Please, teacher.

      Холодный осенний ветер перекатывает безжизненные листья по тренировочной площадке; багровое предзакатное солнце забирает последние ноты тепла с кожи тренирующихся, заставляя зябко ёжиться в кратких перерывах от схватки.       Словно дикий лев, мужчина кружит вокруг своей добычи — запоминает каждый шаг, каждый взмах руки, каждое уверенное движение.       — Мы здесь не танцуем, — он стучит деревянной точеной палкой о землю. — Дерись! — вскидывает на девушку импровизированное оружие и с кошачьей ловкостью парирует новые выпады, отклоняя торс под разными углами.       Бетонный пол очерчивается шуршащими движениями их ног. Верховный Чародей слишком силен, слишком быстр и полностью контролирует своё тело.       — Медленно. Слишком медленно, — он оказывается за спиной девушки, небрежно толкает её на землю. Кристина падает на колени, грозно ударяет кулаками о холодный бетон.       — По новой, — она вскакивает на ноги, бодает посохом мужчину в грудь. — Нападайте, учитель, — слегка отходит в сторону, смахивая капельки проступившего пота со лба, и сверлит Чародея выжидающим взглядом больших изумрудных глаз.       — Если ты так и не научишься защищаться, никогда не станешь мастером, — голос его ровный, леденяще спокойный, твёрдый.       — Начинай уже, — Чародей скользит одной ногой, нащупывая стопой твёрдую опору, и медленно приподнимает руки.       Кристина грациозно шаркает мягкой обувью, бьёт мужчину в плечо. Удар скользит по крепко натянутым мышцам, цепляя ткань синей мантии. Мужчина не успевает уклониться и удивленно вскидывает брови, одобрительно кивая.       — Молодец, — шепчет совсем рядом с её ухом, обжигая девичью кожу своим дыханием. — Но всё ещё недостаточно хороша.       Стивен резко вскидывает оружие и подсекает дрожащие ноги пред собой. Девушка теряет равновесие, ударяется носом о бетонный пол. Голова моментально начинает кружиться, мир раздваивается перед глазами, а тонкая алая струйка сочится из ноздри, окрашивая пухлые губы. Девушка перекатывается на спину и прикрывает глаза в попытке сосредоточиться.       — Твои соперники не станут ждать. Они убьют тебя моментально, при любой самой малейшей заминке.       Стивен подает руку в попытках поднять девушку на ноги, но Кристина лишь злобно отмахивается на сей милостивый жест и неуклюже встает, гордо вскидывая подбородок.       — Ты рассеяна, — Маг снисходительно смотрит на девушку с высоты своего могучего роста. — Если у тебя проблемы, как твой учитель я должен о них знать, — скрещивает руки на груди, наклоняет голову, внимательно всматриваясь в каждую черту девичьего лица и выискивая подвох.       — Да бросьте, учитель. Вам же абсолютно насрать, — Кристина заправляет выбившиеся серебряные пряди в тугой высокий хвост. — Вы говорите. Мы делаем, — она вытирает маленький кровавый ручеёк под носом. — Вы не интересуетесь нашими жизнями, мы — вашей. Справедливо, я считаю, — девушка склоняется в глубоком поклоне. — Спасибо за тренировку, Верховный Чародей, — оттряхивает ткань мантии от сухой листвы, упрямо стоит, ожидая хоть какого-то ответа. Маг лишь протягивает ей деревянный точёный посох и заискивающе улыбается.       — Повторим? — толкает в грудь и принимает боевую стойку, словив на себе сердитый взгляд ученицы. — Я назову тебя слабой, если ты не примешь удар, — мужчина нападает на неё, валит на землю и нависает всем телом. — Слабачка, — сквозь стиснутые зубы шепчет он.       — Я не слабая! — кричит девушка в ответ, обвивая крепкую мужскую талию бедрами. Одним рывком она переворачивает мужчину на спину, бьёт кулаком в грудь. Чародей на сей натиск лишь давится звонким гортанным смехом.       Ей не выиграть в этой игре никогда. Он приказывает, она подчиняется. Он главный, и абсолютно все должны считаться с его мнением.       Кристина вскакивает на ноги и больно бьет Чародея по лодыжкам посохом.       — Поднимайтесь, — змеёй шипит девушка на него. Стивен мягко приподнимается на локте и ещё громче смеется в ответ. Затем его губы смыкаются в линию.       — Ты недостойна носить звание мастера, — мужчина кидает в девушку своё оружие. — Убирайся из моего храма, — он выпрямляется и разочарованно смотрит Кристине в лицо, а затем, разворачиваясь на одних пятках, уходит прочь.       — Чёртов кусок дерьма, — кричит ему вслед Кристина, а сама стоит и кусает губы, сдерживая потоки горячих слёз.       Она так старалась, так долго и упорно шла к своей цели и так сильно хотела это место, а теперь всё рушится на её глазах из-за какого-то самовлюбленного мудака. Чародей останавливается на лестнице и чувствует, как Кристина — это маленькое нечто — сверлит испепеляющим взглядом его спину. Кожу неприятно покалывает, по телу разливается волна едва контролируемого гнева. Маг прикрывает глаза и мысленно душит девушку до посинения пухлых розовых губ.       — Вы, — её наглое распухшее от злости лицо возникает прям перед ним. — Самовлюбленный мудак и держите подле себя подобных, — Кристина бьёт пальцем Чародею в грудь. Она задыхается от собственной злобы, а горло и грудная клетка болят от тяжелого прерывистого дыхания.       Все без исключения терпят выходки напыщенного чародея, подобно баранам внемлют каждому его слову и потакают бесконечным капризам.       — Идите подрочите, выпустите наконец своё мерзкое нутро на кого-то, кроме меня, — она взносит руку и громко бьёт по его грубому, очерченному в закатном свете тенями лицу. Маленькая ладонь саднит от встречи с колючей аккуратной бородой, на большие изумрудные глаза наконец наворачиваются слезы бескрайней обиды.       Мужчина закипает подобно чайнику, громко выпуская пар. Желваки играют на скулах в пятнашки, вздувшаяся венка на шее нервно пульсирует, пальцы впиваются в ладони, кулаки с острыми костяшками подрагивают. Чародей закатывает глаза, не в силах больше этого выносить.       — Вытирай свои поганые слёзы и выметайся. