Каждое лето

10 августа Предыдущий день для Хёнджина стал точкой невозврата. Нет, это вовсе не означало, что он собирался расстаться с Сынмином или пойти к Чонину на коленях просить его руки и сердца. Это означало только то, что он принял свои чувства и теперь со спокойной совестью мог рассказать о них человеку, которому доверял больше всего на этом свете. — Нам нужно поговорить, - еле выдавил из себя он, встав прямо перед Минхо и изо всех сил стараясь не отвернуться и не убежать домой, пока для побега было ещё не совсем поздно. На улице уже давно сгустилась темень, а Феликс и Чонин только разошлись по домам (точнее, разошёлся один Чонин, Феликс же пошёл дальше по городу встречаться со своими друзьями из универа и искать себе на ночь глядя приключений на одно место). Хёнджин только этого и ждал: он весь день вынашивал в голове план разговора, и было бы невероятно обидно, если бы затея сорвалась. Второй раз он на это, может быть, и не осмелился бы. Ли мягко улыбнулся: — Конечно, Хёнджин, ты можешь поговорить со мной о чём угодно. Расскажи, если тебе станет легче. Он приветливо похлопал рукой по лавке, приглашая Хвана сесть рядом с собой, что Хёнджин тут же и сделал. Он положил руки на колени, нервно сжал пальцами ткань своих шорт и закусил губу. Ну вот. А что говорить-то?.. Юноша резко всё забыл, а то, что вспомнил, показалось ему каким-то очень и очень глупым. — Э-э-э... - протянул он, не решаясь развернуться в сторону Минхо. - Ну короче, такая ситуация... - он вздохнул, сжав пальцы ещё сильнее. - Я... Я вляпался. Жёстко. Очень жёстко. И очень неприятно. Я даже не знаю, как тебе сказать... Парень краем глаза взглянул на Минхо, но тот лишь с интересом смотрел на мямлящего что-то очень невнятное Хёнджина, терпеливо ожидая продолжения и даже не думая торопить друга. Хван в очередной раз вздохнул. — Я не знаю, как так получилось и за что мне это всё, - он провёл ладонью по лбу, разглаживая мелкие морщинки. - Но жизнь надо мной... жестоко посмеялась, скажем так. И я знаю, что ты — единственный человек, с которым я могу этим поделиться и который меня за это не осудит. Минхо смотрел на него всё с той же невозмутимой доброжелательностью, так что Хёнджин решил, что нужно уже наконец решиться. — Мне нравится Чонин. Опять. И я не знаю, что делать с этим, - спрятал лицо в ладонях он. - Я не понимаю... Мне плохо. Мне очень-очень плохо. Почему так вообще получилось... Вечер — пора откровений и безумных поступков (особенно у Хёнджина), поэтому на этом моменте его стремительно понесло в далёкие дали. Для полноты картины не хватало только театрально расплакаться прямо в лицо своему лучшему другу. — Он просто... И я просто... Почему так происходит? Почему это происходит снова? Почему именно со мной? Я чувствую себя ужасно. Просто ужасным человеком. Я понимаю, что я идиот, который позволил этому случиться, но... Я не могу сопротивляться, - шёпотом закончил он и испуганно посмотрел на Минхо, словно только осознав смысл сказанного. - Это просто выше моих сил, - так же на грани слышимости продолжил он. - Мозгом-то я понимаю, что я придурок конченный, но сердце... Минхо, Боже, скажи хоть что-нибудь, я тебя умоляю, я сейчас умру от неловкости, - едва ли не провыл он и снова закрыл лицо одной рукой, при этом прикрыв глаза, чтобы уж наверняка. Не то что бы Хёнджин прямо не ожидал почувствовать на своём плече чужую руку, слегка сжавшую пальцы в знак поддержки, но это действие было, безусловно, приятным. Кажется, его друг и правда не осуждал его, ещё и пытался подбодрить. И несмотря на то, что Хёнджин сейчас морально находился в весьма затруднительном положении, в эту секунду ему правда стало намного легче. По крайней мере, теперь он знал, что в этом деле он не один и у него есть поддержка. — Ты не виноват в своих чувствах, Хёнджин-и, - тихо произнёс Минхо, мягко улыбнувшись. - То, что так получилось... Просто так вышло. Ты это никак не контролируешь. И твоей вины в этом нет. Хёнджин прерывисто выдохнул и резко выпрямился. Минхо действовал на него как хорошее успокоительное. А ещё ему хотелось рассказать всё. Вообще всё. И не потому, что это Хёнджин сам по себе такой болтун, а потому что... потому что это просто Минхо. — Давай пройдёмся, - предложил Хван и встал со скамейки. В процессе ходьбы разговоры, почему-то, шли легче. Ли встал следом за старшим, и они вдвоём пошли в глубь тихого ночного двора. — Ты волнуешься за свои чувства к Сынмину? - задал Минхо вопрос, от которого Хвана всего пробрало лёгким холодком. — Да, - на выдохе ответил он. - Это именно то, что волнует меня просто ужас как. Я... Тут Хёнджин внезапно резко остановился на месте и остекленевшим взглядом уставился вдаль. Ровно пять секунд он продолжал стоять в той же самой позе, не шевеля даже пальцем одной руки, а затем тихонько выдохнул весь воздух из лёгких и скосил глаза на Минхо. До него наконец дошло. — Я больше ничего не чувствую к Сынмину. Конечно, эта мысль