Спасибо, Чимин

      Утро встретило Чонгука головной болью — ее он осознал раньше, чем успел открыть глаза. А когда открыл, она только усилилась. Интересно, сколько он проспал? И надо бы срочно вспомнить, где он сейчас находится. Шторы на окне были недостаточно плотные, поэтому проникающий свет позволил рассмотреть симпатичную комнату. Обстановка пробудила в Чоне воспоминания. Клуб. Алкоголь. Танцы. Тэхен. Тэхен? Тэхен! Это точно комната Тэхена, где они вчера… Чонгука настигли воспоминания о вчерашних событиях, и краска залила лицо. Нет, события, несомненно, были прекрасные и желанные. Смущало только собственное излишне распущенное поведение и напористость.       На тумбе рядом с кроватью Чон обнаружил таблетки и стакан с водой. Употребив и то, и другое, он отправился на поиски ванной комнаты. Он бы с радостью зарылся под одеяло, чтобы упиваться стыдом и жалостью к себе, но природа требовала другого. Выйдя в коридор, он услышал явное присутствие старшего на кухне, но поспешил скрыться за дверью ванной. Через десять минут, приведя себя в порядок, он отправился в кухню. Остановившись в дверях, он невольно залюбовался Кимом. Тот в светло-серой огромной футболке и такого же цвета шортах с растрепанными волосами готовил завтрак. Увидев младшего, он расплылся в своей самой милой улыбке. Он был так не похож на вчерашнего Тэхена — возбуждающего и обольстительного. Это был мягкий и уютный Тэ, но от этого не менее любимый и желанный.       — Доброе утро, Чонгуки! Как спалось? Ты выпил таблетку? Наверняка у тебя болит голова, — начал старший, не отрываясь от своего занятия.       — Доброе утро, хен. Спасибо за заботу, сейчас уже лучше, — Чонгук постарался спрятать взгляд.       — Не знаю, что ты любишь есть на завтрак. Но сэндвичи — это единственное, что я умею готовить. Кофе вот-вот будет готов. Садись за стол.       — Сэндвичи вполне подойдут. Не думал, что есть что-то, чего ты не умеешь, хен, — засмеялся младший, но получилось слишком вымученно.       Чонгук сел и перед ним тут же появилась тарелка с завтраком. Наливая кофе, Тэхен следил за выражением лица младшего и хмурился.       — Гуки, все в порядке? Хочешь поговорить о вчерашнем? Я сделал что-то не так? — Ким сел рядом и накрыл руку Чона своей.       Чонгук в ужасе замотал головой. Последнее, чего ему хотелось бы, — чтобы старший винил себя в чем-то.       — Хен, ты не сделал ничего такого… Я имею в виду… Все было прекрасно! Только мне немного стыдно за свое поведение.       — Подумаешь, перепил немного. С кем не бывает? Ты же был со мной. Ничего страшного не случилось.       — Но я же лез к тебе. Я практически заставил тебя… Тебе, очевидно, этого всего не хотелось, — Чонгуку стоило бы закрыть полыхающее лицо руками, но для этого пришлось бы вынуть собственную ладошку из теплой и поддерживающей руки Тэхена, а этого совсем не хотелось.       — О, Гуки, конечно, хотелось! У меня невероятно красивый сексуальный парень, который еще ко всему прекрасно двигается. Просто я был чуть трезвее, чтобы суметь остановиться. А еще я старше и должен заботиться о тебе. Поэтому я хочу, чтобы все было постепенно и комфортно. А вчера позволил нам… небольшую шалость, — Тэхен смотрел в глаза младшего, и в его взгляде были только нежность и забота и ни капли осуждения. От такого взгляда Чонгук успокоился.       Первые пары они проспали, поэтому решили пойти в универ после большого перерыва, чтобы Чонгук успел переодеться и взять учебники в общаге. Если исключить головную боль, то это утро могло бы посоревноваться за звание одного из лучших для Чона: проснуться в кровати любимого, позавтракать вместе, прерываясь на невинные поцелуи и прикосновения, появиться в универе, держась за руки и ловя на себе пару десятков удивленных взглядов.       В универе пришлось разойтись: Тэхен направился к друзьям в столовую, Чонгуку было необходимо сдать работу, предусмотрительно сделанную еще в субботу. Направляясь в библиотеку, чтобы распечатать задание, в одном из коридоров Чон краем глаза увидел знакомые силуэты.       Он уже хотел окликнуть друзей, но что-то остановило его. Он замер и пытался понять, что именно он наблюдает. Метрах в пятнадцати от него стояли Чимин и Минсу. Они смотрели прямо друг на друга и никак не могли заметить Чонгука. Лица были напряжены, Чимин обеими руками держал кисти Минсу и что-то говорил. Все это не было похоже на бессмысленный дружеский треп, и не было похоже, что уместно будет вмешательство кого-то третьего. Поэтому Чон поспешил в библиотеку, обещая себе позже подумать об увиденном.       Мысли об этой ситуации не раз возникали у него в течение дня. Тем более, Минсу на всех оставшихся парах был еще более отсутствующим, чем несколько предыдущих дней. Он рассеянно глядел в окно и рисовал каракули на полях в тетради. На прямой вопрос он ответил стандартным «все в порядке». Поэтому Чонгук пообещал себе узнать все у Чимина. Все-таки сцена, подсмотренная в коридоре, показалась ему какой-то слишком интимной. Да, парни давно общались в одной компании, много времени проводили вместе, но эти двое никогда не оставались наедине и уж точно не в их привычках нежно держаться за руки. Может, это как-то связано с новой тайной симпатией Чимина? Оставалось только надеяться, что друг наконец поделится с ним чем-то настолько важным.       После пар Чонгук, наконец, решился написать Чимину. Возможно в переписке ему будет проще раскрыться.

