Нейротоксин

      Дождь противно барабанил по крыше подъезда и заглушал собой звуки, доносящиеся из внешнего мира. Где-то вдалеке проехала машина, оставив после себя шлейф выхлопных газов, которые тут же прижали к земле холодные капли. Всё это раздражало девушку, но было меньшей из проблем. С трудом сняв с себя мокрый пиджак, Кристина дрожащими руками попыталась его выжать. Ткань противно заскрипела под ладонями, ясно давая понять, что никакого результата из этого действа девушка не получит. Ещё одна пуговица, до этого державшаяся на последней нитке, оторвалась и с громким стуком упала на бетон.       Последняя капля. Взвыв сквозь крепко сжатые зубы, Кристина принялась хлестать пиджаком стену с граффити. Насквозь промокшая вещь выскользнула из ослабевших пальцев, и девушка продолжила бить уже кулаками. С громким ругательством пнув несчастную стену напоследок, девушка на подгибающихся ногах отошла вглубь крыльца. Она медленно осела на колени в углу, всхлипывая и дрожа от холода.       Спустя несколько минут Кристина взяла себя в руки и постаралась ровно дышать. Конечно, Олег в итоге оказался той ещё сволочью, но одними криками она свою ситуацию не исправит. И не заберёт свои деньги.       - Думай, - нервно стуча зубами, пробормотала Кристина, меняя позу и прижимая колени к груди, обхватывая их руками. Из кармана брюк медленно выскользнул телефон и с глухим стуком упал на пол, а затем разразился уведомлением из новостного паблика.       - Что?.. - отвлеклась от своих мыслей Кристина, глядя на смартфон. - Я думала, ты отсырел до самой батарейки.       Дрожащими пальцами она с трудом набрала знакомый номер.              ***       В то утро Кристина проснулась с ужасной мигренью: виски болели так, словно по ним зверски и безбожно стучали молотком.       - Боже, мне всего двадцать три, что не так с моим здоровьем? - бурчала она, пока шла в ванную, чистила зубы и умывалась.       Яичница противно скворчала на сковороде, раздражая Кристину ещё сильнее, но перед тяжёлым днём ей нужно было поесть. В аптечке суматриптана не оказалось, поэтому она довольствовалась нурофеном, полупустые блистеры которого хаотично валялись по всей квартире. Девушка запила обезболивающее вчерашним остывшим кофе, горечь которого едва ли могла заглушить боль прошлого, следующего за ней по пятам. Почти не глядя, она посыпала свой завтрак остатками натёртого сыра из аляповатой магазинной упаковки и налила большую кружку обжигающего чёрного кофе без молока и сахара.       Когда казалось, что бытовые мысли вытеснили все её переживания, они поспешили напомнить о своём существовании. О том, что нужно ехать в офис к «напыщенному индюку». О том, что защита сопромата через две недели. О том, что ей нужно много денег, чтобы уехать из города. Яичница с сыром казалась ей жуткой, склизкой, невкусной; ногти нервно барабанили по краю кружки — Кристина уже чувствовала странную усталость, хотя проснулась не менее получаса назад. С трудом дожевав последний кусок, девушка аккуратно отодвинула сковородку и сделала первый маленький глоток кофе. Привычная утренняя рутина пролетела совершенно незаметно, и Кристина даже испугалась, когда таймер на телефоне возвестил о том, что время на домашнюю подготовку вышло. Она последний раз провела расчёской по волосам, руками нервно поправила прядки у лица, чуть стёрла в уголках еле заметный, бесцветный блеск на губах.       - К чёрту, - выдохнула она своему отражению и, подхватив резюме и сумку, вышла из квартиры.       Поездку в центр города она тоже почти не запомнила, хотя ездила по этому маршруту уже несколько лет. Весеннее утро, свежий ветер, владельцы кафе на пешеходной улице потихоньку готовятся к летнему сезону и организовывают веранды. Город внезапно кажется ей таким спокойным и беззаботным, что Кристина даже завидует. Нет никаких проблем, никаких трудностей, мир, радуга, жвачка — и пусть это только витрина.       