Ты не уйдёшь?

Каина мучил тревожный сон, который был настолько реальным, что смотритель будто проживал определённый отрезок времени в нем. Ему снилось, что Харриет вдруг призналась, что не может простить ему тот поцелуй с Меган, ее постоянно терзают сомнения в его верности. — Не могу так больше… Это недоверие меня изматывает. Нам нужно развестись… Сложно передать боль и отчаяние, которые испытал смотритель. Его уютный, привычный мир рухнул, ведь он был полностью сфокусирован на жене, Каин был настолько к ней привязан, что теперь ему казалось, что его сердце вынули, а в груди осталась кричащая пустота… Он умолял Харриет подумать, не принимать поспешного решения, но она попросила его уйти… И во сне, Каин точно это видел — возле Харриет появился какой-то мужчина. Кто конкретно, Каин не мог понять, но ревность терзала его сердце. Он пытался поговорить с женой. — У тебя кто-то есть? Она не хотела отвечать, отводила взгляд в сторону. — Но ты же любишь только меня! Я это чувствую! Ты…ты не спала с ним? Харриет как-то странно смотрела и молчала… Каин проснулся, резко сел на кровати, не соображая — это сон или действительно правда? Он глубоко дышал, чтобы успокоить мысли, оглянулся по сторонам — все в порядке, это их спальня, Харриет спит рядом. Каин лег на спину и задумался — почему, почему ему приснилось такое? Это просто его глубинный страх? А если это мысли Харриет, ведь она могла действительно не простить его слабость, что, если она думает о разводе? «А я это почувствовал? Может, у нее появился какой то поклонник, и она хочет уйти… Черт! Это пронзает мне мозг! Я не могу дышать нормально!» Вне себя от волнения он начал тормошить спящую жену. — Харриет! Проснись скорее! Девушка застонала. — Ты в своём уме… У меня так вечером болела голова… У тебя совесть есть… — Посмотри на меня! Это очень важно! — Господи, ну что ты хочешь? Она была сонная и злая, вечером у нее понизилось давление, и она специально пораньше легла спать. — Скажи, — глаза смотрителя блестели в темноте как два алмаза. — Ты не думала… Не собиралась уйти от меня? К другому? — Что? Это шутка? Ради этого ты меня разбудил?! — Это крайне важно! Не думала? — Нет! Но если ты не оставишь меня в покое, то обязательно уйду! Дай мне поспать! — Она сердито отвернулась и замоталась с головой в одеяло. Но Каин был счастлив — она так естественно злилась, значит, действительно у нее никого нет, Харриет не смогла бы это скрыть. Он тихонько придвинулся к жене и стал гладить через одеяло. — Прости, маленькая, я больше не буду тебе мешать. Харриет хотела что-то ответить, но сон вновь овладел ее сознанием. Она только чувствовала, как смотритель положил на нее свою сильную руку. Утром она проснулась отдохнувшей, без следов головной боли. Потянулась и села в кровати, и тут вспомнила про странный вопрос мужа ночью. Что это было? Она собиралась встать и пойти на кухню, но тут послышались шаги, и смотритель заглянул в комнату. — Проснулась? А то я не решался тебя будить… — он виновато улыбнулся. — Иди сюда, — Харриет сделала знак рукой. Он тут же поспешил оказаться рядом с ней на кровати. — Почему ты меня будил и спрашивал что-то странное? Про развод, кажется, и нет ли у меня другого мужчины? Ты выглядел таким напуганным… Каин помолчал, а затем ответил. — Это из-за моего сна, ты же знаешь, какие они у меня бывают реалистичные, я сам в них теряюсь. Ты подала на развод, ты была такая отстраненная, не могла меня простить… И возле тебя был кто-то, какой-то мужчина… Я мучился от мысли, что потерял тебя, и твое тело… принадлежит другому… — Ты так расстроился? Из-за сна? — А вдруг это были твои мысли… — смотритель выглядел растерянно и беспомощно. — Ах ты, солнышко. Иди ко мне, — мягко произнесла девушка, и Каин уткнулся в ее грудь, это всегда помогало ему справиться с волнением. — Что ты такое надумал! Ты мой любимый, родной мужчина, мой дорогой муж, — она целовала его в голову, гладила по спине, плечам. — Правда? И ты не думала о разводе? — Представь себе, никогда, я слишком тебя люблю и никогда не изменю. — Я тоже, роза, клянусь! А ты веришь мне после того случая с Меган? — Верю, я с самого начала понимала, что ты можешь попасться в ее сети… С твоим темпераментом… Но я хочу верить тебе… — Моя единственная, любимая, — мужчина начал целовать ее шею, сначала нежно, а затем, увлёкшись, стал кусать. — Опять кусаешься? Мучитель, вампир, — смеялась Харриет. — Да, хочу тебя съесть, растерзать, — он повалил ее на спину, скользнул руками, и одним движением снял халатик, завёл ее руки за голову. — Я один у тебя, поклянись! — Один, я не выдержу еще кого-то, ты меня выматываешь, — Харриет уже стонала и выгибалась, его красивые, требовательные губы ласкали ее грудь, приникая к соскам, забирая глубоко в рот, а когда Каин начинал сосать, Харриет выгибалась, вернее, хотела это сделать, но смотритель прижал ее всем весом, и она буквально извивалась под ним от возбуждения. Он был и ласков, и настойчив, он с силой сжимал запястья Харриет, жаркое дыхание обжигало ей кожу. — Моя, моя… — повторял он. От чувства близости ее тела, ее затвердевших сосков, по его телу расходились волны экстаза. Харриет почувствовал его твёрдый, жаждущий член между ног, но он не спешил входить, а дразнил ее возле самого входа, слегка надавливая. Она не выдержала. — Возьми меня, умоляю! — Моя девочка хочет? — хрипло спросил он. — Да, скорее, прошу… Он проник в нее, сильно, властно, наполняя собой, практически упираясь, но стараясь не причинить боли. — Ты моя, навсегда… Ты никогда не будешь спать с другим мужчиной, никогда! — он быстро задвигался, Харриет было тяжело дышать, но ей нравилась эта тяжесть его мужского тела, она обхватила его ногами, подаваясь вперед, двигаясь в унисон, ее заводило его желание владеть ей полностью, его постоянная потребность в ней. Еще пара резких, уверенных толчков, и он почувствовал, как Харриет дрожит, ее внутренние мышцы крепко сжимаются вокруг его члена, как хорошо внутри нее, вот, она пульсирует и выгибается так сильно, что он не может ее удержать. — Каин, да, да! — она вцепляется в его плечи, прижимается всем телом. Теперь он точно уверен, что она не думает ни о ком другом, только с ним ей может быть так хорошо. От осознания этого, понимания того, что удовлетворяет любимую, Каин сам доходит до высшей точки наслаждения, стонет, вскрикивает и кончает в Харриет, не в силах сдержаться, толкается еще глубже. — Роза, Боже, не могу дышать, как классно…