для него не была совсем в новинку. Он беспокоился по этому поводу с самого начала, но... он просто не смел думать об этом. Сейчас же, когда парень окончательно признал свой позорный проигрыш какому-то жалкому выбросу эндорфинов, вместе с поражением в полной мере пришло и осознание кое-чего очень важного. А именно того, что в то время, как чувства к Чонину неумолимо росли с каждым часом, чувства к Сынмину уменьшались прямо пропорционально им. И сделать с этим было ничего нельзя, как бы Хёнджин ни пытался. У него просто-напросто не получалось вернуть свои мысли в прежнее русло, и сегодня он наконец смог смириться со своим полным провалом и со всем из него вытекающего. — Я предатель, Минхо, - безрадостно произнёс Хван. - Изменщик, проще говоря. Но я не хочу этого, понимаешь? Я не тот человек, которому по кайфу менять партнёров и тем более изменять. Сынмин как-то сказал, что не считает изменой физическую близость без любви, а вот появление чувств к другому человеку... - он усмехнулся. - Как клеймо уже, ей Богу. Мне гадко на душе. Мне от самого себя противно. Хёнджин передёрнул плечами и провёл рукой по лбу. Для пущей драматичности нужны были только дождь и Сынмин с Чонином, которые бы подслушивали весь этот монолог, прячась где-нибудь за кустами. А потом бы начали спорить, прямо как в том меме: «— Он отказал мне, потому что любит тебя! — Да он не может любить меня!» А дальше в спор феерично вмешался бы Хёнджин с громким «Да я люблю тебя!!!», но это он уже явно тронулся умом. Вон, аж на мемы перешёл. Проблемы с головой на лицо. — Ты не контролируешь ситуацию, поэтому ты вовсе не противный, - успокоил его Минхо. - Тем более ты сам сказал, что ты не специально, и тебе это не нравится. Так что умоляю, не делай себя виноватым, это сейчас совершенно неоправданно и уж точно ни к чему. Хёнджин вздохнул. Да. Минхо, очевидно, снова был прав. Но проблема на этом не заканчивалась. — Ему семнадцать, - с видом мученика продолжил он. - А мне двадцать один. Тут уже Ли не выдержал и показательно громко цокнул. Начиналась любимая тема Хёнджина, которую он мог мусолить до бесконечности, при этом сам Хо в этом проблемы никакой не видел. — А пятьдесят два и пятьдесят шесть — это большая разница в возрасте? - слегка прищурившись, задал риторический вопрос Хвану он. Хёнджину пришлось немного помолчать, чтобы как следует всё обдумать и сравнить, большая ли пропасть лежит между пятьюдесятью двумя и пятьюдесятью шестью годами. Возможно, со стороны выглядело странно, что он вообще задумался над таким вопросом, но... это же Хёнджин. Он будет серьёзно думать над каждым вопросом, который вы ему зададите. — Ну... - наконец неуверенно произнёс он, - ну... наверное, нет. Не большая. А вот пятьдесят один и пятьдесят пять... Минхо засмеялся ещё до того, как старший закончил предложение. Не до конца, правда, было ясно, шутил Хёнджин или нет, но это в любом случае было забавно. — Ну вот и всё! - похлопал друга по плечу Ли. - Поэтому не волнуйся по этому поводу. Четыре года страшны только в подростковом возрасте. Ну и в случае с Минхёком, - прыснул он, и его смешок тут же поддержал и сам Хёнджин. - А так вы с Чонином существуете в просто прекрасном тандеме, тем более ему восемнадцать будет уже через полгода. Посоветую тебе не париться. Шатен кивнул. — А как же... - начал было он, но затем осёкся. Ещё слишком много «а как же» вертелось на языке, чтобы выбрать хоть какое-нибудь одно из них. — Короче, - отмахнулся от своих бешено мечущихся в разных направлениях мыслей он. - У меня дома есть парень. У Чонина есть девушка. Ой, нет, даже не так. Он вновь замолчал, потому что понял, что эта проблема и так очевидна. А нужно было переходить к сути, иначе он здесь всю ночь будет ходить и рассказывать бедному Минхо о своих несчастьях. — Всё, что я перечислил, можно сказать, не было проблемами. Главная проблема заключается в том, что Чонин живёт на Чеджу, а я живу в Сеуле. Отношения на расстоянии никто из нас не вывезет априори. Да, мы будем видеться летом, но это только усложняет ситуацию, потому что ни он, ни я не сможем завести нормальные отношения. Ни один здравомыслящий человек не согласится на то, что его партнёр весь год любит его, а летом крутит роман с одним и тем же парнем, в которого не может не влюбляться каждый раз заново! Но это же бред! - возмущённо воскликнул Хёнджин. - Давить это в себе бессмысленно, ты сам подтвердил. И ладно бы я знал, что после школы Чонин поедет поступать в Сеул, у меня была бы надежда в таком случае. Но нет, он собрался в Японию! А я никогда не поеду в Японию даже за Чонином. И вот и получается, что как минимум следующие четыре года история будет повторяться. Я буду сидеть без отношений весь год, потому что какой смысл начинать встречаться, если летом вы всё равно расстанетесь? Насчёт Чонина не знаю, всё зависит от его совести. Но что это за жизнь такая, Минхо? А потом он останется жить в своей Японии, я останусь жить