Паршивый парень, паршивый друг

Сакуса проснулся с бешено колотящимся сердцем. За окном было еще темно. Он вытер лицо ладонями, зажмуриваясь и пытаясь восстановить в памяти сон. Вспоминался он обрывками: кажется, Сакуса гнал куда-то на мотоцикле, то сам вел, то будто сидел позади водителя. Дорога была извилистой, слишком. На каждом повороте страх сжимал сердце, казалось, что он разобьется. Из-за холодного ветра в лицо было сложно дышать, пальцы на руле сводило. Вроде, там была Широфуку, на обочине, что-то кричала, Сакуса слов не разбирал. Была еще куча людей, кто-то бросался под колеса, кто-то пытался обогнать. Мия тоже был там. Именно он вырвался вперед Сакусы и резко затормозил перед ним, пришлось вывернуть руль, чтобы уйти от столкновения. От удара о землю во сне Сакуса и проснулся. Подобные сны начали приходить к нему после гонок, и хотя прошло уже много времени, даже кончились летние каникулы и начался второй семестр, и на гонки Сакуса больше не ходил, сны не прекращались. И как бы он ни старался, Мии в его жизни стало слишком много. — Давай сходим на двойное свидание? — прошептала Широфуку. Они сидели на паре, и Сакуса, сосредоточенный на лекции, чуть не возмутился в полный голос, но вовремя сдержался. — Нет, — так же тихо ответил он. — Но почему? Будет весело. — Не для меня. Я его ненавижу, — сказал он искренне. — Киёми, — начала Широфуку тем самым тоном, который она использовала, когда говорила что-то серьезное или то, что Сакусе не понравится. Он сразу весь подобрался, внутренне напрягаясь. — Ты мне очень важен. Ты мой лучший друг. И хороший человек. А он — мой парень. И вы должны подружиться. — Я твой друг и всегда им буду, — ответил Сакуса. — И для этого мы не должны с ним дружить. Мне он не нравится. — Он тоже хороший человек. — Рад за него. — Тебе все равно придется его видеть. Я не хочу выбирать между вами. Сакуса вздохнул. Все это напоминало какую-то дешевую мелодраму. Он не понимал, зачем все эти разговоры? Был уверен, что скоро Мия найдет себе новый объект для развлечений и исчезнет из их жизней. Широфуку, наверняка, расстроится, но есть же способы пережить расставания? Даже болезненные. — Иногда — ладно. — Сакусе в принципе не очень нравились такие разговоры, на паре — еще сильнее раздражали. — Но я не буду встречаться с ним добровольно и больше, чем нужно. — Что это значит? — Никаких двойных свиданий. И не мешай мне учиться. На доске появилось несколько новых формул, объяснение которых Сакуса полностью пропустил, так что тупо переписал в тетрадь. Потом разберется. И с ними, и с обиженным вздохом Широфуку. Они все так же ходили вместе до парковки, когда заканчивали одновременно, и Мия ждал ее там каждый раз. Ему работать не надо? В сервисе вообще есть клиенты? Сакуса едва кивал ему, сразу же садился в машину и уезжал. И даже на вечеринке, куда его затащила, конечно, Широфуку, Мия был тоже. Иногда казалось, что кто-то пересмотрел американских фильмов и очень хотел такой же жизни: яркой, веселой, наполненной приключениями и, конечно, шумными тусовками, когда родители уезжают из города. Сакуса такого веселья не понимал. Его раздражала и слишком громкая музыка, и куча совсем не здоровой еды, и алкоголь, который он никогда не пил, приезжая на машине. Теперь еще и Мия добавлял дискомфорта. Но похоже, он не нравился только Сакусе. Даже когда Широфуку была рядом, девушки кидали на него заинтересованные взгляды совершенно непонятно, почему. Даже ради вечеринки в богатом доме — а он был действительно богатым — Мия пришел, кажется, в тех же джинсах, в которых работал, а старая толстовка была настолько потрепанной, что из манжетов торчали нитки. В его руке всегда был наполненный стакан, иногда он смеялся так громко, что было слышно с другого конца комнаты — по меркам Сакусы, вел себя до крайности неприлично. Еще и бесстыдно флиртовал со всеми, кто