2.
3 октября 2022 г., 20:25
У Чимина громкая музыка стучит уже в самой глубокой точке мозга. К концу отведенного для него на этой свадьбе времени у него уже садится батарейка. Усталость отчасти приятная, но он вымотан. Он должен провести тут еще около тридцати минут, но невеста сжалилась, сказав, что дальше они справятся.
Парень сидит в комнате персонала в ресторане, на территории которого стоит шатёр для праздника. Тут тихо, музыки не слышно, но надоедливый бит будто застрял в больной голове. На телефоне открыто приложение такси, и Чимину осталось только дождаться машину. В каждый такой раз он снова и снова говорит себе, что пора сдать на права, но вечно не хватает времени. С тихим сигналом приходит оповещение о прибытии такси, и Пак выходит на улицу.
Вечер выдался прохладным, поэтому он чуть плотнее застегивает легкое кремовое пальто. Ему бы поехать домой и поспать, но завтра у него лишь работа в агентстве, а есть хочется настолько, что голова кружится. Так что как бы ни прошла эта вечерняя встреча — главное, что он поест. По дороге он даже слегка задремал, потому что до нужного ресторана ехать около сорока минут.
Доехав до места, он тихо благодарит водителя и выходит снова на воздух, который легким холодом пробирается под одежду. Апрель — месяц не всегда теплый. Он знает это заведение, был тут несколько раз, поэтому спокойно проходит внутрь и называет хостес свое имя. Девушка вежливо улыбается ему и проводит за один из столиков, говоря, что Мин будет через пару минут. Чимин снимает пальто, оставаясь в темно-синей рубашке, и легко кивает официанту, который принес меню. Делать заказ, не дождавшись Юнги, будет не очень вежливо, но если Чимин не закажет еду в ближайшие две минуты, то начнёт жевать обивку кресла.
Мин спускается со второго этажа, где, видимо, находятся служебные помещения. Мужчина одет в черные брюки и такого же цвета тонкий свитер с v-образным вырезом, и Чимин снова не может не отметить его привлекательность. Работая с различными парами, он иногда белой завистью завидовал тому, за каких людей девушки выходят замуж. И в душе скулил, что все эти прекрасные парни — натуралы.
У него отношений уже больше года не было, совсем никаких, просто как-то не складывалось, хотя очень хочется. Порой он на стену лезть готов от того, как хочется какой-то банальной романтики, тепла, объятий ночью. Его работа только дразнит на этой почве, потому что все к нему такие любящие и счастливые приходят. Ну, почти все, пары разные бывают. У него внутри огромный ком потребности о ком-то заботиться. Хотел даже завести кота, но у старшего брата аллергия, а на собаку времени нет.
У него на фоне этого выработалось одно железное правило: на жениха смотреть ровно пять секунд. Если в его вкусе, можно десять. Не хватало еще влюбиться в кого-то, у кого на носу свадьба.
— Сейчас смотря на тебя, я чувствую себя извергом, — чужой бархатный голос привлекает внимание. Чимин переводит на мужчину взгляд и устало улыбается.
— Я настолько плохо выгляжу? — наклоняет голову в бок, удобно откидываясь на спинку кресла.
— Ты прекрасно выглядишь. Просто явно устал, — Мин садится напротив, жестом отказываясь от меню, которое собирался принести официант. Чимин этот жест замечает.
— Очень не люблю есть в одиночестве, если закажешь себе хотя бы мороженое, буду благодарен.
— Ладно, — кивает, откладывая телефон экраном вниз на край стола.
— Оказывается, ты бываешь таким сговорчивым, — Чимин усмехается, хитро смотря в чужие темные глаза. Этот мужчина не выглядит легким в общении, но почему-то в нем нет даже доли дискомфорта, хотя Пак к таким вещам очень чувствителен.
Юнги смотрит на него и тихо вздыхает, прекрасно понимая, на что тот намекает.
— Я еще раз хочу извиниться. Честно говоря, мне за свое поведение невероятно стыдно. Я не срываюсь на незнакомых людей, но то утро было очень тяжелым. Поэтому позволь мне сегодня накормить тебя. Ужин за счет заведения.
— Все в порядке, я сказал тебе не меньше, — легко улыбается, слабо пожав плечами. — Еще и невесту твою оскорбил, так что мы квиты.
Мин рад, что эта ситуация так легко сошла на нет, потому что искать другого организатора он не хотел. Ему вообще такие люди, как Чимин, довольно близки. Младший действительно создан для работы с людьми. Терпелив, вежлив, обаятелен. Про таких, как он, говорят «комфортный». При этом Юнги очень оценил его способность постоять за себя. Последним человеком, который так откровенно послал его, не посылая, был Чонгук. Собственно, поэтому у них впоследствии и сложилась дружба еще несколько лет назад.
Поздний ужин протекал в спокойной атмосфере, и Чимин словил себя на мысли, что так комфортно с кем-то ему давно не было. В голове промелькнуло его личное правило — не засматриваться на жениха больше пяти секунд, хотя в случае с Мином тут и десять секунд давно прошли. Он красивый до безобразия, и Пак может врать себе сколько угодно, но этот человек от и до — его типаж. Старший оказался более общительным, чем казался на вид, и с чувством юмора, что немного удивительно для такого серьёзного человека.
Он все же заказал себе кофе и кусочек не сильно сладкого пирога, чтобы составить Чимину компанию за ужином. Разговор шёл непринужденно и в большинстве своем «ни о чем». Пак ни разу не пожалел, что переборол усталость и приехал сюда. Приятная компания и лучшие медовые пирожные сделали этот вечер действительно хорошим.
— Мы так и не обсудили твою свадьбу, — Чимин тихо смеётся, пристёгиваясь на переднем сиденье чёрного рендж ровера.
— Я и не планировал, — Мин легко жмет плечами, вбивая в навигатор чужой адрес. — Я так сказал, чтобы ты точно согласился, — губы трогает слабая улыбка.
— Да я бы и так согласился. Кто откажется от прекрасного ужина после тяжелого рабочего дня? — расслабленно откидывается на спинку сидения, когда машина трогается.
