Сдавайся

      Сегодня Джоске проснулся рано утром из-за того, что какие-то ребята кричали недалеко от его окна. Это были дети. Сейчас каникулы, так что простительно. Но это не отменяло того факта, что Джоске был зол на весь мир. Сегодня ведь его выходной, он имел все права на то, чтобы провести его в тишине или, по крайней мере, с шумом от недавно приобретённой игры.       На днях он снял квартиру неподалёку от ресторана Тонио. Эта квартирка его вполне устраивала. Джоске давно мечтал о своём личном жилье, где он мог бы чувствовать себя комфортно. Наконец, проблема денег была решена. Ещё и вид из окна на океан. Джоске потянулся, подходя к окну, улыбнулся, открывая форточку и вдыхая приятный морской запах.       Долго так стоять было бессмысленно, нужно было заняться чем-то более продуктивным. Например, посидеть в телефоне, почитать какие-нибудь новости или посмотреть видео с кошками на ютубе. Джоске снова падает в кровать, хватает с тумбочки телефон и в первую очередь решает проверить свои соц. сети. Вчера они немного выпили с Окуясу и Коичи в баре, поэтому он ожидал увидеть первым диалог с Окуясу, где он бы отправил ему миллион фотографий, которые тот вчера криво-косо делал на телефон. Но каково было его удивление, когда первой строчкой у него высветился чат с контактом "Рохан Кишибе". Ещё и прочитанный.       Джоске был уверен, что они с ним вчера не общались и даже не пересекались. Так какого чёрта у него прочитанное сообщение? Джоске пил только пиво, у него не могло быть провалов в памяти.       Парень открывает диалог, потому что последним сообщением, которое высвечивается в списке диалогов, был улыбающийся смайлик от самого Джоске. Это мало о чём говорит. Но зайдя в него, видит, что последнее сообщение в их личке было написано в июне. Сейчас декабрь. Тогда Рохан довольно сухо поздравил Джоске с днём рождения, а тот ответил ему смайликом. На этом всё. Так почему же их диалог высветился первым?       Джоске ещё некоторое время тупил в экран своего смартфона, но осознав, что это делу не поможет, решил позвонить Коичи. Его друг почти всегда мог подсказать что-нибудь дельное. Джоске нашёл его контакт и нажал кнопку вызова.       – Джоске-кун? Что-то случилось? Обычно ты не звонишь в такое время, – голос Хиросе был очень сонным, видимо, тот всё ещё лежал в кровати. А, может, Джоске и вовсе выдернул его из сна.       – Йо, Коичи, прости за беспокойство. Да ничего страшного, просто интересно кое-что стало, – он замялся. А нормально будет, если он – Джоске – спросит Коичи о Рохане? Нет, дело даже не в том, что они не могли поговорить о мангаке. Они могли. Но Джоске бы никогда не стал вырывать Коичи из сна, чтобы поговорить о сенсее. Это выглядело странно. Но интерес был выше логики. – Скажи, мы вчера пересекались с Роханом?       – С Роханом-сенсеем? – Коичи говорил медленно, будто прокручивая в голове вчерашние события. – Не думаю. Нет, точно не встречались. Он бы подошёл ко мне, если бы мы даже случайно где-то издалека увиделись. А почему ты спрашиваешь?       – Да... Что-то память подводит, – Джоске звучал неуверенно. – Наверное, я перепутал это с каким-то другим днём. И ещё...а у тебя телега не лагает?       – Понятия не имею, я сегодня ещё не заходил, – Коичи отдалился от телефона, чтобы зайти в соц. сеть. – Вроде не лагает. У тебя лагает? Обратись в службу поддержки.       – Да, спасибо, ещё раз извини, – они попрощались, и Джоске нажал на завершение вызова.       – "А телега вообще может так лагать?", – задался вопросом Хигашиката, снова уставившись в телефон.       Отправил какой-то рандомный смайлик Окуясу, который был в сети в два часа ночи. Его диалог сразу же вылетел наверх. Значит дело не в том, что что-то там поломалось, и диалог Рохана просто заглючило. Может быть такое, что Рохан удалил своё сообщение? Нет, тогда диалог бы вернулся вниз.       Голова заболела от таких дум, поэтому Джоске нахмурился, отложил телефон в сторону и пошёл в душ. Нужно было освежиться и не забивать голову такими странными вещами. По крайней мере, пока.       Сегодня была пасмурная погода, а прогуляться всё равно хотелось. Поэтому Джоске надел кожанку и отправился в торговый центр, который недавно открыли неподалёку. Давно пора прикупить себе что-нибудь новое в гардероб. Старая одежда уже изрядно надоела.       Попав в торговый центр, Джоске сразу же направился к бутикам. Экономия — это не особо про Джоске, зато копить на дорогие вещи он умел. Поэтому сейчас все сто тридцать тысяч йен он спустит на шмотки. А в конце ещё в фуд-корт сходит. Отличный план.       В первую очередь он направился в Incanto, решив разобраться сначала с делами, которые никто не увидит, но они должны радовать его своей удобностью и качеством. Минут пять Джоске стоял перед стендом с тридцатью видами одинаковых боксёров и тёр подбородок. Но вовремя подошла консультантка и закончила его мучения. И вот он стоит в небольшой очереди на кассе, листая какие-то новости в телефоне от скуки. Очередь уже почти дошла до него, осталось подождать немного. Да только перед ним начался какой-то шёпот. Пришлось даже глаза от экрана оторвать, чтобы узнать, что там происходит.       – Извините, можно с вами сфотографироваться? – слышен голос женщины.       – А мне автограф, – перебивая остальных, говорил какой-то парень.       Джоске и не заметил, что перед ним организовалась небольшая толпа. Вот это внимательность! Стало интересно, что же там за личность такая, которая так взбудоражила толпу. Может, какая-нибудь звезда из Америки? Но когда Джоске заметил знакомую зелёную макушку в центре толпы, все вопросы отпали.       Джоске некоторое время мнётся. Рохан определённо не желает, чтобы Джоске его выручал. Но Хигашиката просто не может иначе. Призывает стенд, чтобы тот положил покупку на стол другой кассы и проталкивается сквозь толпу, расталкивая всех в разные стороны. Хватает Рохана за руку и вытягивает из магазина. После чего тащит в коридор, пока охрана успокаивает людей.       – Какого чёрта, Хигашиката Джоске? – Рохан сначала опешил, но, придя в себя, принял обычное выражение лица. Джоске ведь продолжал его тащить, хотя толпа уже от них отстала. Рохан выдернул руку из крепкой хватки парня. – Не помню, чтобы просил тебя о помощи.       – Чего и следовало ожидать, – Джоске повернулся к нему и вздохнул, заметя слегка взлохмаченный вид мужчины. – Вас потрепали, сенсей. Почему не в маске и кепке? Вы же знаменитость, – парень намеренно делал акценты на слове “вы”, потому что так он обращался к нему только тогда, когда хотел подразнить.       – Без тебя разберусь, – Кишибе развернулся на каблуках и зашагал в противоположную сторону от Джоске.       Джоске только тогда вспомнил, что надо бы спросить насчёт диалога. Хотя это всего лишь оправдание. Он просто хотел поговорить с Роханом немного подольше.       – Хей, Рохан, ты ничего мне ночью в личку не отправлял? – Джоске поравнялся с Кишибе, идя теперь рядом с ним, что второму совершенно не нравилось, судя по виду.       – С чего ты взял такую чушь? – он звучал раздражённо.       – Да просто... У меня твой диалог первым высвечивается. Это странно. Сообщение последнее было на день рождения, – задумчиво говорил Джоске, ускоряясь вместе с Роханом.       – Какой-нибудь лаг в сети. С чего мне тебе писать? — Рохан резко остановился и повернулся к Джоске лицом. Тот даже ойкнул, останавливаясь следом. Рохан продолжил.       – Ты последний, кому я бы что-то написал, если это не касается дня рождения или Рождества. Я вежливый, поэтому даже тебя поздравляю. Но этим наше общение в сети ограничивается. Понял? И попрошу ограничить наше общение вне сети. Не хочу иметь с тобой дело.       Джоске без особого внимания выслушивал его словесный поток. Для Рохана обычным делом было так общаться с Джоске, но сегодня он делал это особенно раздраженным голосом.       – Что-то ты нервный какой-то. Всё в порядке? – единственное, что нужно было сказать, чтобы Рохан "взорвался".       – Да как ты смеешь задавать мне – Кишибе Рохану – такие отвратительно глупые вопросы? – ещё и указательным пальцем ткнул в грудь Джоске. – До встречи с тобой я чувствовал себя великолепно. Но затем появился ты, и все пошло по одному месту. И снова ты делаешь то, чего от тебя не ожидают и совершенно точно не просят! Терпеть тебя не могу!       – Тише ты, – Джоске поднял руки в мирном жесте. На них уже косо смотрели люди. Не дай бог снова набегут. Обычно Рохан был сдержаннее. – Я ведь всего лишь переживал за...       – Тебя кто просил переживать за меня? – глаза Рохана потемнели от ярости, нужно было срочно что-то предпринять, чтобы их взаимоотношения не скатились на самое дно. Учитывая то, что ещё полгода назад они более-менее нормально общались.       – Мне не нужно, чтобы об этом меня кто-то просил, – голос Джоске звучал на удивление спокойно. Это, кажется, ещё больше раздражало Рохана. – Если я переживаю, то я переживаю.       – Мне это не нужно.       – И что?       На это Рохан не сразу нашёл ответ. Даже замолчал, что было удивительно. А потом и вовсе отвёл взгляд в сторону, сжал губы в тонкую полоску. Рохан выглядел растерянным. Джоске впервые видел его таким... Уязвимым? С ним точно было что-то не так. Хотелось помочь, но это же Рохан. Он откажется от любой помощи, а потом ещё и обматерит.       Рохан вновь постарался ретироваться. Но Джоске по инерции пошёл за ним. Что же изменилось между ними полгода назад? Раньше они спокойно общались в компании друзей.       После лета 99-го года их отношения пошли в гору. Им приходилось общаться из-за общих друзей/знакомых. Часто случались перепалки, но со временем эти перепалки перестали быть "злыми". А потом произошёл двадцать четвёртый день рождения Джоске и всё пошло по наклонной. Они виделись, но Рохан старался свести их общение к минимуму. И агрессировать стал больше. Именно в сторону Джоске.       – Я сделал что-то не так? – наконец, говорит Джоске, когда они выходят на улицу.       Рохан останавливается. Некоторое время стоит к нему спиной. Снова молчит. Уж лучше бы возмущался.       – Хигашиката... – он поворачивается к Джоске. Зелёные глаза смотрят прямо в душу. Это пугает, но завораживает. – Ты можешь просто прекратить попытки наладить со мной контакт? Это невозможно.       Джоске поднял взгляд вверх, словно что-то обдумывая, затем вновь опустил его на лицо мангаки, который требовал от него ответ.       – Не хотел бы я тебе этого говорить, но ты задал очень глупый вопрос, – Джоске знал, что сейчас будет очередной взрыв, поэтому сразу же продолжил. – Я не могу перестать предпринимать попытки наладить с тобой контакт, когда мы состоим в одной компании, понимаешь? Мы общаемся с одними и теми же людьми, Рохан.       И Рохан бы возмутился, да только Джоске в чём-то прав. У них общие друзья, так что видеться они определённо будут. Неужели с этим просто нужно смириться? А что, если мириться с этим невыносимо тяжело?       – Я тебя понял. По крайней мере, не приставай ко мне, когда рядом нет Коичи-куна или Окуясу... Да кого угодно. Делай вид, что мы незнакомцы, – теперь Рохан звучал спокойнее, но в глаза больше не смотрел, предпочитая им свою руку, которая теребила ремешок от перекинутой через плечо сумки.       – Ты правда меня настолько сильно ненавидишь? Почему? - Джоске совсем не понимал этого человека. Их обиды друг на друга должны были уже давно пройти. Они оба взрослые люди. Так какого чёрта?       – ... Да, ненавижу, – Рохан кивнул и снова предпринял попытку убежать от компании Джоске.       На этот раз ему это удалось.       Джоске какое-то время смотрел ему вслед. Нужно было дать Рохану время, может, они смогут поговорить позже. Хигашиката сделал шаг в сторону торгового центра, как в кармане завибрировал телефон. Достав его, Джоске обратил внимание на неизвестный и даже не японский номер. Он выгнул бровь, но вызов всё же принял.       – Джоске-кун? Это Умеко, я долетела до Вашингтона. Забей этот номер у себя в телефоне, – из динамика смартфона звучал приятный женский голос.       – Ого, быстрее, чем я думал, – радостно воскликнул Джоске. – Даже сначала не понял, что за номер странный. Всё в порядке? Когда в общежитие заселяешься?       – Вот сейчас еду, решила сообщить тебе, чтобы ты в очередной раз не волновался, – девушка рассмеялась. – Ладно, созвонимся позже, в машине связь не очень хорошая. Не ложись только спать слишком рано, хорошо? Целую, пока!       – Давай! Напишешь, когда будешь свободна.       Оба сбросили вызов.       Умеко – студентка института искусств Вашингтона и по совместительству с недавних пор девушка Хигашикаты Джоске. Они познакомились на выставке архитектуры и живописи. Она представляла свои работы, а он забрёл туда совершенно случайно, однако не сожалеет об этом.       Обычно Джоске не обращал внимания на девушек в романтическом плане, но в этот раз что-то пошло не так... Или так. И вот через месяц после знакомства у них состоялось первое свидание. Случилось это восемь месяцев назад. С тех пор они и встречаются. Сейчас Умеко улетела в Вашингтон на учёбу, но обещала вернуться, как только наступят первые каникулы.       – Эй, Джоске! – позади него послышался знакомый голос.       – Окуясу, ты чего здесь? Сказал же, что весь день будешь валяться дома, – Джоске и Окуясу по-дружески ударили кулаком о кулак.       – Да пожрать нечего. Вот и решил в фуд-корт. А ты как? – они вместе пошли к эскалатору.       – Нормально, мы же вчера немного выпили, – отмахнулся Хигашиката.       – Да я не про это. Твоя ж улетела.       – А. Ну, я не такой уж и зависимый, справлюсь. Не маленький, – рассмеялся Джоске.       Парни дошли до фуд-корта, заказали еду и уселись за свободный столик. Вокруг было много людей, так что столик они нашли с горем пополам и были довольны, что вообще нашли.       – О! – внезапно воскликнул Окуясу, дождавшись, когда Джоске поднимет на него заинтересованный взгляд, и продолжил. – Ты куда вчера заходил после нашей тусы?       – Куда? Сразу домой пошел, – Хигашиката понятия не имел, о чём говорит его друг.       – В смысле? – и взгляд такой непонимающе-задумчивый сделал. – Ты же сам мне сказал, что тебе куда-то срочно нужно, когда мы шли из бара. Мы уже были около твоего дома, но ты резко сорвался, побежал вообще в другую сторону.       – Чего? Ты напился вчера, что ли? Белочка? Говорю же, я попрощался с тобой и пошёл домой, – Джоске был уверен в том, что говорит, поэтому лишь выгнул бровь и скрестил руки на груди.       – А я тебе говорю, что ты куда-то убежал. Я вообще почти трезв был, – Окуясу настаивал на своей правоте так самоотверженно, что Джоске даже завис. Ниджимура не выглядел так, будто придумывает это.       – Приснилось?       – Нет, отвечаю. Это реально было.       Джоске пожал плечами, и разговор было решено замять.       Они с Окуясу пообедали, ещё немного побродили по улицам да разошлись. Джоске сунул руки в карманы и медленно побрёл в сторону своего дома. Слова друга не укладывались в его голове. Это всё было так странно. Сразу появились воспоминания о личке с Роханом, а потом и о их сегодняшней встрече. Может, это как-то взаимосвязано?       – Сначала всплыл этот диалог, который никаким образом не мог оказаться наверху. Затем встреча, на которой Рохан вёл себя крайне странно. После чего Окуясу рассказывает, что я вчера сорвался и побежал куда-то, хотя точно помню, что пришёл домой и лёг спать, – казалось, что ответ лежит на поверхности, но Хигашиката никак не мог дойти до него. Пока не остановился возле порога своей квартиры и не осознал. Всё это возможно только, если…       Джоске передумал вставлять ключ в замочную скважину. Вместо этого он развернулся и быстрым шагом пошёл к дому Рохана. Это не заняло много времени, ведь сейчас они жили в десяти минутах ходьбы друг от друга. Перед тем, как постучать в дверь, Джоске замялся. Нормально ли, что он так просто пришёл к нему и сейчас будет нести странные вещи? Не пошлют ли его? Точно пошлют, но идти нужно до конца.       Вдох-выдох. Стук.       Джоске пришлось стучать минут десять перед тем, как Кишибе Рохан всё же соизволил открыть ему дверь. Открыть – громко сказано. Слегка приоткрыть, чтобы взглянуть на пришедшего одним глазом.       – Чего тебе нужно? – совсем недружелюбно спросил Рохан. Он вёл себя, как недоверчивый дед. У Джоске возникло ощущение, что сейчас он из-за пазухи достанет ружьё и прогонит его, как надоедливую шпану двадцати четырёх лет.       – Нужно поговорить, – Джоске кажется слегка растерянным, но голос его звучит ровно.       