Devil sinquefol 2

       — Macaco sujo! — вырываясь с мечами наголо из рук охотника, ругалась Люсия на Беренгеля.        — Ты не вывезешь!        — Eu vou alimentá-lo para os cães do inferno! — сумев вырваться, она чуть не погибла, размазавшись о кулак Гримм, но пуля в его лицо заставила пошатнуться гиганта и своими Резчиками девушка вонзилась ему в грудь, начав его яростно пырять. — Monte de merda! Bixa! Аborto de gorila! Сorte em tiras! — только её атаки лишь вызывали у монстра раздражение. В момент очередного тычка, он почти смог её пришибить как комара, но девушка отпустила мечи и оттолкнулась от противника, оставшись с пустыми руками, а её оружие вошло по самое навершие в Гримм.       Горилла разозлилась на мелкого вредителя и, побарабанив по груди, он побежал на Люсию, но пролетевшее рядом кручёное лезвие Арбитры срубило ему переднюю лапу и Берингель завалился на бок, протерев им несколько метров.        — Не можешь победить — не лезь, — сделав круг, топорище вернулось на рукоять, схваченную кожаными перчатками с ремешками. — и доверь дело спецу.       Запульнув в чудище кусок дома, Данте привлёк его внимание, ловко проскользнул между замахами оставшейся руки и та зашибла прислонившегося к скале Доппельгангера, исчезнувшего подобно Гримм в чёрной дымке. Настоящий Данте, вновь обретший тень, молниеносно пригвоздил лапу к камню Мятежником и теперь Гримм, вводящий в ужас в другом, своём родном мире, остался беззащитен против полудемона. Арбитра в руках, словно подбадривая, обдавала рукоять холодной, как лёд, Тьмой. Данте слегка подкинул топор, чтобы привычный удар происходил витиеватым шипом сзади топорища. Он втыкал его в Берингеля и тянул на себя, выдирая броню. Одна за другой. Это не смертельно, да и Гримм не особо чувствуют боли от физических ран, но тут для мужчины главным был процесс, а не результат.       Когда уже вся грудь монстра была вспахана как поле, готовое к посеву, но тот не сдался несмотря ни на что. Осознав полную безвыходность и обречённость, Гримм исполнил приказ его нового Хозяина и, применив магический инструмент в виде зуба, повредилл магический круг в нём, чем воспроизвёл термическую реакцию и превратил себя в готовую к подрыву бомбу. Сын Спарды смекнул, что дело пахнет жаренным, и как можно быстрее откинул Берингеля в какое-то здание, коих тут достаточно, подхватив на руки сконфуженную рыжую, чтобы убраться подальше от места эпицентра взрыва. Он был большим, раз мало что оставил от дома. Увиденное повергло смуглую девушку в шок. Это здание было обговоренными местом встречи с ее приемной матерью, но охотник кинул бомбу туда, и старуха могла…       Почти мгновенно ринулась к тому месту молодая хранительница острова, вертя головой из стороны в сторону. Люсия просто не могла поверить в то, что матушка могла помереть прямо сейчас, да еще и из-за такой глупости. Она же ей столько историй рассказала, в которых выбралась из всевозможных передряг: — Где же Матье? Матье! Матье!        — Какое несчастье… Они действительно устроили большой беспорядок, не так ли? — пожилая женщина вышла из какой-то расщелины, в которой, по всей видимости, смогла укрыться от взрыва. Своим появлением она вызвала облегченный вздох Люсии, следом за которой шел невозмутимый охотник. — Конечно, ему понадобилось время, чтобы найти это место… — раздосадовано ворчала хранительница, пока подходила к двум молодым людям (?). Свой взор она обратила в первую очередь на Данте. — Ты пришел, сын Спарды.       Изречением о Демоне Смерти, Матье заинтересовала, прежде не слишком вовлеченного во все это, мужчину.        — Ты его знала? — он наблюдал внимательно за садящейся на камень старухой, пытаясь найти в ее действиях что-то необычное. Обычно все, связанные с Темным рыцарем, так или иначе представляю собой угрозу, но Матье — просто старуха, которая, тем не менее, обладает огромным багажом знаний и мудрости. Это видно по ее глазам, мерцающие спокойствием.       Хранительница подтвердила его вопрос, поведав, что ее род, охраняющий земли Ви-де-Марли, тесно связан со Спардой, сражаясь с ним на одной стороне против демонов. Оказывается, женщина просила о встрече, чтобы высказать просьбу, и являющейся самим смыслом задания. Данте нужно было разобраться с неким Ариусом, президентом международной корпорации, и его таинственным покровителем, дабы остров не превратился в рай для демонов. Самое интересное то, что первый использует демонические силы для свершения своих целей.       Не став долго думать над тем, соглашаться наемнику или нет, он подкинул свою липовую монетку, которая как обычно упала решкой, гравюрой в виде бутона розы.        — Похоже, сегодня ваш счастливый день.       Матье это очень обрадовало, и она показала проход, из которого вышла после взрыва, а после добавила то, что наградой для парня будет история о его отце. Весьма ценно, учитывая, что Демон Смерти явно многое повидал. И его младшему сыну до сих не все известно о личности своего родителя.       Когда охотник в красном скрылся в подземном пути, Матье уже обратилась непосредственно к Люсии: — Крис у тебя?       — Да. — в подтверждение словам, девушка достала кривой кинжал, источающий слабую демоническую силу. Один из четырёх артефактов Спарды.       — Отлично. Три из четырёх есть. Осталась лишь чаша. — сказала носительница посоха, ещё одного артефакта.

