Не такие, как все

Минут через двадцать Уайлд вернулся в квартиру. К этому моменту Хоппс уже давно завершила свой приватный разговор с матерью и выглядела несколько взволнованной, но зато вся цвела и пахла. Словно, пока её ухажёр отсутствовал, она взяла да и забеременела прямо без него. В любом случае рыжий по первому взгляду на неё понял, что её беседа по телефону оказалась более полезной и содержательной, чем у него с Финником. - Ник, ничего не принёс из ларька? - она чуть ли не прыгала на месте от возбуждения и озабоченности. - Да, я... - и тут он понял, что явка провалена, ведь ни в какой ларёк он и не собирался. Но поскольку ситуация не была такой уж криминальной, выкрутиться из неё не представляло труда. - Ты же меня знаешь. Вечно кошелёк в квартире забываю. Пока Уайлд сочинял это наивное и короткое оправдание, Хоппс мелькнула мимо него в одних только белоснежных трусиках с вырезом для хвостика. Оттого и притупилась его мыслительная спопобность. - Знаешь что, ты лучше сходи и купи себе чего-нибудь на обед и ужин. А то я еду прямо сейчас. - протараторила почти голая Хоппс, бегая по дому в поисках всяких разных вещей. - Стоп, стоп, стоп, детка... Куда едешь? - К себе, на ферму. Мама знает одного доктора. Он друг нашей семьи. И он мне поможет с этим делом. Ну, в смысле, с беременностью. - крольчиха говорила отрывисто, как будто ей не хватало мыслей, чтоб связать больше трёх слов. - Морковка, а я тебе не нужен? - с деланной обидой выдал рыжий. - Ник, если ты ещё не понял, я еду туда за осмотром и консультацией, а не за порцией чужих сперматозоидов. Никто посторонний в меня не вторгнется, не переживай. - Я про то, что не плохо бы осмотреть и меня. Помнишь, я говорил тебе о бесплодии. Ну, а вдруг. - Моё "вдруг" гораздо вероятнее твоего. - она принялась собирать вещи в свой чемодан для будущей ночёвки на родительской ферме. - В конце концов, не тебе же рожать. Лис более не стал возражать. Он просто понял, что зайкиной решимости вполне хватит на двоих, и что сейчас он ей не помощник. - К тому же, - продолжала мелькать мимо него серая. - Доктор Рэббитс наверняка явится к нам на ферму, где тебя, очень кстати, может встретить мой папа и его ружьё с солью. - Короче, ружьё мне с солью, а не поездка. - подытожил Уайлд. - Вот именно. Побудешь тут без меня один денёк. Рыжий чувствовал сейчас такую манию к этой попке в трусиках и к этому пушистому помпону, что решил подчиниться. Он поверил, что следует поступить, как желает любимая и, как можно скорее вернуть её со всеми её прелестями в свои объятия. - И чем же мне, интересно, без тебя заниматься? - Ну, придумай что-нибудь. - она в последний раз сверкнула голым торсом и принялась одеваться в дорогу. - Что-нибудь... - недовольно выдохнул лис. - Знаешь, это "что-нибудь" не очень похвальное занятие после трёх недель постельных кувырканий. - Постарайся думать обо мне, ладно. - зайка хитро заулыбалась, представляя любимого наедине с самим собой. - Когда приедешь, сделай и скинь мне пару интересных фоточек. Ну, знаешь, чтоб я в интернет не полез. - Хорошо, мой лисёнок. - уже полностью одетая и с багажом в лапах крольчиха подтянулась на пальчиках к лисьему носу и чмокнула его. - Мне пора. Хоппс выскочила за дверь. Послышался топот её ножек по ступеням, а через пару минут и знакомый шум двигателя с заднего двора дома. Синий пикап с фермерской эмблемой на дверях возвращался на свою историческую родину. До Малых Норок было двести километров и три часа пути. Никогда ещё трёхчасовая поездка не была такой быстрой и ненапряжной. Три часа приятного ожидания встречи с любимыми родителями. Три часа сладких мыслей о счастливом будущем для себя, Николаса и множества ребятишек. А как же было чудесно наконец разглядеть на горизонте родную ферму и крошечные, но различимые на ней силуэты. Пикап заезжает в ворота и тормозит возле одной из грядок. Слышны возгласы маленькой сестрички, что первой из всех остальных десятков малышей увидала этот пикап и в его окошке свою старшую сестру, по которой она так скучала. Джуди встретила оголтелую ребятню, обступившую её и никого не оставила без внимания. Одних подержала