Глава 5
26 сентября 2024 г., 16:39
В этот раз его забирала Пеппер. От его квартиры в Бостоне до дома на озере было всего около сорока миль. Она не задавала никаких серьезных вопросов. Просто рассказала, что случилось за неделю, спрашивала, как прошла его. Спрашивала, куда можно было сходить в Бостоне, чтобы девятилетнему ребенку понравилось.
— Вы когда-нибудь были в Бостонском Центральном парке? — Предложил он. — Там есть статуя утки с утятами и, э-э, Морган раньше нравились утки.
— Все еще нравятся, — согласилась Пеппер. И она не выглядела встревоженной из-за того, что он знал что-то настолько личное о ее дочери.
Господи, Тони и Пеппер были такими замечательными людьми. Он так по ним скучал.
* * *
Тони тоже выглядел спокойнее. Пока Пеппер решила «внепланово» прогуляться вокруг озера с Морган, он сварил им обоим кофе и поставил на стол вазочку с печеньем, которая была у них уже несколько лет. Усевшись, он не стал ходить вокруг да около: — Никакой больше чуши. Мы были близки, — сказал он. — Верно? Питер молча кивнул. — Как мы познакомились? — Если кратко… мне было четырнадцать. Вы взяли меня с собой в Германию. Дали мне новый костюм. Я отказался быть Мстителем. Мы вместе работали над нескольким проектами. Я несколько раз поджег вашу мастерскую. Мы полетели в космос. Я стал жертвой щелчка. Потом вернулся вместе с остальными. Вы впали в кому. Я переехал в дом у озера, чтобы помогать по хозяйству. В сентябре вернулся в Нью-Йорк, и вы доверили мне некоторые свои изобретения с собственным ИИ. Это было первой ошибкой. Тони выглядел одновременно удивленным и встревоженным рассказом. — Первой ошибкой не стало вмешивать четырнадцатилетнего тебя в супергеройские разборки? Или взять тебя в космос? — Я имел в виду свою первую ошибку. Вы назвали ИИ «Викториа», — поджав губы, ответил Питер. — «Видно и кома Тони остановить рискнула и аблажалась» . — Я помню Викторию, — сказал Тони. — Но ее украл… — Квентин Бек. Вторая ошибка. И третья, и четвертая, и пятая. — А, — ответил Тони. Он не стал допрашивать и давить. Даже несмотря на то, что Питер знал его достаточно хорошо, чтобы видеть искры любопытства в его глазах. Тони всегда нужны ответы. Но вместе с этим… он был заботливым. Гораздо больше, чем о нем было принято думать. Питер так любил этих людей, он так сильно их любил. Но для них он был всего лишь незваным гостем. — Мы можем… я не хочу пересказывать историю всей своей жизни. Я знаю, что вы хотите узнать. Может, у вас есть на это право. Но я просто. Я не знаю. Я ничего не знаю. — Все еще? — Это сложно объяснить. — Тебе больно от того, что мы не можем увидеть тебя таким, какими нас видишь ты. Оказывается, объяснить было совсем не трудно. Тони просто его понял. — Я… да, вы правы. — Больнее, чем остаться одному? — Пока не понял. — Если нам когда-то было хорошо вместе, то будет и снова. Просто нужно немного времени. Раньше мне все нужно было здесь и сейчас. Но я научился тому, что в жизни не все можно решить так же быстро, как нажать кнопку. — Вы меня даже не знаете. — Если мы знали тебя достаточно хорошо, чтобы позволить жить в доме у озера, что я доверяю собственному суждению, что… что ж… очевидно, я хочу, чтобы ты был рядом. — С тех пор я сильно изменился, — признался Питер. — Раньше я был более. Не знаю. Разговорчивым, легким, — не было ничего мучительней, чем пытаться восстановить отношения с Тони и Пеппер только для того, чтобы они разочаровались в нынешнем нем. Тони выгнул бровь: — И мне нравилась твоя разговорчивость? — Может, это и не было моим лучшим качеством, — признал Питер с легкой улыбкой. — Питер. Когда я смотрю на тебя, то вижу замечательного человека, которого хочу узнать лучше. — Мне так странно, — сказал Питер. — Мы проводим время вместе, но я все помню, а вы нет. Это несправедливо, как будто я что-то утаиваю. — Ты видел меня после комы. И знаешь, что провалы в моей памяти были глубже чем дырки в швейцарском сыре. Они, к сожалению, до сих пор остаются. Так