Цветок лотоса

      — Я только всем мешаю. Для одних — разменная монета, для других — нелюбимая женщина. Только я начала чувствовать себя чуть менее жалкой, как меня тут же приземлили обратно…указав на моё место.       — Что вы, такой девушке как вы не идут слезы. — он аккуратно слезинки с её глаз вытер платком что из рукава достал.       — Я думаю, что те, кто вам это сказал просто идиоты что не видят вашу красоту и не только. Не стоит сидеть на холодной земле, идёмте, я остановился в гостинице, но и для вас места хватит.       — Нет. Спасибо. Я всё-таки лучше вернусь обратно. Долг отчему дому никто не отменял. Поднимется шум. Спасибо, что утешили. — она с места поднялась и расправила юбку. Затем чуть поклонилась и собралась уйти.       — Я настаиваю. Если вы не согласитесь, это разобьёт мне сердце, — решил подавить на жалость, Чонгук? Умно, а достаточно ли?       — Прошу вас. Или девушки из клана Ким действительно на столько холодны как о них говорят? — он королеву драмы даже включил, голову обиженно понурив.       — Считайте, что это так. Нормы приличия не позволяют мне здесь находиться. Если кто-то узнает — меня накажут. Позвольте откланяться.       Она повернулась к нему спиной и направилась прочь из переулка, шурша подолом о поверхность земли. Чон был не из тех, кто просто так сдавался. За ней ведь пошёл, недовольно ворча.       — Ваше высочество! Может вы и не знали, но!.. — он тяжело дышал, пытаясь ещё и слова подобрать. — Но клан Чон не из тех, кто просто так сдаётся! Надо будет всю дорогу за вами следовать буду!       — Если не перестанете, боюсь не оставите выбора моему жениху кроме как вас убить. Я бы этого не хотела. Не так уж и далеко она от них ушла. Повернувшись на месте, та спросила в лоб:       — Вам что-то нужно от меня? Зачем продолжаете преследовать? Чтобы убить также как возлюбленную его Высочества? Тогда вам следует сделать это поскорее. Я не буду сопротивляться. Однако, же, если на то есть другая причина — прошу меня оставить.       — Я? Убил кого-то? Кто вам сказал такую чушь? Мой клинок ни одно тела ещё не тронул! — заявил тот пытаясь отдышаться. Тот соврал и весьма хорошо это делал.       — Может, вы мне понравились? Да и к тому же, что такого в этом Мин Юнги, чего нет у меня? — он обиженную моську состроил руки на груди скрестив и встал полу боком.       — Он — сын Императора. И стать его женой было предначертано с момента моего рождения. — заявила девушка с какой-то гордостью даже, — и даже… Если он никогда меня не полюбит, я все равно не отступлюсь от цели.       — А если его не станет? — как-то загадочно тот спросил, начав параллельно рассуждать: — Вдруг он пойдёт на охоту и внезапно умрет… Или ещё лучше, на него упадёт булыжник или нападёт дикий зверь…       Чону его бы упертость да в другое русло, а не за почти замужней девушкой сейчас бегать, но увы и ах, он так же не отступит никогда от своей цели.       — Даже после этого… Я буду нести траур и не посмею очернить имя его Высочества. Даже, если ему будет на меня все равно. — она продолжала твердить одно и тоже, совершенно незнакомому человеку. Сама не понимая, зачем.       — Тц, упрямая девчонка… — судя по тому, как он нервничал та его уже подбешивала. Ничего лучше, чем связать её и с собой унести тот не придумал. В руке появилась цепь темно-алого цвета с чёрной дымкой. Она направилась в сторону девушки, но остановилась, будто ударилась о невидимую стену.