Unfinished wine

Запах сигарет, недопитое импортное вино и опрокинутый бокал. Слышны лишь звуки поцелуев, а на фоне тихих, почти неуловимых стонов, в голове лишь один вопрос "как до этого дошло?" Осень, сентябрь месяц. Чуя уже как год не состоит в портовой мафии. Он покинул ее по собственной воле. По крайней мере, ему так казалось. Парень не торопясь двигал в ВУЗ, находившийся давольно далеко от квартиры Накахары, доставшейся ему от умершей матери. На пары парень ходил неохотно и часто прогуливал их под хлопковым одеялом, которое грело вечно мёрзнувшего Чую. Он вообще не особо стремился получить высшее образование. Оно было нужно, как говорят, для галочки. На первые пары парень не пошёл, он не считал для себя нужным появляться на истории архитектуры, да и препод был нестрогим, так что Чуя забивал большой болт на его предмет. А спешил он на пары по проектированию, их пропускать Чуе было нельзя. Почему? Всё просто, только эти пары регулярно посещал предмет многолетнего воздыхания Накахары - Осаму, черт его дери, Дазай. Бывший напарник Чуи каким - то образом оказался на его факультете и даже в его группе, только на 3 курсе, насколько парень знает, Дазай перевелся из другого вуза, но причину рыжеволосый не знал. Переодически они общались на парах, бывало даже заходили в кафешку при вузе. Накахара ещё в 16 лет понял, что Дазай его типаж. Глянув на котлы, Накахара понял, что время поджимает, а он только сел на электричку, когда часы показывали, что до пары осталось всего 15 минут. Чуя не особо суетился, опоздать на пару для него - норма вещей. Он неспешно достал из кармана спутавшиеся наушники и вставил их в уши, включая любимый трек. Время пролетело незаметно, и Накахара уже сдавал свой черный плащ, которому никогда не изменял и носил его уже как часть себя. Часы уже кричали, что парень опоздал на пару, но он всё так же, как улитка брёл по коридору вуза. Тихо, но нескромно войдя в аудиторию, Чуя, не проронив ни слова, сел на последний ряд в аудитории. Преподаватель так же молча проводил его взглядом, он привык к вечным опозданиям рыжего юноши. И вроде бы, всё как обычно, но что - то было не так. Накахара начал бегать глазами по аудитории, но нигде не мог выцепить Дазая, неужели, он опаздывает или решил прогулять свой излюбленный предмет? Юноша просидел эти две пары по проектированию, но Осаму так и не соизволил явиться. Настроение Чуи было уже на нуле. И вообще, чего он так гоняется за этим Дазаем, смысла в этом вообще нет, да и перспективы тоже, что в этом отморозке так привлекало парня? Он и сам не знал. То ли его руки, то ли смазливая мордашка, то ли его отстранённость, то ли еще чего. Вот же пиявка, впился в голову и мысли о нём Накахару не покидали. Парень забрал своё пальто и хотел уже покинуть вуз, но только он вышел из заведения - ливень. Сука, ведь даже зонта нет. Либо ждать, либо мокнуть как последняя псина. Стоя под козырьком учебного заведения, Чуя нащупывает в кармане брюк пачку сигарет, оказалось, что в пачке осталась одна сигарета. И только юноша начал поджигать последнюю сижку, прикрывая огонь от ветра, мимо него проносится толпа первокурсников, у которых на их счастье отменили пару. Они чуть ли не сносят Накахару с ног, он устоял, а вот сигарета не выдержала отчаянный бой с перваками и из худых рук парня полетела прямо в лужу. -Ебучие пидорасы, смотрите куда прете, ублюдки!