how do i forget?

небо, окрасившееся в персиковый цвет, приобретает розоватые оттенки, а если приглядеться, можно найти взглядом светлую луну. сегодня полнолуние. людей на улицах почти нет — каждый захотел отдохнуть в вечер субботы и посвятить себя дому, друзьям, родителям или родственникам. винить их нельзя, да и нас совсем не интересуют прохожие. небольшая квартира на юге сегодня пустует. где хозяйка? никто не знает. всё вокруг брошено, будто через пару минут она повернёт ключ в замочной скважине и войдёт в когда-то уютные комнаты, наполненные тёплом и любовью. одно из окон открыто. из-за него пара листов на столе в гостиной разлетелись и теперь ждут хозяйку, чтобы она подняла их с пола. лёгкий ветер играется с занавесками, вступает с ними в увлекательный танец, ведёт их, прокручивает, а после исчезает также внезапно, как и появился на балу стихий. в тёмной комнате (кажется, это спальня — здесь можно заметить двуспальную кровать с нежно-розовым пледом на ней) на дубовом столе посреди остальных вещей виднеется вырванный из ежедневника желтый лист, полностью исписанный за пару минут. если посветить на него настольной лампой, можно разглядеть аккуратный почерк. витиеватые буквы, в некоторых местах размазавшиеся, складываются в слова: список вещей, которые я хочу забыть наши поцелуи пять утра, смятые простыни, твои тёмные волнистые волосы и блистающие глаза (я думала, что не полюблю никого больше) балкон, восемь вечера, я наблюдаю как ты куришь ты щекочешь меня, чтобы поднять с кровати ранним утром. я запутываюсь в лёгком одеяле и почти падаю, но ты предотвращаешь столкновение с полом. громкий смех, стук в стену от соседей, переглядки и рваные поцелуи. совместный просмотр фильма «крик 3», когда я вжимаюсь в спинку дивана на страшном моменте, а ты смеёшься и целуешь меня в голое плечо. прогулка у фонтана. ветер становится сильнее и мы получим импровизированный дождь. смех, мокрые волосы и вещи, детская радость. я прихожу уставшая после нескольких пар, ты встречаешь меня дома с кучей конфет и горячим чаем. крепко обнимаешь, берёшь на руки и укладываешь на диван. «сегодня я — ваш дворецкий, мисс» одно мороженое на двоих. три шарика: шоколадный (твой), мятный (мой) и черничный (наш любимый общий вкус) книжный магазин. ты держишь в руках семь книг, пока я ищу остальные ужин при свечах в гостиной. мы просто остались без света, а ты устроил из этого настоящую сказку в суровых реалиях. парк аттракционов, американские горки — я боюсь, кричу и почти плачу, а потом резко останавливаюсь и впадаю в ступор, едва ты берёшь мою руку и переплетаешь наши ладони. такого спокойствия я не испытывала никогда. «спасибо, спасибо» — твой шёпот, застрявший у меня где-то в районе рёбер, затерявшийся в изгибах спины, спрятавшийся во впадинке ключиц. «спасибо, что ты рядом со мной» поцелуи тыльной стороны ладони, словно мы на французском балу восемнадцатого века. я, замершая в глупом реверансе, твои руки на талии, стук каблучков, звонкий смех. кино. огромный попкорн на двоих, опоздание на пять минут, фонарик на телефоне в попытке найти свои места, извинения за оттоптанные ноги и неловкий смех. поздние вечера вдвоём аннотированная книга — твой ежемесячный подарок. они стояли на подоконнике в нашей спальне, чтобы, если захотеть, достаточно было просто вытянуть руку. любовные письма, в которых ты пытался уйти во французский. переводчик, если честно, не особо помогал тебе, и получалось довольно-таки смешно. (я храню их и до сих пор иногда перечитываю перед камином, надеясь, что решусь спалить. пока не решилась, если тебе интересно) тёмные вечера и танцы на кухне в свете фонарей с улицы парикмахерские. я боялась стричься — думала, мне испортят волосы, как в прошлый раз, но ты весь сеанс простоял рядом со мной, держа за руку. парикмахерша была жутко недовольно — я заметила это по её лицу — но и слова не сказала. думаю, была в шоке от твоей красоты. ты всегда был красивым, красивее всех вокруг. каждый рядом с тобой находился в тени твоей красоты, и как бы ты не хотел признавать, это правда. крики друзей «вы круто смотритесь вместе!» и наш тихий смех горячий шёпот в районе шеи, расползающийся мурашками по телу (они пересчитывали каждый мой позвонок на спине, ехидно смеялись — я слышала этот тихий смех в ушах) растрепавшаяся причёска (ты слишком любил играться с моими волосами) ночь. два тёплых тела, касающихся друг друга путешествия по европе в попытках найти своё место в мире (у нас не получилось, зато мы многое повидали, так?) песни тейлор свифт на полную в коротких поездках на машине проспавшие, сонные две пары глаз, глядящие друг на друга и улыбающиеся чистка зубов в тесной ванной вдвоём (ты вечно слегка толкал меня и заливисто смеялся) чтение сценариев слишком громко и эмоционально (ты приносил их из театра, чтобы подготовиться, а потом к нам стучались соседи — думали, ругаемся) мои попытки научить тебя итальянскому, чтобы удивить родителей переплетённые пальцы ямочки на щеках немного веснушек на носу и серебристое кольцо в крыле молчаливые прогулки (особенно мне запомнились по лондону) слышать твой парфюм везде — мята, кора дерева и табак. (я запомню навсегда) маленькие подарки в конвертах возле домашних цветов в гостиной попытки научить меня играть в один из твоих любимых шутеров (спойлер: у меня не получилось — слишком я нервная и порой агрессивная) рваные поцелуи, распространяющиеся по всему лицу: щёки, висок, лоб, нос, подбородок, веки — ты целовал быстро и со всей нежностью, на которую был способен если позволить себе ворваться в личное пространство написавшего, разрушить идиллию тёплого вечера, приближающегося к завершению, и перевернуть листок-послание, можно найти следующее: (вопрос лишь в том, готовы ли вы копаться в чужом белье? не станет ли вам совестно, грустно от осознания вторжения в жизнь другого человека?) (это довольно противно и ненавистно — если прочитать то, что не предназначалось вам. создаётся ощущение, будто грязь распространилась по всему вашему телу, проникла под кожу и теперь циркулирует по венам вместе с кровью, отравляя сердце, разрушая организм и вызывая негативные чувства — в основном, конечно, неконтролируемые вспышки агрессии как следствие злости на себя) это так глупо — писать тебе маленькие записки, думая, что мне действительно хватит смелости отправить их. дура. глупая дура. идиотка. воспоминания меня душат. протягивают бледные длинные пальцы к шее, смыкают их, заставляя нервничать и ловить воздух рваными движениями и хрипеть в попытках вырваться. я не могу от них сбежать, знаю ведь — в любом случае догонят. поймают, удержат за плечо, повалят на землю и вновь начнут душить. я не могу этого допустить, но почему-то бороться с каждым разом всё сложнее, понимаешь?

может, мне пора сдаться?

навеки твоя, ам.