— Как, кстати, прошла сегодня свадьба? — Юнги бросает быстрый взгляд на младшего, понимая, что о работе так и не спросил.
— Хорошо, но очень утомительно. На самом деле я не ел с самого утра и вряд ли бы приготовил что-то стоящее на ужин, поэтому твоё предложение спасло мой желудок от лапши и гастрита, — он благодарно улыбается.
Юнги только кивает, сосредоточенный на дороге. Ему вообще должно быть все равно на то, как прошел день у Пака. Он лишь организатор его свадьбы, а ужином Мин хотел извиниться и не больше. На деле для него это приняло весьма неожиданный поворот. С этим парнем было легко до безобразия, он не строил из себя не пойми что. Запачкался каплей меда с пирожного и лишь посмеялся над своей неуклюжестью, продолжая есть и разговаривать с Мином. У того было стойкое ощущение, что это просто старый знакомый, с которым они не виделись добрых лет пять, но оба были рады провести немного времени за разговором.
Мин с людьми довольно тяжело сближался, просто потому, что не было необходимости. Он не готов был держать кого-то рядом цепями, а от того, что просто есть несколько друзей и близких людей, уже было хорошо.
— Спасибо большое, что подвез, — младший улыбается устало, отстегивая ремень, и тянет ручку на двери.
— Когда мы встретимся, чтобы обговорить организацию?
— Хм… — Чимин задумывается, вспоминая свое расписание, — у меня завтра есть время в два часа дня, я как раз буду в агентстве. Сможешь?
— Да, без проблем, я приеду, — кивает, легко махнув рукой на прощание.
Чимин стоит возле подъезда, провожая взглядом красные фары автомобиля, и только потом заходит в дом, поднимаясь на нужный этаж. Он тихо проворачивает ключ в двери, зная, что старший брат уже спит, но стоит ему открыть дверь, как он видит свет на кухне. Проходит пара секунд, прежде чем оттуда выходит растрепанный Сокджин, смотря на Пака.
— Ты где был? — смотрит взволнованно, а Чимина накрывает вина с головой. Он совсем забыл сказать брату, что задержится. В голове сразу всплывает севший телефон, и стыдно становится вдвойне.
— Джин-хён, прости, я совсем забыл предупредить, что задержусь, — младший скидывает обувь, сразу оказываясь в крепких объятиях старшего.
— Ты хоть представляешь, мелкий идиот, как я волновался? Ты же говорил, что в десять будешь дома, сейчас почти двенадцать! Ты еще и недоступен! Что с телефоном? — он смотрит на брата, вздыхая, и легко бьет ладонью по затылку.
— Разрядился, — шипит от легкого удара.
— Можно было предупредить как-то. Откуда я знаю, может, тебя черти забрали.
— Куда?
— Домой.
Чимин закатывает глаза, сдерживая смех, но еще раз легко обнимает брата, извиняясь, что заставил переживать.
— Так где ты был?
— Вчера поругался с одним клиентом, Мин Юнги, думаю, ты его знаешь. Вылили друг на друга свой негатив, так обстоятельства сложились. Я думал, он другого организатора найдет, но он позвонил мне вчера поздно вечером и пригласил на ужин в качестве извинения. Поэтому сегодня после свадьбы я встретился с ним, — он уходит в ванную, не прекращая говорить, чтобы помыть руки.
— Мин Юнги женится? Ого, — старший опирается плечом о косяк двери, наблюдая, как его брат тонким обручем убирает волосы, чтобы смыть с лица легкий слой косметики. — Интересно, кто эта счастливица?
— Не знаю, я не спрашивал, но он упомянул, что она известная актриса. И, судя по ощущениям, занимается свадьбой в большей степени именно он.
— И как тебе ужин с таким человеком?
— Знаешь, — Пак смывает с лица пену, смотря на брата в отражении зеркала, — очень хорошо. Я был уверен, что это будет обычная формальность. Посидим, поговорим нарочито вежливо и разойдемся, особенно учитывая нашу первую встречу. Но он очень комфортный в общении, мы разговаривали на протяжении всего ужина, и я даже не могу конкретно сказать о чем. О разном совсем, и главное — не о работе.
— И за сколько ты ему свадьбу сделать должен?
— Три недели, — задумчиво произносит, понимая, что все это время видеться с Мином он будет очень часто.
— Довольно малый срок, — парень хмыкает и подходит к младшему, растрепав ладонью его светлые волосы. — Помнится, несколько месяцев назад под влиянием прекрасного напитка с высоким градусом, ты поведал мне, что Мин Юнги входит в топ пяти людей, с которыми ты бы переспал, если бы мог. Как там правило десяти секунд?
— С треском провалилось. В этом правиле теперь есть пункт со звездочкой. В нем написано, что если жених — Мин Юнги, смотреть можно, пока не надоест, — он тяжело вздыхает, слегка подталкивая брата к двери, тем самым прося дать ему принять душ.
— Надеюсь, это не вызовет проблем? — Джин серьезно смотрит на Чимина, а тот только закатывает глаза в привычной манере.
— Я не совсем дурак, хён, конечно, это не вызовет проблем. Иди уже, тебе вставать рано. Спокойной ночи.
Джин вздыхает, кивнув, и все же оставляет младшего одного. Чимин раздевается, заходя под упругие струи горячей воды, только сейчас ощущая, насколько же сильно он устал. В голове эхом отдается чужой глубокий голос с легкой хрипотцой и бархатный смех, который Мин позволил себе один раз. Чимин тоже очень надеется, что это все не вызовет проблем.
***
Юнги уже несколько часов подряд сидел на собеседовании и просматривал одного кандидата за другим. Чонгук рядом готов был на стену лезть и уже минут сорок в перерывах между кандидатами умолял Мина отпустить его работать. Юнги же младшему нагло мстил. Он провел чистку персонала, и теперь нужно было срочно набирать новых людей. Сколько бы Мин ни просил Чона перейти на должность хотя бы администратора, чтобы помогать ему на одном из крупных ресторанов, тот отказывался быть кем-либо кроме официанта. Чонгуку его работа нравилась. Он обладал внешностью, обаянием, харизмой, был почти со всеми вежлив и очень ловко защищал девочек официанток от особо наглых посетителей, когда те считали, что за круглый счет в заведении им можно все. Он не хотел сидеть и колупаться в бумажках, получать по шее за косяки других и потом эти же косяки за других исправлять. Его устраивала его зарплата и почти равные ей чаевые, которые он загребал лишь за пару улыбок. Многие считали его работу несерьезной, даже родители удивлялись, чего он нос воротит на предложение о повышении. Вот только никто не задумывался, что официантом в дорогом ресторане быть непросто, что у него огромный объем знаний, помимо того, что и кому правильно сказать. И самое главное — получает он намного больше, чем люди, которые серьезно просиживают свои серьезные штаны в серьезном офисе. Вот только его хён умел мстить под видом «Чонгук, помоги мне». Чон отказать не может, поэтому сидит и страдает. — Хён, ну это смешно, я сижу с владельцем сети на собеседовании. Как они потом отреагируют, узнав, что я официант? — младший уже десятый раз пытается найти сторону, с которой ему подобраться. — Типа тебе не пофиг? — Юнги только хмыкает, поглядывая на часы и следя за временем. — Пофиг, — кивает, опираясь локтем о стол, и подпирает рукой голову. — Но знаешь, слухи иногда такие неприятные ходят! — Я знаю, что слух о том, что мы спим, ты пустил сам, — Мин перелистывает страницу очередного резюме. — Ну, не так все было, — Чонгук дергает бровью с маленькой штангой в ней. — На том корпоративе все обратили внимание, что мы тесно общаемся. Кто-то предположил, каким образом я так быстро стал работать в главном ресторане. — А ты взял и подтвердил, — Юнги хмуро посмотрел на парня. — Не я, это был коньяк во мне. — Ага, а по мнению остальных, в тебе был я. — Наоборот, хён. Повисла немая пауза. Чонгук жевал нижнюю губу, чувствуя мурашки и буквально видя в чужих глазах уровень любви к нему. — Знаешь, — Юнги откладывает на стол толстую папку с резюме, которых там, по ощущению, больше сотни. Поднимается и выходит из-за стола, снимая с вешалки легкое черное пальто. — Я сейчас должен уехать в агентство, а ты продолжишь. Вся эта папка должна быть тобой просмотрена. — Хён, я же пошутил, — младший стонет, опуская голову на стол с глухим стуком. — Я не компетентен в этом вопросе, я не могу проводить собеседование один! Я понятия не имею, какой должен быть уровень у шеф-поваров! — О, ты такой умный, малыш Гук-и, — Юнги опирается о стол напротив него, растягивая губы в приторной улыбке. Чон в этот момент понимает, что выкопал себе не могилу, а целый склеп. — Именно поэтому ты каждому лично объяснишь, почему и во сколько он должен прийти завтра. Ведь завтра, начиная с девяти утра, мы просмотрим всех еще раз, начиная с того человека, который зайдет после того, как я уйду. — Это слишком жестоко, хён, ты не сделаешь так, — Чонгук убито стонет, смотря на старшего взглядом великомученика. — А еще, — он опускает ладонь на светлый затылок парня, издевательски поглаживая. — У вас с Соён всегда был похожий сдвиг на украшения, поэтому, когда я поеду к флористам, мозг они делать будут не мне или Чимину, а тебе, пупсик, — он звонко чмокает младшего в лоб, выпрямляясь, и идет к двери. — За что, хён? — громко спрашивает Чон, не обращая внимание на то, что старший открыл дверь в коридор, полный народа. — Плохо старался ночью, — совершенно серьезно произносит Мин, погружая всех в удивление, и закрывает дверь с другой стороны, оставляя Чонгука наедине со своими страданиями. Юнги с каменным лицом проходит сквозь толпу людей. Для всех он всегда выглядит довольно серьезным человеком, иногда холодным и вообще малообщительным. Только близкие для него люди знают, что это лишь рабочая сторона, а с друзьями он может вести себя намного более расслаблено. Ему это никогда не казалось чем-то удивительным, ведь большинство людей разделяют работу и повседневную жизнь, это нормально. Он садится в машину, радуясь, что по картам пробок в городе немного. У него есть запас времени, поэтому он заезжает в кофейню, решая купить кофе. Стоя в небольшой очереди, его взгляд падает на медовое пирожное на витрине. Вчера Чимин заказывал себе десерты с медом, и чай у того тоже был с медом. Мин только сейчас задумался, что после парня в салоне остался едва уловимый медовый запах, скорее всего, от парфюма, потому что гель для душа или шампунь вряд ли продержали на теле аромат с самого утра. Когда подошла его очередь, он, не задумываясь, заказал к своему кофе еще и зеленый чай с медом. Уже через десять минут он поднимается на второй этаж небольшого здания, где расположено агентство Чимина. Младший что-то активно обсуждает по телефону, лишь кивая в знак приветствия, и указывает на кресло перед собой. Юнги ставит перед Паком стаканчик с чаем, легко улыбаясь на удивленный взгляд. Стоит ему сесть, как к нему подходит второй парень, которого в прошлый раз он заметил не сразу. — Здравствуйте, я Ким Тэхён, мы с Чимином работаем вместе. Он мне сказал, что вы все же нуждаетесь в наших услугах. Я отвечаю за поиски кондитеров, доставку украшений до места назначения, за поиск ведущих и фотографов. Иногда полностью занимаюсь заказами, если Чимин слишком занят, — Ким протягивает руку. — Приятно познакомиться. Мин Юнги, — старший жмет протянутую ладонь как раз в тот момент, когда Пак заканчивает разговор. — О, вы уже познакомились, — он легко улыбается. — Тэхён сейчас и так взял на себя много организации, так что в твоей свадьбе сильно не поможет, но все равно будет там присутствовать, так как один на таком важном мероприятии я не справлюсь. — Не переживай ты так, — Юнги хмыкает. Чимин смотрит на стаканчик перед собой, сразу чувствуя легкий запах меда, от чего по коже слабо пробегают мурашки. — Спасибо большое за чай. — Надеюсь, я угадал с медом. Ты вроде вчера много чего с ним заказал. Чимин подвисает на долю секунды, встречаясь взглядом с Тэхёном. Они все утро обсуждали, насколько на самом деле Мин приятный человек. То, насколько он во вкусе Чимина, Ким тоже прекрасно знал. Пак действительно обожал запах меда, и все, что можно было использовать с этим ароматом — он активно использовал. Вся уходовая косметика, вплоть до крема для рук, парфюмы унисекс с медовыми нотками, шампуни, гели для душа, освежители воздуха. Сладости, если был выбор, тоже выбирал с медом. Чимин окружил себя этим запахом. По неизвестной причине он приносил с собой уют и комфорт. Нет определенной причины, почему он так ему нравится — просто вкусно и приятно. То, что Юнги обратил на это внимание всего за один вечер — удивило. Мало того, что обратил внимание, он еще и купил ему чай с медом. Он был не обязан это делать, просто маленькая приятная мелочь, от которой у Чимина на секунду что-то кольнуло внутри. Некоторые, с кем он встречался, считали его огромную любовь к конкретному продукту до безобразия странным фактом. Кто-то просто не обращал внимания, кто-то просил уменьшить вокруг него этот запах, потому что им не нравилось. Были и те, кто проявлял похожую заботу, покупая ему медовые вещи, но никто еще не приходил к этому после одной встречи с ним. — Да, я очень люблю мед, ты определенно угадал, спасибо еще раз, — он улыбнулся, делая глоток горячего, но не обжигающего чая. Он едва не застонал от удовольствия, потому что количество меда было идеальным. — Итак, я понятия не имею, как должна организовываться свадьба, — Юнги закидывает ногу на ногу, расслабляясь. — Я знаю количество человек, цветовую гамму, в которой это должно быть, место проведения и все. — Уже неплохо, — Чимин удовлетворенно кивает. — Тэ, нам нужен кондитер, но желательно сразу на острове. Не думаю, что торт переживет перелет. — Понял. И думаю, тебе лучше всего ехать к нашим декораторам. У них вроде есть как раз сейчас время заняться этим. И они уже возили на Чеджу оформление. Помнишь, свадьба актера была? — Ким отходит к столу, включая ноутбук. — Да, отлично, тогда были красивые цветы. Скинь мне их контакты еще раз. Тебе принципиально искусственные или нет? — Пак поднимает взгляд на Юнги. — Нет, — легко качает головой, сдерживая легкую улыбку от вида сосредоточенного Чимина. Тот периодически отпивает свой чай, блаженно прикрывая глаза, и Юнги уверен, что привезет ему этот стаканчик еще не один раз. У Мина этот парень что-то странное вызывает. Он не может с ним быть таким, как с подчиненными, коллегами или не особо близкими людьми. Хотя Пак ему абсолютно чужой, их связывает один вечер, на который младший, Юнги уверен, согласился из вежливости. Один вечер и рабочая необходимость. Но у него чувство, будто они давние друзья. Юнги уже давно не задумывался об отношениях, не до них было. У него за спиной есть несколько, как с парнями, так и с девушками, большая часть пришлась на время учебы в университете. Ему всегда было сложно фильтровать людей, все же есть те, кому интересны его деньги, правда, Юнги трагедию из этого никогда не делал. Он не рассказывал всем о том, как сложно ему найти пару из-за меркантильности людей, нет. Просто уже не хочется интрижек, они занимают слишком много времени. Мин не имеет ничего против отношений, но если уже заводить их, то «взрослые». Необязательно навечно, там как пойдет, но хотя бы с человеком, который будет понимать, что такое работа, отсутствие иногда времени и желание тепла, а не мозгоебства. Родители его личной жизнью не особо обеспокоены, что определенно радует. В душе он уверен: они надеются, что его брак с Соён перерастет в настоящий, что у них сложится семья и все такое. Они оба скрывают от своих семей свою ориентацию, но прятать ее за браком не будут больше положенного по контракту срока. Они, конечно, друг друга очень любят, но не настолько. Юнги снова смотрит на Чимина. Тот одет в тонкий белый свитер без выреза, пепельные волосы разделены на ровный пробор. Он слегка закусывает нижнюю губу, когда сосредотачивается на чем-то в компьютере. Старший вдруг задумывается, что к такому красивому парню он бы возвращался домой. Чимин выглядит как человек, о котором очень приятно заботиться. — У тебя есть какие-то дни, в которые тебе категорически неудобно куда-то ехать, и дни, в которые удобнее всего? — Чимин смотрит на притихшего Мина. Старшему нужно несколько секунд, чтобы вынырнуть из мыслей и понять суть вопроса. — Я могу уехать когда угодно, но в любом случае договориться заранее. Я не сильно привязан к ресторанам и многие вопросы могу решить на расстоянии, но бывают непредвиденные ситуации. — Хорошо. Если у тебя есть время, мы могли бы сейчас съездить по поводу украшений. Над ними работают довольно популярные ребята, так что чем раньше приедем, тем больше вероятность выбить себе место в их графике. Сейчас начинается сезон свадеб, лучше вообще все заказывать как можно раньше, а у нас еще и сроки сжаты, — Чимин допивает чай, легким движением отправляя стаканчик в мусор. — Да, поехали, я не особо нужен сегодня на работе, за меня там есть кому работать, — Юнги усмехается, вспоминая жалостливые стоны Чонгука. Чимин поднимается, забирая с вешалки светлую джинсовую куртку, и кивает старшему, говоря, что готов идти. — Тэ, найди, пожалуйста, дизайнера для пригласительных