на лапах, вторых поцеловала в их макушки, третьих ласково потрепала по их ушкам. На все вопросы этих почемучек ответить было невозможно, но их городская сестрица старалась, как могла. Очень скоро ей на выручку пришла мама, которая сразу же нашла занятие для всех и сразу. А после принялась обниматься с освобождённой крольчихой и уводить её подальше от звонкого детского лепета. - Джуди, ну наконец-то ты вырвалась из города. Как же я рада. Мы уж тебя заждались. - Сложнее было вырваться из цепких сестричкиных лапок. - Это тебе повезло, что большинство из них сейчас на занятиях. А то так бы и унесли тебя прочь, да ещё веселить себя заставили. - Ну и повеселила бы их. Когда теперь ещё увидимся? - Увидитесь. - отмахнулась Бонни. - Тут многие собрались догонять тебя по карьерной лестнице. В Зверополисе хотят жить и работать, представляешь. - Значит, я подаю дурной пример. - Джуди по-театральному опустила уши. - Надеюсь, хоть на местную лисью малышню никто из них не положил глаз? - А что тут плохого? Что бы там не возражал мой Стью, пускай вместе играют и общаются. Уж я точно не против. - и вот сейчас Бонни прогнала нахлынувшую волну радости и припомнила об основной цели приезда своей старшей дочери на ферму. - Бедняжка моя... Вот я дурёха. Знала же, как тебе неприятно. - Нет, нет, мамуль, никакая ты не дурёха. - дочь принялась извиняться за извинения. - Никто в этом не виноват. Такая уж ситуация. - Конечно. Сердцу ведь не прикажешь. - согласилась мама. - Кстати, доктор Рэббитс скоро явится. - Правда?! - Да, он согласился оказать тебе приём прямо у нас. Я даже освободила от малышни твою бывшую спальню. - Ну зачем ты так, мам. - Ничего страшного. Этих мелких всё-равно в дом не загонишь. А вот нам с тобой пора. Бонни и Джуди вместе прошли домой, пообедали, поговорили о том о сём, ну а после встретили долгожданного доктора, на которого дочка сегодня возлагала очень большие надежды. Мама проводила специалиста и его пациента в ту самую обещанную свободную спальню, оставила их наедине и закрыла за собой дверь. - Ну что, мисс Хоппс, можем начинать осмотр? Раздевайтесь. Реббитс действительно был не знаком с Джуди до этого осмотра, как и она с ним. Вероятнее всего ей уже приходилось обнажаться перед ним, когда она была совсем юной и неразумной, отчего и не запомнила его внешности. В любом случае, Хоппс до этой встречи представляла себе очкастого пожилого кролика, равнодушного к женскому полу, в больничном халате и с плохим зрением. Вот только этот доктор прибыл в гражданской одежде и выглядел не старше, чем Стью. Джуди послушно сняла с себя всё. Её взгляд то и дело отстранялся от глаз доктора Рэббитса, а ещё и от его лап, которые сейчас будут проникать в её святая святых. С одной стороны, стыдиться было нечего. Доктор, есть доктор. Но тут зайка вспомнила, что обещала лису никого в себя не пускать. Ничего ещё толком не началось, а смущению уже некуда было деваться. Рэббитс усадил Хоппс на кровать, взгромоздил свой саквояж рядом с ней, а затем достал из него ватные палочки, тампоны, пробирки, пузырёк с какой-то жидкостью, фонарик, электронный аппарат неизвестного назначения, продолговатую коробочку (должно быть, тест на беременность) и гладкие закруглённые щипцы. Форма последнего предмета не требовала никаких пояснений о своём назначении. - Ну что, мисс Хоппс, дальше придётся вам немного потерпеть. Чтоб было полегче закройте глаза. - он понимал всё, лучше её самой, так ещё и озвучивал это вслух. - А теперь ложитесь и раздвиньте ноги. Джуди всё так и сделала, хотя и ценой подгоревших от стыда щек. Он бранилась про себя, мол, почему доктором оказалась не женщина или, чего он там медлит, гремя своим оборудованием. Зажмурившись до боли в бровях, она пожалела, что лучше бы не слушала доктора и смотрела туда. Смотрела, чтобы не подскочить от самого первого и нежданного касания. Эти предварительные ощущения были мучительнее, чем даже перед самым больнючим уколом в попу, которого ты ждёшь, но не видишь. И вот, свершилось. Взмокшая от волнения зайка даже не дёрнулась, когда щипцы соприкоснулись с её половыми губами. Через секунду этот холодный инструмент