что я уже привык к тому, что Пеппер, Роуди или Хэппи рассказывают мне истории, в которых я якобы тоже принимал участия. Но я их не помню. Тем не менее я по-прежнему с удовольствием их слушаю. Для меня это уже вошло в норму. Ты помнишь то, чего не помню и возможно никогда не вспомню я. Для меня это не имеет значения. Уверен, мне понравятся твои истории. Питер помнил. Сразу после того, как Тони вышел из комы, он узнал Питера, но не мог вспомнить откуда. Даже после месяцев реабилитации у него все еще сохранялись провалы в памяти. Но Питеру было все равно, ведь Тони все еще был Тони. Может, не так все и странно. — Хорошо, — вздохнул он. — Нужно немного времени. — Что ж. Расскажи мне что-нибудь, что ты хочешь рассказать. — Во Франции запрещено называть свиней в честь главы государства. — Я имел в виду рассказать о себе, гений. — Мне нравятся растения. — Тогда ты точно знаешь, что необходимо дать немного времени. Расскажи поподробнее.* * *
Несмотря на то, что Питер никогда не пытался всерьез общаться с другими студентами, он слышал, как они об этом говорили. Ездить «домой» на выходные. В здании, где он жил, по субботам всегда было тише. А теперь и он в пятницу собирал сумку. Ему все еще было страшно называть это место «домом». Там он чувствовал себя как дома, но не хотел быть слишком самоуверенным. Он не хотел пугать Тони и Пеппер своей навязчивостью. Он все еще болезненно ощущал, что в их глазах был практически незнакомцем. Но сами Тони и Пеппер относились к этому с невероятным спокойствием, но именно такими их Питер и знал. — Не буду проводить тебе экскурсию, — улыбнулся ему Тони, когда он в первый раз приехал к ним с ночевкой. — Ты ведь и так все знаешь, верно? Все было странно. Утро субботы стало странным — ему уже очень давно никто не готовил завтрак. День субботы стал странным — мастерская Тони в сарае была в точности такой, какой он ее оставил, потому что Тони все еще был слишком слаб для самостоятельных больших проектов. Воскресенье стало странным — впервые за несколько лет он не проводил экскурсии по городу. В Бостон он вернулся в воскресенье вечером, чувствуя себя выжатым как лимон. Но вместе с этим абсолютно счастливым. И затем снова наступила пятница, и он снова собрал сумку. И снова. И снова. Первые несколько раз он получал испуганные сообщения от разных людей: «почему ты не дома, днем в субботу ты всегда дома, мне срочно нужна твоя помощь с…». Потребовалось время, а также советы Пеппер, чтобы научиться отвечать на такие сообщения вежливой версией «попробуй хоть раз сам решить свою проблему». Было множество «снова в первый раз». Он снова сыграл в настольную игру с Морган в первый раз. Он снова провел с Тони целый день в мастерской в первый раз. Он снова готовил для них ужин в первый раз. В тот раз он приготовил буйабес по старинному семейному рецепту Пеппер, которая однажды им поделилась. Ее лицо в тот момент, когда она это поняла, надо было видеть. Когда Хэппи знал, что Питер будет гостить в доме у озера, то тоже иногда заглядывал. Он был настроен более осторожно, был более отстраненным, что не могло не задевать за живое, но все было нормально. Питер знал его именно таким, и он «давал ему немного времени». Одним из первых вопросов от Хэппи было, как именно умерла Мэй, о чем Питер не горел желанием говорить, но Хэппи продолжил настаивать, пока Тони не осадил его: «Оставь его в покое». Питеру показалось, что после этого он чувствовал некоторое напряжение между ними. Но Хэппи продолжал приезжать, так что это было уже что-то.* * *