Рохан с минуту обдумывает своё решение. Пускать Джоске совсем не хотелось по многим причинам, но он же не отвяжется просто так. Да и выглядит он... серьёзным. Рохан открывает дверь шире и тут же жалеет об этом. Пути назад уже нет.       – Проходи в гостиную, ничего не трогай, кроме дивана, – приказывает мангака и шагает вперёд.       Джоске разулся, надел первые попавшиеся тапочки и зашлёпал ими по полу. От каждого такого шлепка казалось, что Рохан начинал раздражаться. Но затем они вдвоём сели и замолчали. Джоске – на диван. Рохан – в кресло напротив.       – О чём ты хотел поговорить? Давай быстрее, я занят, – сегодня Кишибе не был занят. Он доработал новую главу, и теперь у него был заслуженный отпуск в две недели. Из них Рохан собирался отдыхать три дня. Сегодня, завтра и послезавтра. Вот только после отдыха в компании Джоске ему точно понадобится ещё две недели, чтобы прийти в себя.       – Днём я говорил про диалог... – начал Джоске.       – Я сказал, что понятия не имею, – поспешно перебил его Рохан, будто хотел избежать этого разговора.       – Я даже не договорил... – Джоске нахмурил брови. Рохан снова выглядел странно. Опять смотрел куда угодно, но не в глаза. Даже поднял со стола небольшой скетчбук и стал рисовать в нём.       – Кхм, – Джоске попытался обратить на себя его внимание.       – Я слушаю, – сухо ответил Кишибе.       – Ты использовал на мне Heaven's Door? – вилять было лишним. Джоске просто должен был сказать свою догадку прямо.       Рохан замолчал и даже рисовать перестал. Просто смотрел в скетчбук и ничего не делал. Джоске показалось, что он даже не дышал. Был похож на статую. Весьма красивую, по мнению многих.       – Роха...       – Что за чушь, Хигашиката? - Назвал его чисто по фамилии. Рохан что-то скрывал. Он снова опустил карандаш на бумагу и продолжил вести линию. Можно даже сказать "гнуть". – Ты слишком высокого о себе мнения. Мне до тебя нет никакого дела.       – Но...       – Ты меня вообще слушаешь? – снова перебивает Кишибе, с силой сжимая бедный карандаш. – Я сказал, что не использовал на тебе свой стенд. Мой ответ тебя удовлетворил? Назовёшь меня лжецом?       – А ты можешь смотреть мне в глаза, когда разговариваешь? Тогда и решу называть тебя лжецом или нет, – не выдержал Джоске. У Рохана вид был странный. Не виноватый, а какой-то другой. Таким он у него никогда не был. Кишибе был слегка потерянным? Тоже слово не подходит. Просто сам на себя не похож.       – Ты как со мной разговариваешь? – Рохан резко перевёл взгляд на него, сталкиваясь с пронзительным взглядом голубых глаз Джоске. Не хочется смотреть на его лицо, но отвести взгляд – проявить слабость. Рохан упрямо смотрит на него, прикусывает губу почти до крови, задыхается, но смотрит.       И Джоске улавливает все эти мелочи. Научился к двадцати четырём годам своей жизни распознавать, когда человеку очень некомфортно, а когда очень грустно. В Рохане же сейчас смешалось и то, и другое. У Джоске даже пропало желание пытать его, но ему нужны были ответы.       – Скажи честно, ты что-то стёр из моей памяти, верно? – старается говорить мягче, может, хоть так получится что-то узнать.       – Я тебе уже сказал, что я не использовал свой стенд на тебе. Мы даже не виделись, о чём ты? – Кишибе пытался принять расслабленный вид. Получалось с трудом. Он словно на углях раскалённых сидел.       – Твои глаза говорят, что ты врёшь, – Джоске указал пальцем на его лицо.       – С каких пор ты эксперт по глазам? Окулистом заделался? – защищался мангака, а руками прижимал скетчбук к телу так крепко, что удивительно, как тот ещё не сломался.       – С сегодняшних. У тебя всё на лице написано, – Джоске наклонился ближе в его сторону, внимательнее смотря в зелёные глаза. – Ты пытаешься отвести взгляд, значит что-то скрываешь. Я полицейский, Рохан. Я понимаю, что говорю.       Снова тишина. Рохан встаёт на ноги и пытается покинуть помещение, но Джоске хватает его за запястье. Заставляя остановиться.       – От твоего ответа зависят мои дальнейшие действия. Я уже знаю, что ты врёшь. Давай всё решим мирно? У меня нет никакого желания давить на тебя, даже если сейчас я занимаюсь именно этим, – стараясь не повышать тон, просил Джоске.       – Ты не отстанешь?       – Нет.       – Хорошо, я использовал свой стенд, да, – он судорожно и шумно выдохнул. Подождал, пока Джоске отпустит его руку и повернулся к нему. – На тебе использовал. Но ты должен быть мне благодарен за это. Я стёр из твоей памяти то, о чём тебе знать не положено. И даже если попробуешь применить ко мне силу, я не расскажу, что стёр. Я сам себе это пообещал. А обещания я держу, – его голос вдруг стал твёрдым, а взгляд холодным. На секунду он показался привычным Кишибе Роханом.       – Назови хотя бы причину, почему ты не хочешь говорить об этом? Я сделал что-то? – Джоске был обеспокоен этой ситуацией. Стёр ли Рохан то, в чем сам виноват? Или он стёр то, в чем виноват Джоске?       Рохан долго думал, говорить ему или нет. Посмотрел в голубые глаза, сглотнул и вернулся в кресло.       – Думаю, что я сделал больше, – такие слова от Рохана было слышать в новинку. Он называет виновным себя? Это очень неожиданно.       – Рох...       – Молчи, – оборвал он его на полуслове. – Я бы не хотел возвращаться к этой теме. Ты ведь хорошо себя чувствуешь? Так чего привязался? Ну не помнишь, что вчера ночью было. Вот и замечательно, разве нет? Жизнь продолжается, никто не умер. Просто оставь это.       – А ты бы оставил это, если бы я стёр тебе часть памяти, и ты об этом знал? – Джоске стрелял в нужные точки. Он знал ответ Рохана заранее.       – Нет, – спустя минуту обдумывания, ответил Рохан. – Я бы душу из тебя вытряс, но узнал, что ты стёр.       – Так чего ты в таком случае ждёшь от меня? – Джоске подошел ближе к Рохану, присел перед ним на корточки и заглянул в опущенное вниз лицо.       Рохан был таким... Словно вот-вот сбежит. Не то, что из комнаты, а вообще из Морио, Японии, с этой планеты и из этого проклятого мира. Но Джоске хотел держать ситуацию под своим контролем, поэтому закрыл все пути отступления.       И вновь в ответ тишина. Это уже начинало надоедать. Джоске не в молчанку пришёл играть, а серьёзно поговорить. С одной стороны хотелось выругаться, а с другой... Ему стало казаться, что Рохан молчит не просто так. Рохан вообще мало чего делал просто так. Во всех его действиях всегда был смысл. Поэтому Джоске, когда ему было восемнадцать лет, и признался ему в любви. Тогда он получил жёсткий отказ и несколько месяцев избегал его.       Потом Хигашиката понял, что так продолжаться не может, и их общение было возобновлено. Постепенно парень смирился и даже нашёл себе девушку, так что жаловаться ему было не на что... Вроде.       – Так сильно не хочешь говорить об этом? – произносит Джоске почти с пониманием.       Рохан кивнул. Тогда Джоске встал с места и пошёл в сторону кухни, чтобы в наглую налить себе стакан воды и выпить залпом. Таким образом он охлаждал свой пыл, пока не натворил дел.       Когда вернулся в гостиную, Рохана там уже не было. А уходить по-английски не хотелось, даже если этого желал Кишибе. Джоске знал, где его искать. Поднялся на второй этаж и медленно открыл дверь в студию. На удивление Джоске его там не оказалось. Зато был полный бардак и разруха. Словно здесь ураган пронёсся. В голову сразу закрались кадры с того дня, когда Джоске впервые увидел Рохана. В этой комнате тогда была похожая ситуация.       – Тебе кто разрешал заходить сюда? Уже в ванную нельзя отлучиться? – позади него так неожиданно возник Рохан, что Джоске аж подпрыгнул.       Хигашиката внимательно рассмотрел лицо Рохана. Оно было влажное, как и кончики его волос. Он умывался? Мангака прошёл мимо него, прямо в студию и сел за свой стол так, словно вокруг него нет этой странной картины. Его всё устраивает?       – Что здесь произошло? – задаёт Джоске вполне логичный вопрос.       – Я слегка повздорил, – сухо отвечает Рохан, не отрываясь от листа бумаги на столе.       – С кем?       – С собой... Ты идёшь домой? – в последних словах слышны нотки надежды. Рохан не хотел, чтобы Джоске оставался здесь ещё дольше.       – Как видишь, не иду, – что-то в Джоске переклинило, и он решил стоять до самого конца, даже если ему прилетит.       – А если позвонит твоя девушка? – Рохан сам не ожидал, что задаст этот вопрос.       – Причём тут она?       – Тебе придётся сказать, что ты у меня. А она меня недолюбливает. Ты собираешься её расстроить? – это был его последний козырь против Джоске.       – Я каблук, что ли? Я нахожусь там, где сам пожелаю находиться, – Джоске выгнул бровь, вообще не понимая, почему Рохан заговорил о его девушке.       И снова пятиминутная тишина, которая резала слух, была неприятной, напряжённой. Хотелось о чём-то сказать, да только слова не находились. Джоске не понимал, как вывести Рохана на чистую воду. А Рохан не понимал, как заставить Джоске уйти. Желательно из его жизни и навсегда.       Из кармана Джоске раздаётся вибрация телефона.       – Может, ты ответишь на звонок? – спустя две минуты раздражающего вибрирования, спрашивает Рохан, поворачиваясь корпусом к Джоске.       Хигашиката достаёт телефон, не отрывая взгляда от мангаки, и сбрасывает звонок, даже не всматриваясь в экран. Оба молча смотрят друг на друга. Вообще, этот день отчего-то проходит под девизом “меньше слов – больше взглядов”. Джоске открывает рот, чтобы что-то сказать, но кто-то снова настойчиво звонит ему.       – Я слушаю… А, Умеко. Да, извини, – он виновато смотрит на Рохана, потому что не хотел прерывать так их…Разговор? Молчание? – Ты не против созвониться через пару часиков? У меня небольшое дело. Нет, ничего не случилось, не беспокойся. Пустяки. Да, давай, до созвона, – Джоске прервал звонок.       – Пустяки? Так иди домой, раз пустяки. Сам же сказал, – Рохан поднялся с места и упёр руку в бок. В который раз за этот день его взгляд изменился? Теперь это было не раздражение, не грусть. Ничего из того, что было раньше. Джоске не понимал эту эмоцию, раньше он её никогда не видел. Рохан уникальный. Он может создавать новые эмоции, неведомые человечеству. И как реагировать на это? Что ответить?       – Я так сказал, чтобы она не беспокоилась. Но это не пустяки. Ты думаешь, что я не понимаю, что дело серьёзное? Рохан, я больше не глупый подросток, – Джоске почти злится, подходит вплотную и тычет пальцем в его грудь. – Я обязан узнать, что ты скрываешь. Ты не стал бы скрывать, если бы я накосячил. Наоборот тыкал бы в меня этим. Да ты даже не стал бы стирать у меня из памяти то, в чём накосячил сам. Потому что считаешь, что всё можно решить без вмешательства в память. Но если ты вмешался, то вчера произошло что-то из ряда вон. Что-то невероятно серьёзное и важное, – его голос становится всё громче и громче. – Просто сдайся уже и всё мне расскажи!       – Нет! – голос Рохана тоже становится громче. Он в шаге от истерики.       – Да ты достал! – и снова голос Джоске звучит на тон выше. – Хватит упрямиться! Ты хочешь сказать, что там действительно какая-то важная тайна, или ты просто вредничаешь?! Что мешает мне просто выбить из тебя ответы? – позади Джоске появляется стенд.       – А я тебе сказал, что ты можешь бить меня сколько хочешь, но ответов не получишь, придурок! – Рохан нервничает, отходит от Джоске, а тот снова к нему подходит. Снова и снова, пока Кишибе не упирается спиной в стену. Больше нет путей для отступления.       – Ты, блять, стенд на мне использовал! Ты нарушил обещание! Что бы ни произошло, я обязан знать всё о своей жизни! – Джоске стукнул кулаком о стену и та, кажется, даже дрогнула вместе с Роханом. – Я реально использую Crazy D.       – Вперёд! – Рохан зажмурился, почувствовал поток воздуха у своего лица, но удара не последовало.       Тогда он медленно открыл глаза и заметил, что Джоске смотрит не на него, а себе под ноги. С опаской опустил взгляд и тут же понял, на что так удивлённо уставился Хигашиката. Прямо под их ногами лежал красивый набросок простым карандашом. На нём изображены два человека в момент поцелуя. Вот только черты этих людей были очень узнаваемыми.       – Это я и… ты? – Джоске опускается на одно колено, поднимает лист и переводит ошарашенный взгляд на Рохана.       Рохан в состоянии паники резко толкает Джоске в грудь, отчего тот делает несколько шагов назад, а затем предпринимает попытку побега, но его за кисти хватает Crazy Diamond, пока Джоске пытается отдышаться после такого сильного толчка.       – Стой, успокойся, – непонятно было, Джоске говорит это Рохану или самому себе.       – Извини, я вспылил, но… Это правда мы? Почему ты нарисовал нас… Целующимися?       – Heaven… – Рохан не успевает договорить, Джоске с силой затыкает его рот ладонью. Рохан громко мычит.       – Я убираю свой стенд, а ты не используешь свой, договорились? – Crazy Diamond продолжает держать Рохана за запястья, не давая ему сделать шаг или схватить ручку. Дождавшись молчаливого кивка, Джоске отзывает стенд и убирает руку от губ Рохана. – Обсудим спокойно.       – Зачем это обсуждать? Обычный рисунок, просто эксперимент, – Рохан дышит рвано, смотрит в окно, на стол, стул, тумбочку, но не на Джоске. Снова. – Просто так…       – Ни за что не поверю, что ты бы нарисовал что-то подобное “просто так”. Разве не ты говорил, что всё должно быть реалистичным? Во всём должен быть смысл, – Джоске говорил с намёком, но затем просто решил сказать то, о чём думает. – Вчера я тебя поцеловал, да?       Джоске слишком сообразительный. Это дико бесило Рохана. Джоске не выглядит так, будто из крошечных пазлов он может собрать картину. Но он был именно таким. Поэтому Рохан и…       – Нет, – отрицательно качает головой и поднимает на него взгляд. Джоске красивый. Он возмужал. Стал выше, шире, но его лицо совсем не грубое. Доброе. Кожа кажется нежной. И несмотря на это, он всё равно очень мужественный. Голос у него такой низкий, бархатный, приятный слуху. Рохан сглатывает ком в горле. – Это я…Был инициатором.       Джоске не мог подобрать слова, чтобы выразить свои эмоции. Вместо этого Хигашиката сел на диван так, будто он был мешком с картошкой, который сбросили с высоты. Эта новость была для него слишком сюрреалистичной. Рохан сам поцеловал его? Что за бред? Пока Джоске погружался в свои мысли, Рохан стоял на месте и теребил штанину. Он всегда что-то мял в руках, когда чувствовал себя неуверенно. С самого детства. Кишибе пообещал себе не рассказывать Джоске о вчерашней ночи, но всё вышло из-под контроля. Это выбивало из колеи.       – Придурок, – тихо произнёс он, привлекая внимание Джоске. – Зачем тебе нужно было это знать? Из-за тебя я предал самого себя. Чувствую себя отвратительно, – он скрестил руки на груди таким образом, словно образовывая защитный барьер.       – И ты считаешь, что я не должен был об этом знать? – на удивление спокойно говорит Джоске.       – Да, не должен. Это не имеет совершенно никакого значения. Я решил, что лучше тебе не помнить о моей минутной слабости, – Рохан только потом подумал, что не стоило говорить последнюю фразу. И вообще говорить не стоило. Нужно было зашить себе рот и спрятаться в подвал, чтобы до конца дней писать там мангу.       – То, что это твоя минутная слабость, имеет ещё какое значение, – Джоске судорожно вздохнул, прикусил губу и зажмурился, после чего добавил. – Почему сейчас?       – Я не хотел слышать от тебя этот вопрос, поэтому…       – Поэтому и стёр мне память, верно? А потом написал во мне “не может увидеть последние сообщения в диалоге с “Кишибе Роханом”, – Джоске казалось, что сейчас он в каком-то странном сне и всё, что происходит, абсолютно нереально.       – Джоске, это мои проблемы. Понял? Я снова использую Heaven’s Door и сделаю себя в твоих глазах врагом. Ты забудешь об этом разговоре, и мы разойдёмся, как в море корабли, – Рохан неспеша подошёл к своему столу и поднял ручку.       Джоске никак не реагировал. Кишибе подошёл к нему вплотную. Поднял руку с ручкой к его лицу и замер. Сердце бешено стучалось о грудную клетку. Его стук был настолько громким, что Джоске слышал его отчётливо. Почти чувствовал. И видел, как блестят неуверенностью глаза, которые смотрят на него так, словно это в последний раз. Правильно ли поступает Рохан? Да, скорее всего правильно. Но Джоске так не думает.       – Не делай этого, – говорит тихо, кладёт руку на чужое запястье, и то дёргается. – Я…боже, это так сложно.       – У тебя есть возлюбленная, я не намерен рушить будущую семью. Гордость не позволит. Просто позволь мне сделать то, от чего всем станет проще, – Кишибе похож на загнанного в угол кота. Пытается атаковать, а самому очень страшно, шерсть дыбом стоит, и лапы еле держат тело.       – А ты? Тебе станет проще?       На этот вопрос у Рохана ответа нет. Он крепче сжимает ручку, касается её кончиком щеки Джоске. В воздухе появляется Heaven’s Door, но не спешит атаковать Хигашикату. Мальчик грустно смотрит на Рохана, быстро переводит взгляд на Джоске. Душа не обманет. Теперь Джоске видит всё, что чувствует Рохан. Эти чувства отражаются в больших зелёных глазах стенда. Ему больно, он не хочет этого делать. Heaven’s Door ничего не предпринимает. Просто смотрит. А Рохан стоит, опустив голову.       – Рохан, – Джоске кладёт ладонь на его плечо. Рохан вздрагивает всем телом.       Когда-то Рохан уже испытывал чувство влюблённости. Это был неудачный опыт. Тогда он пообещал себе, что больше никогда это чувство не встанет у него на пути. Долго держал его в узде… А сейчас оно вырвалось, разрывая грудь, оголяя все органы, делая Рохана Кишибе – великого мангаку – уязвимым маленьким человечком, зависимым от эмоций. Ему не нравится. Хочется избавиться от этого, хочется ненавидеть, но не любить. Тем более Джоске.       Рохан совершал в жизни много ошибок, но встречу с Хигашикатой он считает самой большой из них. Лишь потому, что он идеально подходит ему по всем параметрам. Джоске признался ему в любви, когда тому было девятнадцать. Тогда у двадцати трёхлетнего Рохана и начался кризис. Джоске не должен страдать такими отвратительными чувствами по отношении к нему. Рохан – одиночка. Ему не нужна пара. Да, на тот момент у них были нормальные взаимоотношения. Да, Рохан никогда не считал себя конкретно гетеро. Но Джоске был юн, ещё подростком. Не нужно начинать то, что закончится плохо. Это всё гормоны. Рохану не нужны лишние эмоции. Они мешают работе. В итоге Джоске получил отказ один раз. Затем ещё раз, и снова. Рохан насчитал примерно двадцать три раза и считал, что всё делает правильно. Даже если обманывал сам себя.       Джоске прекратил попытки, решив оставить Рохана в покое. А потом у него появилась девушка… И Рохан начал задыхаться от притяжения и ревности. Вчерашний день стал его пиком. Тем моментом, когда держать всё в себе уже было невозможно. Это хуже, чем подорваться на мине. Она убьёт тебя сразу, а это убивает постепенно, вонзая тысячи ножей. ***       “Я люблю тебя”       Джоске несколько раз перечитывает сообщение от Кишибе Рохана. Окуясу что-то болтает на фоне, но Джоске его совершенно не слышит. Три слова застряли в голове, никак не выветриваются. Джоске поспешно извиняется перед Окуясу, срывается с места и бежит к дому мангаки. Так быстро, что почти задыхаясь. Ночь. Но в окне на втором этаже горит свет. Джоске буквально делает два стука, как дверь распахивается. Теперь перед ним стоит раскрасневшийся Рохан с полупустым бокалом вина в одной руке. Смотрит на него затуманенным взглядом, не понимая, кто это.       – Рохан? Ты у двери сидел? Ты пьян? – Джоске беспокоится. Кишибе выглядит так, будто прямо сейчас внутри он саморазрушается.       – Джоске? – Рохан прищуривается, подходит ближе, разглядывает лицо. – Точно ты… Что ты здесь? Как ты..?       – Ты прислал мне сообщение, – Джоске прикусывает губу. – Написал, что любишь меня.       Рохан с минуту смотрит на него нечитаемым взглядом, роняет бокал на пол, и тот разбивается на множество осколков. Его сердце бешено заколотилось, он подошёл к Джоске ближе и встал на носочки. Опустил руки на плечи, а затем коснулся его губ своими, после чего сразу отстранился и прикрыл рот ладонью.       Он был пьян. В одиночку выпил две бутылки дорогого красного вина всего за полтора часа. Причиной этому служил тот самый юноша, который сейчас стоял перед ним с розовыми щеками. Такой ничего не понимающий милый щенок. Рохан горько ухмыльнулся.       – Да… Люблю. Очень сильно, идиотина, – Рохан кивает. И Джоске не успевает ему ответить. – Heaven’s Door.       Хигашиката ушёл домой. Рохан убеждал сам себя, что поступает правильно. Убеждал и разбрасывал по студии свои работы, швырял стулья в стену, скидывал с полок книги. ***       – Не могу… – рука Рохана опускается, ручка падает на пол. – Ты можешь уйти… Пожалуйста?       Последнее слово полоснуло Джоске через всю грудь, оставляя глубокую рану. Впервые он слышит его от Рохана. Для Джоске сегодня всё в новинку, но это уже перебор. Какое отчаяние должен испытывать Рохан, чтобы сказать Джоске “пожалуйста”?       – Как давно? – Хигашиката не говорит конкретно, Рохан и без этого поймёт.       – Это важно?       – Да.       – Четыре года…       – Чт… – по телу Джоске пробегают мурашки. – Почему ты не сказал?       – Я принял это только год назад, – голос Рохана всё тише и тише, скоро Джоске придётся прислушиваться, чтобы услышать хоть что-то       – Хорошо, а потом почему не сказал? – звучит настойчиво. Он пришёл, чтобы получить все ответы. Да, он получил больше, чем предполагал, но теперь всё остальное не имело значения. Джоске желал узнать конец истории. Даже если в конце они оба сорвутся в пропасть.       – Ты недостоин этого, – Рохан стоит близко к Джоске. Чувствует тепло от его тела и понимает, что изголодался по этому. Последний раз он обнимал человека перед смертью его бабушки. Тогда ему было восемнадцать лет. Сейчас ему двадцать семь. И рядом стоит человек, которого обнять хочется больше всего. Так близко, так далеко.       – Недостоин твоих чувств?       – Недостоин человека, который живёт работой, который ни капли не романтик, который не понимает, что такое любовь, который… – старается держать голос, хотя это даётся ему с великим трудом.       – Когда я признавался тебе в любви… Думаешь, что я не знал, что ты высокомерный сухарь? Я знал, но это не имело для меня значения. Мне нравился ты таким, какой есть. Я бы принял тебя даже спустя тысячу лет, понимаешь? – Джоске сжимает ладони в кулаки едва не до крови.       – Проваливай… – глаза щиплет от подступающих слёз. Рохан открывает рот, вдыхает им, потому что кислорода не хватает. Это помогает сдерживать себя. Джоске слишком хороший. В этом проблема. – Уходи… Просто исчезни, или это придётся сделать мне.       Джоске не может больше притворяться, что ему не хочется обнять Рохана. Хочется. Сильно. Обнять его так, чтобы кости заскрипели. Чтобы кислород перекрыть. Видеть Рохана таким измученным невыносимо. Ощущение, будто эта статуя изо льда тает прямо на его глазах.       Рохан близко. Обнять его не составит труда, так почему же Джоске стоит и ничего не делает? Потому что ему страшно. Он запутался. Если сейчас он обнимет Рохана, то сделает только хуже. Это подарит Рохану надежду. А имеет ли Джоске право на это? Тело решает само. Руки вытягиваются, хватают Рохана и прижимают к более широкому телу Джоске. Обвивают талию. В то время, как голова ложится на его правое плечо. Джоске закрывает глаза. Становится так спокойно. Мысли сами ускользают, а в нос попадает запах лавандового геля для душа и бумаги. Так пахнет Рохан.       Хочется застыть в этом мгновении. Не думать ни о чем, не существовать в другом времени и пространстве. Джоске так долго этого ждал. И вот он этот момент.       Рохан чувствует то же самое. Впервые их мысли слились в одну и ту же. Кишибе не решается обнять в ответ, поэтому стоит опустив руки и уткнувшись носом куда-то над грудью юноши. Тепло, хорошо и спокойно. Как он себе и представлял. Да только уже поздно...       Рохан кладёт ладони на его грудь и слегка отталкивает. Джоске слушается, выпускает его из объятий. Тепло ускользает, и становится в два раза холоднее, чем до этого. Словно Джоске забрал не только своё, но и тепло Рохана. И теперь не остаётся ничего, как замёрзнуть изнутри.       – Зачем это?       – Я просто...       – Джоске! У тебя есть девушка. Я знаю, что у вас с ней все хорошо. Она ведь художница, да? Я видел её работы, они... Неплохи. Она хороший вариант для тебя. Вы поженитесь, заведёте детей. Может, ваши дети будут читать мою мангу, если у них будет хороший вкус... — почти тараторил Рохан. А глаза его продолжают слезиться, выдавая эмоции хозяина с потрохами.       