Вы: Чим-Чим Расскажешь мне, наконец, в кого ты влюблен и как ты накосячил?

Чимини: Ох, Чонгуки… Недавно я был на свидании с одним нашим общим знакомым Ты удивишься, узнав, кто это

Вы: Это Хосок-хен?

Чимини: Что?? Почему Хосок?

Вы: Ну, это было бы неожиданно:D

Чимини: Даже слишком Учитывая, как он влюблен в Дахен

Вы: Чего???

Чимини: Мелкий, ты совсем слепой, если не видишь, как он на нее смотрит Это, наверное, потому, что ты сам смотришь только на своего красавчика

Вы: Чимин, не меняй тему!

Чимини: Да-да Так вот Минсу меня пригласил. Причем я вообще не понял, что это свидание Думал, мы просто по-дружески покатаемся на байке

Вы: Чим…

Чимини: Да знаю В общем, когда он мне признался в симпатии и поцеловал Я немного резко отреагировал и обидел его

Вы: Ого Не ожидал от него, он всегда был самый натуральный натурал

Чимини: Тем ужаснее то, как я отреагировал Поэтому я сегодня поговорил с ним, извинился Он вроде понял и сказал, что между нами все ок

Вы: Так вот, о чем вы говорили с кислыми лицами

Чимини: Ты видел нас?

Вы: Ага Я еще понять не мог, почему ты его держишь так нежно Кстати, а почему ты ему отказал? Ты как-то шутил, что перетянешь его на нашу сторону

Чимини: Чон Чонгук, я не встречаюсь с друзьями! Тем более я уже неделю не могу выкинуть из головы одного парня…

Вы: Кто он?

Чимини: Не хочу называть имя Но ты его знаешь И он не станет встречаться с парнем, он сам мне сказал

Вы: Мне жаль Но ты говорил, что я смогу тебе с ним помочь?

Чимини: Я уже ни в чем не уверен Он слишком красив и талантлив, и видимо не для меня…

Вы: Не теряй надежды, Чим

Чимини: Не будем о грустном Лучше расскажи мне, чем закончился поход в клуб с красавчиком       Чонгук рассказал о клубе, конечно, уделяя особое внимание тому, как круто выглядел Тэхен и как классно он танцует. Чону было немного стыдно хвастаться своим парнем, когда Чимин страдает от неразделенной любви, но тот действительно радостно воспринял рассказ, особенно то, что вечер кончился у Кима дома. О самых пикантных подробностях Чон умолчал.       Следующие три недели пролетели незаметно. Настроение в компании выровнялось. Чимину и Минсу удалось начать общаться как раньше, и обеды перестают быть тихими. Чонгук половину времени обедал с Тэхеном и его друзьями, но все же теперь он замечал особое отношение Хосока к своей сестре. Хотя никаких действий тот пока не предпринимал.       У Тэхена с Чонгуком все складывалось хорошо. Они ходили на романтические свидания после пар, много переписывались, иногда часами говорили по телефону. Вот только с интимной точки зрения их отношения не двигались. Даже в те два раза, когда Чон оставался у Кима на выходных, они смотрели фильмы и только целовались полночи. Но Чонгук был готов к большему. Он слишком долго смотрел на Тэхена издалека, чтобы теперь тратить недели на поцелуйчики. Ему не терпелось полностью обладать этим парнем и самому сдаться в его объятия. Осталось только дать понять это старшему, причем заранее, чтобы убедить, что это взвешенное продуманное взрослое решение, а не подростковый спермотоксикоз разбушевался.

