Ты обещал, Николай Гоголь.

– Мое существование никогда не было обосновано. Я и сам не знаю, как появился на свет. Из книги или как любой смертный человек? А я вовсе человек..? Если же я появился из книги, то мое существование вряд ли можно обосновать. Я простая кукла? Я человек? Кто я? – проговаривал Сигма дрожащим голосом. Ему было страшно даже думать о том, что у него нет ничего. Его дом – это казино. Но него нет настоящего дома, семьи. У него нет ничего, что могло бы сделать его счастливым. — Ты такой же, как и все смертные, Сигма, – проговаривает Достоевский, успокаивая того, — ты дышишь, разговариваешь, видишь. У тебя что-то может болеть, но самое главное, что ты чувствуешь внутренние переживания. Тревогу и душевную боль. Сигма вздрогнул. Он не знал, что Достоевский находится рядом с ним. — Я- ЧТО-…Фёдор Достоевский…? Вы..- — И НЕ ТОЛЬКО ОН, ХАХАХА, – врывается Гоголь, чуть ли не ломая дверь своими ногами. Смех слышится везде, какие-то рваные и непонятные предложения. Сразу понятно, что рядом великий Николай, который прославился своим бредовым поведением. — Сигма, ну и чушь! Дышишь – значит человек! Что здесь ещё говорить-то, – присаживается клоун за столик рядом с Сигмой, — Ну что? Хороший сюрприз мы с Фёдором сделали тебе? Ммм? – взглянул тот на Достоевского, который был спокоен даже при таком шуме. Гоголь явно ждал улыбки на лице, ведь именно из-за него он так ярко ворвался. Гоголь старался для него. Все это он устраивал ему. Николай приходил к нему ночами и рассказывал анекдоты, из-за чего его хотели выгонять, но он был настырными; он часто делал какие-то оригами и писал записки демону–Федору; да и в целом он пытался его развеселить, ведь..он любил его. Он был чем-то родным, даже больше. Когда Гоголь находился рядом с ним, то, порой, его сердце бешено колотилось. — Гоголь, веди себя нормально, не ори. Зачем вы сюда вообще пришли? – полюбовался Сигма. Ему стало стыдно за то, что он говорил это в слух. На глазах чуть ли не образовались слёзы, чертовские слёзы стыда. — Нас ищут. После этих слов настала долгая пауза. Ни Сигма, ни Гоголь об этом не знали, только Достоевский. Стало не по себе, ведь интонация Федора резко изменилась. — Дос-кун? — Федор Достоевский? Вместе произнесли преступники. — Дазай Осаму. Участник детективного агенства, бывший мафиози. Они ищут нас, чтобы предотвратить опасность Йокогаме. Им известна цель. Нам надо спешить. — …Дос-кун, что это значит? Неужели ты солгал.., – тихо произнёс Николай. Его таким совсем редко увидишь. Он чем-то разочарован, но обеспокоен. Ему страшно? За кого? За Федора. Он понял, что если детективное агенство пойдёт на поиски, то его любви долго не продержаться. Хотя от Достоевского все можно ожидать. — У нас нет времени на какие-то вопросы. Любо сейчас, либо никогда.