That's why witches are considered evil.../Поэтому ведьмы считаются злом...

И люди забыли, кто был тем добром, Что спас их от смерти и разрушений, Поэтому ведьмы считаются злом... Но вот в лесу одном столь тёмном, Что там ни разу не бывало светлое Добро Жила одна прекрасна' ведьма. Её глаза и красота Весь мир собою покорили. В мужских глазах всё была укоризна. Она султаншей была днём, Ей поклонялся мир, Семь континентов. Но только ей не это требовалось. Она любовь искала всё. Одну несчастно потеряв уж, Другую наблюдала из-за туч. Свою судьбу сама дырявила Как и врага кафтан или сургуч, Чтоб не отправил сыну не те письма. И он в ночи не тем же был. И он в ночи искал аквамарины. По ним же ведьм определяли. Глаза светились так у них, Как будто два там океана В которых и могли дельфины плавать. А боль её души сильна была столь. Рука держала деревянный Подсвечник, Что легко зажечься мог. Ей свет не нужен, Тьмы уж не боялась. Боялась, что одна осталась. И вдруг его послышался прикрик: - Постой, ты ведьма. Должен я тебя убить. - Тогда зачем так прямо говорить? - Знакомый голос. Днём они враги, Что могут редко любоваться Друг другом, ссориться и всё ж Потом лишь страсти отдаваться. Но всё что было между ними... Лишь... Когда-то выпили.. Два поцелуя... На этом всё закончилось, А он... Влюбился. Вот Добро и Зло и встретились, А Кеманкеш лишь прикрывался, Ему холодной королева вновь сдавалась. Пусть холода и не было отнюдь. Она жалела, Что распределитель Заранее ей Зло доверил, А в сердце теплилось Добро. И Мустафа добром же не был. - Ох, Кеманкеш... Так ты мой личный кат... - И вправду Как-то так случилось. Дышал он очень-очень тихо, Сверчки и комары кружили, Их ухо слышало хотя И ведьма о тех строках не забыла, Что с уст его услышать так хотела, Но он охотник... Он её убьёт... И как-то да преподнесут империи, Была убита Валиде её. А может даже скроют... Факт сомнения... Сын сомневаться будет всё ж... Глаза то грустные, Влюблённые, То можно в них найти очаг... И две души тут окрылённые.... И их сожрёт ночной пожар. И вот упала та свеча, И загорелись листья пламенем. - Я не смогу тебя убить. - Да почему же? Убивай меня. Ты мастер. День и изо дня Моё ты сердце убиваешь. Лишь ведьма не боялась правды, Султанша канула же в статус. Мужчина только осмотрел Насколько лес уж побелел В злотавой находясь короне, Что по своей земной неволе Спалить его так жаждала сейчас. И так же статус Днями-вечерами Висел над ними, А ночами... Над ними выбор... Зло с Добром Быть вместе не смогли ни разу. Но он пожертвовал уж всем, Нет расстояние и меж... Между телами милиметры, Между губами сантиметры. И вот ни тех, ни этих нет. Он впился нежно и желанно В кораловы' уста чуть влажными губами. Затрепетали вдруг сердца. Добро вселилось в Зло, Пускай её не отпускало. Пускай она сама себя создала Такую, Стену изо льда. Но ради государства только, Да. Она всегда добром была, И с ангелом договорилась... Пускай оставит нечестивец Её прекрасну' душу Азраиль. Но только вот сейчас мечтами Сягала неба Вопрошая Её забрать подальше от греха. Она любила, Сердце снова... Послушать же боялась Махпейкер. - Моя Кесем, Тебе не ново Любить. Но обещаю я любовь. Слова казались чистыми, Звучали Как будто сердце говорило их. - Тебя распределитель же накажет. - Да к чёрту, Только б не тебя. - Как будто ведьмой быть желала. - Так кратко фыркнула она. Одна привычка, Что осталась, Что перешла к ней изо дня. Сейчас казался день паршивей, Момент хотелось всё продлить. Но только Зло с Добром Игривей. Никто не знал влюблённости эффект. Они горели ярким пламенем, И не подозревая уж о том. Следы в истории оставили Как те, Что поночи впервы' нарушили закон. Но всё ж следы свои оставили. Остались в памяти ночной. - Люблю тебя. - Глаза будто лукавили, Но дело было лишь в сердцах. - Люблю тебя. - С усмешкой странной той Так прозвучало от неё. И сердце вновь разбито камнем тем. Оно как будто снова кануло В те дни, Когда болело от любви. И как когда-то изменял Ахмед, День-ночь переплелись в воспоминаниях. И это было точно странным уж. Пересекаться не должны они. Ну не должны были. Уста его трепечут на ветру, Он что-то ей сказать ещё пытался, В ушах звенит, Он вечным оказался, А у неё душа уже горит. Она же ведьма. Так решил распределитель. А ведьмам же Не принято за правило Любить. Не норма это. И душа в ответе. Сжигается, Не только лишь в сомненьях. Така' суровая реальнось, И кто ответсвенность несёт? Они сгорят в своём пожаре. Но только лишь Из-за дурацких правил И ночи Й дня, Что не оставил... Им так же выбора в любви. Как будто сердце выдирая Весь этот мир Всегда лукавил. Приказывал, Сейчас оставил.... Но наказанием им смерть.