Вы: Хен, я хочу поговорить с тобой о кое-чем важном

Тэхени-хен: Давай позвоню. Или хочешь встретиться?

Вы: Не надо. Написать мне будет легче

      Чонгук отправил сообщение и стукнул себя по лбу — это точно не похоже на поведение взрослого парня, который готов заняться сексом. Но сейчас он вряд ли готов к личному разговору. Тэхени-хен: Что случилось, малыш?       «Малыш». Вот что случилось нового в их отношениях за последние недели. Тэхен начал использовать милые прозвища для своего парня, а тот растекался в лужицу каждый раз от таких слов. Но сейчас нужно было собраться и уже поговорить о том, что его так волнует.

Вы: Какие планы на выходные, хен?

Тэхени-хен: Как всегда — провести время с тобой. Хочешь куда-то сходить, в кино например?

Вы: На самом деле я рассчитывал на романтический вечер у тебя дома. Я хочу, и я готов

Тэхени-хен: О, Гуки Понимаю Ты уверен?

Вы: Да, на все сто

Тэхени-хен: Хорошо Для тебя это первый раз Может, ты хочешь что-то спросить или обсудить заранее?

Вы: Я хотел спросить, какую позицию тебе нравится занимать в сексе?

      Чонгук покраснел как никогда, печатая эту фразу. Тэхени-хен: О, малыш Пожалуйста, ответь первым на свой вопрос Мне важно, чтобы ты решил сам, а не просто подстроился под меня

Вы: Я не пробовал… Но думаю, что мне хотелось бы и так, и так…

Тэхени-хен: Отлично, Гуки! Мне понравилось бы меняться Но как бы ты хотел в первый раз? Тебе должно быть максимально комфортно

