Как королева

Ещë в 11 утра она всей душой ненавидела этот день. Будь он проклят! Тяжёлая железная банка упала на еë миниатюрную ногу с идеально выполненным маникюром бежевого цвета. Конечно же, какая-то Елена, которая наводила порядок на еë и без того прекрасном лице и уронила эту самую ёмкость, была уже давно уволена по приказу отца Александры. Сейчас на часах уже 8 вечера и Трусова едет в Rolls-Royce Boat Tail, подаренный родителями на еë шестнадцатилетие. Естественно, у девушки были водительские права, но зачем напрягаться и вести машину, когда личный водитель может сделать это за тебя? На ногах были черные туфли от Manolo Blahnik, которые закреплялись серебряной широкой цепочкой на щиколотке. Палец после утреннего инцидента ещë пульсировал, создавая дискомфорт. Так же Елена обожгла ей голову плойкой, пока выпрямляла рыжие волосы, которые сейчас аккуратно лежали на плечах Александры. Было ой-как неприятно. Кто вообще устроил еë такую криворукую сюда работать? Наверное, за всю работу, которую эта Лена проделала с ней сегодня, девушка была благодарна лишь за макияж. Вот он по настоящему был красив. Smoky eyes и нюдовая помада. Со вкусом. И это был единственный плюс этой работницы. Машина плавно затормозила. Водитель, чьего имени Александра не помнила, вышел из транспортного средства и, открыв дверь Трусовой, подал ей руку: — Александра Вячеславовна, прошу. — Благодарю, — девушка, воспользовавшись помощью мужчины, вышла из автомобиля. Перед зелёными, как изумруды, глазами Трусовой появилось красивое трёхэтажное здание. Только вид строения дал девушке понять, что это, должно быть, очень важная сделка для компании еë родителей. Поправив чёрное облегающее платье с широкими рукавами, она поднялась по мраморной лестнице и зашла вовнутрь. Охрана пропустила еë, даже не взглянув на документы. Пф, естественно она была неподражаема, восхитительна, прекрасна и другие эпитеты, которые подбирают ей эти все люди, но охранники очень плохо выполняют свою работу. Надо будет сказать об этом папе. Зал впечатлял своими размерами. В самом центре кружилось несколько пар. В углу стоял оркестр, а по периметру были расставлены маленькие круглые столики. За одним из таких сидел мужчина, который слишком активно махал Трусовой. Девушка подошла к нему. Модельная походка, высоко поднятая голова. Она чувствовала на себе взгляды. Восторженные — мужчин и завистливые — конечно же — женщин. — Вы всегда такая очаровательная? — услышала Александра, когда подошла к нужному ей столику. Эрнест Хэригтон. Один из самых успешных предпринимателей этого мира. Ему за 30, но выглядит он сногшибательно по мнению девиц, которые без устали следят за ним в социальных сетях и падают, когда он посмотрит в их сторону. Смуглая кожа, темные волосы, завязанные в конский хвост, густые брови, прямой нос, проколотый септумом, пухлые губы и светлые голубые глаза. Голубые. Почти прозрачные. Вот такое вот несоответствие. Подкачанное тело обволакивала белоснежная рубашка. Дорогая, наверняка. Трусова вообще больше любила светлую одежду на мужчинах. Наверное, с этими девицами можно было согласиться, он был привлекательным, но не для Александры. Она привыкла к встречам с мужчинами, которые старше еë вдвое, а иногда и втрое. Таких было уже, наверное, порядка сотни, но ни один не приглянулся ей. Мама называла еë Снежной Королевой. Александра же определяла это как концентрацию на поставленной задаче. И она прекрасно справлялась — все, с кем были у неë встречи, в итоге подписывали контракт. Многие скажут: — Да она же как игрушка для родителей. Они пользуются ей для достижения своих целей. Это неправильно! Но вы поживите недельку в условиях, в которых живёт Трусова. Вам хватит этого срока, чтобы понять, что еë «работа» — сущие пустяки. В ответ на реплику мужчины она лишь улыбнулась. Стоило ей только мельком посмотреть на стул, как Эрнест тут же подскочил и отодвинул его для дамы. Поблагодарив его, девушка присела. — Как я могу к вам обращаться? — Трусова решила начать с формальностей для того, чтобы лучше узнать оппонента. Это была самая проверенная тактика. Узнаешь предпочтения, слабости, а дальше все в твоих руках, нужно только правильно надавить. Возможно, она была слишком умелым манипулятором для своих лет, но лично девушку всë устраивало. — Бросьте, Александра Вячеславовна, просто