- на эмоциях выругался на них Чуя. Сзади раздался смешок: -Слизняк, не боишься так выражаться на пороге вуза? - Протягивая сигарету и сам закуривая говорит Дазай. -И тебе привет, скумбрия. - беря протянутую сигарету из забинованых рук отрезает Накахара. -Как грубо - насмешливо говорит Осаму. -Почему на пары не явился? - игнорируя упрёк продолжает парень. -Тебе какое дело, рыжик, ждал меня как самая верная псина? - язвит Дазай -Если я и псина, то благородный Английский бульдог, а ты шваль дворовая, молчи. - иронично добавил юноша. -Давай выпьем? - неожиданно выдаёт Осаму. -С хуя ли я пойду бухать с кидлом? Забыл кто бросил меня в портовой мафии два года назад? - раздражённый сегодняшней неудачей чуть ли не срываясь на крик говорит Чуя. -Я тысячи раз извинялся перед тобой за то, что оставил тогда тебя в портовой мафии и ушёл в агенство, я тысячу раз объяснял почему так поступил. - уже серьёзно говорит парень. На самом деле Накахара давно простил своего бывшего напарника - суицидника. Не может же он так просто согласиться на выпивку с объектом его обожания, надо выебнуться. -Ты платишь и тогда все твои проёбы будут забыты, идёт? -Замётано. - довольный собой отвечает Дазай. Место для вечерней выпивки с давним другом выбирал Чуя. Он не хотел встретить знакомых и уж темболее бывших партнёров на одну ночь в местах, где сам частый гость. Непостоянные партнёры для Накахары это тоже самое, что выпить вино вечером в пятницу - привычное дело. Юноша не строил отношения, ему не нужна была любовь, крепкое плечо. Ему нужен был лишь перепихон на ночь и забылись. А если попадались парни, которые ждали от Чуи любви и каких то отношений, то он моментально обрывал с ними любые связи. Да и стоит у него не на всех. Его типаж - это высокие брюнеты с длинными и худыми пальцами, со спортивным телосложением и смазливым личиком. Таких он и искал. Таким был и Дазай. До Осаму у Чуи не было определённого типажа, но когда Накахара начал понимать, что эта скумбрия ему симпатична, он не мог выкинуть его образ из головы, он искал эти тёмно - коричневые локоны волос, которые даже без укладки выглядят превосходно. Он искал карие, словно молотый кофе, глубокие, загадочные, проникающие в самое сердце и смотрящие прямо в душу глаза, в которых Чуя тонул каждый раз, стоит ему на секунду взглянуть в них. Он метался от губ к губам, чтобы найти те алые, как летний закат на вечернем небе губы Осаму. Он находил похожих, но все они для него чужие. Не те выразительные глаза, не те взъерошенные мягкие волосы, совершенно не та улыбка. С ними он только удовлетворял свои сексуальные потребности, лишь бы не сойти с ума. Сколько он сменил партнёров, считать бессмысленно. Чего он только не пробовал в сексе. Меньше всего ему нравился БДСМ, когда его изтезали, не давали кончить или ещё того хуже - связывали. Чуя не любит боль и не хочет ее испытывать, он хочет получить удовольствие от очередного мальчика на ночь, чьё лицо он забудет сразу, как сядет в такси и уедет домой. И вот, воплощение идиала Чуи идёт рядом с ним под одним зонтом в бар, который выбрал сам Накахара. Бар, который выбрал парень находится довольно далеко. Час на метро. И вот они уже едут на метро. Час пик. Йокогамское метро заполнено тысячами лиц, у всех свои дела, заботы. Кто - то едет на долгожданную встречу, кто - то едет дарить пышный букет 101 розы своей любимой, кто - то на работу, кто - то с работы, кто - то улыбаеться, кто - то явно чем то подавлен. Лишь только эти двое заходят в вагон с каменным лицом. Свободных мест оказывается как раз два. Парни садятся, Чуя по привычке втыкает в уши всё те же наушники и откидывает голову назад и закрывает глаза. На следующей станции Накахара чувствует, как кто то толкает его в плечо. Парень открывает глаза и видит перед собой женщину с грудным ребёнком, которая просит уступить место. Чуя не аморальный урод, ведь так? Поэтому без проблем уступает даме место, а сам встаёт напротив Дазая. Они проезжают ещё две станции и людей становиться всё больше и больше, они кучкуются, толпяться и толкаются. Места не осталось вообще. Чуя стоит вплотную