Игра на выживание

Пик ходил по знакомым тропам, ему казалось, что он уже видал их по несколько раз. Ходил и даже не надеялся на что-либо. Уже просто искал место, где Зонтик мог бы застрять и погибнуть. Он остановился у толщеного ствола могучего дерева, чтоб перевести дух и понять, куда идти дальше. Вдруг услышал какой-то непонятный звук. Он оглянулся и прислушался. Но звук и не хотел повторяться. «Мх, показалось», — разочаровался Пик, только не тут-то было. Звук, похожий на сиплый кашель, повторился. — Зонтик, это ты? — громко спросил Пик. На что получил подтверждающий ответ. — Да, — голос был тихим, где-то издалека, но старался быть громче двух предыдущих. — Где ты? — Пик сосредоточился на том, откуда идёт голос. — Я здесь… в яме, — после послышался приглушённый сухой кашель. — Ага, понял. Пик прошёл несколько шагов и очутился рядом с ущельем, который несколько раз обходил стороной. Даже непонятно, как Зонтик туда провалился, но его надо было срочно вытащить оттуда. — Зонт, ты же слышишь меня? У тебя есть что-то, чем издавать звук помимо голоса? — Нет… — Вообще нет? — Не уверен… — Так, ладно, я буду спрашивать, и твоя задача отвечать только нет, если не согласен. Если всё хорошо, просто молчишь, понятно? Зонтик промолчал. — Ага, понял, хорошо. Меня видишь? — Нет… — А вокруг себя? — Немного… — А помимо голоса есть травмы? Зонтик промолчал, а Пик нахмурился. — Не паникуй. Я спущу к тебе верёвку и обмотаешь вокруг себя. При этом старайся сам вылезать, т.к. верёвка не факт, что рассчитана на весь твой вес. Когда примешь верёвку дёрни два раза, а когда будешь готов — три. Пик спустил верёвку и стал медленно ею водить в стороны, пока она заметно не дёрнулась дважды и чуть натянулась. Потом она перестала дергаться и Пик напрягся. — Зонт, что там у тебя? — А если она оборвётся? — Вроде не должна, — заверил Пик, лишь бы не нагонять страх. — Мне страшно… — Мне тоже, что делать? Могу вообще не вытаскивать, но так ещё хуже. — А есть ещё что-то? Покрепче? — после этих слов Зонтик снова закашлялся, но только дольше и так, словно задыхался. И резко затих. Пик прислушивался к тишине, но Зонтик молчал. — Зонт? — Я тут… — Давай так, я поищу замену верёвки, а ты особо не двигайся там, ладно? — Пик недалеко ушёл, а потом очень скоро вернулся со скользкой лианой в руках. — Держи, крепко держи и не отпускай, слышишь? А я сейчас тебя к себе привяжу. Пик завязал на поясе верёвку, к которой был привязан Зонтик, и взялся за лиану. — Готов? — спросил Пик и через пару секунд стал тянуть стебель лианы на себя, постепенно подтягивая и верёвку. Когда он увидел руки Зонтика, подскочил к нему и схватился за руки, вытаскивая друга из ущелья. — Ай-ай, Пик, не так быстро… — просипел Зонтик. Когда валет треф был высвобожден из тёмного ущелья, он тут же крепко обнял своего спасителя. И тут даже не очень понятно, от того, что он рад встрече или потому что держаться на ногах не мог. Точнее на одной ноге. Пик это заметил, поэтому попросил показать ногу. Очевидных переломов не было видно, но в районе лодыжки было сильное посинение. Ну и по всему телу было несколько ссадин. Пик отвязал верёвку от себя и Зонтика, сложил её в рюкзак, который повесил на грудь, а сам к Зонтику подсел спиной. — Садись. Зонтик сел на Пика, обхватив шею руками, Пик подхватил Зонтика за ноги и с приглушённым вздохом встал. Идти обратно было тяжелее, Пик то и дело бурчал что-то под нос, а Зонтик несколько раз выдавил хриплое «извини». Но Пик не обижался, точнее как… Он обижался только когда потерял Зонтика, а как нашёл его, так только вспоминал эту обиду, она же уже позади. Когда ребята прибыли обратно, Зонтика усадили на лежанку, а Пик присел передохнуть. Сидели бок о бок, касаясь друг друга спинами. Зонтик обхватил колени, не тревожа травмированную лодыжку. — Надеюсь, кроме горла и ноги у тебя всё остальное функционирует, — спросил Пик, чуть поворачивая голову в его сторону. Зонтик кивнул. Пик также заметил, что Зонтик весь дрожит, а сам он прохладный и бледный, губы синие, руки холодные. — Так, сейчас согреем тебя. Никуда не уползай! — строго наказал Пик и встал со своего места, отошёл недалеко, забрал что-то, а затем вернулся и встал напротив Зонтика, сняв с себя верх, оголяя спину и грудь. Зонтик не сразу понял, для чего был этот жест. — На, держи. Пик дал Зонтику пантерью шкуру и даже свою сухую майку, в обмен на его сырую. Да, этого было будто бы мало, но здесь достаточно, потому что климат здесь довольно тёплый и временами жаркий, но только не в этот период. Да и ветер с моря всегда был прохладный. — А как же ты? — Зонтик внимательно смотрел на Пика. — А если ты тоже простудишься? Заболеешь и умрёшь? Ты о себе поду… — но Зонтик закашлялся от напряжения связок. — Перебьюсь. А ты лучше бы не возмущался, охрипнешь до безголосья — сам виноват будешь. Когда же Пик укутал Зонтика во что мог и повесил сушиться сырое тряпьё, он задумался, как согреть промёрзшего друга изнутри, пока он не заболел ещё чем посложнее и болезнь не успела развиться до точки невозврата. Но еды ещё со вчера не было, Пик был так озабочен поиском Зонтика, что совершенно потерял весь свой аппетит и чувство голода, поэтому и не задумывался особо над поиском пропитания на будущее. А ведь рыбу-то теперь фиг поймают. Но вдруг он вспомнил про последнюю пачечку быстро кипятящейся лапши и прильнул к костру, чтобы разогреть как можно скорее воду и заварить не только чай без листьев, но и что-то более съестное. Поставил кастрюльку с речной водой на огонь и стал рыться в рюкзаке в поиске той самой лапши, но к его удивлению нашёл ещё и завядшую мяту. — О, Зонт, ликуй, тебе повезло, и ты будешь пить не чистый кипяток, а мятный отвар. Пик высыпал всю мяту на чистый пальмовый лист, использовавшийся для кухонного орудования и положил на камень сушиться. Дальше, когда наконец вода вскипятилась, Пик снял импровизированную кастрюльку и залил часть кипятка в миску с лапшой и в кружку, куда засыпал несколько листьев мяты. И всё это он подал Зонтику в руки. — А как же ты? — Переживу, — всё так же отмазался Пик. Зонтик посмотрел на Пика, как на глупого ребёнка. — А если нет? — Зонтик, тебе это нужнее, не пререкайся. Зонтику ничего не оставалось, как принять миску с лапшой и молча её есть, но в первую очередь — пить горячий бульон. Он сидел и грелся у огня, ел и набирался сил после долгого проведения в узком ущелье, откуда сам выбраться не мог. Пик просто сидел и глядел на огонь. В мыслях было много чего. Но Зонтик через некоторое время пихнул осторожно Пика локтём и протянул ему далеко не самую пустую миску. — Зонт… — буркнул Пик, но в сердце был благодарен, что Зонтик поделился даже самым последним, что имел при себе. И Пик тут уж отвертеться от такого подарка не мог, был он приятным и как раз кстати. Он даже слюнки сглотнул, так их набралось во рту от запаха, а потом приступил к еде. — Я просто подумал, что ты, наверное, тоже