Эрнест и желательно на «ты». А что же насчëт Вас, прекрасная дама? — Александра, — кратко ответила Трусова, улыбнувшись — Будете что-нибудь из еды? — протянул Хэригтон, вскинув бровь — Не отказалась бы. Перед еë глазами появился молодой парень. — Добрый вечер, меня зовут Алексей, я ваш официант на этот вечер. Уже определились с выбором? — Да, мне, пожалуйста, куриную грудку в брусничном соусе с овощами и бокал красного вина Cabernet Sauvignon, — девушка знала, что еë спутник даст ей возможность выбрать первой, поэтому не стала терять времени. — Мне тоже, что и даме, — Эрнест посмотрел на Александру заигрывающим взглядом. От этого жеста Трусовой захотелось засунуть два пальца в рот и склониться над унитазом, но она лишь вежливо улыбнулась. — Прекрасный выбор, через пятнадцать минут ваш заказ будет готов, а пока вы можете потанцевать и насладиться живой музыкой. Приятного вечера, — Алексей оставил их наедине. — Извини, мне нужно в уборную, я скоро вернусь, не скучай, — произнесла девушка и удалилась, пока мужчина не успел ответить. Конечно, еë работа была сложная. Постоянная вежливость, хладнокровие и проявление интереса к совершенно скучным объектам — так себе занятие. Но обычно всë как-то... проще? Не раскалывается голова, как сейчас. Нет ощущения тревоги, которое в эту секунду разрывает лёгкие. у Трусовой было плохое предчувствие. Ужасное. Александра прошла в женскую уборную к самому дальнему умывальнику и повернула ручку крана до упора в сторону синего полукруга. Нежной кожи лица коснулись капли ледяной воды. Остудить пыл. Отключить эмоции. Надеть маску Снежной Королевы. Не чувствовать ничего. Эти строки крутились в голове девушки, как алгоритм. Не помогает. Она вышла на задний двор здания. Сев на лавочку в самом углу, девушка достала из сумочки пачку сигарет, которые купила недавно в каком-то киоске, и зажигалку. К такому методу расслабления она приходила редко, но иногда было просто необходимо. Из коробочки черного цвета вырвался огонек. Вдохнула никотин, стало лучше. Все мысли как-то улетучились, а мозг сконцентрировался на облаке дыма, которое только что выдохнула Александра. Девушка смотрела на небо. Уже давно стемнело, и теперь темное полотно украшали звезды. Трусова невольно сравнивала их с веснушками. Найдя большую медведицу, она принялась искать Полярную звезду, а затем и другие созвездия. Еë изучение ночного неба прервал взгляд парня, который прожигал в ней дыру не первую минуту. Александра посмотрела на него. — Курение вредит здоровью, — большинство мужчин смущались в таких ситуациях, а этому смелости рот открыть хватило. — За чем наблюдаешь? — Созвездия ищу, — девушка давно не общалась с кем-либо в такой непринуждённой обстановке, ей даже стало некомфортно. — И какое твоë любимое? — Не знаю, — Трусова пожала плечами. — А твоë? — Дракон, — парень улыбнулся. — Да? И почему же? — она затушила сигарету и выбросила окурок в мусорный бак. Любитель-созвездия-дракона проследил за еë движением и улыбнулся ещë шире. — Его сложно найти, — парень поджал губы. — Я, кстати, Марк Кондратюк, а ты? Марк. Как мурчание кота. Как что-то, что ассоциируется с уютом и теплом. И что-то, что чуждо самой девушке. — А как бы ты меня назвал? Какое имя мне подходит? — на лице Трусовой расцвела улыбка — Елизавета, — практически моментально ответил Марк. — Почему? — она свела брови на переносице — Как королева, — Кондратюк пожал плечами. Вот чего Александра так давно не испытывала — смущения. Видимо, сегодня некий Марк Кондратюк решил заставить еë почувствовать некоторые ощущения вновь. Только сейчас она заметила, что он был брюнетом. Его волосы были кудрявыми и как-будто зачарованными: Трусовой очень захотелось провести пальцами между прядями. Девушка встряхнула головой, отгоняя странные мысли. — Я Александра. — Красивое имя, — парень встал, подошел к ней и подал руку. — Тут становится прохладно, нужно возвращаться. Она вложила свою ладошку в его и поднялась. Рука Марка была теплой, и Трусова заметила, насколько замерзла. Похоже, заметила это не только девушка: через секунду на еë плечах оказался пиджак Кондратюка, а взгляду Александры открылось худое тело, облаченное в черную рубашку. Что она там говорила про белый цвет на мужчинах? Вычеркните. Пара направилась в сторону здания. это были самые спокойные пять минут