Неизвестная причина

Окровавленное запястье накрыл жар, а потом моментально нахлынул холод. Все тело покрыла сильная дрожь, и правую ладонь с ножом в руке сводила жёсткая судорога. Смотря на это все разум мутнел, ноги подкашивались и в глазах темнело. Из продолжительной раны сочилась алая кровь и капала на кафельный пол ванны. Лицо искажала болезненная гримаса, а из глаз текли слёзы. Ноги стали ватными и, не выдержав, упал на колени. На заношенных синих джинсах моментально отпечатались кровавые следы. Сил не осталось, и нож из ладони повалился на пол. Взгляд в ужасе смотрел куда-то вперёд. Уши заложило. Он вот-вот потеряет сознание. Скрип двери. — Еб твою мать, Нил! Знакомый голос он услышал даже сквозь шум, стоящий в ушах. Крепкие руки схватили парня за плечи и ошарашенный взгляд ореховых глаз рассматривал происходящее. — Ты совсем ебнутый? Твою ж… Дальше ничего. В ушах стихло, тяжёлые веки закрыли глаза и Нил потерял сознание.

***

— Нил! Нил! Нил! Голос звучал откуда-то издалека. Джостен начал чувствовать удары по лицу. Веки, нехотя, начали подниматься. Первые три секунды перед глазами были две размазанные макушки; через четыре секунды Нил увидел Эндрю и Ники. — Нил! Неужели! Ты как? Нил пытался понять где он находится, кто ещё здесь с ним, знает ли об этом тренер. Как только он вновь научился дышать и обрёл дар речи, изо всех сил попытался подняться на локти, но безрезультатно, спросил: — Что случилось? — хрипло, едва ли слышно. — Эндрю тебя нашёл в ванной с порезанными венами. — Скорее спокойно, нежели обеспокоено, сказал Ники. — Жить надоело? Какого хрена, Нил? Джостен поднял левую руку; она была от ладони до локтя забинтована, а через белый бинт просвечивала впитавшаяся кровь. Через секунду, резко повернув голову, начал осматривать комнату на наличие остальных лисов. Никого. Он развернул голову в сторону кузенов и, переведя взгляд с Ники на Эндрю, произнёс: — Оставь меня с Эндрю. — Вновь взглянув на Ники, попросил тот. Ники, предостерегающе взглянул на близнеца, одобрительно кивнул и вышел. Нил, посмотрев на Миньярда, встретился с ним взглядом. Лицо кузена пылало злостью. — Ты придурок. — Сказал Эндрю. — Зачем? — Честно? Не знаю. Миньярд усмехнулся. — Не знаешь? То есть, ты готов был убить самого себя по неизвестной тебе причине? Угараешь? И вправду: умереть просто так. Нил реально придурок. Джостен еле как принял сидячее положение и стал ещё ближе к Эндрю. Казалось, они смотрели друг другу в глаза вечность, лишь бы узнать ответы на все терзающие их вопросы. Миньярд взял Нила за подбородок и промолвил: — А я то думал, что я отпизженный. — И поцеловал. Наверно, сейчас поцелуй с Эндрю — лучшее успокоительное для Джостена. Что же может быть лучше, чем целовать своего парня после неудачного суицида?