Джоске слушал его, хотя хотелось заткнуть. Лучше бы они были немыми, так было бы намного проще. Никакие слова не мешались бы на пути. Джоске думает, что же ему сказать? Как поступить правильно? Что такое “правильно” вообще? Правильно ли любить этого человека спустя года? Джоске может себе позволить смотреть влюблённо на это лицо, опускать взгляд на красивые кисти рук, поднимать на красивое тело, затем снова к лицу. Рохан выглядит великолепно даже тогда, когда чуть растрёпан. Вернее, ОСОБЕННО, когда чуть растрёпан. Это придаёт ему такой комфортный вид. Хочется смотреть вечно, но ещё больше хочется касаться. Обнимать, сидя на диване и смотря какой-нибудь дурацкий фильм, который никому из них не интересен. Главное чтобы вместе. Это неправильно. Так нельзя.       – Рохан… – следующие слова Джоске не контролирует. За него говорит сердце, которое он уже давно отдал одному единственному человеку. Рохан отнял сердце, душу, всё. И теперь стоит и сожалеет. Невозможно. – Я не могу перестать любить тебя.       Слова зависают в воздухе. Ласкают слух, успокаивают и удивляют. Рохан поднимает взгляд на Джоске. А тот улыбается как дурак. Не может перестать.       – Что… Но ты же… – Кишибе не понимает его. Как всегда.       – Я отвратительный человек. Но я никогда не переставал относиться к тебе именно так. Даже сейчас… – кладёт руки на его плечи, слегка сжимает.       – Но Умеко…       Джоске резко притягивает Рохана к себе, заключая его губы в крепкий поцелуй. Прикрывает глаза, опускает руки на чужую талию и прижимает тело Рохана к своему. Рохан смотрит на Джоске, широко раскрыв глаза. И снова Хигашиката делает то, чего от него не ждут. Хочется отстраниться, дать пощёчину. Как смеет Джоске делать что-то, что потом заставит сердце остановиться?       Рохан хочет, но не может. Даже если после этого момента Рохана ждёт затмение. Даже если он умрёт, как только их губы разомкнутся. Он растянет этот момент. Рохан уже целовал Джоске, но сейчас ощущения совсем другие. Есть большая разница между тем, когда целуешь ты, и когда целуют тебя. Джоске целует уверенно. Его тело знает, что делает. Наверное.       Юноша скользит кончиком языка по нижней губе мангаки, обхватывает её своими, слегка посасывает. А руки скользят по талии, успокаивающе гладят. Большие, тёплые, заботливые. Такие поцелуи созданы для того, чтобы разворошить весь организм, заставить вынуть из дальнего угла все чувства. Рохан шумно вдыхает носом, отвечает на поцелуй. Поднимает руки и не совсем уверенно обнимает Джоске в ответ.       Тело становится ватным. В ногах появляется чувство, словно их щекочут изнутри. Колени подгибаются, Рохан случайно делает несколько шагов назад. Джоске идёт за ним и они упираются в стол. Джоске не теряется, подхватывает Рохана за бёдра и садит на стол. Упирается руками о стол по обе стороны от мангаки, не прерывая контакта с ним. Рохан почти со звуком выдыхает прямо в слегка приоткрытые губы Джоске. Нос совсем перестал дышать, поэтому кислорода становилось всё меньше. Голова кружилась.       Хигашиката напирает, углубляет поцелуй. Их языки касаются друг друга, губы начинают синеть от страсти, вложенной в поцелуй. И только спустя минут десять они нехотя отстраняются, когда уже оба были готовы потерять сознание от отсутствия воздуха.       Атмосфера вокруг наталкивала на романтическое настроение. Оба были шокированы, не могли оторвать взгляд друг от друга. Раскрасневшиеся, слегка вспотевшие и влюбленные.       Но один звук смог заставить их вздрогнуть и отпрянуть друг от друга.       – Прими вызов, не заставляй человека беспокоиться, – Рохан говорит шепотом. Он не хочет, чтобы Джоске отвечал на звонок, но не время быть эгоистом. И так многое себе позволяет.       – Извини, – Джоске достаёт телефон и нажимает на кнопку вызова. – Да.       – Джоске-кун, я добралась, расположилась и даже узнала о своих предметах в институте. А ты как? Чем занят, – девушка на другом конце линии звучала счастливой.       – Я... – Джоске прикусил губу, смотря на лицо Рохана. – Я у Рохана, – в его голосе легко читаемая вина. Сейчас он не может контролировать своё настроение. – В гостях…       – Ого, – на том конце линии повисло небольшое молчание. – Вы же, вроде, не общались в последнее время. Что-то важное? Нужна моя помощь?       – Нет, не беспокойся, – Джоске тяжело врать ей. Она этого не заслужила. В голове у Хигашикаты самая настоящая паника, а снаружи он просто испуганными глазами смотрит на Рохана, будто ищет в его глазах защиту или ответ на то, как себя вести.       А Рохан сам не знает. Он бы хотел взять трубку, уверенно заявить, что уводит Джоске, но… Джоске подставлять не хотелось. Он же всё это время молчал только для того, чтобы Джоске нашёл своё счастье в какой-нибудь хорошенькой девушке. А теперь у него в руках топор, а над ним фейерверком взрывается слово “руби”. Но он и слова не произносит, ждёт, что скажет Джоске. От его слов и будет отталкиваться.       – Джоске, у тебя странный голос, – Умеко беспокоится. – У вас что-то произошло? Вы поругались?       – Нет, не думаю, – он качает головой так, будто Умеко может это увидеть. – Всё хорошо, я просто устал, извини.       – Скорее иди домой и хорошенько отдохни. Не истязай свой организм, я знаю, что ты любишь это делать, – в телефоне послышался громкий вздох. – Люблю тебя.       – Я… – Джоске не может ответить взаимностью. Не может врать о таком, но и сказать правду не может. Застыл, как статуя и ничего не может поделать с этим.       – И всё же что-то не так. Можешь дать телефон Рохану?       Джоске протягивает устройство вперёд, прямо к рукам мангаки. Тот сначала смотрит с непоняткой, но затем всё же берёт телефон и подносит к уху.       – Кишибе Рохан у аппарата… – говорит он как можно твёрже и холоднее.       – Я знаю, что что-то произошло. Говори со мной откровенно.       Джоске чувствует себя ничтожеством, но он не может сообщить о таком по телефону. А как ещё? Не лететь же в Америку прямо сейчас? А скрывать было нельзя. Это ещё ужасней. Но что делать, если все слова превращаются в кашу, и не получается сформулировать ни одной мысли, которая помогла бы поговорить с Умеко? Джоске старается сосредоточиться. Вот-вот выхватит у Рохана телефон, потому что мангака не должен отдуваться за него. Но не успевает.       – Умеко, – Рохан выпрямляется. Теперь он снова выглядит гордо. Непонятно, маска это или нет, но теперь он звучит, как прежний Кишибе Рохан. – Я влюблён в Джоске и планирую отбить его у тебя. Извиняться не буду. Я… – на секунду его голос дрогнул, он словил на себе взгляд Джоске, вдохнул и продолжил. – Я считаю, что он меня достоин… то есть я его… – всё равно запинается, и руки сильно потеют, но продолжает. – Мы с ним достойны друг друга и, вероятно, даже сведены судьбой. Хотя я никогда не верил в судьбу. Воспринимай, как хочешь.       После чего быстро выключает телефон и швыряет его об стену. Впервые за долгое время Рохан чувствует себя на своём месте. А потерянный взгляд Джоске делает этот день ещё лучше. Внутри вдруг вскипела гордость за себя, желание заполучить всё самое лучшее. К этому состоянию его привели дни, полные отчаяния и тоски. С него хватит. Джоске смотрит на Рохана с нескрываемым удивлением в глазах. Это было очень смело и очень по-рохановски. С одной стороны такая перемена в настроении мангаки радовала, а с другой…       – Рохан, ты… Она моя девушка, – не Джоске должен был напоминать об этом. Именно он полез к Рохану с поцелуем.       Осознание того, что он натворил, пришло только сейчас. Джоске сильно покраснел и опустил взгляд в пол. Он изменил. Он ведь пообещал себе, что никогда не сделает больно человеку, с которым состоит в отношениях. А ещё никогда не вступит в отношения, пока на сто процентов не убедится, что этот человек “тот самый”. И вот уже два нарушенных самому себе обещания. Он не хотел вести себя, как отец, но яблоко от яблони…       – Я знаю, поэтому и сказал ей, что отобью тебя у неё, – Рохан скрестил руки на груди. В его позе отражалась самоуверенность. А это значит, что Рохан обязательно доведёт дело до логичного конца. – Ты меня поцеловал. Значит, шансов у меня очень много.       – Рохан, я… – Джоске закрыл руками лицо. – Я не понимаю сам себя. Зачем я делаю все эти отвратительные вещи? Когда я стал таким дерьмовым человеком? Умеко… Она ведь ничего плохого мне не сделала. Я действительно чувствую себя рядом с ней довольно комфортно, но… Но ты единственный человек, к которому я ощущаю совсем иные чувства. Понимаешь?       – С трудом, – Рохан подходит к Джоске и убирает его руки от лица. – Если ты выберешь девушку, то я не смогу противиться этому. Я знаю, что ты мечтал завести ребёнка. Жизнь со мной не такая, как если бы ты продолжал жить с Умеко. И если ты мне дашь чёткий отказ, то я… Я отпущу. Моя гордость не позволит сделать иначе.       – А если тебя?..       – Не знаю… – Рохан задумался. – Я не знаю, что могу предложить тебе, как партнёр. Понимаю, что ты бы смог отдать мне всего себя… Но смогу ли я? Давай поговорим об этом завтра? Нам обоим нужно немного времени, чтобы обдумать эту ситуацию.       – Хорошо, я понимаю, – Джоске не смог сдержать себя и ещё раз обнял Рохана.       Объятия с мужчиной сильно отличаются от объятий с девушкой. В них другая нежность, другое тепло. Рохан не такой уж мягкий, а ещё он выше Умеко. Но всё это не плохо. Джоске нравится обнимать Рохана. ***       Джоске починил телефон, попрощался с Роханом и побрёл в сторону дома, пытаясь переварить то, что сегодня с ним приключилось. Но снова до него не дойдя, парень быстро развернулся, позвонил Коичи и позвал его в кафе.       Встретились они через тридцать минут. Сделали заказ и стали ждать, пока еда приготовится.       – Эм, – через какое-то время заговорил Коичи. Было видно, что он чувствует себя неловко, – Джоске-кун, ты меня зачем позвал? Просто перекусить?       – Да… То есть нет… – перед Джоске поставили стакан с лимонадом, он сделал пару глотков и продолжил. – Послушай, к тебе на приём часто приходят люди, которые изменяют своим девушкам или парням? У меня есть один знакомый, который попал в такую ситуацию. Ему нравится человек, с которым он встречается, но любит он другого человека. Он мне все уши эти прожужжал, я бы хотел помочь ему.       Коичи работает психологом. Он легко распознаёт ложь. Сейчас для него это тоже не стало проблемой. Он по привычке скрестил руки на груди и откинулся на спинку стула, переключаясь с режима “друг” на режим “профессионал”.       – Твой “друг” признался тому, в кого влюблён? – на слове “друг” он сделал акцент. Джоске от этого чуть не поперхнулся лимонадом.       – Да… – неуверенно ответил тот.       – И как по взаимности?       – Взаимно…       – Вот дела, – Коичи заулыбался.       Им принесли еду, и оба приступили к трапезе. Джоске не переставал коситься на Коичи с немым вопросом. Интересно было, почему Коичи так резко замолчал. Может, обдумывал совет? Наверное, так и есть.       – Я рад, что Рохан-сенсей, наконец, перестал обманывать себя, – выдал Коичи, и Джоске в этот раз действительно поперхнулся и закашлялся.       – Чёрт, ничего от тебя не скроешь, да? – он говорил сквозь кашель. Проще стало только спустя минуту.       – Да вы смотрите друг на друга, как собака на мясо… Неудачный пример. Скорее, как ребёнок на игрушку, о которой давно мечтал, – улыбка Коичи стала шире, но затем его лицо приобрело серьёзность. – Я был удивлён, когда ты начал встречаться с Умеко. И никогда этого не одобрял. Она хорошая девушка, но для тебя всего лишь замена Рохану. Ты сам об этом никогда не задумывался? Они с ним похожи. Она художница, у неё твёрдый характер. Они даже внешне чем-то похожи. Но сейчас, когда ты понял, что Рохан тоже влюблён в тебя, то сразу осознал, что заменить его ты не можешь. Вы всегда мне казались наркоманами, зависящими от энергии друг друга. Если ты просишь совет… Советую порвать с Умеко. Прости, что так грубо, но если будешь тянуть, то сделаешь больно и ей, и Рохану. Эгоизм тебе не к лицу, друг. Оставь это другим. Сейчас всё в твоих руках. Ты справишься.       Джоске был шокирован таким прямым ответом. Но в то же время это вызвало в нём ещё больше уважения к Коичи. Он говорил правильно, но… Разве Джоске может просто так взять и порвать с Умеко? Они вместе уже восемь месяцев. Она была замечательной девушкой. Джоске легко мог представить её на месте своей жены. Но стоило Рохану просто направить на него один из этих взглядов, как сердце Джоске сразу же начало кричать.       Джоске просто не мог без него нормально функционировать. Коичи прав. Они наркоманы. Оба.       – Спасибо, друг, – Джоске достал из кошелька деньги и вложил в счёт за ужин сразу за двоих. – Это оплата за сеанс. ***       Ждать до завтра было невозможно. Нужно решать всё здесь и сейчас. Джоске вновь стоит перед домом Рохана. На этот раз свет в окнах не горит. Возможно, Рохан уже спит. Придётся его будить.       Перед тем, как войти внутрь, Джоске долго смотрит в телефонную книжку и нажимает на звонок.       – Джоске? Я решила не звонить тебе сразу. Ты же был рядом, когда Рохан говорил это? Значит, он тебе признался, – Умеко не звучала расстроенной. Может, это всего лишь маска, но она девушка сильная и не станет показывать слабость. – Я дала тебе время всё обдумать. И вот ты сам позвонил.       – Умеко, я… – а вот в его голосе совсем уверенности не наблюдалось. – Я должен сказать…       – Знаешь, – перебивает его девушка. – Мне всегда казалось, что мысленно ты состоишь в отношениях с кем-то другим. Не со мной. Ты только делал вид, что тебя всё устраивает, но это было не так. Мне было грустно наблюдать за этим, но я решила поддерживать твой немноголюдный спектакль. Не знаю, почему. Наверное, мне просто хотелось понять, что с тобой. Помочь тебе… Ты выглядел несчастным, Джоске, – судя по голосу, её губы растянулись в приятной улыбке. – Ты никогда не просишь других о помощи, вот я и решила стать тебе ближе. Вскрыть то, что у тебя внутри. Я давно заметила, как ты смотришь на Рохана. Знаешь, почему он меня бесил? Потому что смотрел на тебя точно так же и ничего не предпринимал. Видел, как я тебя обнимаю, и молчал. Терпеть не могу таких людей. Отказал тебе только для того, чтобы вы оба страдали.       – Ты обо всём знала? – Джоске присел на лестницу у входа в дом Кишибе. То, что она сейчас говорила, никак не укладывалось в голове. – Погоди… Я тебя не понимаю.       – Джоске, – поспешила заговорить Умеко, пока Джоске не начал задавать глупые вопросы. – Я люблю тебя, но совсем не так, как любит тебя он. Это разные виды любви. Я вижу в тебе друга, но не будущего мужа, понимаешь? Сначала я думала, что правда влюблена в тебя. Когда ты предложил мне встречаться, я согласилась на эти отношения со всей искренностью. Но вскоре я поняла, что это совсем другое. Я люблю тебя как друга, и как предмет вдохновения.       – Вы с ним правда похожи, – Джоске усмехнулся её последней фразе.       – Я не хочу быть такой, как он. Я никогда не отрицаю свои чувства, – судя по голосу она разозлилась, но быстро пришла в норму. – Да, он тоже смотрит на тебя, как на предмет вдохновения. Но также он смотрит на тебя, как человек, который по уши влюблён и не знает, что с этим делать.       – Такой неловкий разговор, – Джоске краснел с каждой секундой всё сильнее.       – Хигашиката Джоске, – сказала строго девушка, отчего тот даже выпрямился. – Я прерываю наши отношения прямо сейчас. Надеюсь, что в следующий раз мы встретимся друзьями.       – Спасибо тебе, Умеко. До встречи.       Джоске убрал телефон от уха, а потом и вовсе выключил, чтобы не мешал. Дверь за ним скрипнула, отчего юноша обернулся. Рохан стоял позади него, высунув голову через приоткрытый проход.       – Подслушиваешь? – хмыкнул Джоске.       – Ты разговариваешь по телефону на моей территории. Что мне ещё остаётся? – он высунулся наружу целиком.       Сейчас на Рохане был белый махровый халат до колен и такие же белые тапочки. Его волосы были ещё влажные, наверное, он недавно был в душе. Выглядел так по-домашнему приятно, что это вызвало на губах Джоске улыбку. Хигашиката поднялся на ноги и подошёл к смотрящему на него мангаке.       – Пригласишь на чай? Меня тут… вроде как девушка бросила. Нужно кому-нибудь поплакаться, верно? – тянется рукой к лицу Рохана и поправляет его волосы, убирая их за ухо.       – Не люблю нытьё, но приглашу на чай, раз уж ты тут сидишь. Не лето всё таки, – Рохан задрал нос, развернулся и вернулся обратно в дом. На улице было холодно, зима давала о себе знать. Даже мурашки по коже пробежались. Точно не от касания Джоске, нет.       