в жизни Трусовой. Они шли в полной тишине, держась за руки. На девушке покоилась вещь парня, а голова Александры лежала на плече Кондратюка. Посмотрев на них, можно подумать, что они вместе. Но нет. Эти двое знакомы минут десять. — Нам будет лучше зайти по-одному, — сказала Трусова, когда они дошли до двери, посмотрев Марку в глаза. Голубые глаза. Нет, не такие прозрачные, как у Эрнеста. Более насыщенные и глубокие. В таких утонуть — несложное дело. Парень лишь кивнул и девушка отдала ему пиджак. Марк протянул руку и положил еë Александре на щëку. Стал поглаживать скулу девушки большим пальцем. Нежность. Сколько приятного в этих буквах. Трусова прикрыла глаза. Это было потрясающе. Возможно, для кого-то этот жест — что-то само собой разумеющееся. Но девушке нечасто приходилось это чувствовать. От родителей она получала любовь, но проявлялась та точно не в нежности. Мужчины, которые еë обхаживали, скорее стремились получить достижение "Я трахал Трусову", чем любовь Александры. А больше у неë никого не было. Кондратюк убрал руку, и Трусова почувствовала опустошение. Самое разумное решение в этой ситуации было хватать его и убегать подальше. Подальше от этого здания. Подальше от Эрнеста. подальше от родителей. Подальше от вежливой улыбки. Подальше от старой жизни. Она ещë раз заглянула ему в глаза и, развернувшись, ушла.

***

Эрнест ждал еë за столиком, блюда на котором уже ждали своего часа. Она села, пожелала приятного аппетита мужчине и принялась за трапезу. — Ну, что ж, Александра, мы наконец-то сели есть. Вы от меня теперь никуда не убегаете, — он нервно посмеялся. — И мы можем обсудить некоторые рабочие моменты. Как вы знаете, я являюсь акционером транспортной компании, — только не это. Она надеялась, что он будет немногословен, и они побыстрее закончат этот ужасный ужин. — Как я понял, компания ваших родителей нуждается в наших услугах, мы уже обсудили все условия. Почти все, — Хэригтон метнул ей загадочный взгляд. Трусова уже начала молиться, чтобы последним условием было просто выполнение того самого достижения. Просто секс. — Знаете, Вы очень прекрасная девушка. Яркая, впечатляющая, удивительная. Не каждому позволено провести беседу с такой, не говоря уже об ужине. Мне крайне повезло в этом плане. Но очень неприятно думать о том, что Вы так же можете проводить время и с другими мужчинами, — он встал из-за стола. Подошел к Трусовой, достал что-то из кармана брюк и сел перед ней на колено. О нет. Только не это! — Выходите за меня. Это моë последнее условие сделки. Хэригтон открыл коробочку из красного бархата. Золотое кольцо с какими-то явно нечасто встречающимися бриллиантами. Оно выглядело роскошно и красиво, но Александра не могла сейчас оценить по достоинству эти качества. Вдох, выдох. — Эрнест, я надеюсь, вы понимаете, что мне нужно время на обдумывание, — голос звучал, на удивление, ровно. Девушка могла собой гордиться. — Конечно-конечно, я вас ни в коем случае не тороплю! Хорошенько подумайте, обсудите с родителями. Я даю вам неделю, а потом мы сможем где-нибудь встретиться. Шок прошёл, и теперь на неë обрушилась серьезность происходящего. Её выдадут за незнакомого мужчину. И если вы думаете, что родители откажутся, то забудьте. Они никогда не откажутся от такой "выгодной партии". Никогда. Александра хоть и жила такой жизнью, всё-таки надеялась, что это сможет закончиться. Когда-нибудь. Когда ей исполнится восемнадцать, когда она найдет человека, в которого по-настоящему влюбится. Человека, который будет еë понимать, поддерживать. Которому можно будет доверять. Но вот всем надеждам пришел конец. Окончательный. — Может, пойдем потанцуем? Начинается французский вальс, — мужчина наконец-то встал с колен и поднял руку в пригласительном жесте. Трусова безмолвно вложила свою ладонь в его, и через пару секунд они уже оказались среди танцующих пар. Александра присела в реверансе, они закружились в танце. Эрнест смотрел ей в глаза, а девушка стоически пыталась выдержать его взгляд. Пришло время разворота и круга с другим партнёром. Она ждала этого момента, потому что отвлечется от глаз, прожигающих еë душу. Всяко лучше, чем это. Трусова развернулась через правое плечо и наткнулась сначала на черную рубашку, потом на пиджак, следом на коричневые кудри, ну, и, в завершении, на голубые глаза. Марк. Блять.