и можешь после свадьбы сегодня ко мне приехать. Джин-хён уже несколько дней ноет, что ему скучно, — бросает Пак перед самой дверью. Тэхён только кивает согласно, полностью погруженный в свою работу. На улице пасмурно и ветер довольно холодный, отчего Чимин ежится, стоит ему только выйти за дверь. Юнги это замечает и как только оба садятся в машину, включает печку. У Пака снова щекочущее чувство внутри от настолько мелких знаков внимания. Другой бы и не заметил, что ему холодно, но Чимин настойчиво убеждает себя, что Мин просто внимательный и вежливый человек. Юнги бросает на младшего взгляд, пока тот пристегивается и ищет необходимый адрес, чтобы вбить в навигатор. В салоне снова начинает едва уловимо пахнуть медом, что заставляет Мина слабо улыбнуться. Чимину так этот запах подходит, он сам весь будто медовый. Мин легко качает головой, отгоняя от себя лишние мысли, и заводит машину, когда Пак разобрался с адресом. — Как получилось, что вы с Тэхёном работаете только вдвоем? — негромко спрашивает Юнги, пока они стоят в пробке. — Мы лучшие друзья с универа. Оба не из Сеула, учиться особо не хотели, нам эта экономика вообще была побоку, но что он, что я поступали по желанию родителей. На втором курсе с деньгами у Тэ совсем плохо было, он начал подрабатывать ведущим на разных небольших праздниках, — Чимин мягко улыбается, смотря на старшего, а тот немного зависает, останавливая взгляд на розовых губах. — Позже втянул в это меня. Один раз у наших знакомых сорвался ведущий со свадьбы, времени искать не было совсем, он буквально не приехал на праздник. Они попросили нас сделать хотя бы что-то. Тогда мы впервые побывали на свадьбе. После этого все и закрутилось, мы всегда работали вместе. Со временем я начал узнавать, что и как в плане подготовки, пока общался с невестами, и понял, что мне интересно. У меня накопилась достаточная база ресторанов, декораторов, фотографов, ведущих и так далее. Тэхён согласился и дальше работать со мной. Кто-то кому-то нас советовал, и мы стали вплотную заниматься организацией. Начали приходить состоятельные клиенты. Поначалу это были те, кто не хотели афишировать свадьбу и специально не обращались в большие агентства, потом от них приходили другие, и все это очень быстро переросло в свое дело. Мы с Тэ решили оставаться вдвоем, имея в запасе нужные связи, много людей и не нужно. — А по какому принципу вы сейчас делите клиентов? — В данный момент по уровню занятости. Например, у Тэхёна май совсем под завязку, а у меня не особо, поэтому я оставил тебя себе, — он тихо засмеялся, улыбаясь Мину. — Хотя ты, кажется, шел ко мне целенаправленно. — Да, — кивает, смотря за дорогой, когда они вновь тронулись. — По советам друзей и знакомых из своего круга общения. — Люди твоего круга больше ко мне и идут, Тэхён не любит работать с ними. Без обид, но большинство дамочек с деньгами весьма стервозны. У меня терпения намного больше. — Я заметил, — тихо хмыкает, на что получает сложенные на груди руки и саркастический взгляд. — Ты тоже не показался сильно сдержанным, — поддевает совсем без обиды, сразу же смягчаясь. — Мне просто одна до тебя мозг сидела выносила час, а потом ты еще со своим плохим настроением. Тэ бы послал тебя с порога, подойди ты к нему, хотя он тогда притих, потому что знал, что я сам взорвусь. В общем, мы с ним разбираем себе «своих» людей, с кем сможем понять друг друга, обычно они не против, потому что это в их же интересах. Это все касается тех, кто приходит зимой и осенью, заказывая свадьбы на тот период или заранее на лето, а потом уже, как я и сказал, по мере занятости. Юнги внимательно слушает, наслаждаясь мягким, обволакивающим голосом парня. Он такой приятный, располагающий, хоть Чимин и говорит вполне обычно, но Мин уже немного привык, что даже обычное в этом парне воспринимается необычно. До нужного места они доехали только через сорок минут. О своем приезде Чимин сообщил еще по пути, и девушка, которая находилась в небольшом офисе, очень рада была его видеть. Она кокетливо улыбалась парню, и Юнги словил себя на том, что слишком заинтересованно наблюдает за реакцией Пака. Младшему девушка была совершенно не интересна, но он увлеченно разговаривал с ней, просматривая варианты оформления. Юнги мог бы все оставить на усмотрение организатора, но ему действительно хотелось, чтобы Соён понравилось. Пусть это мероприятие хотя бы глазу будет приятно, тем более никто из них никогда не относился к этому совсем плохо. Даже с Хёрин вопрос оказался решаемый, девушка просто будет жить вместе с ними в огромном доме, который якобы на свадьбу подарят родители. Мин там месяц для вида поживет и уедет обратно к себе, оставив девушек одних. Они долго просматривали варианты оформления, пока Юнги не остановился на том, который ему понравился. Еще столько же они проторчали на складе тканей, но нужный оттенок голубого так и не был найден. Пришлось сойтись на том, что им распишут, какой ткани и в каком количестве нужно, а они поедут и выберут нужный цвет. Мина этот расклад более чем устроил, потому что чем больше дел, тем чаще он сможет видеться с Чимином. Там же их свели с флористом. Юнги мысленно разочаровался, потому что напрячь Чонгука не получится. Пак оказался неожиданно придирчив в выборе цветов, хоть все и сошлись на искусственных, лишь с элементами настоящих. Чимин самостоятельно сидел прямо на полу в огромном помещении с цветами, прикладывая их друг к другу, чтобы посмотреть, как конкретные цветы выглядят вместе. Юнги, не пожалев брюк, сел напротив, наблюдая за парнем. Тот с таким энтузиазмом притягивал к себе все новые и новые пакеты и вазы с цветами. Бережно доставал настоящие, возвращая их обратно через несколько секунд, и так же осторожно распутывал искусственные. Мин не отводил взгляда темных глаз, иногда кивая на вопросы, суть которых не улавливал. Ему