Спустя месяц или пару месяцев, когда Питеру следовало бы начать готовиться к экзаменам, он начал писать. Писать обо всем, что с ним произошло, стараясь не упустить ни малейшей детали. Без эмоциональных окрасок, навешивания ярлыков, просто голые факты. Это… странным образом действовало терапевтически. Он отправил одну копию в дом у озера, а другую Хэппи. — Я не читала, — сказала ему Пеппер, когда он в следующий раз приехал к ним в гости. — В смысле, я прочту, если ты настаиваешь, но мне это не нужно. Я не знаю тебя, но в то же время я тебя знаю, — сказала она, положив руку на свой живот. — Я чувствую это, прямо здесь. Это совсем другая память. Не та, которая в голове, а та, которая в теле. Я знаю, что Тони тоже это чувствует. И Морган тоже, потому что она… обычно она не любит незнакомцев, ты это знаешь. Я никогда не видела, чтобы она к кому-то так быстро привязалась. Ты часть нашей семьи, Питер. После этого Питер плакал около получаса.* * *
С Хэппи он снова увиделся на могиле Мэй. После этого они зашли в кофейню. Им обоим было очень неловко. Хэппи обнял его на прощание. Все еще было очень неловко. Но приятно.* * *
Самые жаркие дни постепенно сходили на нет. Несколько капель дождя упали на лобовое стекло машины Сэма. Он надеялся, что хорошая гроза сможет остудить уже надоевший зной. — В Вустере нужно съехать с федеральной трассы, — сказал Баки, — и ехать по проселочным. Так сказал Питер. — Звучит хорошо, — согласился Стив. — Питеру в таких вещах я доверяю, у него хороший вкус. — Правда? — Несколько недель назад я был в Бостоне, и он провел мне экскурсию по всем паркам. Баки возмущенно повернулся к Стиву: — Ты не позвал нас! Стив ухмыльнулся: — Я и так слишком много времени провожу с вами, ребята. Теперь это стало чем-то вроде традиции. Примерно раз в месяц они втроем ездили в Массачусетс. Иногда к ним присоединялся Роуди. Иногда Хэппи. Иногда они обсуждали последние дела. Иногда говорили о садоводстве. В любом случае, было приятно снова собираться «старой компанией». Когда они добрались до дома у озера, дождь кончился, однако небо все еще было пасмурным. Никого не было видно, но входная дверь была распахнута. Тони и Морган обнаружились на кухне, готовили ужин. Тони нарезал овощи, а Морган услужливо воровала кусочки моркови, чтобы положить их себе в рот. — Вечеринка с ночевкой! — Воскликнула она, как только увидела гостей. — Не в этот раз, малыш. Сегодня просто ужин. Девочка обиженно надула губы. — А у нас есть подарок, — объявил Баки, протянув ей большой бумажный пакет. От обиды не осталось и следа. — Спасибо! — Поблагодарила она и достала неоново-зеленый водный пистолет размером с базуку, тут же запищав от восторга. — Ух ты, — сказал Тони. — Мне это уже не нравится. — Я так и думал, — мило улыбнувшись, ответил Баки. — Магуна, с этим можно играть только на улице, слышишь? — Я НА УЛИЦУ! — Прокричала она ему прямо в лицо и убежала. — Рад, что вы приехали, — сказал Тони. — Стив. Предатель. Кэп… Сэм. — Можешь называть меня Капитаном, — ответил Сэм. — Все равно. — Мне нравится Кэпсэм, — сказал Баки. — Кэпсэм, — повторил Стив. — Кэпсэм Америксон. — Американский Сокол, — предложил Тони. — Или лучше Американский Орел, чтоб звучало более патриотично. — Тогда должно быть Белоголовый Американский Орел, — сказал Баки. — Сэм, тебе нужно срочно покрасить волосы, чтобы соответствовать. — Идите вы все нахрен, — ответил Сэм. — Я надеялся застать тут Питера. Вчера вечером я отправил ему материалы по нашему текущему делу. — Конечно, он тут. Пошел прогуляться вместе с Пеппер. Должны уже скоро вернуться. — Он теперь живет тут? — Спросил Стив. — Мы уговорили его взять годичный перерыв перед магистратурой. — Так, это значит да. Тони закатил глаза, но все же улыбнулся. — Он все еще проводит много времени в Бостоне. Сейчас, когда начались летние каникулы, я бы сказал где-то пятьдесят на пятьдесят. — Надеюсь, они скоро вернуться, — сказал Сэм. — А то мы по дороге сюда попали под дождь. Тони нахмурился: — ПЯТНИЦА, сейчас идет дождь? — Почему бы вам самому не выглянуть в окно? — Предложила она. — Ох, да какого… неважно, они уже пришли. Сэм окинул взглядом пустую кухню, где никого кроме них не было. — Откуда ты знаешь? — Я отсюда слышу коварное хихиканье Морган. И действительно, минутой позже на кухню вошел Питер. На нем была голубая толстовка, на которой спереди виднелись мокрые пятна. Он, очевидно, стал первой