В общем вчерашним днем к нам приходил Флимонт Поттер и сообщил, что… сообщил, что… сообщил, что нашего Джейка больше нет. Твой брат умер. Его убили. Убили Пожиратели смерти во время очередного задания. Похороны через неделю. Приезжай раньше, если сможешь. Твоя мать совсем плоха…»       Дальше Рик читать не мог. Сердце его сжалось от боли, глаза застелила пелена слез. Он не знал и не мог верить. Как могло случиться что-то подобное? Он всегда знал, что волшебники не бессмертны, хоть и живучее маглов на пару десятков лет, но он точно не мог себе представить, что смерть его настигнет столь рано. В пять лет он в первые столкнулся с этим, когда бабушка умерла прямо на его глазах. Она тогда готовила его любимое печенье, отчего-то делая это магловским способом. И вот когда слепленные печенюшки пора было класть в духовку она упала, так и не поставив их. Чуть позднее, тогда ничего не понимающему Рику сказали, что бабушки больше нет. Дедушку он и во все не помнил, но знал, что его сразила Драконья оспа. Теперь умер его брат. И сообщили ему это не когда-то, а в канун чертового Рождества. Праздники пошли гиппогрифу под хвост и ему было на это все равно. Его убивало лишь то, что брата он уже вернуть не сможет. — Папа, я приеду прямо сегодня, — пообещал он, уже собирая вещи.       Когда сумка с вещами была почти собрана Рик понял, что они могут не понадобится. Все самое необходимое есть дома. Куда он собственно собирается наряжаться? И зачем берет яркие вещи? Ему хватит лишь своей черной мантии, все остальное найдется дома. Оставив сумку не до конца собранной на диване, он подошел к камину, зачерпнул горстку волшебного пепла и, произнеся название улицы и номер своего дома, очутился на кухне и сразу понял, что что-то не так.       Был вечер. А в кухне не был включен свет, нигде не слышалось звука волшебного магнитофона, который по вечерам любила слушать мама, младшая сестра не носилась с криками по дому. На всякий случай достав из кармана волшебную палочку, Рик двинулся дальше. — Люмос, — тихо прошептал он.       Отчего-то ему не хотелось нарушать безмолвие, в которое погрузился их небольшой домик. Хотя оно и выглядело слишком мрачным и с какой-то стороны даже пугающим, и, войдя в коридор, он понял почему. — Мама, папа! — воскликнул волшебник, стремительно подойдя к родителям.       Они были мертвы. И понял Рик это сразу. Слишком уж в неестественных позах они лежали. Отец с волшебной палочкой в руке сидел, прислонившись к стене, а мать лежала поверх ступенек. Мозг сам собой стал вырисовывать картинку произошедшего. Миссис Дэвис шла на второй этаж, чтобы уложить пятилетнюю дочь спать, а отец шел запирать двери и тут врываются… Пожиратели смерти. В начале убивают отца, потом мать, которая пытается сбежать, а затем… — Элизабет! — крикнул Рик, уже взбираясь по ступенькам. — Лизи, девочка, выходи, братик дома.       Но Лизи выйти не могла. Рик обнаружил ее в своей комнате. В начале можно было предположить, что девочка уснула, сидя за столом, но потом юноша увидел лужу крови и нож торчащий из бока. Ее убили. Их всех убили. Рик остался один. И из-за кого? — Чертов Поттер! — воскликнул он. — Затащил моего брата на службу и из-за него он умер, а следом за ним и родители. Ну, ничего, я еще отомщу ему. Он пожалеет об этом и еще сполна успеет почувствовать мое горе.       Глаза парня вспыхнули в темноте, на мгновение осветив рисунок забрызганный каплями крови. С краю корявыми детскими буквами было написано «Мама, папа, Джейк, Рик и я. Наша семья». Семья от которой остался лишь один Рик.