к Осаму, когда в вагон заходят еще пара людей и случайно толкают Накахару. Он падает прямо на Дазая, но тот успевает словить его за руку и не дать упасть под ноги стаду людей. Чуя одной рукой опёрся о плечо Осаму, который крепко держал вторую его руку, а ногой опёрся о сиденье меж ног Дазая. В такой неловкой позе они ехали до своей станции и когда наконец вышли, то выдохнули с облегчением, но неловкость между ними держалась до самого бара. Зайдя в заведение, на самом пороге, как только звякнул дверной колокольчик Дазай поздоровался: -Здравствуй, Куникида. Чуя обратил внимание на барную стойку, а за ней была знакомая физианомия Доппо Куникиды. Увидев Чую Куникида явно изменился в лице. -Привет, Осаму, этот с тобой? - с подозрением спросил мужчина. -Да, на сегодня бывшая гроза портовой мафии моя личная чихуахуа. - хихикнул Дазай. В баре было много людей. Это не удивительно, ведь наступила долгожданная для многих пятница. Куча бородатых мужиков точно за 40 сидели на обшитых кожей диванах, а на коленях или под боком сидели стройные девушки в открытых платьях. Где - то в углу зала сидел одинокий пьяный и убитый горем мужчина. На пилонах, находящихся за черной сеткой, больше похожей на клетку для собак или еще каких животных танцевали длинноногие девушки в откровенных нарядах. За барной стойкой бармен наливал уже который стакан виски с двумя кубиками льда. Пьяные подростки устраивали сцены драмы. Накахара понял, что сделал самый ужасный выбор, остановившись на баре, который был больше похож на притон для малолеток. Но делать было нечего, раз пришли, то деваться некуда. Парни решили выпить и Чуя выбрал излюбленное свое вино La Crema. Немного выпив, Накахара разговорился и был готов открыто вести диалог с Осаму, вся неловкость, преследовавшая их ещё из метро исчезла. Чуя много расспрашивал про семью, работу и про самого Дазая, ему было интересно всё. Он узнал, что родители парня живут в германии и полностью его обеспечивают. Из детективного агенства он ушёл, но причины не называл. Осаму живёт один. Сам Дазай же не спешил расспрашивать Накахару о его жизни после ухода из портовой мафии. Но уже поддатого Чую это ни капельки не смущало. Время шло, но народу в заведении меньше не становилось. Наоборот, Накахаре казалось, что пьянчуг становилось всё больше и больше. -Давай уйдём отсюда..? - тихо говорит Рыжий, разогретый вином парень - мне здесь не нравится. -Я забыл зонт в метро, на одной из станций, когда мы ждали электричку. Как мы в такой ливень куда то выйдем? - спрашивает парень. - я вызову такси, поедем домой. -Не хочу. - резко выдает Чуя, вставая из за барной стойки и направляясь к выходу. Осаму недоумённо последовал за ним, захватив с собой бутылочку вина. Чуя уже стоял и докуривал сигарету когда Дазай вышел из заведения. Улавливая знакомый запах Дазай спросил: -Откуда у тебя сигарета? Не припоминаю, чтобы ты по пути сюда покупал табак. - Щупая свой карман, где лежали его собственные сигареты. Не нащупав пачку табачного изделия Осаму твердо заявил: -Ты их свинтил, чертов слизняк. Дазаю было совершенно плевать на сигареты, ему хотелось поиграть с Накахарой и вывести его на агрессию, которую Осаму считал черезвычайно милой. - Если до твоего тупого еще не допёрло, то я жду свои сигареты обратно. Чуя отдал полупустую пачку сигарет "Parliament". -Давай прогуляемся? - не дожидаясь ответа Накахара отправился под самый ливень. Его ничего не смущало, Он не прятался под капюшоном и даже снял шляпу. Его рыжие кудрявые волосы обвивал дождь, маленькие капли воды стекали по шевелюре на шею. Чёрт, даже вымокший насквозь Чуя выглядел прекрасно. Дазай покорно следовал за Накахарой. В Йокогаме царствовала ночь, но город был освещён как днём. Они шли через