Подарок для мистера Брутенхолма

      Подарок для мистера Брутенхолма.       Когда меня выписали из больницы, очередная экспедиция Томаса Брутенхолма подошла к концу. Я до сих пор корил себя за то, что так долго пролежал с несколькими огнестрельными ранениями. Кирисиянцы так не поступают. С другой стороны, его лечащий врач тоже немного виноват, он мог выписать меня еще на прошлой неделе, но он продолжал утверждать, что мои раны недостаточно зажили. Дурак, что он знает о природе уроженцев Кириса? Я не виноват, что остальные люди такие слабаки.       Сейчас я ехал на такси в небольшой загородный домик Брутенхолма, который ему достался по завещанию от какого-то очень дальнего дряхлого родственника. Должен признать, не самое плохое место чтобы дожить остатки своих дней. Небольшой земельный участок, свежий воздух, никаких соседей, кроме мелких зверушек, плюс, если повезет, неподалеку есть небольшое озеро. Можно искупаться, порыбачить или подсматривать за молодыми.       При приближении к двухэтажному дому, я увидел стоящий у входа грузовик и как пару грузчиков заносят в дом большой черный саркофаг. Не дожидаясь, пока водитель остановиться, я выхожу из машины.       Минуя грузчиков, я вошел в просторную прихожею. Вид у дома был скверный, как снаружи, так и внутри. Почти всюду висела паутина, обои либо порваны, либо местами отклеились. Краска выцвела, вездесущая ржавчина соперничала с плесенью за территорию. Ну и конечно же запах, который я ощущал лучше любого из присутствующих.       -Где Томас? – спросил я ближайшего грузчика, ставивший очередной ящик у лестницы. Болван ничего не ответил, вынудив меня дать ему подзатыльник. Удар был не сильным, но он все равно упал на пол. – Я задал вопрос, тупая обезьяна!       -Ах, он наверху, только прекрати. Я просто работаю – проворчал грузчик, вставая на ноги.       Очередной дохляк, иногда я удивляюсь, как еще Империя не развалилась из-за них. Им было далеко до нас. Наша родная планета – Кирис, по-настоящему адское местечко. Покрытая непроходимыми джунглями и заполненная крайне агрессивными формами жизни, которые методично стремятся уничтожить всех проживающих там людей. Кирис, без шуток, заполнен опасными хищниками, большинство растений ядовиты, а насекомые и болезни опасны не меньше чудовищ. Все дети, выросшие на этой планете, учатся стрелять раньше, чем они начинают ходить потому, что только так у них появляется шанс дожить до совершеннолетия.        Поднявшись по лестнице на второй этаж, я обнаружил Томаса в комнате, которую он обставил как кабинет. Полки с книгами, шкафчики с предметами, которые он насобирал во время экспедиций. Тут и высушенная голова эльза, который пытался освежевать его. Некий тетраэдр с фиолетовыми символами, с пустынной планеты Тан. Яйцо круреха – огромной птицы с красно-черными перьями и многое другое.       Томас секунду еще разговаривал с кем-то по телефону, но увидев меня положил трубку.       -Брон. Ты пришел. Спасибо – сказал он, выдавив улыбку.       -Плохо выглядишь – ответил я, отпив из фляги охладитель.       Он казался особенно старым, бледным и сморщенным. Когда-то он на спор со своим другом-соперником Лотти со скуки решили отправляться в самые таинственные и рискованные экспедиции, они наняли меня. Тогда я подумал, что они сдуются после первого же дела. Но я малость заблуждался. Они показали, что не так безнадежны для не-кирисианцев. Но теперь он представлял собой блеклую тень себя самого. Иногда я думаю, что «возможно» для него было бы лучше умереть.       -Лотти мертв – грустно сказал Томас – погиб от когтей и зубов снежного зверя.       -Нечего грустить! – с жаром сказал я – Он сдох как настоящий мужик. Но я догадываюсь зачем вы меня позвали. Я найду эту тварь и то, что осталось от Лотти.       -Нет, нет – отмахнулся Брутенхолм – тело уже найдено, а голова монстра теперь висит над камином Корбетта.       Наступила тишина, словно за мгновение до нападения. Он заметно мялся и тщательно пытался найти нужные слова. Он будто собирался сознаться в убийстве или типа того. Я не эксперт, у меня обычно другие заботы.       -Я… думаю самое время мне уйти на пенсию – выдавив улыбку сказал он – этому дому нужен новый хозяин, который приведет его в порядок.       -Неплохая мысль – пожав плечами сказал я. Возможно таким способом он решил сказать, что больше не нуждается в моих услугах. Но он будет периодически мне звонить и приглашать на пару стаканчиков или на прочую хрень.       Вдруг мой слух уловил какой-то шум внизу. Томас решил посмотреть и вышел в коридор, пока я медлил, доставая револьвер. Через секунду его хладный труп влетает обратно.       