***

6 января 1978

      Был вечер. Уроки прошли успешно, хоть и тяжело. Студентам было тяжело возвращаться к учебным будням после длинных каникул. Особенно тяжело было студентам с первого по шестой курс. Они то уезжали домой, а студенты седьмых курсов были в Хогвартсе, так что вливаться в учебу им было проще.       Ужин закончен. Старосты продежурили и дальше каждый студент мог заниматься тем, чем только захочет. Некоторые делали домашнее задание, некоторые играли с друзьями в игры, некоторые просто общались. Мародеры же сидели, как обычно, на своем месте. Среди них не было только Джеймса, что пропадал в компании Лили, бродя по коридорам. Задание Эйприл пошло на пользу обоим, ведь сразу после того поцелуя Сохатый позвал Лили прогуляться вокруг Хогвартса. Правда прогулка их закончилась только под утро и тогда-то подруга наконец поведала, что наконец-то вступила в отношения.       Эйприл тоже хотела прогуляться с Сириусом, но за окнами валил снег и Блэк ни за что бы не согласился выйти на улицу, зная, что Эйприл может заболеть.       Прямо сейчас она лениво листала один из журналов, оставленных кем-то на столе. Бродяга сидел рядом, так же лениво пролистывая журнал. Римус по обыкновению листал Ежедневный пророк. Утром у него не было на это времени, поэтому он сейчас пролистывал газету, изредка вчитываясь в какие-то статьи.       Из-за того, что в таких газетах на первой полосе чаще всего размещали статьи об убийствах, Лунатик начинал газету спустя несколько страниц. Там чаще всего размещались шутки анекдоты, кроссворды, результаты квиддичных матчей, поэтому самое плохое оставлялось на конец.       Эйприл кинула взгляд на первую страницу газеты. Как всегда, та пестрела множеством картинок. На первой полосе большими массивными буквами было написано «Жестокое убийство во Франции. Убита семья волшебников. Может ли это быть делом рук Сами-знаете-кого?».       Внимательно вглядевшись в фотографию, Поттер тут же бросила это занятие. Фото было сделано не качественно и слишком часто мелькало. Видимо, фотографы хотели показать всех жертв неизвестного.       Наконец Римус долистался до статьи об убийстве. Первые строчки ничего ему не дали. Обычная семья, в фотографию которой Люпин вглядываться не хотел. Мало ли кого еще могли убить в такое не просто время. Он стал вслух читать дальше, пропустив затянувшееся вступление. «…и наши корреспонденты, получив разрешение у самого министра магии, направились во Францию. Первым делом, что они увидели, были авроры заграничной страны. Получив специальное разрешение, мы вошли внутрь дома и увидели страшную картину. Семья из трех человек была убита в разных частях дома. Мужчина, судя по всему, отец семейства был убит сидящим на диване. Причем неизвестные не обошлись простым непростительным. Отрезав мужчине голову, они положили ему ее на колени, от чего создавалась жуткая картина. Его жену нашли дальше. Так же, как и у мужа, голову ее нашли рядом с ней. Их дочь также не пощадили. Девочка была студенткой Хогвартса и в этом году должна была его окончить. Ее нашли лежащей на кровати. В отличие от родителей голова ее была на месте, но вот тело было выпотрошено. Судя по всему, это дело рук Пожирателей смерти. Над домом был найден смертный знак, свидетельствующий о произошедшем убийстве. Чтобы выяснить личности потерпевших, мы обыскали дом и нашли документы. Ниже на фотографии представлены члены этой семьи до момента смерти. Слева и справа родители девочки Каспиан Стюард и Флер Стюард. Посередине их дочь Эмилия Стюард, которая, судя по всему, этим летом должна была выйти замуж…»       Дальше читать Римус не смог. Газета выпала из его рук, глухо коснувшись пола. — Вот почему она не приехала, — тихо сказал он, не веря в произошедшее. — Вот почему она не ответила на мое письмо.       И теперь не ответит. Она ушла. Ушла туда, откуда не возвращаются. Ее больше нет.