оказывался рядом — это видно было и с расстояния. Когда в доме стало слишком душно из-за набившихся людей, так что даже кондиционеры не справлялись, Сакуса вышел на задний двор. На улице было очень тепло: осень только-только началась, и летняя жара еще не отступила. Даже ветра не было. Сакуса опустился на стоящую среди идеально подстриженных кустов лавочку и выдохнул. Скоро можно будет забрать Широфуку и уехать. Это было их негласным правилом: он ходит с ней на вечеринки, куда ее, скорее всего, и не пригласили бы, если бы они не были дружны, она же без вопросов уходит с ним, когда он скажет. Оставлять ее в компании кучи людей и алкоголя он боялся, да и Мия не выглядел надежным человеком. И если он хочет сегодня уйти с ней, то перебьется. — Тоже вышел подышать свежим воздухом? — раздался насмешливый голос, и Мия плюхнулся рядом, закуривая. Как по заказу подул ветер и именно в сторону Сакусы. Он скривился, отгоняя от себя дым. — Воздух был свежим до тебя. — Как остроумно, — рассмеялся Мия. — Я не пытался шутить. Прекрати курить в мою сторону. — А ты прекрати смотреть на меня через весь зал. — Что? — Думаешь, я не замечаю твоих заинтересованных взглядов? Мне почти неловко, знаешь. На меня парни никогда так не смотрели. — Как? С ненавистью? — Внимательно. — Просто слежу, чтобы ты чего-нибудь не украл. — Ты за кого меня принимаешь? — в голосе Мии стало еще больше веселья. — Думаешь, я буду втираться в доверие к деткам богатых родителей, лишь бы потом обчистить их дома? Хотя, знаешь, если воровать по чуть-чуть, то они могут сразу и не заметить. Да и на вечеринке так много людей, сразу и не вычислишь вора. И эта... — Он изобразил руками девичью фигуру и большую грудь. — Блондинка... Алиса, что ли, не кажется очень умной. Алиса Хайба была хозяйкой вечеринки. Ее отец сотрудничал с компанией отца Сакусы и часто бывал в командировках, предоставляя детям слишком много свободы. Алиса была на несколько лет старше Сакусы, знали друг друга они довольно поверхностно. Ее мать он никогда не встречал, но, судя по всему, она была не японкой, иначе неоткуда было взяться зеленым глазам и очень светлым волосам. Притом брат был очень сильно похож на сестру, и в первую встречу Сакуса даже подумал, что они приемные. Алиса была очень веселой и чересчур активной, поэтому на вечеринках в ее доме Сакуса бывал чаще всего. Они не дружили, даже почти не общались, перекидываясь парой фраз, но пренебрежительное отношении Мии покоробило. — Не смей так говорить о хозяйке вечеринки. — Так это ее дом? — Мия присвистнул. Сакуса понимал, почему: хотя в доме было всего два этажа, он был довольно большим. Спроектированный каким-то модным европейским дизайнером, выделялся обилием стекла и камня на фоне японских домов. Впрочем, видно их здесь не было: до ближайших соседей нужно было еще добраться. — Вот с кем надо было встречаться. — Мия снова затянулся и щелчком отправил окурок на землю. — Ты вообще-то с моей подругой встречаешься, — раздраженно сказал Сакуса. — Сегодня — да. Завтра — кто знает, — улыбнулся Мия. Сакусе впервые в жизни захотелось ударить человека. — Если ты посмеешь ее обидеть... — Он вскочил с лавочки и навис над Мией. Тот не впечатлился. Откинулся на спинку, запрокидывая голову и глядя на Сакусу снизу вверх. — Ты вроде хотел, чтобы мы расстались. — Если ты ее обидишь... — То что? — снова перебил Мия. — Пожалуешься родителям? Богатенькие детки только это ведь и могут. — Я сам с тобой разберусь. Мия резко поднялся, Сакуса едва успел отшатнуться. От руки, схватившей его за подбородок, увернуться не получилось. — Буду ждать с нетерпением, конфетка. — Иди к черту, — выругался Сакуса, скидывая с себя руку и вытирая подбородок, будто убирая с него грязь. — С тобой — куда угодно, — хохотнул Мия, разворачиваясь и скрываясь в доме. Сакуса несколько секунд тупо смотрел ему вслед, потом снова опустился на лавочку, зажмуриваясь. Мия нравился ему все меньше и меньше. Не было никаких сомнений в том, что как только появится вариант побогаче, он тут же расстанется с Широфуку. Такой расклад Сакусу не устраивал: не хотелось, чтобы Мия остался в его мире. Он должен был вернуться в сервис и никогда больше не попадаться ему на глаза. Вот только как это сделать, Сакуса совершенно не знал. Он вернулся в дом: нужно было забрать Широфуку и ехать отсюда. Правила приличия диктовали необходимость попрощаться с хозяйкой, так что ее нужно было найти первой. Она была на кухне, насыпала в тарелки новые закуски и мило болтала с Мией. — Спасибо за вечеринку. — Сакуса вежливо поклонился. — Ты уже уезжаешь? — Мия с громким хрустом разгрыз чипсину. — И будь осторожна с ним, — добавил Сакуса, кивая на Мию и игнорируя его вопрос. — Мы уже обсудили, что ее привлекает опасность. Сакуса посмотрел на него с ненавистью. — Была рада увидеть тебя, Сакуса-кун, — ответила Алиса и улыбнулась. Находиться в одном помещении с Мией было невыносимо. Сакуса выдохнул, только когда они с Широфуку сели в машину. Пришлось ждать, пока она попрощается со всеми и, конечно, с Мией. Сакуса готовился и даже в тайне надеялся, что она застанет Мию целующимся с кем-то и эта вечеринка закончится расставанием, но она вернулась довольно счастливой. — В следующий раз я уйду с Ацуму, хорошо? — весело спросила она, пристегиваясь. — Тогда в следующий раз я не пойду, — ответил Сакуса, выруливая на подъездную дорожку. — Не будь букой, Киёми, — пропела она, тыкая его в бок. От нее совсем немного пахло алкоголем, глаза горели, и она явно хотела бы остаться. Сакуса же чувствовал себя невероятно уставшим. Любой, даже самый короткий разговор с Мией, его выматывал. Словно издеваясь, Мия появлялся везде, где был Сакуса. Начинало казаться, что с ним он встречается чаще чем с Ячи. Даже малодушно радовался, когда уходил с учебы один. Мать заметила, что с ним что-то происходит. — Ты стал каким-то нервным, — сказала она однажды за завтраком, к которому Сакуса едва прикоснулся. — Все хорошо, — ответил он. Не рассказывать же в самом деле, что происходит. Даже мысленно рассказ звучал крайне глупо и так по-детски. Мол, появился тут парень у Широфуку, бесит люто одним своим видом, хочу его побить, сплю не очень хорошо, потому что постоянно за все переживаю, а так все отлично, ма. Настолько отлично, что хочется пропустить день рождения лучшей подруги, просто потому что он будет там. Еще некстати вспомнились слова Мии, что богатые детишки только и могут жаловаться родителям. Так что Сакуса только ободряюще улыбнулся матери и старательно съел весь завтрак. Пропустить день рождения, он, конечно, не мог: припоминать всю жизнь будут. Да и Сакуса считал своим долгом поздравить, выпить стакан сока — за рулем же — и, извинившись, уехать, поэтому в назначенный день влез в костюм, забрал Ячи и поехал к Широфуку. Еле нашел свободное место и аккуратно припарковался. Ему не нравилось оставлять машину на улице, но выбора не было. Еще одна причина, почему Сакуса не очень любил ездить к Широфуку, особенно, когда точно знал: вся квартира была забита людьми. Он по-прежнему любил проводить время с ней, а вот с кучей незнакомцев — нет. А ее друзей он почти не запоминал: она общалась со многими, но чаще всего недолго, так что лица сменялись быстрее, чем Сакуса успевал запоминать имена и фамилии, поэтому бросил это гиблое дело. — Мы ненадолго, — Ячи улыбнулась ему ободряюще, легонько пожала предплечье и первая вышла из машины, расправляя юбку. Сакуса выбрался следом, забирая с заднего сиденья корзину с цветами — ее выбрала Ячи — и коробку с подарком — его тоже выбирала Ячи. Квартира Широфуку находилась на четвертом этаже, и даже через дверь были слышны голоса. Сакуса не удержался и поморщился. Не дружили бы с детства — он бы вообще не пришел, но, во-первых, они дружили, во-вторых, Широфуку всегда странно на него влияла: отказать ей было очень сложно, почти невозможно. Она открыла после первого же стука, будто только и ждала его появления. — Привет! — радостно воскликнула она и крепко обняла сперва Сакусу, а потом — не так крепко, а скорее осторожно — Ячи. Они знали друг друга, но не особо много общались, только иногда пересекаясь, но пригласила она обоих: Сакуса подозревал, что из вежливости. — И зачем ты так вырядился? Знаешь же, что у меня все по-простому, — тараторила Широфуку, забирая у Сакусы цветы, коробку и затягивая его в квартиру, едва дав времени снять туфли. Сакуса обернулся — Ячи шла за ними, неловко улыбаясь. У Широфуку и правда все по-простому: всего одна комната, которая была и гостиной, и спальней, и кухней. Совсем крохотный гарнитур: плитка на две конфорки, всего пара шкафов для посуды. Это не было проблемой, она почти не готовила. За неприметной дверью пряталась маленькая ванная. Еще в комнате стоял компьютерный стол и довольно большой шкаф, в котором, Сакуса знал, хранились два футона, хотя если расстелить оба, то в комнате почти не оставалось места. Он несколько раз оставался у нее, и был благодарен ее попыткам сохранить какое-то расстояние между их футонами. Он вообще за многое ей благодарен, поэтому сейчас вежливо раскланивался с гостями, успешно игнорируя странные взгляды и представляя себя и Ячи. — Ну, его ты знаешь, — сказала Широфуку, останавливаясь в дальнем углу — у окна, под которым стоял низкий стол с закусками и выпивкой. Мия развернулся, со стаканом, поднесенным к губам, но при виде Сакусы, его глаза удивленно расширились, он резко, закашлялся, вытирая рот и нос свободной рукой. Сакуса нахмурился. Выглядело довольно противно. Весь Мия выглядел довольно противно: даже ради дня рождения своей девушки не потрудился надеть что-то приличнее джинс и старой толстовки. Под ногтями была грязь, а пятно на шее вообще выбивало Сакусу из колеи. От Мии хотелось отодвинуться, желательно, в соседний город. — О, привет, — широко улыбнулся он. — Рад видеть. — Не могу ответить тем же, — сказал Сакуса, но Мие, как обычно, было плевать на враждебность в его адрес. — Не представишь своей спутнице? Даже “спутница” звучало от Мии как-то странно, будто он должен был использовать исключительно сленг из фильмов про плохих ребят. — Нет, — отрезал Сакуса. — Ячи Хитока, — представилась Ячи. — Приятно познакомиться, — Мия очаровательно улыбнулся и вежливо поклонился. Сакуса только фыркнул, а Ячи смутилась, немного неловко кланяясь в ответ. Он положил ей руку на плечо и притянул поближе. Ячи удивленно на него посмотрела: в принципе не было принято показывать эмоции на людях, а уж от Сакусы дождаться даже невинных объятий, если они были не наедине, было почти невозможно. Мия, конечно, не мог оставить без внимания этот жест. — Не переживай, я не собираюсь ее у тебя уводить. — Я и не… — Ты мне интереснее, — перебил Мия. — Что ты несешь? — не сдержался Сакуса. — У тебя дресс-код? — обратился Мия к Широфуку. — Да он почти всегда так одевается, — фыркнула она, подходя ближе. Мия, копируя движение Сакусы, приобнял ее за плечи, Широфуку прильнула к нему боком, довольно жмурясь. Мия наклонился к ней, и раздражающее пятно на его шее стало еще заметнее. Сакуса не совсем понимал, что не так. Ему с детства вбивали в голову, что для каждого события есть своя форма одежды. И дни рождения были сродни официальным приемам, на которых нужно выглядеть на все сто. Поэтому он выбрал черный костюм, черный же тонкий галстук и белую рубашку на запонках. И пусть все вокруг одеваются так, как хотят, и плюют на правила приличия, Сакуса будет одеваться так, как комфортно ему. Правда, в квартире, набитой людьми, в пиджаке было жарковато — досадное неудобство, — но это Сакуса переживет. Мия доставлял намного больше неудобств. — Ты будешь постоянно мозолить мне глаза? — спросил Сакуса. — Не мог же я пропустить день рождения своей малышки. Сакуса с трудом удержался, чтобы не скривиться. Все эти ласковые словечки раздражали его почти так же, как неопрятная одежда и это чертово пятно на шее. Широфуку, похоже, нравилось: она довольно улыбнулась и сильнее прижалась к Мие, как кошка, которая ищет ласки. Сакуса видел, как пальцы сжались на ее плече, и сам сильнее притянул к себе Ячи, будто Мия мог ей навредить одним своим существованием. Широфуку вот не выглядела так, будто ей отношения с Мией вредят. Сакуса даже попытался порадоваться за них, но не нашел в себе на это сил. Хотя выглядела Широфуку и правда счастливой и расслабленной. Старалась втянуть всех в разговор, только Ячи терялась, а Сакуса против воли отвечал грубо. Один Мия наслаждался: стакан в его руке никогда не пустел, и Широфуку подливать не забывал, кидал на Сакусу такие взгляды, что тот в конце концов не выдержал и спросил: — Что? — Костюм у тебя классный. Где такие продают? — Его на заказ шили. Ты столько не зарабатываешь. — Откуда ты знаешь, сколько я зарабатываю? — Я видел твой гараж, — фыркнул Сакуса, отпивая немного сока — в горле от духоты пересыхало. — Это мастерская! — возмутился Мия, хотя оскорбленным не выглядел. — И вообще, у меня даже порше ремонтируются. — Неужели я был не единственным? — А ты хочешь быть единственным? — Мия прищурился. — Твой парень такой требовательный, осторожнее с ним, — обратился он уже к Ячи, понижая голос и наклоняясь, оказываясь довольно близко и к Сакусе, который достал из кармана белоснежный платок и стер наконец с его шеи пятно. Мия выпрямился так резко, что Сакуса вздрогнул, только сейчас осознавая, что вообще сделал. В то мгновение это все казалось таким естественным, а сейчас Сакуса не знал, куда деваться от пристального взгляда и вопросительно изогнутых бровей. Казалось, во всей комнате стало тише. Сакуса думал долго, целую минуту, наверное, но не придумал ничего лучше, чем швырнуть платок Мие в лицо и резко зашагать к выходу. В себя пришел у машины и вообще не понял, почему так среагировал. Подумаешь, сам потянулся, подумаешь, вытер с кого-то грязь своим платком, подумаешь… В этом всем было намного меньше странного, чем в его побеге. При этом он бросил там Ячи и не попрощался с Широфуку. Отличное поведение. Он открыл дверь машины, решив просто позвонить Ячи, но снова закрыл ее и вернулся к подъезду. Повезло, что не пришлось идти до конца: Ячи встретила его на половине пути. — Я попрощалась с Широфуку от твоего имени, — сказала она, тепло улыбнувшись. Она никогда ничего не спрашивала, не упрекала за странное поведение, в принципе не интересовалась, не пыталась выяснить, что творится в голове у Сакусы. За это он ее ценил. Кто-то мог бы посчитать это равнодушием, но Сакусу все устраивало: он очень не любил, когда кто-то пытался залезть к нему в душу или просил объясниться. Хотя все-таки немного стыдно было. Он открыл Ячи подъездную дверь, а потом и машину, помогая сесть. Обычно после совместных вечеров где-то они ехали к кому-то из них, но сейчас Ячи попросила отвезти ее домой. Сакуса был не против, он все равно был не в настроении. Уже вернувшись к себе и поднявшись в комнату, достал телефон. Было несколько сообщений от Широфуку — она грозилась устроить ему трепку в понедельник за побег. Потом благодарила его за то, что вообще приехал, но трепку все равно он заслужил. Сакуса фыркнул, оставляя ее сообщения без ответа. Еще несколько были с незнакомого номера, но несложно было угадать отправителя. Судя по времени, Мия написал сразу же, как Сакуса сбежал. “что это было?” “вызов на дуэль?” “я принимаю, выбирай оружие” Пока Сакуса выразительно закатывал глаза, хотя этого никто не видел и не мог оценить, пришло еще одно. “так что, когда стреляться будем” “На дуэль