Love songs

Как же все банально. И глупо. Эта мысль пульсирует в голове Лисы каждый раз, когда она думает о Дженни. Джен-ни. Всю свою жизнь она жила, тая в памяти и сердце имя лучшей подруги. Подруги, которая, к слову, гетеросексуальна. Нет, сама Лиса не лесбиянка. Она встречалась с парнем, симпатичным, очень милым, но увы, слишком робким, и отношения их дальше поцелуев и интимных поглаживаний не зашли. Ей нравятся парни, и этот миловидный мальчик не был исключением. Но и девушки ей тоже нравятся. Горячие, сладкие, умные, добрые… Разные. Да и немудрено, ведь всю свою подростковую жизнь она была влюблена в девчонку, что шутливо хватала её за палец и делала вид, что прикусывает его, с очаровательной хитрой усмешкой. Делала вид, а кожа все равно горела. Она была влюблена в ту, что всегда дарила покой и надежду. Но сама не замечала, что творится на душе у Лисы. Ничего не замечала. Не замечала боль и злобу, когда Лиса видела её, флиртующую с каким-то парнем, который притащил гитару, обещая сымпровизировать и спеть какую-нибудь глупую слащавую песенку и для неё; не замечала её угрюмую реакцию на чирикающее «Оппа такой душка» и то, как её начинают избегать и уничтожать себя за чувства, которые нельзя испытывать. Ни в коем случае. Сама Лиса, кстати, ничем не отличается от всех этих напыщенных певцов, хранит дешевенькие тексты в зашифрованной папке на компьютере и тихо шепчет слова любви, которые так ёмко попадают в музыку сладко-ванильной пакости под названием чувства. Пухлые розовощекие купидоны на открытках в честь дня святого Валентина скалятся и смотрят на неё насмешливо, дразнят своими ядовитыми стрелами. Кто придумал эту дешёвую любовь, думает Лиса и тихонечко вздыхает. Кто-то, кому повезло больше, чем ей. *** Список любовных переживаний Лисы совсем невелик. Первый: Джису-онни, серьёзная девушка, похожая на холодную рыбу, как поговаривали тупые качки, которым «занудная нуна» не дала, лучшая в математике и точных науках, и, если снова верить слухам в школе, либо фригидная, либо лесбиянка. Джису подтягивала её по математике, поэтому Лиса сразу поняла, что слухи глупы и необоснованны. Онни не интересовали девушки, да и парни тоже. Ее интересовала учёба, карьера, она мнила себя будущим светилом науки и была слишком умна, чтобы тратить себя на потных и наглых парней. Лиса все-таки умудрилась влюбиться на некоторое время: покупала цветы, сладости, таскала еду из ближайшей кафешки и выслушивала чужие вздохи о том, что очень хочется пельменей (они принципиально не покупались). Как только занятия сошли на нет, только зарождающаяся дружба тоже испарилась, растаяла, словно пенящееся облако. Джису снова ушла с головой в учёбу. Лиса легонечко вздыхала, обнималась с Дженни, которая утешала тем, что она ещё найдёт себе достойного парня или девушку и все забудет. Дженни не понимала. Лиса только подумала, что может забыть о чувствах и начать влюбляться в других людей, как вдруг такое. Влюблённость в Джису не смогла вытеснить другие, яркие воспоминания. Следующей в списке была Пак Чеен. Та была кокетливой, веселой и заводной, душой любой компании, разделяла её любовь к музыке, ненавидела исполнителей, которых Лиса слушала (в частности Chase Atlantic, что было весьма забавно, если брать в расчёт австралийские корни Чеен), но при этом в её облике было что-то романтичное и ностальгическое. Черт, Лиса чувствовала, что может влюбиться. Прям до дрожи в коленях и колящей боли в груди. Бабочки сдохли, осталось напряжение — ответит ли очередной объект любви взаимностью? Парень Чеен ясно дал понять, что ага, держи карман шире. Лиса снова упала духом. Но на этот раз