Кинув ещё один взгляд на аллею, Кристина уверенным шагом двинулась к двум зданиям, стоящим друга напротив друга. Первое — пример дореволюционной архитектуры с умело вписанными в него пластиковыми окнами. Второе — новомодный стеклянный бизнес-центр. В первом располагался Следственный Комитет, куда искали стажёра в отдел кибер-преступлений, и куда Кристина едва не отправила резюме. Во втором её ждала «минута славы и позора» - там располагался офис Олега, воротившего свои делишки у слуг закона прямо под носом. Одёрнув полу пальто, Кристина поспешила ко входу в центр, мельком оглянувшись на памятник архитектуры.       На крыльцо здания Комитета вышел один из сотрудников, на ходу зажигая сигарету и ёжась от утренней прохлады. Видимо, вырвался из кабинета после дежурства, в светло-голубой рубашке и брюках, без верхней одежды. Закурив и прислонившись к стене, он медленно выдохнул дым и кинул мимолётный взгляд на входящую в здание напротив Кристину.       - Интересно…              Когда Кристина заходит в кабинет, её рот непроизвольно кривится из-за витающих по помещению «ароматов». Казалось, они были повсюду, кружились в воздухе и оседали на безвкусной, но дорогой мебели.       Пахло резким одеколоном и горьким кофе, дорогой кожей эффектных, но крепко сжимающих в своих объятиях пальцы ног, ботинок.       Кислая мина Олега кричит о хорошо проведённой бурной ночи, и девушка едва сдерживается, чтобы не захлопнуть громко дверь и не поприветствовать своего «босса» песней, знаменующей новый день.       Мужчина даже не пытается показать заинтересованность в происходящем, скорее наоборот, стремится абстрагироваться и не обращать внимание на гостью, которую он пригласил вчера вечером далеко не из вежливости, но из надобности.       Олег сидел в кожаном, массивном кресле, облокотившись о дубовый стол и придерживая голову ладонью. Эмоции на его лице были смешанными - отвращение вперемешку с античной печалью, той самой, что так и не смогли добиться древнегреческие скульпторы в своё время.       Настенные часы не прекращали свой бег, и Кристина отметила, что стоит у дверей уже не меньше минуты, это побудило её первой начать диалог.       - Здравствуйте. Я пришла по поводу работы…       Лицо мужчины приобретает землистый оттенок, и девушка начинает сомневаться в том, что Олег сегодня ночевал дома. Кристина окидывает взглядом сгорбленный над столом силуэт, напоминающий собой дракона, чахнущего над горсткой золота, обращает внимание на следы от помады на чёрной рубашке и сразу же понимает, что не ошиблась.       Читать нотации по поводу морали она не собиралась, но драгоценное время утекало сквозь пальцы. А вот Олег молчал и неторопливо рылся в ящике стола, небрежно при этом роняя бумажки на пол. Это раздражало.       - Я пришла по поводу работы.       Кристина повторяет громче и поднимает заострённый подбородок кверху. Она молода, красива и знает себе цену. И ещё ей нужны деньги. Много денег.       Олег одаривает девушку взглядом, наполненным высокомерием и спесью. Он соизволил посмотреть в её сторону, но сделал это с таким пренебрежением, что Кристина предпочла бы оказаться где угодно, но только не здесь. Или дать ему по роже его же ноутбуком.       - Сначала на ты, потом на Вы… - после долгой паузы Олег ухмыляется, и в его руке оказывается блистер с продолговатыми таблетками. - Определись уже, принцесса.       Снисходительный тон оставляет неприятный осадок, и Кристина с трудом проглатывает каждое его слово, повторяя про себя заветную мантру, из-за которой она здесь и оказалась: деньги, деньги, деньги.       Мужчина одаривает девушку неискренней улыбкой и запивает обезболивающее водой, не спуская оценивающего взгляда с гостьи.       - Садись, - он небрежно кивает на стул напротив и удобно располагает руки на столе, - садись и рассказывай, почему я должен взять тебя на эту должность.       Апофеоз наглости. Щеки Кристины становятся пунцовыми, и она закрывает глаза в попытке успокоить расшатанные нервы. Почему ему бы просто не заткнуться? Почему бы просто не сказать ей, что она не подходит на эту должность? Да и вообще, что ей нужно будет делать? Что-то запрещённое? Какие риски? Зачем дал ей визитку? Напыщенный, мерзкий…       - Ну?       