Осенние обострения

— Даже старина Снейп трахается! Да какой там трахается? Ебётся на полную катушку, сношается, присовывает во все отверстия молоденьким студенткам! А ведь это строго запрещено правилами Хогвартса.       Драко был вне себя от злости. Приходилось уговаривать девушку. И было бы кого! Невзрачную, нудную Грейнджер, завёрнутую в мантию так, что непонятно, имеется ли у неё грудь. Спор с Забини — на огромную сумму денег — заставил его просить о сексе гриффиндорскую мисс Недотрогу. Словно дурной сон или проклятие ревнивой и брошенной им ведьмы. Если бы не это, сегодня вечером его спальню наполняли стоны, причём женских голосов могло быть и несколько.       Малфою дают всегда! Это была аксиома, как законы мироздания. Для этого он родился лордом и попал в Слизерин, заработав репутацию плохого парня, от одного взгляда которого особо впечатлительные девочки могли испытать оргазм.       Но сейчас происходило что-то неправильное. Ему отказывали. Категорично. — Грейнджер, — устало проговорил он. — Ты девственница, фригидна, предпочитаешь девочек? Скажи, что с тобой не так. — Малфой, ты мне просто не нравишься, смирись! — Грейнджер явно издевалась над ним. — Подрочи — и всё пройдёт. Или трахни кого-то ещё. К твоему детородному органу стоит очередь из восторженных идиоток. — Я хочу ебаться только с тобой! — Малфой честно и прямо посмотрел ей в глаза. Грязнокровка любила правду, это могло прокатить. — Великий Мерлин! У тебя осенние обострения? — в карих глазах появилась насмешка. — Люблю тебя! — Малфой пошёл ва-банк. — Давно и страстно. Посмотри на мой стояк — это многое объяснит.       Её рука оказалась прижатой к его джинсам. Шансов вырваться у неё не было — всё-таки развитой мускулатурой она похвастаться не могла. Грейнджер вынужденно трогала его член, а он сам внезапно почувствовал, как волна возбуждения заставляет его скулы покрыться красными пятнами — тонкие пальчики помогли ему дойти до такого состояния за считанные секунды. Хоть она прикасалась сквозь одежду, это оказалось приятней, чем он ожидал. Драко так увлекся этими новыми ощущениями, что не заметил, как Гермиона взяла инициативу на себя, неожиданно умело массируя его и без того изнывающий член. Он хотел помочь ей, расстегнув молнию, но слова, вылетевшие из накрашенных вишнёвым блеском губ, охладили его пыл. — В этом году мы заканчиваем учёбу. Женись на мне, Малфой. — Что значит женись? — он в недоумении уставился на неё. — Я не понимаю, для чего? — Как для чего? Для ежедневного качественного секса, конечно. На законных основаниях. Сплошной плюс для такого маньяка, как ты. — А тебе это зачем? — ежедневный секс с гриффиндоркой не входил в его планы от слова совсем. — Странный ты, Малфой, — она пожала плечами. — Тебе ли не знать, какие преимущества даёт свадьба с лордом. Это прекрасный социальный лифт. Мой ум и твои внешние данные сделают этот союз уникальным и перспективным. Нам не будет равных ни в магическом мире, ни в маггловском Лондоне.       Малфою было приятно, что она посчитала его красивым, но намёк на превосходство её умственных способностей смутил.       Подумать всё же стоило. Половина денег отца в случае женитьбы — его. Так было принято в их роду. Секс, пусть и сомнительный, тоже какой-никакой плюс. Он сразу избавится от давления отца и обязанности трудиться на благо «Малфой Корпорейшн», став независимым. А также получит дополнительный бонус — бабло Блейза за выигранное пари.       Неприятно, но факт — жизнь поставила его не в активную позицию. — Хорошо. Но любить — это прекрасно, а жить вместе можно только при полной совместимости. Согласна? Удиви меня четыре раза в сексе, Грейнджер, и я твой — во веки веков, пока смерть не разлучит нас! — выбираться из сомнительных ситуаций аристократию тоже учили столетиями. Предки были бы им очень довольны. Не прошло и минуты, как он снова был сверху.       Теперь пришла очередь Гермионы задуматься над перспективами выскочить замуж по расчёту. — Ок, мне терять нечего! — она загадочно усмехнулась. — Даже в худшем случае я получу секс с самым привлекательным парнем нашего курса. И если ты хотя бы наполовину хорош так, как рассказывают девочки… — Скрепим договорённость магией? — Не стоит. Я верю тебе на слово.       Она обхватила его торс руками и, приподнявшись на цыпочки, поцеловала. Её хрупкое тело максимально прижалось к нему, сливаясь почти воедино. Драко наклонился, с удовольствием портя её прическу, притягивая за затылок и делая поцелуй глубже, заходя в податливый рот языком, всасывая тёплые полуоткрытые губы вместе со вкусом вишни, смешавшимся с её собственным, яростно пьянящим его голову ароматом. Уверенно обхватив девушку за талию, Малфой слегка приподнял Гермиону, не давая ей быть хозяйкой положения, а затем подхватил на руки. Она вскрикнула от неожиданности и, запрокинув голову, подставила шею для его рта, нежно постанывая при каждом его прикосновении. От ласк языком он перешёл к страстным укусам, возбуждаясь от её кожи и бьющегося пульса. Её сердце билось чаще и чаще, в унисон с его. Когда он начал стягивать мантию, чтобы руками изучить её тело полностью, она простонала: — Хватит…       Он неохотно опустил её на пол. Волосы у обоих растрепались. Драко и не заметил, что её пальцы тоже вцеплялись ему в волосы. — Ты очень страстный мальчик. И я знаю, что удивить тебя будет непросто. Но я приложу все усилия для этого. Просто знай — я очень хочу тебя.       Гермиона стянула трусики — прозрачные и полностью влажные — вложила их в его ладонь. — Вот мы и скрепили сделку. Пусть это побудет у тебя.       Развернувшись на каблучках, она быстро скрылась из вида, оставив Драко вдыхать её терпко-свежий аромат. — Горячая сучка… Не теряй голову, Драко Малфой, — прошептал он.