Пусть все будет так, как ты захочешь

Я не успела вытащить ключ из зажигания, как дверь со скрипом отворилась и сильные руки прижали меня к холодной груди. — Было ужасно тяжело не видеть тебя целый день, — сладкий, как мед, голос растекся по венам. Я вдохнула неповторимый, только его аромат и растворилась в объятиях. — Я скучала, — прошептала я в рубашку. Вдруг вспомнив причину разлуки, я оттолкнулась от него, но не достаточно, чтобы освободиться из крепкой хватки, и слегка стукнув ладонью по плечу, требовательно произнесла: — Эй, но почему так долго? Эдвард прищурился, сладкая улыбка расползлась по бледному лицу. Он резко дернул меня и снова прижал к себе: — По-моему, это ты гостила у подруги. — Ты расскажешь? — мне не терпелось узнать причину. Вдруг янтарные глаза метнулись в сторону дома. Улыбка сошла с лица уступив место серьезной маске. Дверь хлопнула и на крыльце появился Чарли. — Добрый вечер, шериф Свон! — И тебе того же. Белла, я волновался! Ты припозднилась. И записки не было. — Поговорим потом, — произнесла я почти шепотом. Эдвард наклонился и поцеловал меня в волосы чуть выше уха. — Я приду, когда Чарли ляжет спать. Холодные пальцы проскользили по кисти и по руке побежали мурашки. — Я буду ждать, — слова вылетели с придыханием, сердце споткнулось и сбилось с ритма. Эдвард подмигнул уже из машины. — Привет, папа! Я была у Анжелы. Извини, что не предупредила, — я не могла скрыть недовольство в голосе. Надо же, провела день без Эдварда, чтобы вечером увидеться на пару минут. Я гордо прошла мимо Чарли, устремляя свои намерения прямо на кухню. Поужинав, я, наконец, остыла. Чарли тоже знатно подобрел и предпринял попытку помириться. — Сегодня опять приходили родители Райли Бирса, — я вздрогнула, казалось вся кровь отхлынула от лица. — Они надеются его найти? — Да, конечно. Они ищут его и будут искать до последнего — Чарли громко вздохнул и отвернулся, — Эта история... Меня снова посетило ощущение, что я тебя теряю. Вернувшись домой, мне хотелось удостовериться, что с тобой все хорошо, но тебя не было. Возможно, я повел себя глупо, но я испугался, прости. — Все хорошо! Мы же договорились. Ты можешь мне доверять. Он кивнул и продолжил есть. А я погрузилась в свои мысли. Меня тревожила недавно приобретенная фантазия. Было странно это осознавать, но чем больше я думала, тем уверенней становилась. После битвы с новорожденными, что-то во мне кардинально поменялось. Пару дней назад я бы с легкостью ответила "да", сейчас же я была не готова расстаться с этой жизнью. Перечеркнуть все, что было так дорого. Выкинуть на помойку Чарли и Рене. Взамен обрести Эдварда, но какой ценой? В мыслях всплыла девушка на поляне у костра. Её холодный взгляд красных глаз отражал страх и ненависть. Манящий запах моей крови обжигал горло и она кричала от боли. Жажда это все, что было в ее короткой вечной жизни. А если я тоже смогу убить? Умницу дочь или мать троих детей, может чей-то муж не вернется домой из-за меня. А если мне попадутся Джессика, Майк или Тайлер? Все, о чем буду мечтать, это вонзиться острыми зубами в пульсирующую вену. Захочу ли я тогда Эдварда? Я собрала посуду и составила в раковину. Чарли сидел за столом и теребил зубочистку. Наконец он встал, с грохотом поставил тарелку в мойку, развернулся на каблуках и, открывая холодильник, невзначай уронил: — Заезжал сегодня к Билли. Джейк уже перебрался на диван поближе к телевизору. Замерев, я прислушалась к низкому спокойному голосу отца. Боясь упустить даже слово, впитывая любую информацию. Но он больше ничего не говорил, а я боялась, что если спрошу, голос предательски дрогнет, и я разревусь прямо здесь. Чарли достал из холодильника жестяную баночку пива и направился в зал. Уже включая телевизор он хмыкнул в усы и пробормотал: — Удивительно! На этом парне заживает все, как на собаке. — Джейк… — слезы все же навернулись. Еще один человек, расставаться с которым мне совсем не хотелось. Будет ли он счастлив? Я надеялась, что рана в его сердце излечится так же быстро, как переломы костей. И в конце концов он встретит достойную девушку. Я представила рядом с Джейкобом стройную блондинку. Голубые глаза смотрели с обожанием на мускулистого оборотня. Одетый в одни только