в Корее, но каждое лето... — Сто-о-оп! - осознав, что его друг сейчас окончательно впадёт в хандру, закричал Минхо. - С чего ты вообще решил, что он уедет в Японию? — Даже в этом они с Сынмином похожи, - продолжал сокрушаться старший. - А их сходство, между прочим, это ещё одна проблема... не глобальная, правда, но всё равно... Сынмин, вон, Францию покорять собрался через пару лет. Все меня бросили... Что за судьба у меня такая... — Слышал грохот сегодня утром? - внезапно задал ему вопрос Ли. Хёнджин тут же припомнил глухой удар, от которого в его квартире едва не зазвенели стёкла и не затряслись стены. Ещё бы такое не вспомнить... — Естественно, - кивнул он. - Я думал, у меня квартира развалится. — Японцы, - хмыкнул Хо. - Думаешь, Чонин серьёзно уедет туда учиться? Нам со дня на день границы с Японией окончательно перекроют, он туда просто-напросто не попадёт. Государство-то недружественное. Хёнджин был устроен так, что надежда в нём загоралась быстро, а разгоралась ещё быстрее. Но также он прекрасно осознавал все риски того, что в любой момент что-то может пойти не так, и тогда весь план рухнет. В таком случае он начинал себя накручивать и накручивать... На шкале между пессимистом и оптимистом, опираясь на многочисленные тесты в Интернете, он был ровно посередине. Реалистом его тоже было не назвать, так как его позитивное и негативное мышление зачастую с реальностью не имело ничего общего. Короче, Хёнджин был «никем», и это его не то что бы прямо не устраивало... Просто это было странно. А быстрые надежды он предпочитал гасить, особенно в случае с Чонином. — Это такое авось да небось, - на его лице на долю секунды появилась кривая улыбка. - Может закроют, а может не закроют. Да и это же его мечта... Если с границами всё будет нормально, а он не поедет из-за меня, я себе этого не прощу. Я уже смирился с тем, что Сынмин однажды свалит в свою Францию, но тут ещё и Чонин теперь... Я в тупике. Я не знаю, что мне делать, Минхо. Мне тяжело ужасно, - заломил брови он. - Хотелось бы просто ничего не чувствовать. Ни к кому. А тут я даже с Сынмином расстаться нормально не могу, потому что мне страшно. Он... Ему будет неприятно. Больно. А ещё у меня есть сомнения, что мои чувства к нему не вернутся, как только я снова начну проводить с ним время дома, они же с Чонином так похожи. Хёнджин зачесал свои каштановые волосы назад, и из его лёгких вырвался очень странный звук, похожий на завывание. — Но ещё я понимаю, что это гиблое дело. Чувства к Чонину намного сильнее. Я прекрасно понял, что он нашёл мне замену в лице Йеджи, а я... как бы гадко это не звучало, видимо, тоже нашёл замену ему. Господи, какой кошмар. Ладно, я... просто расстанусь с Сынмином и останусь один на всю жизнь, кроме пары месяцев лета каждый год. И то, только если Чонину тоже будет не в лом жить подобным образом. А ему, конечно же, такой «шикарной» жизни не захочется, он пошлёт меня куда подальше, и вот тогда... Хотя, не ясно. Его, скорее всего, всё равно будет тянуть ко мне, а меня — к нему, а даже если я перестану его привлекать, то не факт, что он разонравится мне... Кто бы мне сказал, как поступить? Пока я вижу просто вариант плыть по течению и ни о чём не думать. А дальше будь как будет. Я бы попросил тебя, Феликса и Джисона переехать в Сеул после окончания университета, но не факт, что вы захотите, да и не факт, что я не перееду сюда. А то будет так забавно, - Хёнджин усмехнулся сам себе, - вы в Сеул, а я на Чеджу. Мне кажется, я слишком привязан к этому месту. Ещё больше мне кажется, что однажды я перееду сюда с концами. Поработаю сначала в Сеуле, накоплю денег, а потом на Чеджу. Устроюсь оператором на местном телевидении, куплю здесь где-нибудь квартиру... Хотелось бы, конечно, с Чонином, но он будет в это время в Японии или, в крайнем случае, в Сеуле, так что... - он не закончил предложение и вместо этого лишь молча развёл руками. - В свои двадцать один я уже обречён. Это провал. Мем страшный, ситуация ещё страшнее. — Попробуй думать в более позитивную сторону, - предложил Минхо. - А то ты такими темпами самого же себя с потрохами съешь. К сожалению, я в плане отношений человек не особо компетентный. Даже, можно сказать, не компетентный ни разу. Короче, полный неуч. Поэтому я честно очень хочу дать тебе совет, чтобы ты не мучился, я просто не могу смотреть на тебя в разбитом состоянии, но я ноль в советах подобного рода. Хёнджин тяжело вздохнул. Ожидаемо. Хотя он немного надеялся на то, что Минхо куда-нибудь его да направит. — Но я могу тебя направить, - словно прочитал его мысли Хо, - к настоящему гуру отношений. Специалист, судя по всему, из него высококлассный. Хван с удивлением посмотрел на друга. Это ещё к кому? — Феликс Ли, - озвучил имя младший. - Человек, который разбирается во всех тонкостях взаимоотношений лучше, чем мы все в этом дворе вместе взятые. Лицо Хёнджина вытянулось. И правда. Мем страшный, ситуация ещё страшнее...

