Солнце больше не светит

«Что мне теперь делать? Моя лучшая подруга меня предала, меня исключают из школы. У меня рак, в конце-то концов!» - именно такие мысли все время посещали голову Блэр Уолдорф по пути домой. Конечно, к себе домой она ни за что не поедет, но ведь у нее есть замечательный парень, который сам предложил ей проживание в его доме. Правда, во время уроков Блэр пришло сообщение от ее возлюбленного, в котором Басс сообщил о срочных делах и сказал, чтобы она ехала домой одна. Видимо, сегодня придется прокатиться на такси. Вспомнив нужный номер, девушка набрала цифры на телефоне. Послышались громкие монотонные гудки, после чего в динамике раздался приятный женский голос, вопрошающий Блэр о том, куда именно ей нужен транспорт и откуда. Спустя десять минут томного ожидания к школе подъехал белый Fiat. Блэр резво подбежала к нему и запрыгнула на заднее сидение, даже не удосужившись уточнить, ее ли это такси. Интуиция, чтоб ее. Когда машина, наконец, подъехала ко двору, Блэр находилась в некой прострации. В горле стоял ком, руки мелко дрожали, и вид в целом говорил о том, что девушка сейчас снова готова сорвать с себя маску уверенности и стойкости к проблемам, снова позволить себе быть слабой. Но нет, девушка сумела возобладать со своими эмоциями. Выйдя из машины и пройдя пару метров, Блэр странно покачнулась, остановилась, пока не рухнула на землю. Дальше все было как в тумане. - Где я? – хрипло прошептала Уолдорф, с трудом открывая глаза. Сил не было совсем, но с огромным усилием девушка сумела привстать на руках и всё же сесть. Оглянувшись, она заметила, что находится в доме своего парня, в его гостиной, лежит на его диване. Повернув голову влево, девушка заметила подозрительного типа, который сидел в кресле и, по всей видимости, сладко спал. Немного приглядевшись, Блэр узнала в нем водителя такси. Когда Блэр попыталась встать, по телу будто бы прошелся электрический заряд, и она глухо застонала. Водитель такси испуганно подскочил с кресла и подбежал к девушке. - В-вы как, мисс? – обеспокоенно спросил он, падая на колени перед диваном. - В порядке. Кажется, - всё ещё чувствуя недомогание, ответила Блэр. – Как я тут оказалась? И почему Вы здесь? - Ну, когда Вы вышли из такси, внезапно упали в обморок прямо на улице. Я ведь не какой-то бесчувственный чурбан, отыскал ключи в Вашей сумочке и принес Вас домой. Вы простите меня за вторжение, но у меня не было выбора. - Ясно. Спасибо, - отрешенно проговорила Блэр, с трудом вставая с дивана. Все ее тело ломило, а в голове стоял такой гул, будто поблизости какой-нибудь парад. - Вы можете идти, я справлюсь сама, - даже не посмотрев на своего спасителя, сказала Блэр, направляясь к лестнице. - Вы уверены? Вам, кажется, всё ещё нехорошо. Если я могу чем-то еще помочь… - но не успел он договорить, девушка возмущенно обернулась и громко отчеканила каждое слово: - Спасибо огромное, что не оставили меня подыхать на земле. Но теперь Вы можете убираться отсюда к чертовой матери! – последнее предложение Уолдорф буквально прокричала. Оказавшись почти на втором этаже, девушка неожиданно громко застонала и схватилась за живот. Лицо ее исказила гримаса боли и страданий, а по внутренней стороне бедра потекла тоненькая красная струя. Блэр хотела присесть на пол, чтобы не потерять равновесие окончательно, но случайно зацепилась ногой о верхнюю ступеньку и с криком покатилась кубарем вниз. Последнее, что мелькнуло перед глазами – переполненное ужасом лицо незнакомца, и его крики в телефонную трубку.

