Now And Then

НА МИНИСТРА ОКАЗЫВАЮТ ДАВЛЕНИЕ С ЦЕЛЬЮ ЗАСТАВИТЬ ЕГО УЙТИ В ОТСТАВКУ

Эксклюзивный репортаж Альтеры Дулун После самых хаотичных пяти дней потрясений в своей карьере министр магии Амелия Боунс находится под сильным давлением, требующим её отставки со своего поста. Проблемы министра Боунс начались с жестокого и злобного нападения на деревню Хогсмид, в результате которого трое были убиты, многие ранены, а Тёмная метка впервые за семь лет была замечена на Британских островах. Позже в тот же день она предприняла почти беспрецедентный шаг — вызвала опасную заключенную в свой кабинет, вместо того чтобы отправиться в Азкабан для допроса, как это обычно делается. Хотя она до сих пор не объяснила, почему решила допросить Грейнджер в своём кабинете, а не в камере, ходят слухи, что она рассматривает возможность помилования Грейнджер за попытку убийства Гарри Поттера, седьмая годовщина которой пришлась на этот день. Какими бы ни были причины её решения привести Грейнджер в Министерство, результаты оказались катастрофическими и поставили всех в стране под угрозу. Когда директор Нимфадора Тонкс возвращала предательницу в камеру, её концентрация, очевидно, ослабла, и Гермиона Грейнджер исчезла. Несмотря на многочисленные так называемые «зацепки», и ДМП, и Министр не имеют ни малейшего представления о том, где может находиться Грейнджер и что она может планировать. Однако на следующий день после её побега в лесу к северу от Хогсмида была зверски убита репортер «Ежедневного пророка» Рита Скитер. Хотя официальных комментариев от Министерства нет, наши преданные читатели помнят, что мисс Скитер сыграла важную роль в распространении многих эксклюзивных материалов о Гермионе Грейнджер, и что сама Грейнджер поклялась, что «больше не позволит этой ведьме Скитер писать». Это, а также события предыдущих дней, заставили многих видных членов Министерства задаться вопросом, способна ли министр Боунс, которая была практически избрана всеобщим признанием после обвинения и осуждения Гермионы Грейнджер, всё ещё выполнять свою работу. И хотя мы в «Пророке» стараемся оставаться беспристрастными и независимыми, мы обнаружили, что и сами задаемся теми же вопросами.

***

— Альбус. — Амелия. — Я так понимаю, вы видели газету? — Да, она была доведена до моего сведения, — сказал Дамблдор лёгким тоном, — Но если бы у меня был кнат за каждый раз, когда «Пророк» начинал нападать на меня… — Значит, Вы не думаете, что мне стоит беспокоиться… — Она потянулась и взяла газету с его стола — Большое количество сотрудников Министерства планируют свергнуть меня? — Насколько нам известно, это могут быть уборщицы, — Дамблдор улыбнулся. — Я бы не задумывался об этом, Амелия, у Пророка есть опыт преследования ответственных лиц, — Он сделал паузу, — Я уверен, Вы помните истории во время Турнира Трёх Волшебников, — Она кивнула. — Итак, будем считать это решённым, — Он взял бумагу из её рук и вернул её на стол. — Теперь, о нынешнем местонахождении мисс Грейнджер…

***

— Я уже начала думать, что ты не придёшь, — улыбнулась Гермиона, когда Полумна вошла в комнату. Она просидела на скамейке под Эйфелевой башней почти три часа и уже собиралась идти дальше, когда заметила Полумну, идущую по улице. Её первый инстинкт, вскочить и замахать руками, был быстро подавлен, и вместо этого она сидела на месте и проверяла, нет ли за её подругой слежки. Убедившись, что они одни, она встала и начала идти через площадь. Через мгновение Луна заметила её и, улыбнувшись, повернулась и пошла к ней. — Прости, меня задержал туман в Тимбукту, — ответила она, — Ты долго ждала? — О, три-четыре часа, — пожала плечами Гермиона, — Но после семи лет, проведённых в одних и тех же четырёх стенах, было довольно приятно просто посидеть на свежем воздухе, — она огляделась вокруг, — За вами никто не следил, по крайней мере, я никого не видела. — Я выбрала несколько обходной путь, — ответила Полумна, — Любой, кто следовал бы за мной, должен был бы перепрыгнуть через четыре страны и шесть часовых поясов, чтобы не отстать. — Я впечатлена, — ухмыльнулась Гермиона, — Но как ты думаешь, у тебя есть силы на ещё один прыжок? — Зачем? — Нам нужно вернуться в Великобританию. Происходит что-то странное, и я беспокоюсь, что если мы не сможем остановить это, то всё пойдёт плохо не только для нас, но и для многих других людей. — Хорошо, — кивнула Луна, — Куда мы пойдём? О твоём доме не может быть и речи, и я уверена, что мой дом и офисы «Придиры» были бы одинаково плохой идеей. — У меня есть одна или две идеи, но сначала я хочу кое-куда сходить, — она опустила глаза, — Я хочу посетить свою могилу, — Полумна удивлённо посмотрела на неё. — Почему? — У меня было много времени подумать за последние семь лет и за последние четыре дня, — продолжала Гермиона, — И всё приводит к одному и тому же выводу, — она сделала паузу, — Мне кажется, я знаю, где они похоронили Пэнси.