***

11 августа Всё следующее утро Хёнджин составлял список своих проблем, в который входили три больших пункта и несколько мелких подпунктов. Выглядело это следующим образом: 1. Господин Хёнджин Х. изменяет своему парню. 1.1 Господин Хёнджин Х. напрочь игнорирует девушку Ян Чонина. 1.2 Господин Хёнджин Х. игнорирует разницу в возрасте. 1.3 Господин Хёнджин Х. игнорирует ВСЁ, кроме его чувств к Ян Чонину и самого Ян Чонина. 2. Господин Хёнджин Х. занудный до невозможности. 3. Господин Хёнджин Х. не может оторваться от прошлого. 3.1 Соён, я жду тебя. 3.2 Чеён, я верю, что ты вернёшься. Взглянув на свои записи, парень в который раз отметил, что он просто «лох педальный», и закрыл блокнот. Вспомнились вчерашние слова Минхо, которые тот сказал про Чонина уже ближе к концу их прогулки: «Это неудивительно. В прошлом году вы были без пяти минут пара». Хёнджин от этих слов не знал, куда себя деть. До безумия хотелось лезть на стенку. Сказать, что ему было обидно, значит ничего не сказать. Они с Чонином в том году и правда почти стали парой, им не хватило совсем чуть-чуть... А именно, магического устранения четырёхсот пятидесяти четырёх километров между Сеулом и Чеджу. Да. Пора было собираться во двор. День сегодня выдался в меру облачным и ветреным, что, на самом деле, было большой редкостью, ведь для Чеджу такая погода была несвойственна. Обычно тут либо было солнечно и абсолютно безоблачно, либо шла гроза, а вот облака и ветер выдавались нечасто. И пока Хёнджин шёл от своего подъезда до дверей подъезда Минхо, у него было достаточно времени для того, чтобы подумать о дне минувшем. Хёнджин соврал бы, если бы сказал, что ему не стало легче. После вчерашнего откровения он чувствовал просто невероятное облегчение на душе. Наконец он понял, что означает выражение «как груз с плеч упал». Естественно, его проблема никуда не делась, но поддержка лучшего друга сейчас была важна как никогда. И именно она забирала часть волнений, позволяя чувствовать, что Хёнджин теперь не один. Очень символично Хван встретился с Чонином ровно посредине двора, прямо напротив огромной арки, ведущей на улицу. Он столкнулся взглядами с Яном и замер, не в силах что-либо сказать. Чонин был... невероятен. Хёнджин и сам не мог сказать, почему. Вроде, всё было как обычно, но в то же время и не совсем. Через арку постоянно дул сильный ветер, из-за чего волосы обоих парней красиво развевались, переодически падая на лоб и глаза, и старший мигом представил себя в какой-нибудь дораме или, если брать что попроще, в музыкальном клипе OnlyOneOf. — Привет, - наконец слегка смущённо улыбнулся Чонин. — Привет, - еле слышно произнёс Хван, нежно улыбнувшись в ответ. Они молча стояли и рассматривали друг друга ещё какое-то время так, словно увидели впервые. С чем это было связано?.. Хёнджин не любил строить ложные надежды, но. С его стороны всё было очевидно. Он перестал отрицать свою влюблённость, которая с каждым днём росла всё больше и больше, и теперь почти спокойно мог залипать на младшего, никак себя не отдёргивая. Да, он изменщик, предатель и просто ужасный человек, но что теперь поделать? Тут уже, как частенько говорил сам Хёнджин, ничего не поделать. А вот Чонин... Ладно, как минимум симпатия с его стороны для Хвана была очевидна. Но так как в открытую они об этом никогда не заговаривали, выводы делать было рано. Конечно, Хван надеялся на то, что до Яна дошло то прозрение, которое накатило сегодня и на него, но было ещё так много всяких «но», которые даже если бы отпустил Хёнджин, не факт, что отпустил бы и Чонин. Внезапно у Хёнджина возникло острое желание поднять руку и дотронуться до чёрных кудряшек младшего, чтобы... Чтобы что? Хван и сам не понял, чтобы что и что бы последовало дальше, но ему просто очень сильно захотелось. Он уже почти исполнил задуманное, но его правая рука опустилась на половине пути, как только он заметил позади Чонина кудрявую блондинистую голову. — Чан! - выдохнул он со смесью удивления и некоторого разочарования. Чана он видеть был, безусловно, рад, но тот только что обломал им всю романтику. — О, ребятня, здарова, - с широкой улыбкой поздоровался тот, и на его лице появились две ямочки. Чонин резко обернулся назад. — Чан! Офигеть! Ты... Я думал, меня разыграли, когда сказали, что ты приехал! Хёнджин тут же кинул на младшего уничтожающий взгляд. — Когда я тебе врал в последний раз, а, Чонин? - сузив глаза, спросил он. — Никогда, - тут же поспешил успокоить его Ян. - А вот разыгрывать ты меня любишь. «Я тебя, кажется, просто люблю», - вздохнул про себя Хван, - «Без разыгрывать». Но вслух, конечно же, ничего подобного не сказал. — Чонин, - прокашлялся Чан, - я в приятном шоке. Подумать только, крайний раз я видел тебя, когда тебе было... двенадцать? Четырнадцать? - задумался он. - Ещё бы чуть-чуть и я бы тебя не узнал. Ты снял брекеты? Чонин вскинул голову вверх и обречённо