***

Громкий писк приборов невероятно сильно капал на мозги. А с учетом того, что они и без того адски болели, вообще ужас. В который раз Блэр приходилось прикладывать нечеловеческие усилия, чтобы открыть глаза. Уж лучше бы она этого не делала. Как только веки немного приподнялись, в глаза тут же ударил белоснежный свет больничной палаты. Вот откуда этот назойливый звук. Почти привыкнув к такому яркому освещению, Уолдорф сумела полностью открыть глаза, после чего услышала со стороны тихий вздох: - Блэр… Рефлекторно повернув голову на звук собственного имени, девушка чуть ли не вскрикнула от боли, пронзившей все тело. Опомнившись, она посмотрела на нарушителя покоя и, к удивлению и счастью, обнаружила, что это не кто иной, как Чак Басс. - Чак, - все, что смогла выговорить бедная девушка, так как горло невероятно сильно пересохло, и говорить было практически невозможно. «Сколько же я здесь пробыла?» - мелькнуло в голове у Блэр, но она тут же отбросила ненужные мысли. - Чак, что произошло? – обеспокоенно пролепетала она. - Ты упала с лестницы, солнце. Врачи сказали, что ты «в рубашке родилась»: все обошлось лишь легкими ушибами. Но вот… - Чак непроизвольно замолчал и опустил голову. - Что «вот», милый? – удивленно спросила Блэр, не понимая, что же произошло, и почему Чак странно себя ведет. - У тебя случился… Выкидыш, - с трудом и очень тихо сказал парень, обхватывая голову руками. - Что? – вырвалось у девушки, но она прекрасно услышала эти слова. Выкидыш. Созвучно со словом «смерть», если подумать. Все мысли начисто покинули голову Уолдорф, и было такое ощущение, будто бы она сама только что умерла. Всего на пару секунд. Как клиническая смерть. В груди что-то больно засаднило, а по щекам потекли теплые слезы. Глаза Блэр опустели, не выражали никаких эмоций. Она сейчас была похожа на восковую куклу: такая же несчастная и неживая, но безумно красивая. Чак мигом среагировал: подскочил с прикроватного стула и осторожно обнял девушку, сцеловывая с ее лица столь ненавистные ему слезы. - Блэр, пожалуйста, успокойся. Я прошу тебя, любимая, - прошептал Басс, пытаясь утешить ее. Сейчас ему безумно хотелось обладать даром: забирать чужую боль и страдания, взамен даря счастье. Но он был не в силах ничего делать, кроме как сейчас сидеть и обнимать ее. Это угнетало. - Чак… Чак, прости меня. Не бросай меня, Чак. Я не выдержу этого. Пожалуйста. Я люблю тебя, - бессвязно повторяла Уолдорф, рыдания которой уже переходили в натуральную истерику. - Боже, Уолдорф, что ты такое несешь?! Я никогда тебя не брошу, - озлобленно выкрикнул парень, чем заставил Блэр, находящуюся в его объятиях, испуганно вздрогнуть. - Чак, это я во всем виновата. Я виновата в том, что заболела. Я виновата в том, что убила нашего ребенка. Прости меня. Я виновата в том, что по уши влюбилась в тебя, а теперь я умираю, оставляя тебя одного. Знаешь, раньше у меня был стимул жить дальше. Я хотела растить с тобой нашего ребенка, но я сейчас я хочу лишь одного – поскорее умереть, - глухо выпалила Блэр Уолдорф. Сейчас она больше походила на мертвеца, чем на живого человека. А может, на живого мертвеца? - Пожалуйста, прекрати так говорить. Ты не виновата, глупая. Сейчас, подожди. Я схожу за водой. Тебе нужно прийти в себя. Пять минут! - сказал Чак и мигом выскочил из больничной палаты. Блэр осталась наедине со своими страхами. Стены комнаты будто бы сдвигались вместе, давя на девушку и мешая ей дышать. Со стороны раздался знакомый рингтон, и оказалось, что это телефон Чака. Не думая ни о чем, Уолдорф взяла его в руки и открыла сообщение, так вовремя пришедшее сейчас. Через несколько секунд телефон выпал из рук девушки, скатываясь и глухо ударяясь о пол. «Это было потрясающее, Чак Басс. Повторим как-нибудь еще?». Тем временем на телефон каждого жителя в городе пришло очередное сообщение от Сплетницы: «Здравствуйте, жители Верхнего Ист-Сайда, с вами Сплетница - ваш единственный источник сплетен о скандальной жизни манхэттенской элиты. Сегодня у меня для вас еще больше пикантных новостей. Наша милая Королева Би сегодня потеряла своего первого ребенка. Я не представляю, что будет с ее следующими детишками, если первого она так ничтожно убила. Я так и знала, Блэр Уолдорф, что из тебя выйдет плохая мать. Так же ее замечательный любовник Чак Басс сегодня был замечен с одной особой, и мне что-то подсказывает, что это измена. Как считаете? Ох, Чак, как же ты мог поступить так со своей беременной девушкой? Поправочка, уже не беременной девушки. Ваши комментарии я жду под этим постом. Вы знаете, что любите меня. Целую, обнимаю. Ваша Сплетница».