вдруг стало все равно, какие это будут цветы, главное, чтобы Чимин остался довольным. И он был уверен, что по итогу будет очень красиво. Младший с виду напоминал ребенка, только серьезного до невозможного. Такой сосредоточенный, с закушенной губой, серьезным взглядом и в мягком на вид белом свитере. В окружении кучи синих, голубых и белых цветов. Даже сейчас Юнги отдаленно чувствовал запах меда, которым пропиталась одежда младшего. Тот в очередной раз поднял свой взгляд на Юнги, счастливо улыбаясь, потому что нашел нужное сочетание. — Ты чего так смотришь? — парень хотел показать старшему вариант, но наткнулся на слишком пристальный взгляд. — У тебя глаза светло-карие, — внезапно произносит Юнги, легко улыбаясь. — Прямо как мед. Чимин чувствует, как его сердце в груди буквально споткнулось от этих слов и от того, каким голосом это было сказано. — Приму за комплимент, — тихо смеется, стараясь скрыть собственную реакцию. — Как тебе? — он снова протягивает Мину небольшой букет из цветов. — Как по мне — идеальное сочетание. — Мне нравится, — кивает, все же смотря на предмет в чужих руках, и снова кивает, потому что действительно красиво. Юнги поднимается, протягивая ладонь младшему, и помогает ему встать, слегка сжав его пальцы. Чужая рука не выглядит значительно меньше, но так аккуратно ложится в его, что Мин держит ее на несколько секунд дольше положенного. К ним снова возвращается та девушка, что провела их сюда, возвращая свое огромное внимание Чимину, который все так же ее игнорирует. Она крутилась около парня ровно до того момента, пока они не договорились, когда приедут с тканью. Юнги даже поразился чужой стойкости. — У меня скулы свело от ее улыбки, — тихо хмыкает Мин, когда они вернулись в машину. — Я уже привык, она постоянно вьётся вокруг меня, — он слабо пожимает плечами, пристегиваясь. — После каждой встречи предлагает встречаться. — И не понимает отказов? — Более того, она знает, что меня совершенно никак не интересуют девушки. Такое чувство, что она решила для себя, будто она одна сможет исправить гея, — Чимин смеется, поворачиваясь к Мину, который смотрит немного удивленно. Только сейчас младший понимает, что сказал. — Оу, это проблема? — Что? Нет, — Юнги качает головой, сразу отмирая. — У меня самого отношения с парнями были. Просто не привык, что люди так спокойно об этом говорят. Ты меня удивляешь постоянно. Чимин снова пожимает плечами, внутренне замирая. Вот только информации, что Юнги привлекают парни, ему не хватало. — Не хочешь заехать поужинать? Я с утра почти ничего не ел, — старший заводит машину, снова включая печку. — Ужин станет нашей традицией? — Чимин тихо хмыкает, но сразу кивает. — Да, я бы тоже поел. — Если захочешь, станет. У Пака внутри снова все сжимается, потому что иногда старший говорит вещи, которые его сердце принимает совсем не так, как должно. Он напоминает себе, что только что они выбирали украшения для его свадьбы, и Чимин всю эту свадьбу организовывает. Но сердце, кажется, совсем отрубило контакты с мозгом, потому что стучит в груди слишком быстро, ведь Чимин действительно проводил бы каждый ужин с Мином. Они едут в приятной тишине, оба думая о своем и немного уставшие. Юнги незаметно втягивает носом воздух, улавливая сладкие нотки меда. Приезжают в небольшой, но уютный ресторан, который был поблизости. В этот раз Юнги полноценно ужинает вместе с Чимином, что радует младшего. Они договорились, что встретятся через несколько дней, чтобы купить ткань, потому что в ближайшее время оба будут заняты. Чимин заказывает вафли с медом на десерт вместе с зеленым чаем. Мин весь вечер бросает на младшего взгляды, иногда смотря открыто и пристально. Парня это совсем не напрягает, хоть он и замечает все. Юнги видит, как тягучий мед пачкает полные губы Пака и сглатывает. Резко меда захотелось. — Ты сегодня так увлеченно цветами занимался, — Юнги решает отвлечься хотя бы на короткий разговор, но его взгляд постоянно опускается к чужим липким губам. — Да, декор — моя любимая часть. — А какие цветы ты сам любишь? — Пионы, — не задумываясь, отвечает, слизывая мед со своих губ. — Хани, — вдруг с улыбкой произносит Юнги. — Я буду звать тебя так. — Хани? — вопросительно наклоняет голову в бок. — Да, хани — мед. Чимин обрабатывает информацию и немного смущенно опускает голову вниз. Потому что это мило, и Юнги произносит это до ужаса мило, но ему нравится. Он не любил никогда разные прозвища, особенно утрированно-ласковые, его даже немного раздражало, если люди с него откровенно умилялись или гиперболизировали его врожденную очаровательность. Но сейчас он согласен. — Хорошо, я буду для тебя хани, — тихо смеется, запивая чаем последний кусочек вафли. Да он сейчас кем угодно для него будет. Этот внеплановый ужин проходит еще лучше для них, чем предыдущий. Слишком комфортно им находиться вдвоем. И если Юнги это полностью устраивает, то Чимин начинает немного нервничать, ведь это лишь второй день, а что будет через три недели. Через полчаса он уже сидел дома, куда его отвез Юнги. Тэхён усадил его на диван в гостиной и теперь вместе с Джином буравит его тяжелым взглядом. Чимин чувствует себя неуютно под столь недовольными взглядами, но эти два человека знают его слишком хорошо, чтобы он мог что-то от них скрыть. — Рассказывай, — Тэхён сидит на одном из двух кресел напротив дивана. — Что рассказывать? — Почему твои глаза так блестят и паникуют одновременно, — подхватил чужую претензию Джин. — С чего вы взяли, что мне есть что рассказывать? — Пак легко закусывает нижнюю губу, а взгляды, направленные на него, становятся еще тяжелее. Ему остается только сдаться. — Ладно, мы с Юнги странно хорошо ощущаемся вместе. — В каком смысле? — старший хмурится, смотря на брата. — Я не знаю, как объяснить. С ним очень комфортно, на удивление. Мы знакомы два дня, но общаемся без каких-либо