***

Рон оглядел конференц-зал, затем повернулся к своему старшему брату. — Это все? — спросил он. Перси кивнул. — Это было довольно быстро, Рон, — ответил он, — А переворот из офиса министра — это не то, что можно увидеть каждый день. — Я уже сказал спасибо? — Рон усмехнулся. — Да, но это не значит, что ты не можешь сказать снова, — Перси вернул ухмылку, затем жестом указал на комнату: Это твоё шоу, младший брат. — Спасибо, — кивнул Рон, затем встал и повернулся лицом к собравшейся толпе, — Спасибо, что пришли. Как вы знаете, последние пять дней были неспокойными. Над Хогсмидом видели Тёмную метку, известная предательница в бегах, а теперь ещё и уважаемый репортёр хладнокровно убит, — Рон сделал паузу, — И за всё это время министр Боунс и директор Тонкс так и не дали никаких объяснений, — Рон поднял руку и начал отсчитывать по пальцам, — Нападение в Хогсмиде — никаких объяснений. Тёмная метка — никаких объяснений. Убийство Риты Скитер — никаких объяснений. — Он сделал паузу, — И, наконец, побег Гермионы Грейнджер из-под стражи самой директора Тонкс — и всё ещё никаких объяснений. — Есть также вопрос, как Грейнджер сохранила так много своей магической силы, — добавил Перси справа от Рона. — Большинство людей, которые проводят месяц в Азкабане, выходят оттуда ослабленными и неспособными к магии в течение некоторого времени. — Но Грейнджер всё ещё достаточно сильна, чтобы не только сбежать от директора Департамента магического правопорядка, но после Хэллоуина её видели в полудюжине разных стран, по всему миру, — продолжил Рон. — И снова — никаких объяснений, — он сделал паузу, — Как вы знаете, я был большим сторонником министра Боунс на протяжении большей части её карьеры. Во время войны она была отличным Директором ДМП, а после того, как она провела суд над оставшимися Пожирателями смерти и Грейнджер, я с радостью поддержал призывы избрать её Министром магии. — Рон огляделся по сторонам. — Однако становится всё более очевидным, что она больше не способна выполнять свою работу. Последняя неделя показала, что она не способна справиться с кризисом, и я считаю, что ей пора уйти в отставку, передать управление ситуацией и страной кому-то более способному и более достойному. — Вы? — позвал кто-то сзади. Рон огляделся по сторонам, затем сосредоточился на человеке, который заговорил. — Как бы мне это ни нравилось, я прекрасно знаю, каким министром я буду, и никому не пожелаю этого, — по группе прошла волна смеха, — Я здесь не для того, чтобы предлагать замену министру Боунс. Вместо этого, я просто спрашиваю, согласны ли вы, как некоторые из наиболее влиятельных членов Министерства, что нам нужна смена руководства, особенно после прошедшей недели, — Он огляделся вокруг. — Я не жду ответа сейчас, но я хотел бы, чтобы вы подумали об этом в течение следующих нескольких дней. Подумайте о том, что я сказал, о том, что произошло, и о том, можно ли было справиться с этим лучше.