ненадолго. — Ой, друг Ендже хочет поближе познакомиться с тобой, ты не против? — как — то спросила её Чеен, и Лиса согласилась. От безысходности. Тэен был хорошим парнем, симпатичным, привлекательным… Но номером три стать ему было не суждено. Она не смогла влюбиться в него, а он, как и она, хотел в очередной влюблённости забыть кого-то очень дорогого для себя, поэтому и не смогли зайти слишком далеко. Остались друзьями, но было очень неловко, поэтому пересекались только через общих друзей, то есть Чеен и её бойфренда Ендже. Номером три стала Чон Соен, очень привлекательная и горячая блондинка, с которой Чеен познакомилась на каком-то музыкальном фестивале. Она тоже обожала музыкальный мир и грезила о звёздной индустрии. Стили у них с Лисой совпадали: яркость, энергия, некоторая вычурность, но без видимой агрессивности, скорее капелька очаровательной дерзкости. На этом Соен и играла. — Мне нужна твоя страстность, энергия, — повторяла она каждый раз, когда Лиса вновь показывала свои таланты (вместе с написанными текстами). — Слишком сопливо и ванильно, а это к тебе совсем не относится. Лучше бы ты представляла себя рэпером андеграундной тусовки, чем тратила время на глупости, — в этот момент Соен поджимала губы, но глаза её смеялись. Позже она говорила: — Никогда, никогда не позволяй уничтожать то, что тебе дорого. Даже тем, кто желает тебе добра. И помни, что лучше слушать себя, чем какого-то долбоеба, который будет завидовать тебе и макать в грязь. Так что пусть все мои придирки послужат тебе хорошим уроком. Лиса кивала, вслушивалась в каждое слово и верила, как себе. Хоть и не стоило. «Черт, я снова влюбилась», — Манобан робко улыбнулась, схватила себя за щеки, чувствуя, что они словно горят огнём, но тут вспомнила. Дженни. Она обещала звонить Дженни. Каждый день. Несмотря ни на что. *** Лиса следует совету Дженни сказать Соен правду, но следует своеобразно. Пробует поцеловать. Соен отстраняется в последний момент, брезгливо морщится и трёт переносицу пальцами. — Я не понимаю… С чего ты взяла, что если я проявляю участие, то все обязательно сводится к влюблённости? Ты талантлива, искренна, и мне это в тебе нравится, но напридумывала себе там что-то… Соен — её благодетель, продюсер, спонсор. Она не чувствует того же, что и Лиса. Не чувствует. И это ранит. «Но ведь ты сама влюблена в другую. Соен по крайней мере честна с тобой. Ты не до конца излечилась, и она это понимает.» Излечилась. Будто чувства к Дженни сродни болезни. Но ведь правда же. *** Дженни обнимает. Обнимает, словно чувствует всю её боль и отчаяние и хочет забрать себе. Навсегда. Окончательно. Бесповоротно. «Ты прекрасна. Не отчаивайся», — и этот шёпот вновь заставляет Лису чувствовать себя любимой и желанной. — Онни… Помнишь, ты мне предлагала потренироваться в поцелуях? — Помню. Так смехотворно, — смеётся Дженни. Лисе не до смеха. — Давай попробуем. Дженни моргает пару секунд. — О. Лиса наклоняется к ней. Мягко прикасается пальцами к щеке, касается её губами, а потом медленно продвигается к чужим устам. Дженни сидит молча. Её губы сладкие, мягкие, но она сама словно бы застыла. Только когда Лиса надумала отстраниться, она решила ответить, обвивая её лицо ладонями. Тепло. Жарко. Обжигающе. «Не позволяй разрушить то, что тебе дорого», — слова Соен жгут похлеще губ Дженни, и Лиса даёт себе миллион обещаний не забывать и хранить эти мгновения до последнего вздоха. Завтра Дженни увлечется очередным парнем, а Лиса снова попробует влюбиться, чтобы больше Дженни не проникала к ней под кожу, потому что так нечестно. Но это все будет завтра. А сегодня они насладятся друг другом.