Признаюсь, у меня куча недостатков. Но если бы нужно было выбрать что-то одно, то, что втягивало меня в большинство неприятностей за эти годы… иногда я очень вспыльчив.       И когда я в гневе, я делаю очень глупые вещи. Например, захожу в комнату, в которой стоит кромешная тьма. Я достаточно силен и вынослив чтобы порвать пасть рагеру, но мне не дано видеть лучше в темноте. А хотелось бы.       Некое большое зеленое существо набросилось на меня и повалило на пол. Оно выбило пистолет из моей руки и обвело языком мою левую руку. Когда наши глаза встретились, я со всей силой ударил его чем-то, что подвернулось мне под руку. Существо зашипело и отпрыгнуло. У него упругое зеленое антропоморфное тело, покрытое какими-то острыми отростками. И смердело оно… лучше вам не знать как. Это была лягушка с Тансита. Ну, по крайней мере они там водились. Но мне не до этого.       Он что-то сделал со мной. Его язык был обернут вокруг моей руки всего секунду, но после этого она словно деревянная.       А теперь, мой жаборылый друг готовиться закончить начатое. Тот предмет, которым я треснул лягушку оказалась дикарская дубинка, которую я забрал после ритуального поединка. Мне нужно выиграть лишь секунду, чтобы достать нож из кирисианской стали и выпотрошить эту амфибию.       Лягушка прыгает на меня и оставляет порез своими когтями на моей груди. Ее язык вновь устремляется ко мне, но в этот раз я готов. В отличие от руки, дубинка не чувствует боль. Я бью ее коленом в живот со всей возможной силой. Однако она так быстро пришла в норму, будто я ударил ее перышком. И потому моим вторым ходом будет применение тяжелой артиллерии. Не смотря на примитивность, эта дубинка пришлась очень кстати. Жаль только, что даже она не смогла пробить ее упругую шкуру, но дала такое необходимое мне время. Я отпускаю дубинку, позволив ей упасть на пол и достаю из ножен мое любимое оружие. Пятьдесят сантиметров чистой стали, едва покинув свою тюрьму вонзилось в тушу лягушки, а потом еще и еще.       Явно рассвирепев, лягушка вонзила свои когти мне в грудь. Кровь стала вытекать активней, в ушах зазвенело. Следующим своим шагом она распахнула свой рот, из которого вылезло что-то похожее на клюв, для дробления панцирей. Клюв вгрызся мне в правое плечо, и я зарычал от боли. Онемевшая рука выпустила рукоять ножа, все еще торчавшего в лягушачьем теле. Эта была худшая боль, которую я когда-либо чувствовал, а я в этом спец.       Следующее, что я ощущаю как моя голова сталкивается с чем-то стеклянным. Часть моего мозга отмечает, что моей головой разбили окно. Это была моя последняя спокойная мысль. Я встаю на ноги взбешенным и с яростью берсерка нападаю на амфибию. К тому моменту моя вторая рука вновь обрела чувствительность.       Мы вцепились друг в друга с жаром любовников, после долгой разлуки. Я нещадно бил лягушку по ее мерзкой морде кулаками и топтал ее ногами. В свою очередь она пыталась использовать свой язык и обернуть им мою голову. У нее отчасти это получалось.       В следующий момент мы сломали гнилые перила и упали на первый этаж. Лягушке удалось оттолкнуть меня от себя. Из моих ран обильно текла кровь, голова гудела, в глазах мутнело. Шея и часть лица онемела. Мне с трудом удалось что-то нащупать здоровой рукой.       Лягушка с визгом вытащила из себя нож и неуверенно попыталась сесть. Внезапно я ощущаю, что-то знакомое, что-то… револьвер. В суматохе боя он был выброшен нами вниз.       Лягушка прыгает на меня, приготовив когти, но я поднимаю револьвер и нажимаю на спусковой крючок. Револьвер дергается от сильной отдачи, и лягушка с прострелянной грудной клеткой проехалась по полу, оставив зловонный кровавый след. Из этой штуки можно гротта завалить, так что у этой твари не было шансов. Лягушка издала мерзкий предсмертный крик и размякла на полу.       Краем глаза я замечаю движение и так быстро как могу целюсь в другую фигуру.       -Не стреляй – в панике крикнул кто-то. Это был тот самый дохляк – я тут не причём, эта тварь всех убила… мы не знали! Мы просто работаем!       Я положил пистолет рядом с собой и вручил ему флягу с охладителем.       -Неплохо Лотти – говорю я самому себе – даже я не сразу понял этот трюк.       Тот самый саркофаг, что я видел… на нем был начертан символ, которым обычно обозначал себя Лотти. Вот только убийство соперника после своей смерти… что-то новое. Похоже Брутенхолм что-то утаил от меня. Жалко, что он помер.       -Эй тюфяк – окликнул я грузчика, который успокоился после первого глотка – вызывай труповозку и нотариуса. Мне надо себя заштопать, так что я не смогу сделать это сам.