Моя девочка💕

Едва доктор произнес эти слова, как Кейт и Джим, не раздумывая, шагнули внутрь. Дом Ливси, хоть и казался в темноте лишь смутным силуэтом, внутри был полон тепла и света. Услышав шаги, служанка вышла из глубины дома, и её глаза округлились при виде уставших, бледных, испачканных в земле и пыле вошедшых. — Джессика, — спокойно сказал доктор, снимая свой плащ. — Приготовьте, пожалуйста, что-нибудь горячее поесть и выпить. Ливси жестом пригласил Кейт и Джима в столовую. Стягивая с себя грязные плащи, они почувствовали, как напряжение медленно отступает, растворяясь в домашнем уюте. Пока все трое приводили себя в порядок, умывались и устраивались на обшитых бархатом стульях, Джессика принесла поднос с горячим чаем и тарелками с простым, но сытным ужином. Кейт и Джим, последний приём пищи которых был рано утром на завтрак, молча принялись есть. Джим ел с большим аппетитом, в отличае от своей сестры, которую, не смотря на чувство голода, слегка мутило. Но проигнорировав это ощущение, она продолжила есть, хоть и очень медленно. Каждый глоток чая согревал их изнутри, возвращая силы. Когда последняя ложка супа была съедена, доктор хотел было предложить переместиться в гостинную и уже даже открыл было рот, но вдруг он переменился в лице и резко проговорил: — Кровь. — Что? — переспросила девушка, часто моргая ресницами, слова отчего-то стали доноситься отдалëннее, а голова пошла кругом. — Кейт! — вскрикнул Джим, смотря на её лицо. Теперь она вдруг почувствовала странное покалывание в носу, её рука инстинктивно потянулась к лицу. Глаза тут же расширились, когда она увидела, как на тонких пальцах заблистала алая кровь. Ливси, не теряя ни секунды, поднялся. — Джессика, холодный компресс и чистую ткань! — приказал он. Затем доктор опустился на одно колено перед стулом Кейт и, взявшись ладонью за её щеку, он мягко приподнял ей лицо. — Кетти, спокойно, не волнуйся. Сейчас я помогу тебе, — его голос звучал тихо и уверенно. Джессика прибежала быстро с тазиком холодной воды и полотенцем. Ливси, сложив ткань в несколько раз, обмакнул её в таз с водой. Он осторожно приложил компресс к переносице девушки, слегка надавливая, чтобы кровь остановилась. Спустя пару минут она и впрямь перестала бежать. Тогда доктор убрал ткань с носа и протёр ею немного испачканное в красных пятнах личико. — Моя милая, это от перенесённого напряжения, не переживай, больше не будет, — заверил доктор и поднялся с колена. — А теперь тебе нужно прилечь, пойдём. — Нет, Сэр, мы ведь ещё ничего не обсудили, нужно решить, что делать дальше, — воспротивилась девушка. — Это может легко обождать до завтра. Я повторюсь: в этом доме вы в безопасности. Джим, до этого молча наблюдавший, встал, подошёл к Кейт и, поцеловав ей руку, сказал: — Ты очень напугала меня. — Я в порядке, Джимми, сейчас уже в порядке, — но, произнося это, она смотрела вовсе не на брата, еë зелёные глаза были направлены только на доктора, говоря немое "Спасибо". —Джесси, подготовь комнаты для юных господ, а также одежду, в которой они могли бы переночевать, — обратился к служанке Ливси. Поклонившись, она удалилась выполнять заданное хозяином поручение. —Думаю, что нам, пока всё не будет готово, необходимо переместится, хотя бы в зал на кресла, — предложил доктор. — Не стоит, мы можем подождать и здесь. Правда Джим? — ответила Кейт. — Да, конечно, мы не хотим вас стеснять, — отозвался тот. — Но я настаиваю, — сказал доктор тоном не терпящим возражений. — А потому давай мы с тобой осторожно поднимемся, у тебя может пока слегка кружиться голова, — договорив, он взял её под локоть и медленно потянул вверх. После того, как Ливси убедился, что девушка твёрдо стоит на ногах, он вывел своих друзей из столовой. В холле горели свечи, от камина исходило мягкое сияние и приятный запах горящих дров. Наконец-то почувствовалось первое настоящее расслабление за последние долгие часы этого сумасшедшего дня. Доктор устроил их в те самые величественные кресла, на которых обычно любил беседовать с гостями, где не так давно они сидели с мистером Трелони. А сам встал, привалившись боком к стене, так, чтобы хорошо видеть и Джима и Кейт. — Доктор, а что же все-таки делать с бумагами? Если честно, мне не совсем хочется держать их при себе, — сказал Джим, хорошо помня, что их прошлый владелец сейчас валяется замертво на полу их дорогого трактира. — Да, Джим, ты прав, их нужно убрать, отдай мне их, пожалуйста, я положу эти бумаги в тайник. А уже завтра на свежую голову, уединившись, мы сможем рассмотреть их хорошенько, — чуть подумав, ответил Ливси. Джим сразу же достал из-за пазухи сверток, который не покидал его мысли. С лёгкостью отдал его доктору, уверенный, что надёжнее человека не найти, и выдохнул. — Если вы, ребята, не против, то я позову завтра сюда одного своего знакомого, сквайра Трелони, раз уж дело идёт о пиратах, он сможет нам помочь. Он увлекается морским делом, разбираясь в нём явно по-больше меня. Я ведь лишь врач, да судья, это вовсе не моё ремесло, — обратился с предложением доктор. — Конечно, — ответила Кетти. — Делайте то, что считаете нужным. Тут послышался стук, это Джессика аккуратно прервала их беседу, и сказала: —Всё готово, Господин Ливси. — Ну всё, друзья мои, вам обоим нужен хороший отдых. Джессика покажет вам комнаты. Обращайтесь к ней, если что-то понадобится или просто приходите ко мне, не стесняйтесь, — сказал доктор. На этом они и разошлись. Джессика провела гостей на второй этаж в уютные спальни. А вот хозяин дома, сам доктор Ливси остался, он ещё долго налаживал шаги от стены к стене, о чём-то усиленно думая.