уже раздвигах их во всю ширину, проникая всё глубже. Было вполне терпимо. Зато когда внутренней стенки коснулась ватная палочка, раздалось короткое и наивное "ой!". Там внутри всё было слишком чувствительным, чтобы не произнести и звука. Исследование этих сокровенных глубин крольчихи заняло минут семь. И нельзя было сказать, что они показались вечностью, ведь пациентка ожидала худшего. За это время доктор успел взять множество проб и выделений для анализа и увидел более, чем достаточно для дальнейших выводов о репродуктивных возможностях. - Можете одеваться. Хоппс мысленно выдохнула из себя всё напряжение, и так же мысленно попросила прощения у своего лисёнка за эти семь минут, что достались другому. Она оделась, села на край кровати в ожидании своего диагноза и возможности задать накопившееся вопросы. Ведь до этого она настолько зажалась в своём стеснении, что и звука не проронила. Конечно, кроме несчастного "ой!". - Мисс Хоппс, скажите мне, - первым задавать вопросы решил Рэббитс. - Как давно вы сближались со своим партнёром последний раз? - Сегодня ночью. - без утайки ответила зайка. - И ваши сближения были регулярными за последнее время? - Да, все три недели. - тут она подумала, что её мама уже много чего понарассказывала доктору. - А вы уверены в гормональных возможностях партнёра? - Он не бесплоден, если вы об этом. - твердо заявила серая. - Я это знаю. - Прекрасно. - Рэббитс что-то нажал на своём аппарате, после глянул на тестовую полоску, покидал пробирки с ватками в полиэтилен для утиля и подытожил: - Мне нечем вас удивлять, мисс Хоппс. Вы абсолютно здоровы в гормональном плане. Вообщем, рожать вам, не перерожать. - А на данный момент... - На данный момент вы не беременны. - закончил мысль доктор. - Скажите, так у меня получится? - голос затрепетал от волнения. - Конечно. Это если выберете себе партнёра из сородичей. Ну а с вашим лисом у вас только один путь. В приют. Только что обвалилась такая высокая стена, состоящая сплошь из хороших мыслей, планов и надежд на будущее. Серая просто не могла примириться с тем, что всё так однозначно и принялась сочинять опровержения этому. - Как же так, доктор? Но ведь бывали случаи, когда у межвидовых пар всё получалось. - Вероятность таких случаев до сих пор неподвластна медицине. Они были и остаются ничтожно малы. - Но есть же способы что-то исправить, а не просто все бросить и смириться? - Боюсь, здесь нечего исправлять. Таковы простые и естественные законы природы. Я не хочу и не могу позволить себе в них вмешиваться. - Доктор, послушайте, - крольчиха приблизилась к нему и, казалось, вот вот рухнет на колени, судя по её умоляющему тону. - Вы опытный и образованный специалист. Вы наверняка сталкивались с этим и знаете решение... Сделайте что-нибудь, пожалуйста. - Джуди! - Рэббитс встряхнул слезливую Хоппс за плечи и пронзительно уставился на неё самым строгим и невозмутимым взглядом. - Вы, что же, готовы лечь под нож ради ничтожного шанса на противоестественную беременность? А поплатиться своим здоровьем вы не боитесь? Не боитесь, потерять всё и сразу из-за нелепых домыслов? Выбросите это из головы немедленно. Я даже и не подумаю давать вам советы на этот счёт, а тем более браться за эксперименты над вашей беременностью. - Я же не смогу быть счастливой... - уже рыдая на его глазах просипела серая. - Да, бросьте вы, мисс Хоппс. Вы так красивы и молоды, и вся жизнь у вас впереди. Поплачете, погорюете, а потом всё наладится. Лучше поскорее возвращайтесь к своему лису. Уверен, он отнесётся с пониманием и утешит вас. Доктор Рэббитс встал, поправил на себе одежду, взял саквояж и в последний раз прикоснулся к дрожащим лапкам несчастной зайки. - Простите, но я правда ничем не могу вам с этим помочь. Кролик вышел за дверь. Вскоре послышались голоса. Он с хозяйкой дома наверняка принялся обсуждать результаты успешного осмотра и давать наставления о начале отношений для дочери с каким-нибудь сородичем. Джуди, не дожидаясь прекращения водопада из своих глаз, выскочила на улицу, забралась в синий пикап и, не оставив ни единой весточки, втайне от матери помчалась обратно к любимому Николасу.