застонал. Хёнджин прекрасно знал, как он ненавидел, когда вспоминали его прошлого. Для Яна это было настоящим оскорблением, от своего подросткового периода он всеми силами пытался отмыться и заставить всех забыть, каким он был раньше. Хотя, если честно, Хван бы не сказал, что Чонин с брекетами выглядел плохо. Просто он был похож на ребёнка. А вот сейчас... — Да, я снял брекеты, - подтвердил Ян, но без особой радости в голосе, всё ещё недовольный тем, что Чану захотелось поворошить его позорное, как он считал, прошлое. - И не напоминай мне мои четырнадцать лет. Просто забудь, как страшный сон. — Ну ты и вымахал! - покачал головой Чан. - С Хёнджина ростом уже стал, подумать только... Эх, как же быстро растут чужие дети... Хёнджин тихо хихикнул, буквально прочувстовав весь праведный гнев младшего по поводу того, что его снова сравнивали с ребёнком. Очевидно, он хотел соответствовать компании, с которой проводил время, и небольшая разница в возрасте волновала не только Хёнджина. — А ты на весь день к нам? - Хван решил спасти младшего от окончательного воспламенения и перевести тему разговора в более мирное русло. — Нет, - признался Бан. - На самом деле, я сейчас иду есть чебуреки. Вон моя семья ждёт. Он указал рукой в сторону арки, где стояли его родители вместе с младшей сестрой и о чём-то негромко беседовали. — Ханна здорово выросла, - подметил Хёнджин, с трудом узнав в высокой темноволосой девушке сестру Чана. — Правда? - хмыкнул Чан. - Для меня она всё такая же, как и два, и три, и четыре года назад. — Всё-таки променял друзей на чебуреки, - усмехнулся Хёнджин, решив не поднимать тему возраста снова. - Уверен, что не хочешь провести время с нами? — Да у вас же тут скука смертная, - произнёс Бан с интонацией, не призванной никого обидеть. - Вот когда нас было человек двадцать... — Всё ясно, типичный житель Сеула приехал, - фыркнул Чонин и сложил руки на груди. — У нас скучно?! - Хёнджин от шока приоткрыл рот. - У нас?! То есть он весь год зачёркивал дни в календаре, ждал, когда же уже наступит заветный день отъезда, чтобы наконец приехать к своей компании и весело проводить с ними каждый свой день лета, а Чан говорит, что здесь скука смертная? — Ну не обижайтесь, правда, - улыбнулся старший. - Вам-то наверняка здесь не скучно, это просто у меня немного другие понятия веселья. Я, если что, собираюсь выйти во двор на весь день возможно завтра-послезавтра, - прикинул он, подняв глаза к небу. Хёнджин поджал губы. По всей видимости, Чан не к одному Чонину относился как к ребёнку. Ну или у него просто была такая манера общения... Ох уж эти двадцати-двухлетние! — Погоди, Чонин, - внезапно обратился к младшему Бан, - тебе ведь сейчас семнадцать, да? Чонин утвердительно кивнул. — Хёнджин, а тебе... Подожди, забыл... - блондин задумался. - Девятнадцать?.. Глаза Хёнджина полезли на лоб. Ему всегда говорили, что он выглядит младше своего возраста, но блин... — Восемнадцать? - поняв по чужой реакции, что ошибся, решил попробовать Чан снова. Чонин сбоку откровенно громко рассмеялся. Он и сам часто подкалывал Хёнджина, отмечая, что выглядит тот слишком молодо. Не сказать, что Хвану эти шутки были обидны, но и приятного в них тоже было немного. — Мне двадцать один, Чан, - устало вздохнул он. - Я третий курс закончил. — А... - растерялся старший. - Прости, просто выглядишь прямо подстать Чонину, я подумал, что если ему семнадцать, то тебе, должно быть... — Двадцать один, - ухмыльнулся Хван. - Никогда не забуду, как Чонин в прошлом году сказал, что мне на вид не больше шестнадцати. А мне, на секундочку, было целых двадцать лет! — Я же пошутил, - закатил глаза младший. Тут Чан посмотрел на свои наручные часы и понял, что слишком задержался, заболтавшись со своими старыми знакомыми, а его семья, вообще-то, всё ещё ждёт его, чтобы вместе пойти съесть все чебуреки в городе. Нехорошо было заставлять их ждать и дальше. — Ну, ребят, ладно, что-то я задержался, - решил начать прощаться он. - Да и свидание ваше портить в мои планы как-то не входило, вы простите, что влез. Хёнджин кинул беглый взгляд на Яна. Его лицо сейчас выражало крайнюю степень неловкости. Хван почему-то был уверен, что его выражение лица было ничуть не лучше. — У нас не свидание, - наконец слабо возразил Ян. — А, правда? - стушевался Бан. - Просто вы тут только вдвоём, а когда я подошёл, вы так смотре... — Мы не только вдвоём, сейчас ещё Минхо подойдёт, - быстро перебил его Хёнджин. - И Феликс. Наверное. На этой весьма неловкой ноте Чан наконец распрощался с парнями и преспокойно пошёл в сторону арки, а Чонин и Хёнджин остались стоять на месте, молча провожая взглядом друга и его семью. Когда же всё семейство Бан скрылось за поворотом и следить было больше на за чем, Чонин наконец прокашлялся: — Пошли на поле. Посмотрим ТикТок. Хёнджин перевёл на него свой взгляд, и тут же его губы непроизвольно тронула тёплая улыбка. — Пошли.