вызывают перчаткой”, — написал Сакуса и через минуту добавил: “Придурок” — и убрал телефон на тумбочку. Снова взял его в руки только после душа и переодевания в пижаму. Судя по времени, а еще даже не было одиннадцати, праздник должен быть в самом разгаре. Сакуса никогда не устраивал из своего дня рождения какое-то событие — в их семье так не было принято. Широфуку же только повод нужен был, чтобы затусить на всю ночь. Хотя иногда она и без повода обходилась. Сакуса забрался в кровать, но сон не шел. Он все еще думал о Мие и о том, как потянулся к нему. Не понимал, почему это показалось так естественно. Еще не понимал, почему думает о Мии даже тогда, когда его нет рядом. Все это начинало порядком надоедать. Ничего необычного не произошло, убеждал он себя. Он думает о Мие только потому, что они пересекаются, а как только перестанут, все будет по-прежнему, будто Мия и не появлялся в их жизнях. Сакуса так много думал об их расставании, что это становилось навязчивой идеей. Сакуса открыл инстаграм и на первой же публикации в ленте увидел Широфуку с Мией. Он уже не в первый раз заходил в его профиль непонятно зачем, но в этот раз не вышел сразу, а начал листать ленту. Фоток Мия выкладывал по меркам Сакусы очень много. Большая часть — из его сервиса, и да, порше Сакусы был у него не единственным. На других — селфи разной степени раздетости. Так Сакуса узнал, что татуировки у Мии не только на руках, но и на груди, и что он качается, ну или бегает в зал сфоткаться, но судя по телу — фотками в зале дело не заканчивается. Еще так Сакуса узнал, что почему-то тело Мии ему определенно нравится. Не Мии, поправил он себя мысленно, просто фигура красивая. Понятно, почему девушкам он нравится. Сакуса порой казался себе слишком жилистым и худым — он больше любил кардио, поэтому выдающимися мышцами не обзавелся. Мия же явно предпочитал утреннему бегу упражнения с весом. Сакуса поймал себя на том, что слишком долго смотрит на фото, сделанное в зеркало: на нем Мия был в одних спортивных штанах, сидящих неприлично низко на бедрах. Сакуса тряхнул головой и пролистнул ленту дальше. Никаких девушек, друзей или родственников, только он сам, машины и его мотоцикл. Какое самолюбование. Он все-таки ответил Широфуку: извинился, попросил быть осторожнее и пожелал хороших снов. Она ничего не написала. Сакуса снова отложил телефон на тумбочку, приготовившись заснуть, но потом открыл инстаграм и пролистал профиль Мии до самого конца, даже не пытаясь придумать какое-то оправдание. Публикаций, на которых он был отмечен, было едва ли не больше, чем постов в самом профиле. И фото с девушками здесь было, кажется, больше, чем его же селфи. Многие из них опубликованы тогда, когда они уже сошлись с Широфуку. И ее это устраивает? Так подумать, ничего криминального на фотографиях не было, никаких поцелуев или чего-то такого, но переобнимался он едва ли не с четвертью Токио. Сакуса не сомневался, что этим дело не обходилось. Он листал фотографии, чувствуя, как злится все сильнее и сильнее. Нужно будет поговорить с Широфуку. Уже в самом конце, когда Сакуса готов был убрать телефон и провалиться в сон, он нашел нечто необычное. На первый взгляд показалось, что на фото два Ацуму. Сакуса даже проморгался, потом увеличивая фотографию и рассматривая ее внимательнее. У Ацуму и на ней пробор был слева, волосы были обесцвечены, но в мерзкий желтый цвет. У второго же парня на фото пробор был с другой стороны, а волосы — намного темнее. Других различий не было. У человека, который выложил это фото, больше публикаций с ними не было, и Сакуса не понял их отношений. Второй отметки не было, так что найти профиль брата-близнеца Ацуму Сакуса не мог. Да и не хотел. Хуже одного Мии может быть только два Мии, подумал Сакуса. Он не знал, как справиться с первым, и просто надеялся, что второй не появится в его жизни.