шорты, он прижимал ее к голому торсу, что-то шептал прямо в ухо, а она задорно смеялась над его шуткой. И они были счастливы, были единым целым. Жгучее ядовитое чувство поднялось из глубин сознания. По венам бурлила кровь и сердце колотило, отбивая азбуку Морзе. Я обхватила виски ладонями, как будто мозг мог разлететься. Дыхание вдруг стало прерывистым, голова закружилась и из глаз потекла жидкая зависть. Я представила себя вместо блондинки. Это меня обнимает красивый смуглый парень. Смотрит влюбленными глазами цвета темной ночи. А рядом Чарли, Рене, Билли, Анжела и ребята из резервации. Нет! Нет! Нет! Я. Выбрала. Эдварда. Но мои мысли уверенно обосновались в Ла-Пуш. Я боролась с желанием сорваться и поехать к Блэкам. Этого нельзя было допустить. Его раны на теле не так страшны, как раны душевные, оставленные мной. И если я приеду, ему будет больнее. Я не должна видеться с ним. Взгляд зацепился за телефон и быстро, пока не передумала, я набрала знакомый номер. Услышу голос и положу трубку. Но на звонок ответил совсем не он . — Привет, Билли! Как Джейк? — Привет! Он спит. Доктор Каллен сказал, что кости срослись, но пока нужен отдых. — Это хорошо, — я прикусила губу, — нужна помощь? — Спасибо! Рейчел обещала приехать. У нас все хорошо. — Я рада, — маленькая слезинка вырвалась из глаз, покатившись по щеке, — Передай… — я оборвала сама себя, — Ничего. Ничего не передавай. Пока! Я бросила трубку, закрыла глаза руками и разревелась. Что я могу сделать? Я бы разрезала себя пополам, если бы была возможность: чтобы одна часть вышла замуж за Эдварда и разделила с ним вечность, а вторая переехала в Ла-Пуш, и прожила тихую счастливую жизнь на берегу океана, в окружении любимого мужа, детей и может даже внуков. Наконец, я нашла в себе силы, встала и пошла в ванную. Хорошо, что Чарли был увлечен игрой. Его бы напугала дочь рыдающая на полу кухни. Остаток вечера прошел на автомате. Я очнулась, когда залезала под одеяло. Сон уже поджидал меня, поэтому знакомый баритон звучал глухо и как будто издалека: — Сладких снов, любовь моя! Мне снился странный сон. Я пробиралась сквозь высокие заросли зеленых папоротников. Деревья угрожающе нависали над поляной, раскинув крючковатые ветви, норовя схватить нерадивых путников. Я шла оглядываясь по сторонам, не понимая что же здесь ищу. Вдруг сквозь дебри показался знакомый коттедж. Не раздумывая, ноги сами понесли меня к нему. Забегая по ступенькам, я врезалась в каменное изваяние. Карлайл! Руки потянулись для объятий, но стальной совершенно чужой голос обжег сильнее раскаленной сковородки: — Тебе здесь не место. Я обошла его вокруг и все же зашла в дом, но вместо просторной гостиной оказалась в зеркальной комнате балетной студии. Той самой, где прошлой весной Джеймс чуть не убил меня. А вот и он сам. Сальные волосы спадали на плечи. Хищные глаза смотрели с удивлением и восхищением. — Я знал, что ты такая же как я. — голова нависла надо мной, мокрый язык противно лизнул щеку. — Мы с тобой будем отличной парой, — это не было голосом человека, это шипел змей, древнее зло. Глаза его горели, как два лазера, прожигая душу, рассекая сердце на маленькие кусочки. Страх сковал тело. Я боялась пошевелиться, но отнюдь не из-за блондинистого садиста. Теперь я могла заступиться за себя. Я сама была вампиром. Зеркало не могло передать всей красоты мраморной кожи, изящной, как у кошки, фигуры, но я чувствовала свое превосходство. Стройная девушка с длинными каштановыми волосами, уложенными в аккуратные пряди смотрела на меня с разных сторон. Черные джинсы скинни облегали подчеркивая самые пикантные места. Но самое главное, на бледном лице яркими вспышками сияли кроваво красные глаза. В комнату зашла маленькая девочка в красной накидке. Джейн Вольтури ухмылялась и хлопала в ладоши. Из темноты послышался голос Аро: — Юная Белла, у тебя хороший аппетит. Я не верила, что это я. Я не могла стать монстром. Вдруг земля пошатнулась, я держась за стены, под оглушительный смех выбралась на улицу. Первый пляж встретил меня ярким, но холодным солнцем. Волны с грохотом обрушивались на берег, чтобы отступить и нанести очередной удар по ни в чем не повинным камням. На поваленном дереве сидел молодой