***

Тонкс махнула рукой и закрыла дверь в свой кабинет. Она знала, что, как директор, она должна быть доступна в любой момент, но после событий предыдущих нескольких дней она также знала, что ей нужно принять решение, и она не сможет думать об этом, если каждые две минуты в её кабинет будут вбегать и выбегать люди. Ранее тем утром она провела короткий разговор со своими коллегами по всему миру, пытаясь разыскать не только Гермиону Грейнджер, но и её родителей. Тот факт, что два магла пропали, пока не был достоянием общественности, но она знала, что это лишь вопрос времени, когда кто-то из её отдела проболтается об этом, и тогда на неё и её начальницу будет оказано ещё большее давление. Тонкс наслаждалась своей работой — это было всё, что она когда-либо хотела делать. На протяжении семи лет обучения в Хогвартсе (и семи лет, в течение которых парни относились к ней как к сексуальному объекту) и ещё трёх лет обучения в Академии она стремилась к одной цели — стать аврором. К сожалению, её врожденная неуклюжесть немного мешала ей, трудно быть хитрой, когда каждые две минуты спотыкаешься о собственные ноги. Но, по иронии судьбы, именно то, что делало её неуклюжей — природные способности метаморфа, сделало её практически бесценной для ДМП. Она продвигалась по служебной лестнице, и во время масштабной перетряски после окончания войны её повысили, когда Амелию избрали министром. Она взглянула на пергамент на своём столе, затем взяла перо и быстро подписала его.

***

— Как всё прошло? — Гарри жестом пригласил Рона сесть. — Довольно хорошо, — улыбнулся Рон, — Было несколько несогласных, но ни один из них, я думаю, не донесёт на нас, — он сделал паузу, — Но большинство из них не считают замену Боунс возмутительной идеей. — Отлично, — Джинни села рядом с мужем, — Ты затронул вопрос о возможных заменах? — Пока нет, — покачал головой Рон, — Если я ошибаюсь насчёт их благонадежности, я бы не хотел привлекать тебя к этому на данном этапе. — Хорошая мысль, — усмехнулся Гарри, затем его улыбка померкла, — До меня дошли слухи, что Грейнджер вернулась в страну. И что её родители исчезли из дома. — Это правда, — Джинни посмотрела на брата, — У меня есть несколько друзей в ДМП — авроры, которые симпатизируют нашему делу, и они немного недовольны прессой, которую получает их отдел. — Как ты думаешь, они захотят нас выслушать? — Возможно, — кивнула Джинни, — Но это тема для другого раза. Клэр и Арнольд ушли, но они покинули дом волшебным образом. — Грейнджер, — сказал Гарри раздраженным тоном, — Ну, по крайней мере, мы знаем, что она не потеряла свои умственные способности за годы отсутствия. Она знала, что мы пойдём за её родителями, поэтому добралась до них первой. — Он сделал паузу: Есть идеи, где они могут быть? — Её видели в Голландии, Бразилии, Франции, США, Москве и Германии, — ответил Рон, но Гарри покачал головой. — Она никогда бы не сделала ничего столь очевидного, — вздохнул он, — Она ведёт ДМП по всему миру, оставаясь достаточно долго, чтобы её заметили, но недостаточно долго, чтобы поймали, — он улыбнулся, — Где бы ни были её родители, мы их не найдём, и я не думаю, что нам стоит пытаться. — Ты не хочешь использовать рычаги? — Рон удивлённо спросил: Я имею в виду, если она придёт за нами, я бы подумал, что иметь что-то против неё было бы полезно. — Это было бы неплохо, но я подозреваю, что где бы они ни были, они очень, очень хорошо защищены, и это будет больше усилий, чем того стоит, — спокойно ответил Гарри — Нет, я думаю, мы должны приложить все наши усилия к плану А, — Он встал. — Рон, продолжай работать с Перси, чтобы узнать, кого мы можем привлечь на нашу сторону в случае недоверия. Джинни, поддерживай связь со своими знакомыми в корпусе авроров. Если Грейнджер где-нибудь появится, я хочу знать. — Да, милорд, — ответили в унисон двое. — У меня ушло почти две жизни, чтобы зайти так далеко, и я не позволю этой суке разрушить всё сейчас.

***

Молодая женщина шла по центральной дорожке муниципального кладбища Кэнли. Она была одета во всё чёрное, её короткие чёрные волосы развевались на ветру. Она повернула налево, к восточному концу кладбища, затем остановилась у пятого ряда. Она остановилась на мгновение, затем опустилась на колени перед простым, ничем не украшенным надгробием.

Гермиона Грейнджер. Любимая дочь. Она умерла, чтобы другие могли жить.

