Бездействие тоже преступление

      Принцесса не сказала ни слова своей служанке, из-за чего той пришлось самой решать, что нужно сделать. Лия решила просто наблюдать за ситуацией, чтобы не доставить проблем своему господину. На её удивление Зельда была очень спокойной, даже точнее сказать смирной.       После ванны и еды девушка просто сидела у окна в спальне императора. Как какая-то безжизненная кукла. Служанка, не зная куда себя девать, стояла у входа в этой гнетущей тишине. И это то, что осталось от королевской семьи? Теперь Лие стало ясно, почему она была единственной выжившей. Принцесса была просто вещью на память. Но оспорить приказ графа она не имела права. Вдруг дверь распахнулась, и в комнату вошёл до чёртиков разозлённый Рейнхард. Он полностью проигнорировал служанку и подошёл к Зельде. Император схватил девушку за волосы, отчего та взвизгнула, наконец подав признаки жизни. —Всё не меняешься, ты и правда бесстыжая, после всего нет ни капли смущения, — он провёл по припухшим местам лица. — Хоть бы поплакала или посопротивлялась ради приличия, — принцесса лишь прикрыла глаза на слова императора. — Как же раздражает, — мужчина не мог определиться, чего он хотел от Зельды, только во время секса она его не раздражала. —Скажи хоть слово, — Лия не могла понять, что за картина разворачивается перед её глазами. —Простите, — прошептала девушка, чем сильнее разозлила императора. — Ты хоть знаешь другие слова?! — накричал он на неё, отшвырнув к стене, отчего та вскрикнула. — Не притворяйся дурой! Ты смеешь играть со мной? — Рейнхард впился в губы принцессы, прикусив их до крови.       Зельда пискнула как зверёк перед хищником. Она почувствовала во рту привкус крови. Но побоялась двинуться. Зельда не понимала Рейнхарда, ещё когда он был рабом, но сейчас всё стало ещё хуже. И как её угораздило полюбить его? Может это её наказание с небес? Страдать, находясь рядом с любимым. — Ты вздрогнула, когда мы говорили о Южном герцоге. Ты же что-то знаешь, — тихо, чтобы служанка не услышала, сказал он ей на ухо. — Я не стал это говорить при всех, снова начали бы нудить, что надо избавиться от тебя. Но это не значит, что я закрою на это глаза. — Два года назад… Меня хотели сделать его наложницей, но отец передумал, — девушка сказала только малую часть правды, опуская голову. —Зельда, не ты одна следила за мной, — император болезненно схватил её за подбородок. —Я тоже следил за тобой. И поверь, я знаю о тебе больше, чем ты обо мне. Раз не хочешь говорить, ты не оставила мне другого выбора, — тихо рычал Рейнхард как разъярённый зверь. — Принеси верёвку, живо, — он прикрикнул на служанку, которая не могла покинуть комнату без разрешения и не знала куда деться.       Лия выбежала из комнаты, глаза императора были похожи на глаза оголодавшего хищника. Девушке приходилось сталкиваться с убийцами, но это было совсем другое. Она не расслышала, о чём они говорили, но она поняла точно, их отношения были крайне необычными. Стоило ей принести верёвку, как её выставили за порог. Лия не знала, что делать и куда ей идти. Села, оперевшись о стенку у двери императорских покоев. О чём вскоре пожалела.       Рейнхард, получив верёвку, криво улыбнулся. Раньше связывали его, но теперь он сам это сделает. Мужчина подошёл к Зельде и кинул её на кровать. Он завел её руки за спину, стягивая на них верёвки. Принцесса, перепугавшись, дёрнулась, но сбежать у неё не вышло. От чего она просто сдалась. Рейнхарду это было только на руку, ведь ему впервые приходилось делать нечто подобное. Он обвязывал её хрупкое тело поверх одежды, выделяя красивые формы. Ему хотелось, чтобы девушка чувствовала себя крайне некомфортно, поэтому, уткнув её лицом в матрас, он поставил принцессу наподобие четверенек со связанными сзади руками. Затем обвязал лодыжки девушки, привязывая их к её бёдрам. Теперь принцесса опиралась только на свои колени и лицо. Она чувствовала, как верёвка впивалась в тело. Без возможности пошевелиться, её тело напряглось. От беспомощности становилось страшно. Рейнхард довольно улыбнулся, оценив свою первую работу. Он видел, как её тело дрожало, вызывая в нём животные инстинкты. —Зельда, ты хочешь играть со мной в молчанку? — его рука легла на попку девушки, поглаживая её. — Ты плохая сучка, — с этими словами он шлёпнул её со всей силы, отчего услышал вскрик. — Это твоё наказание за непослушание, — продолжал мужчина, уже чувствуя через ткань, как горит её нежная кожа —Хватит, больно, прошу, умоляю, — принцесса понимала, что он сильнее, но не думала, что рука у императора окажется такой тяжёлой.       Девушка чувствовала, как горела от боли её попка. Зельда начала всхлипывать от неприятных ощущений. Может её и пороли, но никто никогда не бил её по этому месту. Это считалось самым настоящим позором. В отличие от спины и ступней, которые привыкли к боли, её попка была очень нежной и чувствительной. Зельда начала дёргаться в попытках убежать, но верёвки не давали ей двигаться, лишь сильнее впиваясь в нежную кожу. Поэтому она вскоре сдалась, роняя слёзы на простыню, ведь Рейнхард совсем не слушал её мольбы. Вдруг мужчина перестал, давая принцессе перевести дух. И тут она почувствовала холодный металл у кожи, заставляющий затаить дыхание. Но ей ничего не навредило, лишь ткань, что прикрывала её нижнюю часть тела, была безжалостно срезана.       Рейнхард увидел красную кожу девушки, на которой чётко выделялись следы от его руки. Он, как заворожённый, провёл пальцем по следам. По телу девушки пробежали мурашки от покалывающих, но в то же время приятных ощущений. Вскоре Зельда не смогла сдержать стона, что сам слетел с её губ. Это раззадорило мужчину, заставляя его больше гладить её попку. А после он спустил руку к её писечке и был приятно удивлен. От поглаживаний после порки принцесса потекла. —А теперь расскажи всё, что знаешь о своем дяде, Южном герцоге, — он ввёл в неё палец, играясь и смотря, как девушка пытается выгнуться в более удобную позу. —Я о нём сама толком не знаю, — сквозь стоны ответила девушка. Перемены от боли к наслаждению сводили её с ума. —Неверный ответ, сучка, — Рейнхард ввёл ещё два пальца, заставив девушку вскрикнуть. — Ты думаешь, я столь наивен, чтобы оставлять подле себя незнакомку? — он начал грубо вводить в неё пальцы, заставляя, вскрикивать и дрожать. — Тебе уже стоило догадаться, что не ты одна наблюдала. Я тоже хорошо тебя изучил. И сейчас ты от меня что-то скрываешь. И как хозяин, я должен хорошенько наказать тебя, — почувствовав, что девушка на пределе, он вытащил из неё пальцы, оставляя на пике возбуждения без завершения. — Зельда, я тебе даю шанс исправиться, скажи, что ты скрываешь, — но в ответ услышал лишь тяжёлое дыхание девушки. — Вот как, молчишь… А ты знала, что можно пытать не только болью? — Рейнхард облизнул свои пересохшие губы. — Нет? Тогда почему бы тебе не испытать это на себе? Этот вечер будет долгим, ты мне расскажешь всё, что знаешь. И даже больше, Зельда, — впервые император хотел, чтобы ему ничего не рассказали.