индеец. Длинные черные волосы закрывали лицо. — Джейкоб! Это не я! Я не такая! — больше всего я боялась, что он увидит мои глаза. Парень встал. Не оборачиваясь, ледяным голосом он объявил: — Джейкоба больше нет. Ты сделала свой выбор. Я упала на сырую гальку. Солнце ослепляло, но совсем не грело, меня кинуло в дрожь. Воздух стал твердым и холодным. — Джейк! Не уходи! Джейк! — я пыталась пробиться к нему, но не могла пройти через толщу льда. Человека уже не было, вместо него стоял огромный рыжий волк. Он высоко задрал голову и запел грустную прощальную песню. Я выла вместе с ним. Кулаки болели от попыток разбить холодную стену. — Джейк… — Белла! В глазах потемнело. Ничего не видно. — Белла! — знакомый бархатный голос звал меня. Я не сразу поняла где я. Лишь через пару секунд, осмотревшись, сообразила, что нахожусь в своей комнате. Родные руки трясли плечо. Я прильнула к моему рыцарю, спасшему из заточения в страшном сне. Слезинки текли по щекам, оставляя серое пятно на дизайнерской рубашке цвета слоновой кости. — Эдвард, я не хочу становиться монстром, — слова давались не просто, всхлипы мешали говорить, — Я не такая! Я не хочу убивать! — Все хорошо! Это всего лишь сон. Ты никого не убила. — Но я так хотела стать вампиром. Быть с тобой, — я повышала голос. — Т-ш-ш, Чарли уже проснулся. Он может услышать. — Эдвард прижал меня к себе, убаюкивая, как маленького ребенка. В его движениях было что-то волшебное. Я растворялась в его руках, представляя огромный купол над нами. Только я и он. И правда, как в детстве, когда Чарли изредка, перебрав пива, позволял себе минуты нежности. Тогда мы дурачились, а потом садились на пол и читали книжки. Он обнимал меня и говорил, какая я красивая и умная, а я невероятно гордилась любящим отцом. Нигде мне не было так безопасно, как на папиных коленях. Эдвард продолжил успокаивающие движения. Одной рукой он нежно проводил пальчиками по спине, вторая рука лежала на бедре, скользя мизинчиком по оголенной коже. Голова наклонилась и губы потянулись к лицу. Только что я была маленькой девочкой, как вдруг все изменилось. Мне стало не по себе. Я постаралась расслабиться и довериться ему, но ответить на поцелуй не получилось. Острый подбородок бледного лица отстранился и глаза поникли. Крохотная морщинка на лбу выдавала печаль. — Ты обиделась, — это был совсем не вопрос, больше походило на констатацию факта, — Я не должен был так поступать. Но у меня не было другого выхода. Не понимая о чем он говорит, я всмотрелась в грустное лицо. Эдвард продолжил: — Зря я оставил тебя вчера утром, — бледные пальцы лёгким движением коснулись виска, заправляя выбившуюся прядь, — Надо было лучше держать себя. Меня все еще колотило от холода поэтому я вылезла из объятий и закуталась в одеяло. — Наверное, я просто еще не до конца проснулась. Не понимаю при чем здесь это. Лучи рассветного солнца осторожно заполняли комнату. Свет попавший на угрюмое лицо рассеялся тысячами бриллиантов. Я закрыла глаза и представила свою кожу такой же светящейся. Но в мыслях предстала красотка из сна с алыми, как кровь, глазами. Испугавшись мыслей, я соскочила с постели. — Похоже, я выспалась. Эдвард не дал далеко уйти. Он обхватил меня и посадил себе на колени прямо вместе с одеялом. — Поговори со мной. Ты обиделась? Мне не хотелось опять погружаться во вчерашние переживания. Он рядом, вернулся — это главное. Но все же я вздохнула и устроилась поудобнее. — Утром я была расстроена. Я не понимала и ждала, что ты вернешься и все объяснишь. Но сейчас я не чувствую обиду. Казалось, мой ответ наоборот его расстроил: — Тогда почему ты отстраняешься от меня? Я замешкалась. Возможно ответ покажется ему странным, и я решила немного слукавить: — Прости, я напугана сном. — Это из-за Джейкоба? Как странно было говорить о совершенно разных вещах. Как такое может быть, что Эдвард чуткий вампир, прекрасно знающий мысли любого человека не способен понять любимую девушку? Злость волнами прошлась по телу. — Нет. Это совсем не из-за Джейкоба! Это потому что мне приснился страшный сон о том, что я стала вампиром и начала убивать людей. — Ты ревела и звала его, — последнюю часть фразы он произнес совсем тихо. — Во сне он не захотел со мной