Хорошее чувство, — подумала женщина, затем, быстро оглядевшись вокруг, она уставилась на могилу перед собой и закрыла глаза. — Будь то нечисть или справедливость, открой мне, что там похоронено, — медленно произнесла она. Несколько мгновений ничего не происходило, а потом она увидела, что смотрит в гроб. Тело хорошо сохранилось — магия позаботилась об этом. Восемнадцатилетняя девушка с дикими кустистыми волосами, одетая в официальные мантии Хогвартса, с палочкой наготове. Женщина чуть не рассмеялась от удивления, увидев маленькую золотую медаль, приколотую к груди трупа. Орден Мерлина первого класса? — подумала она про себя, — Они и вправду выложились по полной. — Она позволила своему ясновидческому взгляду блуждать по телу, ища признаки ловушек или заклятий, но когда ничего не нашла, протянула руку и прошептала — Фините Инкантатум. Образ в её сознании на мгновение замерцал, затем, когда она смотрела, труп охватила крошечная вспышка голубого света. Она рефлекторно зажмурила глаза, а затем тихонько засмеялась, осознав всю бесполезность этого жеста. Но по мере того, как свет исчезал, исчезал и её юмор. — О, любовь моя, — сказала она себе, — мне очень жаль. Мне очень, очень жаль. Я должна была довериться тебе, рассказать, что мы собираемся делать и что может произойти, — Несмотря на закрытые глаза, она чувствовала, как слёзы текут по щекам. — Моя девочка, моя храбрая, непокорная девочка. Сможешь ли ты когда-нибудь простить меня? Она отменила заклинание, затем поднялась на ноги. — Я подвела тебя, Пэнси, моя Пэнси, но теперь я вернулась, и я планирую всё исправить. — Она достала из куртки розу и аккуратно положила её на надгробие. — Наступает новый мир, любовь моя, жаль только, что ты не сможешь увидеть его. — Она сделала паузу, затем повернулась и пошла обратно по тропинке. Когда она дошла до ворот, её встретила высокая женщина с серебряными волосами и зелёными глазами. — Пора, — тихо сказала она. Зеленоглазая женщина пристально посмотрела на неё. — Я всё ещё не думаю, что это разумно, Мин. — Я знаю, но мне надоело скрываться, — усмехнулась она, — Я не собираюсь нападать или начинать войну, Лу. — Тогда почему… — Потому что я хочу, чтобы он знал, что я вернулась, и что я не боюсь, — Гермиона выпрямилась. — Я собираюсь встретиться лицом к лицу со своими демонами, и заставить его встретиться лицом к лицу со своими.