преград, я ни с кем так быстро не сходился, — он немного нервно перебирает пальцами край свитера. — Вы оба знаете, что он очень в моем вкусе, настолько, что он буквально мой вкус. Я понимаю головой, что делаю ему свадьбу, он скоро женится, очень скоро, но иногда от его фраз перехватывает дыхание. Он сказал, что у меня глаза на мед похожи. — Еще вчера это не должно было вызвать проблем, — Сокджин вздыхает, пересаживаясь к брату на диван. — Радует хотя бы то, что ему нравятся девушки и тебя вскоре отпустит. — В этом еще одна проблема, — Чимин уже откровенно жует нижнюю губу до маленьких ранок, когда поднимает на брата взгляд. — Он бисексуал. — Ты когда и ориентацию его выведать успел? — Тэхён удивленно смотрит на друга. — Случайно сказал ему, что гей, ну он мне откровенностью на откровенность. — Чимин-а, не привязывайся к нему, пожалуйста, больно же будет, — старший вздыхает, притягивая к себе брата, легко обнимая. Слишком он любит быть тактильным со своим младшим. — Я очень постараюсь. Сам же все понимаю. — Ладно, хватит о плохом, пойдёмте фильм смотреть, — Тэхён легко улыбается, поднимаясь с кресла. Они втроем часто собираются вместе, чтобы просто провести время за просмотром какого-то фильма. Чимин с Джином уже давно живут вместе, старший переехал из родного города, когда Пак закончил универ. Сокджин работает кондитером в собственной небольшой кондитерской. У них всегда были прекрасные отношения, а на съем трехкомнатной квартиры вдвоем зарабатывать намного удобнее. Чимин решает не насиловать свой мозг, поэтому двигается, уступая место и Тэхёну, включая запланированный фильм.***
Не думать о себе старший буквально не позволял, даже если у них не была назначена встреча. Придя утром на работу, Чимин обнаружил на своем столе корзину с пионами и стаканчик еще горячего чая с медом, на котором аккуратно было написано «Хани». Тэхён за его спиной присвистнул, легко похлопав замершего друга по плечу. — А его невеста в курсе, что он своему симпатичному организатору цветы дарит? — тихо хмыкает Ким, подходя к букету. — Какие красивые пионы. — Его невеста во Франции, — тихо произносит Чимин. Это он смог узнать вчера за ужином. — А он времени зря не теряет, — парень фыркает, убирая со лба темные пряди. — Да ладно тебе, просто дружеский жест, — тихо оправдывается Чимин, отпивая чай, и довольно стонет. — Боже, это же тот, что он в прошлый раз принес. Я ему за этот чай прям у алтаря отсосать готов. — Я смотрю, тебя его поведение только радует. — Нет, — он качает головой, садясь за стол, и осматривает нежно-розовые цветы. — Просто я всю ночь думал об этом. Это явно не может быть чем-то серьезным, так ведь? Скорее всего, в нем срабатывает какая-то психология. Ну, типа напоследок пофлиртовать с кем-то. Я просто перестану воспринимать все серьезно, хотя я и не начинал. Врет по большей части. Он действительно пришел к выводу, что для Мина это как последние моменты свободы, правда, от этого легче не стало. Потому что пионы пахнут невероятно приятно, чай слишком вкусный, надпись на стаканчике очень аккуратная, а прозвище все еще милое. От мыслей о старшем не избавила даже работа, которой у Пака было достаточно. Когда приехала одна из его невест, чтобы съездить посмотреть варианты лофта для свадьбы, он всю поездку сравнивал то, как это происходит с Юнги. В этот раз он чувствовал себя как обычно — организатором свадьбы. Девушка была дружелюбна, они шутили, общались вполне свободно, но все же исключительно по делу. С Мином совсем не так было изначально и будет дальше, Чимин уверен. С ним будто другой уровень, будто в тот момент, когда он подошел к столику уставшего парня, они уже перемахнули стадию рабочих отношений. Пак был уверен, что Юнги в свое отсутствие отойдет на второй план, но тот занимал его мысли даже после работы дома. Особенно, когда в ленте он увидел новость о браке Мина с актрисой Кан Соён. Так вот кто его невеста. Чимин, лежа в постели, рассматривает фото девушки. Проскальзывает мысль, что они совсем не смотрятся вместе, она очень красивая, и никогда не было секретом, что эти двое друзья. Из-за этого Пак совершенно не мог воспринять их как пару. Внутри что-то неприятно сжалось, ведь если он сделал ей предложение, значит, она была намного больше, чем хороший друг, и их связывает долгое время вместе. Это не должно его расстраивать, это вообще не должно вызывать у него каких-то чувств. Но почему-то вызывает. Он не хочет врать хотя бы себе, потому что, если быть откровенным, он бы с удовольствием узнал Юнги ближе, переведя их отношения на достаточно близкий уровень. То, что на следующий день он снова видит букет пионов, на этот раз белых — все усложняет. Чай снова горячий и вкусный, а в цветах простая записка: «Доброе утро, хани». Он эту записку забирает, пряча под чехол. Внутренний голос язвительно хмыкает, но Чимин игнорирует мысль, что его действия совершенно неправильные. В этот раз он думает о Юнги чуть меньше, потому что у него сегодня очередная свадьба, причем довольно проблемная. Все идет не так, по мнению невесты и ее матери, поэтому Чимину методично выносят мозг, но он все понимает. Волнение иногда затмевает адекватность. Он до десяти вечера бегает как в зад ужаленный, выясняя, вовремя ли привезут дым, салют, торт, второе платье невесты и так далее. Домой он заходит почти в одиннадцать часов. Джин еще не спит и, кажется, не планирует. У него на кухне война с заказом в несколько десятков капкейков, про которые он забыл, а утром нужно отдать. — Ты, может, нормально поешь? В холодильнике мясо есть, — Джин старательно замешивает крем, видя, как младший заливает кипятком лапшу. — Да не, я так устал, что аппетита нет особо, обойдусь этим, — Пак фиксирует крышку, чтобы все заварилось, и садится за стол, стараясь не мешать. — Ты точно успеешь сделать все? — У меня выбора нет, — он смеется, протягивая