Сила измеряется в ньютонах

** Евгений ** И всё же разница между удаленным полётом и полетом на борту аппарата есть и она значительная. Тут тебе и страх прорезался, и сомнения, но дурное дело не хитрое и я не стал тянуть кота за хвост. Как только установка, ускоряющая спонтанный распад тория, вновь вышла на номинальную мощность, я сразу же перекинул всю мощность на репульсоры и мы свечой ушли в зенит. И хоть перегрузка, откровенно говоря, мешала дышать, но чувство того, что ты летишь в космос на самодельном звездолете, буквально захлестнуло сознание. — Сбой в работе термореактивного двигателя, ячейки: 29, 31 и 87, — моим, довольно пофигистическим голосом заявил кораблик. Казалось, что этому самому голосу до такой степени плевать на произошедшее, что он сейчас тривиально заснёт. И таки да, когда я записывал все эти фразы, было уже давно за полночь, и я откровенно засыпал в обнимку с микрофоном. Однако беда в том, что если на космических кораблях кто-то и что-то говорит, то это или капитан корабля или интеллект-система. Шем закатил глаза и разразился тирадой на неизвестном мне языке. Юля тоже пробурчала пару слов и уже на более понятном пояснила, что лучше бы мне такой оповещатель выключить, ибо возникает непреодолимое желание найти дроида, который это сказанул, и выбросить за борт. — Перегрев обмоток: 1, 6 и 7, — продолжила глумиться система оповещения, но это не помешало нам выскочить в космос. Скорости чтобы выйти на орбиту нам не хватило бы при всём нашем желании, но драйв-поле создаваемое ускорителем подхватило нас как родных и Луна буквально прыгнула к нам. Она быстро росла в размерах, пока автоматика не определила, что наступил подходящий момент для выхода из режима ускорения. Тряхнуло так, что даже Шем испугался и вцепился в подлокотники, однако ничего неожиданного, просто резкое изменение гравитационного градиента. На кораблях Республики принято ставить установку бортовой гравитации, но на момент проектирования я про такую прелестную штуку не знал, а значит, решал проблему несколько более экзотическим способом. Ну и да, при перелетах из одного гравитационного колодца в другой без такой установки дергало, и тут ничего поделать было нельзя. Такова специфика. — Спокуха братцы-кролики, сейчас Луна притянет нас грешных, и мы совершим пассивный манёвр. Потеряем в скорости и таким Макаром прилетим к цели в два раза быстрее. — Это как так вообще? — обалдела Юля. — Мы ведь куда-то в сторону внешних планет летим? — предположил Шем. — Да, нам нужна четвертая планета, Марс. — Тогда всё понятно, — кивнул дух и замер. — Понятно что? — фамильярно потыкав духа в бок, спросила девушка. — Планеты вращаются вокруг светила с разной скоростью. И проще уменьшить свою скорость здесь с помощью маневра, а потом воспользоваться полем ускорителя. Тогда, достигнув цели, мы сможем сразу идти на посадку. В ином случае пришлось бы делать манёвр у цели, а та планета поменьше Коррибана будет, там пришлось бы движками поработать, — весьма развернуто ответил дух и съехидничал: — Тебя же, как пилота-истребителя натаскивали, разве нет? — Натаскивали, — кивнула Юля. — Но такие маневры мы не проходили от слова совсем. — Наверное, из-за разницы в техническом оснащении, — предположил Шем. — В моё время и гипердрайвы были помедленнее, и про орбитальную механику не стоило забывать. Пока мы коротали время беседой, Луна заняла большую часть внешнего обзора и автоматика вновь запустила драйв-поле из-за чего луна довольно быстро осталась позади, а через пару часов полёта нас опять тряхнуло, но теперь перед нами был планетоид совершенно другого цвета. — Я надеялся, что скорость будет повыше, — покривился, сверившись с часами. — Женя, побойся Силы, если хотят быстрее, просто внутрисистемный микропрыжок совершают, так что нормальная у нас скорость, — подбодрила меня девушка. — Тем более ты же экономил, так что нормально всё. Выбросив из головы переживания, проследил за тем, чтобы аппарат вошел в атмосферу Марса под нужным углом и скоростью, а то помню я свои прошлые косяки. Сманеврировав над поверхностью, приземлился в ранее разведанную точку и наконец-то выдохнул. Даже осознание того, что я совершил перелет на другую планету, не радовало меня так сильно, как штатная работа всех немногочисленных систем корабля. Отстегнувшись от кресла, встал на ноги и даже подпрыгнул из-за непривычной силы тяжести. Благо до потолка я не долетел и отделался лишь веселым перебиранием ногами в воздухе. — Жалко, что иллюминаторов нет, просто так сидеть скучновато, — пожаловалась девушка, когда голограмма имитирующая экраны обзора погасла. — Не было подходящих материалов, — сознался я. — Да и страшновато корпус ослаблять. — Кстати, а что мы будем тут делать? — Лично я собирался залечь спать, — пожал плечами. — Через сутки должен вернуться четвертый борт. В зависимости от информации, которую мы получим с него, будем планировать дальнейшие действия. ** Евгений ** Да, в самом деле, нафиг это голосовое оповещение. Оно, оказывается, работает всё время, я просто этого не знал из-за того что сам на своих творениях не летал, только в удаленном режиме. А так, проснувшись пару раз, от демонического голоса системы, я многое понял. — Чувствую