Ещё больше номернутости или же 14 корпусу

      Неделя была сложной. Работать обычным темпом, как будто сами по себе, становилось всё сложнее и сложнее. 14 корпус не отдельная тюрьма, теперь нужно приспосабливаться под колонию, что значило в скором времени разрешить ходить надзирателям по корпусу. Ещё Сейтаро ощущала некие проблемы со здоровьем, начала кашлять, кожа светлее и щеки по ярче. Не будь сейчас в моде странный макияж в виде синяков под глазами, она бы и этим палилась. Ещё и постоянный пульсирующая боль в руках и ногах, а на днях прибавилась поясница. Это из-за её нервов. Переход сложен не так всему корпусу, как ей, ведь ещё одна из причин, хрупкое здоровья как у её покойной матери.       Собрания часть работы главного надзирателя. Танабата источник информации своего корпуса. Сидя в кресле она почувствовала то, что было сигналом срочного отлучения от работы и отдыха хотя бы на пару дней. Голубовласка не хочет, чтобы переживали из-за неё но последние силы покинули её и она попала в отключку. Это было скорее незаметно, чем быстро. Сначала откинулась назад прикрывая глаза и массируя виски, это был как ритуал стимуляции, так бывало Киджи делал, поэтому не особо обратили внимание на это. Затем появилось чувство, что ей нужна опора, поэтому ноги были коленями во внутрь и держалась за ручку кресла. Её дыхание участилось, в груди удары сердца стали болезненные, на лбу блеснул мелкий пот, во рту привкус металла и соли. Сквозь головную боль она начала мружить глаза и легонько махнула головой в такт какого-то вопроса, который даже не услышала. Затем рефлекторно её тело откинулось полностью на спинку с изданием приглушенного стона боли и усталости, глаза сами закрылись в этот момент – Надзиратель Танабата, с вами всё хорошо? – спросила Момоко обеспокоенным голосом       Её вопрос не был услышан, ведь только надзирательница закрыла глаза, как по щелчку пальца, она отключилась и уже ни хватка ни опора не работали. От быстрого сползания вниз спасал лишь кут выставленных ног. Не успела она сползти, как её одновременно поймали Хаджиме и Мицуру, она между ними "буферная зона" и как раз прямо перед начальницей. Местами она чувствовала себя студенткой, что на 3 парте от преподавателя, а перед ней никого. Хаджитаро осторожно положил руку под её спину и отодвинул её стул, а Хитокое успел померять пульс – Пульс скачет как биты – сказал Мицуру и прибрал руку – Быстро в лазарет. Обязательно доложить мне о ее состоянии после осмотра – сказала Момоко – Так точно начальница – сказал Хаджиме взяв коллегу на руки       Так как Хаджиме был не просто так лучшим, бегать быстро для него не в новинку и за пару минут он был в лазарете. Ему повезло попасть не просто на доктора Отоги, а ещё на докторшу Дилерон, что пришла что-то доказывать. Они оцепенели на месте увидев картину: Хаджиме раздраженный и нервный, а на его руках Сейтаро без сознания у которой даже еле грудь поднимается, что показывает её слабое прерывистое дыхание – У нас экскурсионная ситуация! – сказал Хаджиме – Быстро беги к палате. Ложи её на кровать и сними с неё верх формы до рубашки – сказал Окина       Переполох не заставил себя ждать. Почти сразу же, как только бессознательная Танабата оказалась на кровати без ремня, пальто и фуражки, доктор быстро провёл лёгкий осмотр и растегнув её рубашку слушал её сердце. Оно буквально за минуту начало успокаивать темп, но неопытному этого не услышать. Как только он закончил, уже врач 14 корпуса была со своей сумкой, а товарища по слежению Асклепию и закрыла за ним палатные шторы – Ей! Это что ещё за хамство!? – возмущался Окина – Я знаю как лечить свою подругу. Сейчас я ей сделаю один укол лекарства, а для этого её нужно раздеть выше пояса. А ты, на минуточку, женатый старый пень! Нечего на молодух смотреть. Оставьте нас одних – сказала Лайса когда слышалось как она ногтем стучала по шприцу когда выпускала с того воздух – Мне сказали доложить об её состоянии – сказал Хаджиме – Тогда сиди и жди, коль работы нет – отозвалась Дилерон       Старый доктор чуток на неё выругался, но затем ушёл работать. А Сугороку закурил одну со своих сигарет и стал ожидать. Придется побыть на месте пса и ждать. Мицуру, что доставал сообщениями, он отписал, что ему сказали ожидать и тот начал заваливать его сообщениями, мол теперь он Хатико.       