голодный, поэтому решил оставить тебе немного… — оправдывался Зонтик сиплым голосом. — Да я понял. Ты чай пей, а не болтай лишнее. — Я уже выпил… — Значит второй раз, — Пик налил в кружку ещё кипятка. Пресный довольно чай выходит, но никто не жаловался. Зонтик смотрел на действия Пика и удивительным образом был рад, что они попали сюда. Никогда бы сам не догадался, что Пик настолько может быть кем-либо озабочен, что забывал или нарочно игнорировал свои собственные потребности. Нет, он видел иногда и раньше попытки Пика заботиться о нём, да в пример возьмём всю ту же простуду, но Зонтик не наблюдал в нём нервности и страха, что может не успеть. — Чего так смотришь на меня? — Да н-ничего, задумался просто, — Зонтику пришлось отвернуть свой взгляд. И почему-то именно в этот момент он залился краской. Пик это заметил и задумался, а с чего вдруг Зонтик так засмотрелся, а затем ему стало столь неловко. Много мыслей всплыло, о которых лучше и не стоило догадываться, но Пик осёк себя на них, от того, что это полный бред и вряд ли бы Зонтику пришло такое в голову. «Придурок», — про себя подумал Пик, но вскоре успокоился и даже сумел забыть это недоразумение. Пока Зонтик не подсел к нему боком и не попытался положить свою голову ему на плечо. — Даже не думай, — прорычал вдруг Пик, что выдало его бурную мозговую деятельность. — Извини… — Зонтик отсел обратно и то ли погрустнел, то ли испугался резкого рычания Пика. С минуты Пик посмотрел на него и вздохнул тяжко. — Эх, ладно, иди сюда. Зонтик ещё раз робко оказался рядом с Пиком, а Пик по-дружески приобнял его за плечи. Зонтик обнял ноги, которые пекло немного от жара костра, но часть, что была в тени, сильно мёрзла. А майка всё ещё сырая. Зонтик смотрел на языки пламени, как и Пик, согреваясь от костра. В этом огне он разглядел танец аборигенов племени Солнца; они кружили между собой, плясали, призывали и излучали энергию тепла. Они очень необычно завораживали и навевали приятные, уютные мысли и заставляли задуматься о вечном, как это делают Данте и Габриэль. Только через некоторое время Зонтик устало положил голову на плечо друга и заметил, что Пик уже дремлет, положив голову на колени, упиравшись в руки. Зонтик сочувственно улыбнулся. «Наверное, так утомился, пока меня искал», — подумал Зонтик, а затем разбудил Пика. — Иди спать, ты заслужил хороший отдых, — Зонтик мягко улыбнулся ему, когда тот разлепил сонные глаза. — М? Мгм, — Пик перебрался на лежанку, не сказав ничего при этом, и продолжил спать. А Зонтик продолжил сидеть ещё некоторое время и слушать колыбельную моря. Когда его майка высохла, а костёр почти догорел, он забрал тёплую майку, ушёл к лежанке, накрыл тканью Пика и лёг рядом. И ничто так хорошо не грело, как радость, что они снова вместе. Зонтику иногда кажется, что он слишком навязчив с Пиком, поэтому старается наоборот быть как можно тихим и скромным в общении, а Пик говорит, что Зонтик ведёт себя слишком холодно, но продолжает общение. Но может не так уж ему холодно с Зонтиком? И Пик также никогда не жаловался, когда Зонтик рассказывал что-то про своё хобби — рисование — с большой увлечённостью, отчего Зонтик иногда даже смущался, что его выслушивают. В то же время Пик проявляет меньше агрессии именно с ним, ни с кем больше, а ещё учится сопереживать хоть кому-то. Выходит плохо, но Зонтик замечает его старания. Все эти мысли так усыпляли, что Зонтик и сам не понял, когда начал воспринимать сон реальностью.