Вы: Снизу В первый раз предпочел бы быть снизу

Тэхени-хен: Хорошо, малыш Я позабочусь о тебе       Они сменили тему разговора и переписывались еще несколько часов. Чонгук остался доволен, что обсудил то, что его так тревожило, и даже умудрился не рухнуть в обморок от смущения. Все дни до выходных эта тема больше не поднималась.       Обычно они ехали к Тэхену в пятницу после пар и оставались дома до вечера субботы. Но в этот раз договорились встретиться в субботу днем и все-таки сходить куда-нибудь. Решили пойти в кафе. Чонгук очень не хотел полтора часа сидеть в кинотеатре молча, а значит оставаться наедине со своими мыслями. За разговорами получалось отвлечься.       Старший, казалось, совсем не волновался. А Чонгук все время в мыслях возвращался к тому, что должно произойти сегодня вечером. Тем более ему пришлось немного подготовиться к свиданию. Час чтения в интернете, а потом сорок минут в душе дали ему чуть больше уверенности в том, что все пройдет хорошо. Он пытался понять свои ощущения там, в душе, это не было болезненно, скорее непривычно и дискомфортно, но и ничего близкого к удовольствию тоже не было. Но рассудив здраво, Чон понимал, что тысячи пар не делали бы этого, если это не доставляло в конечном итоге им удовольствия. Значит и у них все будет хорошо. Тем более у него всегда есть вариант поменяться ролями со старшим. Ему особенно понравилось то, что их желание меняться позициями в постели совпало. Они просто созданы друг для друга. Осталось только убедиться в этом.       Когда они, наконец, оказались на пороге квартиры Кима, тот тоже стал немного волноваться:       — Располагайся, малыш, я пойду немного освежиться.       Чонгук не стал включать главный свет, обошелся светильником у кровати и настольной лампой. Старший вышел из душа через десять минут в свежей домашней одежде светлых оттенков, которые так идут ему, по мнению Чонгука. Младший видел, как в его глазах забегали огоньки и готов был уже наброситься на старшего, но тоже решил сходить прежде в душ.       Прохладная вода ни капли не остужала. В голове то и дело мелькали картинки со старшим, которые последние пару недель не давали Чонгуку покоя. Он воспользовался ароматным гелем для душа, чтобы их запахи слились в один, как и их тела. Выключив воду, Чонгук был уже так готов и настроен, что не стал одеваться, а только обернул полотенце вокруг бедер.       Когда он появился в комнате, Тэхен быстро что-то сунул под подушку и резко выпрямился. Наполовину обнаженный вид Чона добавил ему решимости. Он подошел максимально близко и аккуратно притянул младшего за талию.       — Гуки…       Тот, не теряя ни минуты, притянул старшего за затылок и прикоснулся своими губами к чужим. В этом прикосновении так странно соседствовали нежность и страсть. Они целовались уже несколько минут, поцелуи становились все глубже и требовательнее. Руки старшего скользили по спине и опускались к ягодицам. Руки младшего зарывались в пряди на затылке и потягивали, заставляя немного запрокинуть голову, открывая шею для влажных прикосновений. Когда страсть поглотила полностью, Чонгук толкнул Кима на кровать, оказываясь сверху. Его руки нырнули под тонкую ткань футболки, оглаживая живот и бока. Еще через мгновение, он потянул ткань вверх, освобождая старшего и желая получить лучший доступ к его медовой коже. Чон медленно проводил дорожку из поцелуев от шеи вниз, выбивая из старшего тихие стоны и тут же запечатывая их поцелуями. Оказавшись у самой кромки белья и домашних штанов, он сказал:       — Теперь моя очередь немного пошалить.       — Что? Гуки… ты не должен… — дрогнул бархатистый голос Тэхена.       — Но я очень хочу. Позволь мне, хен, — остановился на мгновение младший, дожидаясь одобрения. После едва заметного кивка головы стянул с Кима штаны вместе с бельем.       Утопая в атмосфере желания и дрожа от страсти, Чонгук осторожно взял ствол старшего. От его довольного шипения внизу живота стянуло горячий узел. Гук неумело, но с большим рвением поместил горячую головку к себе в рот и стал посасывать. Осознание накрыло его волной, и ему показалось, что он сейчас задохнется от удовольствия — его любимый Тэхен сейчас так красиво стонет под ним, позволяя делать с собой столь интимные вещи. Чонгуку потребовалось несколько мгновений, чтобы отдышаться, и он продолжил. Он очень старался сделать Тэхену приятно, обводя языком каждую венку его возбужденного органа, беря как можно глубже. Он испытал настоящее удовольствие, когда старший, слегка оттолкнув его, с громким стоном излился на свой живот. Это самый прекрасный звук, который Чон готов был слушать вечно.       Придя в себя после сильнейшего оргазма и вытерев живот полотенцем, которое все это время лежало на тумбочке, Тэхен повалил младшего на спину, оказываясь сверху.       — Гуки, мой хороший, — он отодвинул мокрые прядки со лба.       — Тебе понравилось, хен? Я не умею, но я старался.       — О чем ты говоришь? Это было волшебно, восхитительно! Ты восхитительный. Мой… — старший утянул его в глубокий тягучий поцелуй.       — Сделай меня полностью своим, Тэ, — тихо, но уверенно попросил младший.       Взглянув на Чонгука и увидев взгляд, полный желания и решимости, Тэхен выудил из-под подушки презерватив и тюбик со смазкой. Откинув полотенце, которое до сих пор скрывало возбуждение младшего, он выдавил смазку и медленно начал готовить его. Он двигал сначала одним пальцем, а позже двумя, осыпая желанное тело нежными успокаивающими поцелуями. Больно не было, но Чону пришлось свыкаться с непроходящим дискомфортом. Когда в него скользнул третий палец, что казалось уже слишком, тело пронзила стрела болезненного удовольствия. Чонгук неожиданно для себя выгнулся и вскрикнул. С каждым следующим движением пальцев Тэхен все приятнее попадал по заветной точке. Чонгука размазывало по кровати в каком-то бреду.       — Хен, пожалуйста… Пожалуйста. Я хочу тебя, хен.       Ким вынул пальцы, чтобы надеть презерватив и размазать большое количество смазки. Чувство пустоты внутри показалось Чону неправильным и неприятным.       — Я люблю тебя, малыш, — с этими словами Тэхен вошел в него наполовину. Чонгук был бы рад что-то ответить, но его губы утонули в нежных успокаивающих поцелуях. Через некоторое время младший двинул бедрами на пробу и давая старшему разрешение двигаться. Его движения были плавными и тягучими. Задевая каждый раз нужную точку, он медленно, но верно вел младшего к яркому удовольствию. Головы были пусты от мыслей, но оба четко почувствовали момент, когда будто стали одним целым, когда их души объединились, чтобы больше никогда не расставаться. Тэхен ускорился, вбивая младшего в матрас и теряя голову от его пошлых стонов. Оргазм накатил почти одновременно: младший излился на их животы с нежным «хен» на губах, что окончательно добило старшего и он кончил, утыкаясь лбом в плечо младшего.       Им потребовалось несколько минут, чтобы прийти в себя. После старший отнес Чонгука в душ на руках. Они вместе стояли под теплыми потоками воды и оглаживали друг друга руками. В этих объятиях и поцелуях уже не было похоти, а только тепло и забота.       Уже позже прижимая к себе в кровати сонного обнаженного Чонгука, Тэхен пробормотал ему в шею:       — Я люблю тебя, Гуки. Так сильно люблю…       — Я тоже тебя люблю, Тэ, — подумал Чонгук, но сил хватило только на то, чтобы довольно улыбнуться во сне.