It's hard to take a step

Антон

Арсений, помоги, помоги мне! Я не могу встать! Я не чувствую своих ног! Да, да, именно эти слова, я прокричал год назад в перевернутой машине. Как-то после выпускного, мы с моим другом детства, решили съездить на море. Конечно же, весь выпускной, мы выпивали, веселились (короче, делали всё то, что делают на всех выпускных). Ну и на следующее утро, после похмелья, не выспавшись, мы собрались и поехали на отдых. Ну и так получилось, что Арс, уснул за рулём, мы выехали за обочину и врезались в высоковольтную опору.

С тех пор, сделать шаг мне стало невозможно.

Арсений

Перед глазами плывёт, в ушах свистит, я ничего не понимаю, где я и что произошло. Я попытался рассмотреть обстановку, но поворачивать головой было очень сложно и больно. Вскоре, я увидел кровь, стекло и разбитые окна, затем до меня дошло сознание, что я не могу дышать, я начал думать: «а почему я не могу этого сделать?». Мой взгляд упал на мой живот, в который был воткнут руль. Похоже, рывок был настолько сильным, что даже круглый руль, по инерции, воткнулся мне в живот. До меня дошла боль. Я никогда её не забуду. Это было очень и очень больно. Я даже помойму пытался позвать на помощь, или нет? Я уже не помню. А вот жалкие и протяжные стоны моего друга Антона, я запомню навсегда. Я повернул к нему голову и увидел что на его лице очень много стекла. Я плохо помню картинку, но я помню что было стекло и много крови, жуткая боль и безысходность, уже наступала стадия принятия смерти. Как вдруг я слышу: — Арсений, помоги, помоги мне! Я не могу встать! Я не чувствую своих ног! Я пытаюсь помочь другу, дотянуться до его ремня чтоб расстегнуть его, но висеть вверх ногами, так ещё и с рулём в животе сложновато, знаете ли? Что было дальше, я не помню. Последнее что я слышал это тихие стоны Антона и где-то там, вдалеке, сирена скорой помощи. Как и сколько лежали мы в больнице, я не помню, но помню, что я хромая, выкатывал Антона на инвалидной коляске.

Антон

Я до сих пор не могу принять то, что я теперь без ног, что я теперь не смогу бегать, играть в мой любимый футбол, я всегда буду в этой проклятой коляске. Сделать шаг сложно. Мне очень сложно. Я пытаюсь уже год, но… Что-то пока что не выходит. Арс переехал ко мне, потому что обещал научить меня ходить заново, обещал быть моей опорой. — Арс! Помоги мне! Я не могу дотянуться! — У тебя что, ног нету? Ты встать не можешь? — Я помню, он говорил мне это выходя из зала с телефоном в руках. Похоже я позвал его не в самый подходящий момент. И когда увидел меня на коляске, на кухне сказал: — Ой, да, нету, я забыл. — Очень смешно. — Сказал я, глядя на ехидную улыбку друга. — Да ладно тебе, что и пошутить нельзя? — Ты шутишь на эту тему уже год! Мог бы помочь встать! — Но на это, он просто цыкнул языком и закатил глаза. Я показал пальцем на хлопья, которые лежали на самой верхней полке. И кто их туда поставил? Я кажется догадываюсь… — Спасибо. — Не очень ласковым голосом сказал я, а Арс уходя ответил: — Пожалуйста. В следующий раз, будешь сам доставать, я из-за тебя катку слил!

Арсений

Блин, я конечно люблю Антона и всё такое, друзья тыры-пыры, но, блин, когда тебя каждые тридцать минут Арсений подай, Арсений помоги, Арсений достань, Арсений, Арсений, это уже начинает подбешивать.

Антон

— Арс! Арс, помоги мне, я не могу за порог проехать! Я тут уже десять минут трахаюсь с этой коляской! — Снова с недовольным лицом, выходит из зала Попов с телефоном в руках. — Чтобы трахать, нужны ноги, у тебя их нет. Так что ты пролетаешь. — Помоги мне. — Господи, почему я всегда должен тебе помогать?! Ты уже год как инвалид, ты уже должен приспособиться! — Прости меня, за то, что я остался без ног… — От тебя одни проблемы! — Но он всё-таки помог мне подняться на порог, но его слова очень ранили меня. Мне и так тяжело, а он ещё сильнее добил меня фразой: «Ты уже год как инвалид»… Инвалид… отвратительное слово.