броские неоновые вывески, винтажные дома, современные небоскрёбы. Шли, не проронив ни слова. Забрёв в какой - то узкий и слабоосвещённый переулок, где горел, иногда помигивая лишь один фонарь, освещая небольшую площадь переулка. И в момент, когда этот самый фонарь осветил ребят, Чуя остановился. -Что - то не так? - удивлённый резкой остановкой спросил Осаму. Дождь лил как из ведра. В переулке горело пара светящихся вывесок и висело много объявлений, текст на которых уже хорошенько размыло водой. Из окон старых домов не доносилось ни звука, Йокогама спал. Лунный свет не касался маленькой улочки. Никаких лишних глаз и уш. Накахара несмело повернулся и посмотрел в недоумевающие глубокие глаза Дазая. Он всем своим видом показывает, что ничего не понимает. Чуя делает шаг вперёд. Между парнями остаётся сантиметр, не больше. -Ты..? - Высокий брюнет не успевает завершить фразу, как элегантные руки в кожаных перчатках обхватывают щёки и острые скулы Осаму. Звуки дождя были уже не слышны. Дазай лишь слышал как бьётся его собственное сердце и сердце Чуи. Он слышал аромат парфюма Накахары. Нежный и сладкий, с ноткой яблока или корицы. Зрительный контает происходил милисекунду, но для обоих он длился будто бы целую вечность. Нежные губы Чуи коснулись будто бы всегда холодных, отстранённых губ Дазая. Они слились в нежном поцелуе. Накахара раньше никогда такого не испытывал, да и целоваться не любил, считав это лишним, но смотря на Осаму удержаться уже не мог. Брюнет обхватил своими большими, но худыми руками талию Чуи, ему хотелось прижать его еще сильнее и больше никогда не отпускать. Они стояли, промокшие до ниточки, под светом фонаря, казалось, что кроме их двоих не существовало больше людей. Нежно Накахара отстранился, но не отрывал глаз от Дазая. -Я хочу целовать тебя так же каждое утро, до потери рассудка. - уже полностью отрезвев выдал Чуя. Осаму наклонился к рыжим волосам, тихо прошептав на ухо парню: -Сукин сын, ты сводишь меня с ума. Открывая дверь квартиры, Дазай спрашивает у Чуи: -Чай, кофе? -Вино. - уверенно говорит юноша. - хочу напиться и зарыться в плед. Только Накахара вышел из душа в одежде Осаму, которая очевидно была ему велика, Дазай дал ему огромный белый свитер, в котором можно было утонуть, он пах тяжёлым, но приятным парфюмом брюнета, пижамные штаны, которые, к слову, тоже были очень тёплыми и белые новые длинные носки, как уже на столе стояло открытое вино и бокалы, в которые парень только наливал алкоголь. Что произошло между ними под мягким светом фонарного столба? Чуя хотел пояснить о своих чувствах, но Дазай и так всё понял, и, кажется даже ответил на чувства Накахары. Но рыжему лохматому юноше хотелось поговорить о том, что на душе у Осаму и у него самого. -Дазай.. - включая какую - то классику на старом и винтажном радио, не зная даже автора, кажется, это был Бах. -Можешь ничего не говорить, если ты уйдёшь, я стану сам собой. Я хочу, чтобы у нас было общее "завтра". Я пойду за тобой на край света, от этой осени до самого конца. Я тоже хочу целовать тебя каждое утро. Кухня, поздняя ночь, прокуренная квартира, классическая музыка. Два бокала вина и сидящие напротив друг друга два увлечённых друг другом идиота, говорящих об истинной любви и вязнувших в самозабвении. Отпив немного напитка, Осаму подошёл к очарованному рыжему созданию и нежно поцеловал его в лоб, потом в курносый горящий от смущения носик, после в обветренные осенним ветром губы, ниже, шея, кадык, на острых как бритва ключицах Дазай оставил яркий засос, за что сразу получил по затылку: -Без следов. - Тихо сказал Чуя Но Брюнет спустился еще ниже и на уровне сосков оставил ещё одно пятно уже зубами. Ему хотелось кусать, впиваться ногтями , целовать всё тело рыжего