***

Министерство магии, 7 ноября 1997 года Гермиона оглядела зал суда и в недоумении покачала головой. Они и вправду выкладываются по полной, — подумала она про себя, — Выглядит это как настоящий суд — как будто вердикт и приговор ещё не вынесены. После своего первого визита Луна вернулась через полчаса с нервным выражением лица. — Лу? Они в порядке? — Гермиона уставилась на неё: Полумна, даже если всё плохо, я хочу знать. — Они в порядке, — ответила Полумна со слабой улыбкой, — Они не пострадали и не были ранены, — она сделала паузу, — Но на них наложили сильные чары памяти. — Чары памяти? — Гермиона нахмурилась: С какой стати они использовали чары памяти? — Она уставилась на свою подругу: Что ты мне не рассказываешь, Лу? — Когда я появилась, они разговаривали со своим священником, — Она сделала паузу, — Они обсуждали твои похороны. — Гермиона в замешательстве уставилась на неё на мгновение, а потом села, сглотнув. — Они думают, что я мертва? — Гермиона обвела взглядом камеру, затем снова повернулась к ней: Они сказали моим родителям, что я мертва? — она нахмурилась. — Почему..... — Почему что? — спросила Луна, когда Гермиона не закончила своё предложение. — Я собиралась спросить, почему они это сделали, но, кажется, я знаю, — она подняла глаза: Полумна, ты должна мне кое-что пообещать. — Смотря что. — Я думаю, что в ближайшие несколько месяцев, может быть, лет дела пойдут плохо, — она сделала паузу, — Пэнси пыталась помочь мне, и она мертва. Я не хочу, чтобы то же самое случилось с тобой. — Ты хочешь, чтобы я просто стояла в стороне и позволяла им преследовать тебя? Позволить им отправить тебя в тюрьму и оставить там гнить? — Да, — серьёзно кивнула Гермиона, — Рано или поздно, он покажет свою руку. Он сделает свой ход, и я буду там, чтобы остановить его, — она встала и подошла к подруге так, чтобы оказаться с ней нос к носу. — Мне нужен кто-то, кто будет ждать меня. Кто-то, кто сможет помочь мне, когда я вернусь, — Она сделала паузу. — Кто-то, кто верит в меня, — Луна посмотрела в глаза своей подруге, затем медленно кивнула. — Я верю в тебя, Мин, — улыбнулась она, — И если это займёт неделю, месяц, год, или даже всю жизнь, я буду ждать тебя, — Гермиона улыбнулась. — Ты должна идти. Дамблдор теперь будет следить за тобой гораздо пристальнее, и я не хочу, чтобы у тебя были неприятности из-за меня, — она сделала паузу, затем ухмыльнулась: По крайней мере, пока я не буду там, чтобы насладиться этим, — Полумна рассмеялась. — Мисс Грейнджер? — Гермиона вынырнула из своих воспоминаний и посмотрела на молодого человека, стоящего перед ней. — Да? — Меня зовут Тайлер Д’Бо, и я буду вашим защитником на этом слушании. — Нет, не будете, — покачала она головой. Адвокат удивлённо уставился на неё. — Да, я буду, — Он протянул ей пергамент, который она просканировала, а затем передала обратно. — Мне не нужен адвокат, — улыбнулась она ему, — Так что Вы можете избавить себя от лишних хлопот. — Мисс Грейнджер, Вы предстали перед судом по двум пунктам обвинения в покушении на убийство, — сказал Тайлер растерянным голосом, — И Вы несовершеннолетняя. — Мне восемнадцать, — Она продолжала улыбаться ему. — Мне восемнадцать уже почти целых два месяца. — Но вы студентка, — твёрдо ответил он. — Согласно процедурам Визенгамота, Вы обязаны иметь защитника. — Это обязательно должны быть Вы? — Она спросила. — Разве я не могу сама выбрать себе адвоката? — Ну, да, — кивнул он. — И кого же Вы имели в виду? — Мой дядя Дэвид, — быстро сказала она, — Он был нашим семейным адвокатом столько, сколько я себя помню, и он практически единственный человек, которому я доверяю. — Но… — Он огляделся вокруг: Вы маглорождённая. — Правда? — Гермиона задохнулась в притворном удивлении. — Может быть, это объясняет тот факт, что мои родители не могут колдовать, а я могу, — Она жадно посмотрела на него. — Вы думаете, что это может быть так? — Мисс Грейнджер, Вы предстанете перед судом по двум пунктам обвинения в покушении на убийство. — Я бы повторила шутку про «я ли это», но не люблю повторяться. — … И всё же, похоже, Вы воспринимаете весь этот процесс как шутку. — Мистер Д’Бо, — Её лицо стало серьёзным. — Меня обвинили в попытке убийства моего лучшего друга. Список людей, которые обвиняют меня, состоит из людей, которых нация теперь считает героями первого порядка, — Она посмотрела на галерею. — И в него входит лучший друг, в попытке убийства которого меня обвиняют, — Она сделала паузу, затем улыбнулась. — Конечно, теперь он носит другое имя. — Мальчик, который победил, — ответил Тайлер, — Тем более, Вам нужен кто-то, кто знает, что делает, чтобы защищать Вас. — Это было не то имя, о котором я думала, — вздохнула Гермиона, — Послушайте, Тайлер, я уверена, что Вы хороший парень, и что Вы действительно хотите сделать для меня всё возможное. — Спасибо? — сказал он нерешительно. — Но это… — Она замахала руками вокруг. — Это показательный процесс. У меня есть веские основания полагать, что вердикт уже вынесен, и завтра в это время я начну новую жизнь в качестве заключенной Азкабана, — Она сделала паузу. — И, честно говоря, я бы предпочла быть там, чем здесь, — Она улыбнулась. — Если Вы хотите в будущем стать адвокатом, Тайлер, Вам не стоит связываться с защитой меня. — Но меня назначили… — Но если я отстраню Вас, это плохо отразится на мне, а не на Вас, — улыбнулась она, — Я потребую, чтобы мой дядя Дэвид защищал меня, они скажут мне, что я не могу пригласить магла в качестве адвоката в деле Министерства магии, и я скажу, что если я не могу пригласить адвоката по своему выбору, я буду защищать себя сама, — усмехнулась она, — Вы будете освобождены от дела без чёрной метки в своём послужном списке. — Но у Вас не будет адвоката, — нахмурился Тайлер. — Он мне не понадобится, — ответила она, — Но спасибо. — За что? — За то, что Вы один из немногих людей, которым, похоже, не всё равно, буду я жить или умру, — Она повернулась, когда группа магов в мантиях начала заполнять скамейки перед ней. — Ну что ж, давайте начнём это шоу.