***

12 августа Следующий день выдался насыщенным на приключения. Минхо вышел с двумя новостями: хорошей и плохой. — С какой начать? — С плохой, - тут же решил Хёнджин. — Нет, я начну с хорошей, - возразил Хо. - Часов в шесть-семь выйдет Чан. — Офигеть, - выдал Хван. - Я думал, он опять пойдёт за своими чебуреками, а у него, видимо, выходной. Плохую новость можешь мне не озвучивать, я и так догадываюсь, что ты хочешь мне сказать, - он закрыл глаза и отмахнулся кистью правой руки, будто это могло на что-то повлиять. — Ну, - Минхо замер в замешательстве, не зная, стоит ли в таком случае продолжать. - Не говорить? — Чонин опять на работе, либо спит, либо гуляет со своими одноклассниками или даже с Йеджи, и сегодня, конечно же, не выйдет. Я угадал? — Угадал, - кивнул Ли. - Но ты не волнуйся, хочешь, мы его вместе закопаем завтра? Хёнджин улыбнулся и мысленно пожелал каждому человеку на этой планете заиметь такого чудесного и прекрасного друга, как Минхо. Даже без сарказма. — Не надо, я всё ещё верю, что это моя судьба, - Хёнджин поднялся с травы поля, на которой сидел всё это время. - Будет грустно, если я собственноручно оставлю себя без соулмейта. А ещё нас упекут в тюрягу, - с самым прискорбным выражением лица, на которое он только был способен, закончил он. - Я не готов сидеть двадцать лет даже ради моей любви. Минхо посмеялся: — Согласен. Хотелось бы гулять с тобой не только в тюремной камере. Затем Ли отвлёкся на пришедшее ему на телефон уведомление, и через секунду бодренько поднялся на ноги вслед за Хваном. — Феликс попросил зайти за ним. Сходим? Хёнджин проверил время на часах. — Не знаю... - прикинув, сколько времени займёт у них дорога туда и обратно, задумчиво протянул он. - Что, если Чан выйдет, а нас не будет? Домой же уйдёт. Или ещё хуже: к чебурекам. Хёнджин притворно поёжился, чем вызвал очередную улыбку на губах Минхо. — Надо предупредить Чана, что мы уходим. — Он не увидит, - Хо быстро посерьёзнел обратно. - Он написал, что выйдет, ещё утром, когда дома был, а сейчас он с родителями на какой-то экскурсии, обещал прямо с неё вернуться во двор. Мобильного интернета же у Чана нет, роуминги у него там всякие, поэтому мы до него не достучимся. — Да, - вздохнул Хёнджин, - ситуация... Парни постояли несколько секунд, думая, как бы успеть в два места одновременно, желательно не по одиночке. Когда стало ясно, что телепорт, к сожалению, ещё не изобрели, а Феликс живёт далеко не в соседнем доме, Хёнджин решил, что тот, в принципе, может дойти и сам. — Короче, давай скажем Феликсу, чтобы он... На этом моменте его перебил громкий возглас Минхо: — О! Хёнджин машинально обернулся в ту сторону, куда указывал вмиг засиявший Хо. По тропинке к ним небыстро, но верно приближался Минхёк. — Человек ненадёжен, - быстро просканировав взглядом мальчика, сделал вывод Хёнджин. — У нас нет выхода, пошли, - подтолкнул его в плечо Минхо. - Или мы хотим провести лишние часы в компании Минхёка? Последний аргумент был решающим. Хёнджин махнул рукой на всё и направился к Минхёку вместе с Ли. — Минхёк, привет! - бодро отсалютовал тому Минхо, прежде чем сам Минхёк успел раскрыть рот. - У нас к тебе поручение крайней степени важности! — Важнее только поручения от государства, - кивнул в подтверждение слов друга Хёнджин. — А... что нужно? - растерялся Минхёк и озадаченно посмотрел на парней. Минхо и Хёнджин бегло переглянулись. Пока что всё шло по плану. — Нам нужно срочно бежать за Феликсом, - голосом, так и сквозившим беспокойством, произнёс Минхо. - Очень срочное дело, просто беда! — А... - перебил его Минхёк, - какое дело?.. — Нет времени рассказывать, - вставил свои пять копеек Хёнджин, - история очень долгая, а нам нужно бежать к его дому прямо сейчас. — Но у нас есть огромная проблема, - продолжил Минхо. - Совсем скоро во двор должен выйти Чан, но если он нас не найдёт, то уйдёт домой, и всё пропало, понимаешь? На словах «должен выйти Чан» лицо Минхёка приняло более заинтересованное выражение. Чана он помнил и, наверняка, ему было любопытно увидеть его спустя два года. — Можешь, пожалуйста, покараулить его здесь, на поле? - самым жалобным голосом, на который он только был способен, попросил