жертвой водного пистолета Морган. И судя по визгам, доносящимся снаружи, битва только началась. Питер вежливо поздоровался с гостями, после чего перевел взгляд на Тони. — Тони, то дерево все еще подозрительно скрипит, и я говорил тебе позвонить мастеру. — Позвоню, позвоню. — Ты говоришь это каждый раз и никогда не делаешь! Всего одна гроза, и оно упадет прямо на твой дом и… аргх, ПЯТНИЦА, когда я уеду, можешь, пожалуйста, доставать с этим Тони, пока он не позвонит? — С превеликим удовольствием, — послышался ответ. — Я имею в виду днем и ночью. — Принято. — Может, уже хватит настраивать мой ИИ против меня? — Начал жаловаться Тони. Питер покачал пальцем у него перед носом. — Позвони мастеру. Он включил чайник и достал коробку с чайными пакетиками. Вел он себя абсолютно непринужденно и чувствовал себя в своей тарелке. Несмотря на то, что Сэм ничего не помнил о Питере, ему все равно казалось, что тот жил в доме у озера уже много лет. — Вы хотите сесть тут или в гостиной? — Спросил Питер. — Здесь, наверное, лучше, за столом. — Привезли карты города? — Столько, сколько твоей душе угодно, — Сэм вывалил целую стопку на стол. Питер тут же принялся их раскладывать, занимая все больше и больше места. — Эй, я вообще-то тут овощи нарезаю, — возмутился Тони. — А мы расследуем убийство! — Оставь мне место или следующее убийство будешь расследовать прямо здесь! Ты… насекомое. — Паукообразное, — с улыбкой поправил Питер, и сложил края карты, чтобы все-таки оставить Тони место. Он принялся отмечать места и проводить расчеты, и уже через десять минут Тони забыл, что готовил обед. — Давай я, — предложил ему Баки и принялся энергично нарезать морковь. Питер отметил область. — Если данные верны, то преступник должен быть здесь. Тут его злодейское логово или просто… злодейский дом. — Ты ведь в курсе, что ФБР предложили тебе работу? — Спросил Сэм. — Прошу прощения, — возразил Тони. — Он будет работать в Старк Индастриз. — Думаю, ему стоит навсегда остаться экскурсоводом, — предложил Стив, на что Тони подавился слюной. В этот момент на кухню вошли Морган и Пеппер. Пеппер вся была мокрой, но с Морган вода стекала ручьем, оставляя лужи. — Что произошло, — выдавил Тони. — У нас была водная битва, — ответила Морган. — Я победила, — добавила Пеппер. — Она бросила меня в озеро! — Возмутилась Морган. Пеппер широко улыбнулась: — В войне, как и в любви, все средства хороши.* * *
Ужинали на веранде с видом на озеро. — Уже через несколько недель у Питера будет день рождения, — объявила Пеппер. — Двадцать один год. — Ага, — сказал Питер и ухмыльнулся. — Теперь я смогу выращивать любую траву, какую захочу. — Это не совсем… — начал было Сэм. — Зачем специально выращивать траву, — сказала Морган, поморщив нос. — Ее обычно косят. — Да, точно, вот я дурак, — Питер опустил голову и пробормотал Пеппер: «Прости». — Как собираешься отмечать? — Спросил Стив. — Просто, не знаю. Приеду сюда. Испеку печенье вместе с Морган. — А что насчет друзей? — Спросил Баки. — В Бостоне? — А, да, — сказал Питер. — Привет, Эм-Джей. Ты понятия не имеешь, кто я такой, но я знаю о тебе все, потому что твои воспоминания стер чародей. Хочешь пойти на вечеринку в честь моего дня рождения на следующей неделе? — Может, лучше все преподнести более последовательно, — сказал Баки. — Но. Да. По сути. Питер вздохнул: — Очень смешно. — Это не шутка. Питер пристально смотрел на него, но Баки лишь улыбнулся и положил в рот очередной ломтик картошки. — Эй, послушай Баки, — сказал Сэм. — Он дает дельные советы.* * *
Питер бросил последний взгляд на мятую бумажку в своей руке и, слегка покачав головой, засунул ее в карман. Собрав всю свою решительность в кулак, он позвонил в дверь. Несколько секунд ожидания казались вечностью, но он не убежал. Дверь открылась, и на пороге показалась Эм-Джей с таким выражением лица, будто он уже ей надоел, даже не успев открыть рот. Как и ожидалось. — Привет, — поздоровался он. — Меня зовут Питер Паркер.