***

      Под землёй оказалась сеть катакомб. Охотник сразу приметил канавки на полу, будто что-то по ним должно проезжать. И оказалось, стены двигались — разбивая несложные печати в виде гравюр демонических лик, они меняли своё положение, меняя строение комнаты и открывая ранее недоступные пути. И в качестве мелкого раздражителя служили Пиробэты — низкие демоны, напоминающие просто горящих летучих мышей. Одной пули хватало, чтобы разорвать их в клочья, но брали они другим — количеством.       Также тут была небольшая головоломка, чей смысл был в изменении цвета пламени факелов на синий путём разбивания сфер. Ничего сложного.       И снова огромный зал с двигающимися стенами, но одним изменением — простыми, но от того не менее неожиданными, провалами в пооу, где его ждали широкоплечие безголовый големы, а сверху появились фигуры в плащах и с натянутым на головы капюшонами, щедро одаривающими Данте огненными заклятиями. Пиромантами оказались простые осквернённые человеческие души, сбившиеся с пути познания и ставшие злыми духами. Вот только их физические оболочки были до нельзя хрупкими.       Пройдя в следующий зал, Данте попал в комнату с высоченным потолком, над которым виднелся проход дальше. И алтарь напротив входа, на котором висела светящаяся голубым сфера, окружённая видимыми глазу потоками воздуха. Ну и ещё кучка демонов. Во время их избиения сыном Спарды, на алтаре ожили статуи Сатаны — прямоходящие демоны с головами и ногами козлов, а также перепончатыми крыльями. Для любого другого они бы могли вызвать сложность, особенно когда они зависли в воздухе и начали обстреливать Данте простыми энергетическими стрелами, но тот с дразнящей ловкостью уворачивался от снарядов, отпрыгивая от стен, и замораживал им крылья Цербером, чьи стержни могли удлиннять цепь по воле Данте, и доставать по демонам, от чего они камнем падали вниз, где встречались лезвием Мятежника.       Наконец, больше никого не осталось. Данте подошёл к алтарю и сфера, спокойно левитирующая до этого на месте, влетела ему в грудь. Похожее было когда он одолел Временного коня, Гериона, а потому он ничего не предпринял для защиты и позволил душе воздушного демона, его силе, впитаться в его манаканалы. Так как до этого он не особо пользовался собственными дьявольскими силами, сейчас его запасы были и без того полные, а потому волна демонической энергии заставила его непроизвольно принять демонической облик.       Всё тело было покрыто слоем твёрдых как сталь мышц тёмного цвета, руки и ноги оканчивались камнеобразным образованием, напоминающим наручи и сапоги, а крылья, сложенные вокруг теорса, напоминали плащ. Лицо застыло в гримасе, нечто среднем между боевым оскалом и холодным взглядом. И инфернальные глаза огненного цвета осматривали руки, в которых задорно танцевал поток ветра.       В молодости, у Данте не было своей собственной демонической формы как таковой — она всегда зависела от используемого дьявольского оружия, а если оно не учавствовало, то помогал Мятежник и искусственная душа в нём, созданная Спардой из собственных сил. Но время шло, полудемон рос и крепчал, а с ним крепчала и его сила. Медленно, но верно, Данте создаёт собственную демоническую форму, независимую. И пока у него получается, только при использовании оружия с огромной силой он так и не может сдержать свою форму. Как пример, Спарда, коим он машет дай бог раз в год и больше не ради надобности, а ради тренировки в его управлении, до сих пор даёт ему отцовскую форму. Или Арбитра, одна из сильнейших Сестёр, когда-либо созданных, до сих пор превращает его в того одноглазого палача с холодной головой и топором в руках.       И сейчас, чуть присев, он взмыл вверх, как пламя свечи, широко раскрыв крылья. Такого эффекта можно было достичь только когда он пользовался одним из громовых демонов, Неван или Аластором, но тут он сам может взлететь.       Уже наверху, Данте вернулся в человеческий облик и, похрустев плечами, отправился дальше. Он чувствовал сильного демона впереди, вернее двух. И второй отдавал знакомой ему и ставшей родной силой конкретного демона-богоубийцы.