младшего Хёнджин. — И, когда он выйдет, сказать, что мы пошли за Феликсом и придём через десять-двадцать минут? - дополнил просьбу Хо. - Пусть подождёт нас здесь. Минхёк заметно засомневался, но головой в знак согласия со сделкой кивнул. — Отлично! - просиял Минхо. - Спасибо, Минхёк, ты отличный друг! Побежали, - он схватил Хёнджина за запястье правой руки и поспешил в сторону арки. — Спасибо, - напоследок кинул через плечо Хван и понёсся следом за другом. Когда двое парней лёгкой трусцой обогнули свой дом, минули следующий и добрались до перекрёстка, Хёнджин взмахом руки привлёк внимание Минхо и остановился, уперевшись ладонями в колени. — У меня два по физ-ре, я больше не могу бежать, - немного отдышавшись, пробормотал он. - А вообще, ты гений, Хо, - он выпрямился и довольно посмотрел на друга. - Двух зайцев одним выстрелом!.. Минхо весело хмыкнул: — Но нам всё равно стоит поторопиться. Минхёки — народ такой... ненадёжный... Слова Минхо подтвердились, едва он в компании громко болтающих о чём-то Хёнджина и Феликса пересёк территорию двора. Весь путь туда и обратно занял у них минут сорок, и, судя по всему, Чан уже давно должен был быть во дворе. Но всеми, кого они обнаружили, был Минхёк, преспокойно сидевший на поле в компании девочек со двора, которые были младше него года на два-три. Многих из них Хёнджин даже знал по именам (в одном дворе всю жизнь гуляли, в конце концов), но не более. Неужели им уже по четырнадцать? Вроде недавно только совсем мелкие пятилетки бегали по детской горке... Как быстро растут дети! Особенно чужие. — Чан не приходил? - удивлённо задал вопрос подошедший к мальчику Минхо. Минхёк отвлёкся от беседы с подругами и искоса взглянул на трёх парней. — А, приходил, - кинул он и отвернулся обратно. — А ты что ему сказал? - вмешался в их диалог Хёнджин. — Я? - снова повернулся лицом к ним Минхёк. - Ничего, - и пожал плечами так, словно он выполнил свою миссию государственного значения на сто двадцать процентов. — Пятилетка за один день, - присвистнул Хёнджин и схватился за голову. — Минхёк, ну мы же просили... - укоряющим тоном произнёс Минхо, на что младший посмотрел на него взглядом а-ля «ничего не знаю, моя хата с краю». — У него «делит» в глазах, - вспомнил Хёнджин любимую фразу своей преподавательницы по истории и не замедлил шёпотом поделиться ей с Минхо. Пока Минхо стоял, вспоминая номер квартиры Чана и думая, работает ли у него домофон, а Хёнджин разрывался между желанием как следует наорать на Минхёка и стремлением быть хорошим человеком, который никогда не повышает ни на кого голос, единственное адекватное решение проблемы пришло в голову одному лишь Феликсу. — В какую сторону пошёл Чан? - спросил он у Минхёка. Тот указал рукой куда-то в сторону подъезда Хёнджина и начал вставать с поля, видимо, чтобы присоединиться к ребятам. Но Минхо о его плане был другого мнения. — Ран, - шепнул он Хёнджину и Феликсу, после чего вся троица, не сговариваясь, резко сорвалась с места и понеслась по направлению к подъезду Хвана, около которого был ещё один выход на улицу. Хёнджин, почувствовав это, казалось бы, давно забытое чувство игры в «убеги от Минхёка», начал смеяться прямо на бегу. Не потому, что ему было смешно, а просто. От счастья. Вот так бежать, как будто бы от этого зависит вся твоя жизнь... Бесценно. Крайний раз такое с ним, кажется, было в 2019, когда их в то время ещё внушительных размеров компания устроила штаб в маленьком дворике трёхэтажного дома, находящегося на территории их большого двора, и там пряталась от Минхёка. А как только Хёнджин вместе с друзьями, с которыми они уже давным-давно потеряли связь, по глупости вышли на открытую местность, чтобы поймать вай-фай, они тут же оказались замеченными Минхёком и тогда начался настоящий дурдом, состоящий из получасовой погони, пряток и множества вранья... Или ещё лучше, стремительное бегство от более серьёзного противника —родителей одного мелкого пацана, чьё имя уже никто уже даже и не вспомнит, зато вспомнит все те гадости, которые он делал другим ребятам, и ту легендарную погоню за бедными Минхо и Хёнджином, что отсиживались в кустах около получаса, а затем по собственной