В палате Лайса снимала с подруги одежду оставив нижнее бельё, чорных перчаток, что чуть длиннее чем по локоть, и чулки, что выше колена, а затем одела на неё халат-пижаму, что похож на кимоно, длинной до её косточек ног и рукава по запястья, после чего всё же освободила её грудь от бюстгальтера, ведь так будет проще увидеть её дыхание. Она осторожно опустила левую сторону пижамы и уколола ей лекарство та заклеира место укола тканевым пластырем с бинтовым тампоном, что она их сама крутит вечерами. Затем достала из сумки, где она всегда держит всякое-такое, все необходимое на этот случай, приготовила капельницу и уже пустила её через рукав, не задевая перчатки и рукав просто завернула по ближе к локтю. Уже через пару минут Сейтаро пришла в чувство как будто резко проснулась – Ах, что произошло? – спросила Сейтаро и посмотрела на руку – Ты опять дошла до грани. А если бы меня не было бы рядом и кто-то тебя другой стал лечить? Я же обижусь – сказала Лайса – Ты меня лечишь, как только мы начали дружить. Тем более я знала, что я выбираю профессионала – сказала Сейти когда свободной рукой распустила и растрепала волосы – Ну шутки, шутками, а этот случай уже меня напрягает. Начиная с того, что тебя Окина осматривал, и заканчивая гориллой, что сидит и ждёт от меня весточки о тебе – сказала Дилерон выкинув медицинские отходы – Нужно было таки остаться и отправить Джейка или Алекса. Мне ещё с утра было не хорошо – сказала Танабата вспоминая утро – Но ты же у нас работник до конца. Тебя из-за этого не на все собрания и звали, знали, что ты перенапрягать себя любишь. Мне того Хатико звать? – спросила доктор помахав хвостом – Да, мне он поверит, если я скажу, что впорядке – сказала надзирательница       Как только вышла демонесса, в палату вошёл Хаджиме. Он слегка взволновался увидев как выглядит сейчас. Заметив волнения оппонента Сейтаро быстро начала оправдываться, что это нормально всё, как раньше, но этот трюк уже не прокатывал – Сейтаро, что с тобой? Твой вид как будто ты с простудой хронической на работе. И почему тебе не сняли это перчатки? Капельницу так точно не ставят – сказал Хаджиме лишь подчеркнув самое заметное – Это не хроническая простуда... Просто я через чур устала, вот меня организм и заставил так отключиться, как айфон на морозе – сказала Сейтаро пытаясь перевести на шутку – Шутки с Мицуру будут. Говори, что случилось? Ты потеряла сознание при всех и все волнуются. Даже начальницу взбудоражила – сказал Сугороку раздраженно – Это из-за болезни... Я не знаю откуда у нас в роду она взялась, но она есть. Жить она не сказать, что мешает, но из-за неё нужно чаще быть на лечении, чаще отдыхать и регулировать свой режим дня... Закрытая политика очень сложная, поэтому мне приходится работать больше, и – объясняла Сейти когда же на её плечо положили руку – Сейтаро, ты знаешь, что ты мне можешь доверять. Мы с тобой работали вместе и ты знаешь, что я помогу если тебе трудно – сказал мужчина пытаясь её успокоить – А ещё я знаю, что душевные разговоры вам даются трудно и вы сейчас приложили достаточно усилий, чтобы смягчить себя – добавила девушка       Она взяла его руку своими руками и положила его ладонь на свою щеку, будто хочет в ней лицо спрятать. Это было до чертов мило и Хаджиме держался, чтобы щёки не показали румянец, но глазами он уже делал фотографию этой картины. Затем они перешли на её здоровье, где она опять заверила, что всё хорошо, а её заберут в корпус и оттуда она уже свяжется с начальницей. Эта улыбка врезалась в самое сердце и Хаджиме ощутил как сердце колотиться. Он не уходил пока не прибыл Драко и на руках не отнёс её к машине, что ожидала её. А сам Сугороку пошёл доложить всё начальнице, а после слушал приколы Хитокое о том, мол уже тот стал вторым псом.       Онлайн встреча длилась не так уж и долго. Момоко в краткую объяснила вопросы собрания и Сейтаро дала свою точку мнения. Они видела, что каждая в своём личном кабинет, обстановка вокруг расслабляла, а так же даже более свободно общались – Госпожа Момоко, я могу попросить вас об конкретных надзирателях для присмотра за моим корпусом? – спросила Сейтаро поправив свой пиджак на плечах – Всё же 14 корпус достаточно закрыт, я могу послушать варианты и, прошу, обосновать – сказала Момоко заинтересовавшись этим – Я хочу видеть в заменах 4 надзирателей. Всё же с ними у меня наиболее крепкие отношения остались и как-то по новой переплелись. Это Хаджиме-сан, Киджи-сан, Кенширо-сан и Самон-сан. Не знаю почему, но к ним есть доверие. Тем более мои замы могут помочь им, они всегда справлялись с ситуациями, когда у меня не было возможности что-то сделать – сказала Танабата – Хорошо, только один вопрос. Если заместители справлялись сами, что их остановит? – спросила Хякушики не понимая – В прошлом я была начальницей этой тюрьмы, что сейчас корпус, они сами принимали много решений. Теперь их разгрузка в решениях я, а вот в моих решениях – вы. Спасательный круг, так сказать. Заключённые относительно послушные, моя политика мягкая, но они должны знать, что они в первую очередь в чем-то кулаке и что им спуску не дадут. Лучше этих четырех мужчин мою политику не поймет – сказала Танабата – Если так важно, я вопрос больше не задам. Далее пошлите им письма с информацией им необходимой. Поправляйтесь по скорее – сказала женщина улыбаясь – Обязательно. И не переживайте, к следующему собранию я уже буду со своими предложениями и комментариями – сказала девушка       Они попрощались и Момоко села писать приказ об назначении замен. Всё же 12 дней не так и много, учитывая что где-то 3 дня каждому будет. Но кажется теперь понятно, что это за волнения. Это переживание не за любовный интерес, а переживание за подругу, что когда-то была так же на её месте. Похоже скоро звание “Правая рука начальницы” смерть владельца