себя балластом, — пожаловалась Юля, а Шем согласно кивнул, не прекращая раскладывать пасьянс, который с наглой мордой запустил на бортовом вычислительном ядре. — Логично. Пока мы в пути вы пассажиры, а вот доберемся до обжитых мест, будете впахивать на всю катушку, — пообещал я. — Натурализация и разница во времени это не шутки. Считай, в неизвестность летим. И доступ к сети это совсем не панацея. — Кстати, а почему бы вам не связаться с храмом джедаев, — сделал неожиданное предложение Шем. — Во-первых, ты, а во-вторых дроиды службы связи с общественностью без энтузиазма восприняли мысль, что есть некая джедайка которая возвращается после семисотлетнего отсутствия. — Дроиды? Зачем им дроиды? — опешил Шем. — Много желающих позвонить в храм. Как говорится, идиотов в галактике чуть меньше, чем атомов водорода. — В смысле? — ещё сильнее опешил Шем. — Туда звонят исключительно для связи с дежурным джедаем. За бессмысленное названивание сажали или даже расстреливали. Хм. И правильно делали, как по мне. Тут я с джедаями солидарен. — Нет, ребята, сразу видно, что вы из более цивилизованного времени, — пошутил я. — Сейчас никто никого не расстреливает, правда и дозвониться теперь нереально, но это, видимо, никого не колышет. Посидели в тишине, подумали каждый о своём, пока ребята синхронно не вскинули головы куда-то к потолку. — Экие вы чувствительные, — улыбнулся и включил внешний обзор, благодаря которому стало отчетливо видно, что в нашу сторону летит яркая точка, что было не совсем хорошим знаком, но у четвертого борта после возращения из прыжка появился излишек скорости, и гасить её пришлось столь специфичным образом, как атмосферное торможение. Через минуту закопчённый аппарат на миг завис над почвой Марса и, расставив посадочные лапы, окончательно утвердился на планете. — А у нашего посадочных приспособлений не было, — вспомнила глазастая Юля. — Наш только-только из печати был, так что висел на технологических распорках, а так мы сейчас на таких же лапах стоим. Пока мы неспешно болтали, бортовое вычислительное ядро уже успело получить все необходимые материалы с четвертого борта, писком привлекая наше внимание. — Так-так, ага, — пробормотал, проматывая маршрутный лог четвертого борта, после чего покривился и начал просматривать видео полёта. — Что-то не так? — уточнила Юля, что смотрела на материалы из-за моего плеча. Вроде бы постсвечение перехода равномерное, фаза, опять-таки, соответствует. — Это да, техника отработала, как и задумывалось, но вот наши карты конкретно так устарели, — потыкал пальцем в график напряженности поля. — Звезды конечно сдвинулись, но не смертельно, а вот гиперпространственных течений, которыми мы собирались воспользоваться, наш разведчик не нашел, зато нашел другие, которых быть не должно. — Алеф-Триминий всё ещё существует, — не согласился Шем, который наконец-то оставил пасьянс в покое и теперь с интересом изучал замеры, которые привез четвертый борт. — То, что малые течения недолговечны, это не новость. — И, тем не менее, маршрут придется подбирать наощупь, — вздохнула Юлька и, нахмурившись, со странным выражением на лице осмотрела внутреннее убранство корабля. — Так, кажется, я научилась думать в твоём стиле, Женя. — М? В смысле? — У тебя же малый корабль с энергоустановкой такого же типа, что и на крейсера ставят, — начала она. — Раз нет нужных течений, и карты устарели… — А ведь точно! Мы можем лететь не через течения, а последовательно через звездные системы, что располагаются по пути, — поддакнул Шем, невольно перебив девушку. — Мы же, фактически, только запасом еды ограничены и износом систем. Ну, точнее это вы едой ограничены. — Обитаемость пятого борта мною тестировалась поскольку-постольку, так что длительный вояж нежелателен. Радиация, опять-таки. — А вот тут ты не совсем прав, — задумчиво пробормотал Шем, прикрыв глаза полупрозрачной ладонью. — Если будем заходить в звездные системы под углом к основному курсу, то можем не тратить время на облет светила, а сразу же совершать следующий прыжок. Думаю, по времени получится не сильно дольше. — Ну да, с нашим двадцатым классом, время, затрачиваемое на маневры в нормальном пространстве не так уж и критично. Загрузив полученные материалы в тривиальный Эксель, так как приложения для расчета прыжков ещё даже не планировал писать, а нужда в нем уже появилась, я запустил макрос симплекс оптимизации и покивал выводам, которые получил. — Да, при последовательном пролёте мы теряем всего пятнадцать процентов времени, что вообще ни о чем. — Кхм… Жень? — напряженным тоном позвала девушка. — Что такое? — Я только сейчас заметила… почему у четвертого борта не хватает одного стабилизатора? Обернувшись, всмотрелся в голограмму внешнего обзора и хмыкнул от неожиданности. Свернув расчеты, вернулся к видеоролику полета и принялся прокручивать его на большой скорости. — Хатт! — охнула Юля и Шем. — Етижи-пассатижи, — пробурчал я с небольшой задержкой, рассматривая то, как четвертый борт, следуя довольно дубовой программе полета, не отворачивает от судна, которое попыталось преградить ему путь и тривиально его таранит. — Ну, вот вам и медвежий угол, вполне себе обитаемый сектор, как оказывается.