неосторожности попались прямо в лапы двоих взрослых людей, которые защищали своё чадо. Шумихи тогда было... Но что-то мы заболтались. Не будем и дальше отвлекаться на воспоминания Хёнджина о былом. Они очень долгие, нудные и вряд ли представляют хоть какой-либо интерес для кого-то, кроме самого Хвана. Вместо этого лучше вернёмся к Чану. Чан нашёлся гуляющим по переулку между рядом частных домов и порядком надоевшим Хёнджину пансионатом, в котором кто-то снова пел караоке так громко, словно хотел, чтобы его пение услышал весь остров Чеджу. — Вот вы где, - улыбнулся своими ямочками блондин. - А я уже во все магазины позаходил, вокруг дома прошёл, думал, вы на набережную без меня пошли. — Это всё Минхёк-дебил, - поспешил объяснить несостыковку в расписании Феликс. — Ему нельзя доверять никакие важные поручения, - грустно подтвердил Хван. — Ну вы даёте, - Чан хихикнул. - Доверили Минхёку поручение, ещё и важное. Я его помню... — И он совсем не изменился, - заверил его Минхо. - Пойдём к седьмому подъезду, мы сейчас всё тебе расскажем. Рассказ затянулся на весь вечер. Точнее, не совсем так, ведь рассказ был не один. Сначала говорил Минхо, потом Чан, потом Хёнджин вспомнил какую-то ужасно смешную историю, приключившуюся с ним в универе, Феликс поддержал своей несколько схожей историей, Чан начал рассказывать о своей университетской жизни, и пошло-поехало. Ребят было уже не остановить, каждый стремился наперебой рассказать очередной случай, хоть малость подходивший к теме, и таким образом весь вечер компания из четверых парней провела за всякого рода повествованиями. Хёнджин поймал себя на мысли, что, может быть, и не надолго, но всё же отвлёкся от своего любовного многоугольника. Чан как раз закончил рассказывать очередную историю про то, как они с Соён попали в передрягу где-то на конечной станции метро, решив поспорить с охранником, которому не понравился их внешний вид, и после продолжительного смеха и обсуждения абсурдного поведения представителя охраны, во дворе повисла приятная тишина. Хёнджин откинулся на спинку лавки и посмотрел на звёзды. Увидел он штуки три от силы, разглядеть больше не позволяло плохое зрение, но ему и этого было достаточно. Атмосфера его устраивала и без миллиарда звёзд на небе. — Неудачные истории любви, - внезапно хлопнул в ладоши Чан. — О-о-о, - прогудел Феликс, видимо, уловив в этой теме что-то хорошо ему знакомое. - Знаем, проходили. У меня этих историй столько... Хёнджин с Минхо переглянулись. В жизни что у одного, что у второго, безусловно, подобные истории имели место быть, но никакой особой жести в них не наблюдалось. А что-то им подсказывало, что, скорее всего, тема сейчас зайдёт в русло реально провальных по всем фронтам свиданий или чего больше. — У вас когда-либо бывало такое, - положив подбородок на сложённые в замок руки и при этом любопытно поглядывая на каждого из троицы, начал свою мысль Чан, - что вы с кем-то почти находитесь в отношениях, а потом случается какой-то кринж и у вас в итоге ничего не получается? Лица Минхо и Феликса приняли задумчивые выражения. Видимо, ребята пытались вспомнить подходящую историю, но их отвлёк внезапный приступ немного даже истерического смеха Хвана. Хёнджин это сделал не специально. Просто эмоции в очередной раз взяли верх, а в следующую секунду он понял: вот его звёздный час. — Конечно, было! - громко воскликнул он, и эхо от его голоса отразилось от стен многоквартирного дома и пошло гулять по двору. - Кринж: я уехал, - понуро закончил свою мысль он. Первым засмеялся Бан Чан, который вообще не понял, о чём шла речь, но высказывание Хёнджина и то, с каким лицом он это сказал, ему понравилось. Следующим был Феликс, которому потребовалось некоторое время, чтобы сложить два и два. Минхо же думал дольше всех. — Почему все ржут, я чего-то не понял или... Потом его осенило, что Хёнджин, очевидно, имел в виду свою проблему номер один, и с громким «А-а-а!» поддержал общее веселье. Хёнджин широко улыбнулся, глядя на своих друзей, и на секунду прикрыл глаза, поблагодарив всё на свете за своё окружение. С друзьями даже самая ужасная ситуация перестаёт казаться таковой. Впереди его ждала ещё целая неделя...