***

— Мисс Лавгуд, Вы не вернулись в своё общежитие прошлой ночью, — Полумна, которая смотрела в огонь, подняла голову при звуке голоса профессора Флитвика. — Нет, профессор. Простите, но я хотела побыть одна. — Могу я спросить, почему? — Он сел напротив неё, но Полумна снова уставилась в огонь. — Это связано с вашей встречей с директором? — Она продолжала смотреть в огонь, не обращая на него внимания. — Мисс Лавгуд..... Я бы хотел вам помочь, — Полумна повернулась лицом к профессору и вопросительно подняла брови. — Вы не можете, профессор, — тихо покачала она головой, — Это выше Ваших сил, и я не хочу втягивать Вас в это. — Вы уверены, мисс Лавгуд? Вы выглядите так, будто Вам нужен друг. — У меня был друг, профессор, — она повернулась к нему с сердитым видом, — Два хороших друга, на самом деле. Возможно, это лучшие друзья за всю мою жизнь, — Она сделала паузу. — Я встретила одного в первый день. Когда все остальные смотрели на дочь психа, владеющего «Придирой», она решила узнать настоящую меня — ту, которая любит своего отца, ту, которая скучает по своей матери, ту, которую дразнили каждый день её жизни, потому что она видит вещи немного иначе, чем все остальные. — Мисс Грейнджер, — мягко сказал Флитвик. — Несмотря на то, что мы учились в разных классах, мы быстро подружились. И где-то в конце концов я поняла, что влюбилась в неё, — она увидела, как профессор понимающе кивнул. — Я знала, что она знает, и что она не чувствует того же. Но это никогда не вставало между нами. Она по-прежнему относилась ко мне так же. Даже когда кто-то появился в её жизни. — Мисс Паркинсон? — Я думала, что на этом наша дружба закончится, — призналась Полумна, — что Пэнси вытеснит меня, видя во мне либо помеху, либо, возможно, угрозу, — Она посмотрела на Флитвика и усмехнулась: Но знаете что? Она подружилась и со мной. Сначала я думала, что мы сделали это только в качестве одолжения Мин, я хотела проводить время с Гермионой, поэтому мне пришлось проводить время с Пэнси. И она чувствовала то же самое, поскольку мы с Мин были лучшими подругами, она знала, что не сможет встать между нами. — Но позже Вы подружились с мисс Паркинсон? — Оказалось, что у нас много общего, не считая того, что мы обе были влюблены в одну и ту же девушку, и вскоре мы стали неразлучны, — Она вздохнула. — У меня было две лучшие подруги, профессор — две молодые женщины, за которых я отдала бы жизнь, не задумываясь, — Она повернулась к нему лицом. — А теперь одна мертва, а другая под судом за свою жизнь, и я ничего не могу поделать, — Она издала короткий, лающий смешок. — Так что простите меня, профессор, если я не думаю, что Вы можете мне помочь.

***

— Мисс Грейнджер, теперь, когда мы разобрались с вопросом о Вашем защитнике, готовы ли Вы выслушать дело против Вас? — Да, госпожа Арбитр. — Очень хорошо, — Главный судья Визенгамота — пожилая женщина по имени Алиссия Джекстон, повернулась к адвокату справа от Гермионы: Адвокат Аллим? — Спасибо, госпожа Арбитр, — поднялся на ноги Джейсон Аллим, — Обвинение утверждает, что Гермиона Джейн Грейнджер, маглорождённая студентка седьмого курса Хогвартса, умышленно пыталась убить Гарри Джеймса Поттера — тоже студента седьмого курса, в течение нескольких секунд после того, как мистер Поттер убил Тёмного Лорда Волдеморта. Мы покажем, что она не находилась под принуждением, и что её предательство лучшего друга и защитника света произошло по её собственной воле, — он повернулся к Гермионе, — Мы также покажем, что она не проявила никакого раскаяния и не дала никакого разумного объяснения своим действиям, — Он повернулся лицом к Судье. — Хотя по закону мисс Грейнджер ещё не считается совершеннолетней, мы считаем, что из-за чрезвычайно серьёзного характера этого преступления её обучение в Хогвартсе должно быть официально прекращено, и она должна предстать перед судом как совершеннолетняя, — Он глубоко вздохнул. — И поэтому мы просим полного наказания. — Что именно? — спросила Гермиона. — Двадцать лет.