разговаривать, превратился в волка и убежал. Навсегда, — я с недовольством пересказала сон. Лицо Эдварда стало серьезным. — Поэтому ты больше не хочешь становиться вампиром? — А я не хочу? — удивилась я. Странно, я вроде бы еще не говорила об этом Эдварду. Но меня осенило, — Элис? Эдвард лишь кивнул в ответ. — Она сказала, что ты мечешься от одного варианта к другому. Твое будущее стало туманным. Ты сама не знаешь, чего хочешь. Что ж, я рада, что он сам начал этот разговор. — Я действительно не знаю, что делать. Внезапно я поняла, что Чарли и Рене занимают значимую часть в моей жизни, как и Анжела, Бен, Эмили и даже Джейк. Я хочу учиться, быть студенткой и приезжать на выходные домой, — я перекинула ногу, чтобы оказаться лицом к Эдварду и продолжила шепотом, — Я боюсь, что мое отношение к тебе изменится, ведь никто из вас не знает, как меняются чувства после превращения. Вдруг я забуду о любви, стану настоящим монстром? Эдвард крепче завернул одеяло вокруг меня и ответил так же шепотом: — Я поддержу любое решение. И буду только рад сохранить твою душу. Не смотря на одеяло меня била дрожь. Страх окутал тело. — А если Вольтури захотят проверить? На бледном лице сияла косая ухмылка. — Пусть попробуют. Его ответ лишь больше напугал. Уж лучше я умру, чем допущу еще одну битву. — Сколько мы сможем продержаться, пока они о нас не вспомнят? — Я уже говорил, 10 лет у нас точно есть. — Значит отложить превращение на год вполне реально?! — радость разлилась по венам и, кажется, заполнила все пространство. — Если захочешь, можешь прожить всю жизнь человеком. С Вольтури я справлюсь. Восторг от новости перекрыл все остальные чувства, я обхватила руками лицо любимого и впилась в него яростным поцелуем. Немного отдышавшись я весело произнесла: — Одного года вполне достаточно. * * * День начался с радостной новости. Да, когда-то я мечтала стать вампиром и не видела альтернативы, боялась потерять Эдварда, считая, что без него не будет и меня. Виктория наводила ужас, Каллены и мальчишки-оборотни подвергали себя смертельному риску, я должна была защитить их. Но сейчас, когда угроза миновала, у меня появилась возможность посмотреть на ситуацию с другой стороны. Спустившись на кухню, я чуть не врезалась в Чарли — Доброе утро, папа! — Белла! Ты рано. Какие планы на день? — Пока не знаю. Если вдруг соберусь, я позвоню тебе. — Договорились. Я проводила отца до двери и вернулась на кухню. Эдвард уже ждал меня с чашкой свежесваренного кофе. Я села за стол и сделала небольшой глоток. — Расскажешь, что же все-таки произошло вчера утром? Улыбка уплыла с лица. Эдвард явно не хотел разговаривать на эту тему. — Это настолько важно? — Я хочу знать, — я настаивала. — Ну что ж. Элис увидела последствия. Нам нельзя сближаться, пока ты человек. — Что было в ее видении?! Это касается и меня тоже. Я хочу знать! Эдвард тяжело вздохнул. — Я не смог рассчитать силу, твой запах взбудоражил меня и я уже не мог управлять собой, — он резко встал и сделал пару шагов по кухне. — У тебя было сломано бедро, несколько ребер и рука. Я не мог превратить тебя в вампира, потому что боялся не остановиться. Карлайл обратил тебя. Но твоя комната была разрушена: кровать, стол и даже часть стены. Джаспер, Эммет, Розали пытались исправить, но Чарли заметил изменения. Мы не успели уехать, твой отец ворвался в дом и нашел тебя в агонии... Я с ужасом переваривала услышанное. Наконец, ко мне вернулся дар речи. — Но почему ты ушел? Почему ты сразу мне не рассказал? — Это еще одно видение Элис. Если бы я не ушёл, я бы не остановился. Точнее, ты бы не дала мне остановится, — ухмылка вернулась на бледное лицо, — Поэтому у меня был один вариант, оставить тебя и уйти. — Тогда почему не пришел днем? Он вернулся и сел рядышком. Холодная щека прикоснулась к затылку. — Я давно не охотился. А потом Элис сказала, что ты собралась к Анжеле. — Кстати, Эммет позвал на охоту послезавтра, поэтому ты можешь пойти на День рождения Бена. — Это тоже Элис увидела? — Да. — он хитро улыбнулся, — Хорошо иметь сестру предсказательницу. Я не знала что ответить. Это был волшебный день. Я встала со своего стула и села Эдварду на колени. Руки обвились вокруг шеи и сладкий поцелуй был началом новой жизни.