парня. Осаму усадил Чую на стол, параллельно снимая с него такой тёплый свитер и обхватывая его талию холодными, нежными прокуренными руками. Накахара чувствовал каждое прикосновение будто в 5, нет, в 10 раз сильнее, каждый поцелуй действовал на него как наркотик, ему хотелось больше и больше. Дазай сначала шептал что - то неразборчивое, а потом прикусил мочку уха так, что по всему телу пробежали мурашки и из уст Чуи вырвался громкий стон наслаждения. Осаму в порыве нарастающей страсти целовал всё быстрее и будто суетясь расстёгивал кожаный ремень Накахары. Обольстительная улыбка высокого брюнета всё сильнее опьяняла разум Чуи. Дазай в один момент прервал свои нежные поцелуи и резко спустился вниз, стягивая чёрные брюки с Накахары. -Эй ты что де.. - не успел закончить рыжеволосый парень как почувствовал резко пришедшую к нему волну удовольствия, от которой он даже издал короткий и в меру громкий визг. Осаму заглатывал член по самое горло и во всю длину. И о боже, как же он был прекрасен. Чуя зарывался бессильными от удовольствия руками во взъерошенную шевелюру брюнета и чуть ли не вырывал его каштановые волосы в порыве сладкой страсти. -Подожди..- отодвигая голову Дазая от своего члена уже молил Накахара. - я скоро кончу. Осаму поднялся с колен, крепко обхватил талию Чуи нежными и холодными ладонями, придвигая его ближе к краю стола. Чуя обвил руками тонкую шею дазая, и, наклонясь, оставил на ней яркий засос. Дазай слишком долго терпел и сдерживался, но уже довёл себя до пика, он слишком долго хотел рыжего одногруппника все эти годы. -Я вставляю? - риторически спросил Осаму. -Подожди, прямо здесь? На столе? Кажется у кого то будет болеть поясница ближайшую неделю. Игнорируя вопрос Накахары Осаму вошёл до самого конца. Рыжий парень издал такой громкий стон наслаждения, что кажется, даже за пределами Йокогамы его услышали, Чуя не чувствовал такого очень давно, бабочки в его животе, казалось, устроили вальс под Баха, всё ещё играющего на фоне сладких стонов. Не давая Накахаре передохнуть от первого толчка Дазай начал резко двигаться, он будто знал, на какую точку нужно давить, чтобы рыжеволосый растаял. От резких движений двух тел стол ходил ходуном и в один момент бокал с недопитым вином срывается на паркет, красная жидкость растекается по полу под осколками. Они двигались с каким - то четким ритмом, не подходящим для классической музыки. Они слышали лишь дыхание, сердцебиение, стоны друг друга, Чуя периодисески откидывал кудрявую голову назад от удовольствия, а Осаму уткнулся носом в его ключицы. Кончив на бёдра Накахары и в этот же момент слизав, Дазай замечает, что тот вырубился. Как давно это произошло? Было уже не важно. Осаму одел футболку на сладко спящее рыжее чудо и унёс на руках в спальню, укрыв его пледом, в который он так хотел укутаться. Дазай боялся разбудить Чую, да и спать ему не хотелось, было уже 5 часов утра, когда он стоял на балконе, докуривая уже третью сигарету и сзади чьи - то тёплые руки обняли его, согревая от холода осени. Рассвет. Тёмно - оранжевый восход солнца, на фоне многоэтажек, Йокогама всё ещё спит. Казалось, что только эти двое не спят стоя на балконе. Осаму разворачивается к Накахаре, что минут пять обнимал его сзади. -Пошли в комнату, ты весь как ледышка, сколько ты тут уже стоишь? - чуть ли не шепотом говорит Чуя. -Пока здесь есть ты, я никогда не замёрзну. Но Дазай послушался и шагал за Чуей в нагретую телом кровать. Осаму улегся, а Чуя прыгнул прямо на него укрывая их двоих шёлковым одеялом. В объятьях они провалились в сон, проспав до самого ужина. *** Июль Море, закат, лёгкий бриз окутывающий лицо. Двое влюблённых, песок, щекочущий ступни ног. Курортный домик на двоих, медовый месяц. Два кольца.