Спустя десять минут двое сидели в полной тишине на кухне, попивая горячий чай. В этот раз тишина была приятной, а полумрак настраивал на приятный приватный разговор. Но они не спешили его начинать. У них ещё вся ночь впереди.       – Сдаёшься? – вдруг заговорил Джоске. – Или у нас всё ещё война?       – У нас всегда будет война, Джоске, – Рохан улыбнулся по-особенному тепло. – Но я уже давно сдался, а что насчёт тебя?       – Я даже не пытался бороться, – рассмеялся Хигашиката.       Он повертел уже пустую, но ещё тёплую чашку в руках. Глубоко вдохнул, затем выдохнул и поднял взгляд на Рохана, который, как оказалось тоже смотрит на него. С Роханом хорошо. Совсем не так, как с другими. С ними тоже было хорошо, но не так. Ощущения, словно энергетическое поле вокруг Рохана отлично резонирует с полем Джоске. И притягивает. Как магнит.       Они сидят за столом друг напротив друга, и мир вокруг больше не имеет значения. Кроме них никого больше не существует и не существовало. Даже если они могут ругаться, даже если между ними всё искрится и пылает, они всё равно хотят быть ближе. Расстояние убивает, сводит с ума. Рохан убедился в этом на собственном опыте. Одновременно встают из-за стола, становятся рядом, касаясь друг друга дыханием.       – Могу я задать этот вопрос двадцать четвёртый раз? – Джоске уверен. Он знает, что теперь это его счастливое число.       – Я жду, – кивает Рохан.       – Кишибе Рохан, ты примешь мои чувства? – Джоске поднимает руку, жестом предлагая Рохану положить свою ладонь на его.       Рохан кивает, берёт его за руку и тянется к губам. Джоске не сомневается ни секунды. Поцелуи с Роханом кажутся на первый взгляд грубоватыми. Он целует не так, как девушки. Но это не отталкивает, наоборот. Рохан отдаёт процессу всего себя. Это касается всего. Жизни, работы, любви. Он не прав, когда говорит, что не умеет любить. Умеет. И Джоске чувствует это в движении губ. Слышит в тихих вздохах между поцелуями. Его касания заставляют мурашки бежать по коже.       Внизу живота приятно тянет, ноги становятся ватными. Всё как тогда, только теперь их поцелуй стал страстным. Заставляющим стоны вырываться из глотки и слёзы образовываться в глазах.       – Рохан, – Джоске подхватывает его и несёт в свадебном стиле на ближайший диван. – Можно провести ночь в твоей компании?       – Глупые вопросы, Джоске, – даже в такой момент он не может не сказать Джоске что-то в этом роде, но на руках сидит спокойно. Ему даже нравится. Его раньше не носили на руках. Точнее, он не помнит о том, как Джоске выносил его из тоннеля. – Ты можешь остаться в моей компании, а можешь в моей жизни, если захочешь.       – Я хочу, – Джоске широко улыбается.       Парень укладывает его на диван, забирается сверху и целует в губы, лоб, щёки, нос так быстро, будто боится не успеть. Но Рохан не Золушка и вообще далёк от диснеевских принцесс. Он не исчезнет. Обнимает Джоске руками за шею и чувствует себя очень комфортно.       Джоске спускается к шее, отчего Рохан слегка ёжится, смеётся от щекотки, но не дёргается, потому что приятно. Шея у него чувствительная, и горячие прикосновения чужих губ доставляют огромное удовольствие. Он вытягивается, словно кот, довольно мычит. Джоске воспринимает это как призыв к действиям.       Тянется пальцами к поясу на его халате, распутывает бант и открывает себе вид на красивое оголённое тело Рохана. Бледноватое, но подкаченное. Талия у него тонкая, почти как у девушки, но всё же шире. Рохан выглядит очень гармоничным.       – Шикарно… – срывается с губ Джоске, отчего тот сразу краснеет.       – Я люблю комплименты, так что продолжай, – лицо Рохана тоже приобрело пунцовый оттенок, всё же для него это было впервые. Раньше на его голое тело никто не смотрел.       Рохан никогда не занимался сексом. Он мог самоудовлетворяться, но о соитии с другим человеком речи не шло. Для него всё это было чуждо. Он испытывал удовольствие другими способами. Однако то, что происходит сейчас, ни в какое сравнение не идёт с теми удовольствиями. Кишибе вполне мог бы заплакать от переизбытка чувств, но мужественно держался.       Джоске скользнул губами к его ключицам, к груди. Она тоже не такая, как у девушек. Плоская, совсем не мягкая. Но даже так… Наблюдать за тем, как высоко вздымается грудная клетка, когда он целует Рохана, невероятное зрелище. Джоске переполняет возбуждение. С Умеко было не так. Его было сложно завести, а сейчас на него действуют каждый вздох, взгляд, движение. В штанах до боли тесно, но ещё хуже то, что происходит у него в голове. Джоске готов взорваться от любви. Он совсем не против умереть вот так, но пожить хотелось бы больше, поэтому парень старается себя контролировать.       Гладит его бёдра, ноги. Не удивительно, что Рохан бреется. Это ему так подходит. Кожа такая бархатная, сразу видно, что за ней ухаживают.       Скользить кончиками пальцев к внутренней стороне бедра, чувствуя, как тело под ним подрагивает. Поднимается рукой чуть выше, едва задевая возбуждённый орган. Рохан шумно выдыхает. Тогда Джоске уверенно обхватывает рукой его член, поглаживая головку большим пальцем.       – Постой, – Рохан не ожидал таких резких действий от Джоске, поэтому распахнул глаза, уставившись на парня. Но когда его губы накрыли чужие, сразу все возмущения испарились. Остались только приятные слуху Джоске звуки, которые он издавал прямо в его рот, пока внизу он двигал своей рукой вверх-вниз. Джоске раньше не делал этого с другими парнями, но нужно было всего лишь ориентироваться на собственные чувства.       Это не могло продолжаться долго. Джоске не мог позволить их ночи закончиться так быстро. Через несколько минут он убрал руку, наклонился к уху Рохана и прошептал. – Хочу быть ближе.       – Так будь. Я больше не могу ждать, – Кишибе делает глоток воздуха после каждого слова. Ему интересно, станет ли ещё лучше? Это возможно?       Последний год для Рохана прошёл, как в Аду. Осознание чувств не сделало мир лучше, скорее разрушило все представления о нём. Рохан не был уверен ни в чём. Даже самые любимые вещи перестали доставлять ему удовольствие. С каждым днём он становился всё угрюмее. Прогулки в компании стали самой настоящей пыткой. Когда Джоске шёл под руку с Умеко, Рохан чувствовал, как внутри него всё плавится. Как миры уничтожаются, а сам он тонет, задыхается. В итоге он начал выпивать, снова закрылся ото всех и готов был к тому, чтобы навсегда запереть себя в четырёх стенах. Но вчера стало так невыносимо, что руки сами схватили телефон и написали то самое сообщение. Сначала он сожалел. Теперь он рад. Благодаря своей минутной слабости сейчас он чувствует себя счастливее, чем в любой момент своей жизни.       Рохан сжимает руками плед под ним, когда чувствует первый толчок. Джоске беспокоится. Его движения плавные, неспешные. Он не намерен больше упускать Рохана. Хочет сделать всё правильно.       – Не разобьёшь, – смеётся Рохан в ответ на его действия.       Джоске поднимает взгляд на лицо Рохана и становится спокойнее. Всё хорошо, ему тоже нужно расслабиться. Они оба должны наслаждаться. Джоске не может сдержать себя, наклоняется к его уху.       – Ты делаешь это снова, – говорит он тихо, чтобы услышал только Рохан, будто здесь есть кто-то ещё. – Заставляешь меня влюбляться, подлый мангака.       – У меня к тебе та же претензия, глупый дурак, – последнее он почти стонет, чувствуя новый толчок. ***       Они лежат прижавшись к друг другу, как котята. Их глаза прикрыты, а губы украшают спокойные улыбки. Оба счастливы, зависимы и невыносимы. А самое главное – любимы.       – Если бы я сдался раньше, то… – начинает Кишибе.       – Тихо, не нужно об этом. Это не в стиле Кишибе Рохана, – останавливает его Джоске, прижимая к себе покрепче.       – Точно, – кивает Кишибе.       – Я люблю тебя тоже, – немного погодя, заявляет Джоске. – Я ведь тогда так и не ответил на твоё сообщение.       Трещины зарастают красивыми цветами. В их войне ничья. Они больше не враги, а мир, оказывается, прекрасное место. Рохан никогда не пожалеет о том, что однажды сдался.

Сдавайся! В твоей войне ничья, и я прошу - возвращайся Сдавайся! В моей пустыне ты мираж Что не исчезает Не верил Что без любви душа, как без воды, высыхает Я больше тебе не враг Сдавайся!