Арсений

Ну и короче на следующий день, я поехал в клуб. Ну, а что? Я не могу отдохнуть от этого беспомощного парнишки? Я что, нянька что-ли вам?

Антон

Целую ночь Арса не было дома и я лёг спать. На утро я понял, что жрать дома нечего вообще, поэтому, придется ехать в магазин. Это я и сделал. Ели как оделся. Терпеть не могу зиму! Пока оденешься, вспотеешь сто раз, а когда на улицу выйдешь, тебя там продувает. Но слава богу одеться я смог, выехал из квартиры, закрыл её, написал Арсу скоро ли он будет дома, на что ответа конечно же не было. И надеяться не надо было. На улице просто жутко холодно и скользко. Коляска почти не едет, колёса прокручиваются, но я стою на месте. — Здравствуйте, вам помочь? — Подходит ко мне какая-то девушка, лет двадцати. — Да, если не сложно конечно, спасибо большое. — Она довезла меня до магазина, так ещё и покупку оплатила и до дома довезла. Вот какие люди добрые бывают! Спасибо таким! Мне конечно было не удобно перед ней, ну, что девушка, оплатила мне покупку на шестьсот рублей, но она настояла на том, что любит делать добрые дела и ничего страшного что она потратит свои деньги на меня, зато я буду доволен. Мне так стало тепло и приятно от таких слов. Спать лег я опять без друга… Я сплю на кухне, у нас там диванчик стоит, а он в зале. Конечно диван там удобней и всё такое, хотя это моя квартира. Но я не жалуюсь, спасибо и на этом.

Арсений

Домой я пришел примерно… часов в… четыре утра. И сразу лёг спать. Ну погуляли конечно вообще классно! Я нашел ещё себе одного друга и вроде как симпатичную тёлочку. Классно правда? Я просыпаюсь из-за того, что кто-то опять орёт. — Арс! Арс! Помоги! Помоги мне, я упал! О боже опять этот… ну нахуй. И снова заснул. — Арс, мне больно! Мне больно, помоги!

Я прогуливаюсь и мне зазвонил телефон, я взял. — Привет, купи мне пожалуйста мазь разогревающую для ног и таблетки какие-нибудь, а то у меня что-то горло болит. — Этот голос я узнаю из тысячи… как же он… — Хорошо, хорошо! Я куплю! Но только пожалуйста, хватит меня беспокоить по мелочам! Окей? А то ты уже раздр… И я вижу, как на меня едет машина, едет на быстрой скорости. Я не успеваю отскочить и всё… дальше темнота и всё что я помню, это я сижу на инвалидной коляске и не могу переехать порог. Про себя я ещё подумал: «Как же всё же тяжело Антону, теперь я его понимаю…»

И тут я открываю глаза. Сон. Но до сих пор слышу: — Мне больно! Подними меня! — Я тут же подрываюсь с кровати и бегу на кухню, вижу что мой друг лежит на полу, а коляска перевёрнута. Я тут же поставил коляску на колёса и начал аккуратно поднимать Антона и когда он был посажен на коляску, я сел возле него на корточки, взял его руку в свою и сказал: — Я понимаю как тебе сложно. Прости за моё поведение. Я вел себя ужасно. Обращайся ко мне абсолютно всегда. Я рядом. Я — твоя опора, помнишь? — Я хорошо запомнил как Антон посмотрел на меня. В его глазах было так много разных эмоций. И в тот момент, мне действительно стало очень стыдно за то, что я вел себя так с ним. Он ведь не виноват что теперь он не может ходить? Это за него решила судьба. Но все мы люди и без разницы какой мы национальности, здоровые, или те, которым нужно лечение, сколько нам лет, богатые мы или не очень и какое у нас образование. Это всё не важно. Мир, будет держаться на дружбе. И пока мы все будем дружить и помогать друг другу, мир будет развиваться и достигать новых высот. И запомните, добрые дела, они как бумеранг! Всегда вернутся.