Кристина открывает глаза, и тут же ловит на себе заинтересованный взгляд. Олег ей улыбался, но уже без всякой злости. Казалось, его настроение менялось по щелчку пальцев.       - О чём задумалась? О том, какой я плохой? - в голосе мужчины проскальзывает издёвка, - Об этом я и сам знаю, а вот ты у нас лошадка тёмная. Сергей уж расписал тебя так расписал. Грех не посмотреть на тебя поближе. Я же не могу брать первого встречного на работу. Пообщаемся, может?       Хмурое выражение лица Кристины сменяет дежурная улыбка, и та, немного помедлив, всё же садится на стул напротив новоиспечённого босса. В нос тут же ударяет резкий запах дорогого парфюма, будто им он пытался смыть с себя остатки бурной ночи.       - Сколько лет? - спрашивает, а сам залезает в карман пиджака и извлекает из него сигарету.       - Двадцать три.       - Марк Цукерберг в этом возрасте стал долларовым миллиардером.       - Так ты тоже не долларовый миллиардер.       - Да, но мне и не двадцать три.       Олег поджигает сигарету и делает глубокую затяжку, полукольцами выдыхает едкий, табачный дым, который начинает стремительно распространяться по кабинету. Кристина ловит себя на мысли, что микропроветривание на евроокнах не справится с надвигающимся цунами из канцерогенов.       - Образование?       - Институт технологии и бизнеса. В этом году заканчиваю.       - Незаконченное высшее, значит.       Мужчина делает какую-то пометку на листе бумаги перед собой, не выпуская из зубов сигарету. Откуда там вообще взялась бумага? На ней следы от чашки кофе.       - Ты же не записываешь ничего, - Кристине трудно скрыть скепсис в своём голосе.       - Права. Не записываю, - Олег улыбается и с каким-то мрачным весельем смотрит на девушку, откладывая ручку в сторону, - Хотел немного тебе подыграть, ты-то думала, что на собеседовании все должно быть очень официально. Пытаюсь соответствовать. Психологический тест хочешь пройти?       Не сдержавшись, Кристина фыркнула и закатила глаза. Что ж, это будет чуть проще, чем собеседование в небольшую фирму, где её полчаса пытали вопросами о политике. Глядя на неё, Олег улыбнулся ещё шире.       - Оставьте это своей секретарше, - Кристина помнила этот оценивающий, прошивающий взгляд исподлобья, который встретил её у кабинета.       - Так ты или вы?       Они ненадолго замолчали, глядя друг на друга, а затем Олег достал из ящика стола документы.       - Это не будет официальным оформлением по Трудовому, в резюме можешь писать, что хочешь. Зачем тебе деньги — меня это не волнует, выплата по частям. Что там ещё важного?       - Обязанности, - подсказала Кристина. - Что я буду делать? Не спрашиваю, зачем.       Олег довольно хмыкнул.       - По факту, мне нужен кракер. Ломаешь систему, достаёшь информацию, я её продаю и выплачиваю гонорар тебе, - мужчина постучал пальцами по договору. - Всё честно.       - Сколько?       - Что - сколько?       - Процент. Сколько я получу с продажи.       Мужчина прищуривается и тушит почти целую сигарету о пепельницу.       - Тридцать процентов.       - Пятьдесят.       Олег присвистывает и облокачивается о спинку кресла, скрещивая на груди руки.       - Ты ведь даже не знаешь, о какой сумме идет речь. Тридцать пять.       - Сорок девять.       - Если играем в аукцион, шаги должны быть одинаковыми.       - Мне все равно, мне нужны деньги.       - Будь уверена, тебе хватит твоей доли. Сорок.       Немного поколебавшись, Кристина кивает и нервно оглядывается по сторонам. Она ожидала, что в любой момент сюда ворвётся кто-нибудь из здания напротив, обвинит её в чём-то незаконном и наденет наручники на запястья.       - Я рад, что мы нашли общий язык.       Олег привстаёт с места и протягивает девушке руку, предлагая скрепить начало работы рукопожатием. Кристина же не спешит пожимать широкую ладонь начальника в ответ.       - Если вдруг что-то пойдет не так, могу я рассчитывать на твою помощь?       - В пределах разумного.       - Тюрьма?       - Исключено.       Кристина медленно пожимает его руку, пытаясь отогнать от себя дурное предчувствие. В тот день она не задала главный вопрос — каковы будут последствия?