Чимину немного крема на ложечке. — Не слишком сладко? Вишню не перебило? Парень аккуратно пробует крем и удовлетворенно кивает. — Все прекрасно, очень вкусно. Может, все же будешь делать торты на свадьбы? — Я иногда делаю, — он пожимает плечами, возвращаясь к своему занятию. — Ты же знаешь, мне интересно что-то необычное. Странные формы, декор, гендерные тортики в крайнем случае уже. Если у тебя клиенты захотят торт в виде летающих кубов, то пожалуйста, а делать минимализм с белым кремом, брызгами золота и цветами — не мое. Я вон пирожные простые делаю, этой рутины достаточно. — Ну да, твои тортики больше напоминают скульптуры, — Чимин тихо смеется, вспоминая, насколько необычные иногда торты печет его брат. Чего только торт в виде огромного медведя стоит, который недавно делал старший. — У тебя завтра хоть свадьбы нет? А то ты совсем замученный. — Нет, у меня из дел завтра только съездить с Юнги за тканью и привезти ее декораторам. От прозвучавшего имени Джин тихо хмыкнул, но ничего не сказал, только кивая. Чимин и не хотел ничего слышать, переводя тему, и начал рассказывать, как прошла сегодняшняя свадьба. Он уже доел, выбрасывая коробочку в мусорку, когда его телефон зазвонил где-то в комнате. На экране высветился номер Мина, и парень, не задумываясь, поднял, падая на кровать. Даже свет не стал включать. — Привет, хани, — раздался в телефоне глубокий мягкий голос. Пак даже глаза прикрыл, едва растягивая губы в улыбке. — Привет. — Как день прошел? — Устал ужасно, — он поворачивается на бок, с удовольствием расслабляя уставшее тело. — Очередная свадьба? — Мин тихо хмыкает, а у младшего от приглушенного расслабленного голоса мурашки водопадом по позвоночнику плывут. — Да, невеста слишком переживала за все подряд. — Тогда тебе нужно отдохнуть. Надеюсь, ты восполнил запас меда в своем организме, — в голосе слышна легкая улыбка. В динамике появляется легкий шелест ветра, и только сейчас Чимин обращает внимание, что Юнги, кажется, на улице. — Нет, у меня не было времени. Я бы сейчас выпил чая, который ты мне оставляешь каждое утро, — тихо смеется, оставляя улыбку на губах, и прикрывает глаза. — Кстати, спасибо за это и за цветы, но зачем ты тратишься? — Брось, это ничего не стоит. Можешь выйти на улицу? Чимин не сразу понимает суть вопроса, а когда до него доходит, удивленно распахивает глаза. — Зачем? — спрашивает с легким подозрением, поднимаясь с кровати, и подходит к окну. — Я привез тебе чай, — произносит абсолютно спокойно, будто нет ничего особенного в том, чтобы привезти кому-то чай в двенадцать часов ночи. — Боже, серьезно? — он выглядывает в окно и понимает, что да, серьезно. Мин стоит у него под подъездом. — Давай шустро, — Юнги усмехается и сбрасывает звонок. Чимин тяжело вздыхает, переодевая тонкую, уже мятую рубашку на голубую толстовку и спускается вниз, крикнув Джину, что сейчас вернется. Мин ждет его, держа в руках стаканчик уже знакомой кофейни, опираясь о дверцу машины. — Выглядишь помято, хани, — его губы тянутся в слабой улыбке, когда младший подходит ближе. — Ты не лучше, — парень осматривает старшего, у которого синяки под глазами и взгляд безумно уставший. — Держи, — он протягивает стаканчик, который Чимин сразу же забирает. — Спасибо, — тихо выдыхает, переводя взгляд прямо в чужие глаза, — но ты так и не сказал, зачем это делаешь. — Мне хочется, чтобы у тебя было действительно доброе утро. — А сейчас? — А сейчас я хочу себе доброй ночи. — И я что, могу тебе ее обеспечить? — Да, если улыбнешься, хани, — произносит совершенно серьезно, осматривая удивленного парня перед собой. Снова запах меда, наверняка от чая, но обратил он на него внимание только в присутствии Чимина. Пак замирает, глядя в темные глаза, в которых никакого намека на шутку. Улыбка сама по себе появляется на пухлых губах, и ему кажется, что в чужом взгляде мелькает тепло. Он быстро убеждает себя, что ему это только кажется, блик от уличного фонаря просто, точно. Юнги младшим немного даже любуется. Тот отпивает чай, пытаясь спрятать свое смущение. Мин даст ему думать, что у него получилось. Парень перед ним сейчас очень уютный в светлой толстовке, такой уставший, но с довольными глазами от вкусного напитка. Его хочется уложить спать и лечь обязательно рядом. Юнги давно такого не испытывал, чтобы вот так вот сразу к человеку тянуло. К Чимину хочется быть ближе, они не виделись лишь два дня, но старший словил себя на мысли, что хочет увидеть его именно сегодня. Он еще днем хотел приехать в агентство, но решил перед этим туда позвонить. Там Тэхён сказал, что Пака на месте не будет, а Юнги понял, что вернется тот домой поздно. В кофейню он успел за несколько минут до ее закрытия, и благо Чимин пьет чай, а не кофе. В противном случае работники бы его закопали. — Теперь моя ночь будет доброй, спасибо, хани, — произносит негромко, едва сдерживая в себе порыв потрепать младшего по волосам. — Да как-то и не за что, — снова делает глоток чая, вновь смотря на Юнги, справившись с неловкостью. — Тебе тоже нужно отдохнуть, так что езжай домой, пожалуйста. — Завтра в час? — Да, я уже договорился со складом, что мы приедем за тканью. — Хорошо. Спокойной ночи, хани, — легко кивает, отлипая от машины, и идет к стороне водителя. — Спокойной ночи, — отвечает негромко, отходя от машины на несколько шагов. Домой он возвращается в небольшой прострации. Во рту приятная медовая сладость, наполовину пустой стаканчик греет пальцы. Его клиенты хоть раз приезжали к нему ночью отдать любимый чай ради простой улыбки? Нет. Так не делали даже его бывшие парни. Мин Юнги снова перемешал все его мысли. Путает своими словами, а теперь еще и поступками. Мозг активно пытается достучаться до сердца, но то занято, оно танцует, ударяясь о ребра. Чимин уверен, танец закончится тем, что оно упадет и разобьется. Но, кажется, он подумает об этом потом.
