Однажды в декабре

В купе было до ужаса душно, несмотря на то, что за окном был холодный декабрь. Сидящая в нём компания ехала в поезде ещё совсем недолго и времени раздеться у них не было, поэтому они и находились в тёплых шубах, которые заставляли их задыхаться и краснеть. Это только шло на руку Драко Малфою, который сидя в этом купе только и думал о её губах и о том, как было бы хорошо, если бы Теодор оставил их с Гермионой наедине. Тео же, напротив не собирался уходить, потому что если он оставит этих двоих "один на один" они непременно разорвут друг друга на мелкие кусочки. С каждым словом напряжение в купе росло и спокойным тут был только кот Гермионы - Живоглот, который мирно спал на своём месте возле окна. Стоит заметить, что с этого всё и началось. - Он специально лёг у окна! - воскликнул Малфой, который ещё секунду назад собирался сесть на это место. - Ты не могла бы его убрать? - Если ты думаешь, что я буду дёргать его ради твоих желаний, ты глубоко ошибаешься. - она убрала выпавшую из косы прядь за ухо и продолжила читать какую-то газету. Малфой вздохнул и решил продолжить этот разговор чуть позже, так как эта духота просто не давала ему мыслить здраво и спокойно. А раздувать скандал на ровном месте он не мог - Гермиона всё ещё возможно была той самой княжной, которую так ищет старая императрица в Париже. Драко просто не мог "продуть" такой куш из-за какой-то девицы. Где-то глубоко, внутри себя он понимал, что для него она уже не была "какой-то девицей". Она, как минимум, была той, кого он хотел бы поцеловать прямо сейчас. Быстро и резко. Так, чтобы ей начало не хватать воздуха. Так, чтобы она запомнила это. Навсегда. Блондину пришлось сесть рядом с Гермионой, которая была так занята своим кулоном, что даже не заметила подсевшего Драко. - Прекрати баловаться! - проворчал он. Она просто не давала ему покоя. - А ты прекрати быть таким занудой. - тут Малфой уже не выдержал и рывком сорвал с её шеи тот злополучный кулон. "Чёрт тебя побери" - подумал он секунду спустя, заметив взгляд Теодора, который будто просил его остановиться и остыть. - Я верну тебе его в конце поездки. - Драко положил кулон Гермионы в карман своего пальто и решил смотреть не на неё, а в окно, в котором между прочим были прекрасные виды. Но все его мысли всё равно были только о ней. В купе всё ещё было ужасно жарко и Гермиона наконец стянула с себя тяжёлое пальто. Она вздохнула, её щёки были красными. - Ты могла бы не сутулиться? - блондин вновь принялся изводить девушку, которая уже начала думать, что он успокоился. - Ты всё таки княжна. - Раз я княжна, мог бы ты не командовать мною? - внутри себя она почувствовала тоску при мысли о том, что он перестанет. Наконец, Теодор встал и вышел из купе, вынося с собой на руках Живоглота, будто боясь, что его спутники скоро начнут дышать огнём. - Я отойду... - он запнулся, ища оправдание. - В туалет. Гермиона ещё долго думала о том, зачем же он потащил её кота с собой в туалет. - Послушай, - Драко прикоснулся своей красной щекой к окну, пытаясь охладиться и успокоиться. - Я думаю, что нам не стоит "воевать". - Я не буду просить у тебя прощения! - Я и не говорил о извинениях. - Тогда мог бы ты помолчать? Не порть мне настроение. - Гермиона знала, что позволяет себе достаточно многое в общение с ним. Но он всё ещё был ей никем и сделать он ей ничего не мог. - Да, хорошо! - Прекрасно! - Да! - Да! И тут он понял, что она специально делает всё это и она вовсе не хочет, чтобы он замолкал. Зачем ей тогда продолжать этот бессмысленный разговор? Он незамедлительно накрыл её губы своими, не стесняясь и проникая своим влажным языком в её рот, который был приоткрыт в шоке. Драко целовал её так, будто бы она вот-вот исчезнет и больше никогда не вернётся.Будто она была песком, который совсем скоро покинет его руки. Это было не просто так, ведь Драко прекрасно понимал, что как только они доедут до Парижа и императрица признает Гермиону, а она обязательно признает её, хотя где-то глубоко в своём сердце блондин не хотел этого, каждый продолжит жить своей жизнью. Она будет купаться в шелках, а он будет корить себя за то, что никогда не признался ей. Но он признался. -Я...люблю тебя. - эти три слова, заставляющие его сердце биться быстрее, Драко выдохнул прямо ей в губы. Глаза Гермионы расширились, будто бы она не осознавала, где находилась и что вообще происходило. Ручка двери дёрнулась и Теодор зашёл в купе, заставив красных Гермиону и Драко отпрянуть друг от друга. В его глазах читалось желание. В её глазах невозможно было что-либо прочитать. Драко Малфой подумал, что больше никогда не сможет влюбиться в другие глаза. Он должен был сделать хоть что-то. - Простите, что побеспокоил вас. - Теодор тоже покраснел, но скорее это было из-за жары, а не от смущения. Он вылетел из купе словно пуля, в смятении направляясь к окну, чтобы хоть немного охладиться. - Я же княжна, Малфой...- она закатила глаза и нахмурившись взяла его за подбородок, заставив раскрыть рот. - Не боишься, что я буду просить слишком много? - Я всегда могу ограбить банк, чтобы пригласить тебя в ресторан. - Обещаешь? - Гермиона почти дотронулась своими губами до его губ, но остановилась. - Ещё бы. - Тогда по-рукам. - она отстранилась от него и улыбнулась, довольная собой и протянула ему руку. - Ну же, пожмём руки? - Конечно. - всё ещё красный Малфой пожал руку Гермионе, которая не переставала улыбаться. - Почему ты так весела? - Думаю, чего бы попросить у тебя. - она задорно засмеялась, как какой-нибудь ребёнок катающийся на качели. - Я шучу, мне ничего не нужно от тебя. Он опустил глаза в пол, готовый к такому. Они были знакомы всего ничего и она всегда была одна, ему было понятно, что ей дорога свобода. Драко был опустошён. - Я понял, хорошо. - Я хотела сказать, что мне ничего не нужно, чтобы любить тебя. Ручка двери снова дёрнулась и Теодор посмотрел сначала на Гермиону, а затем на Драко. - Я снова не вовремя?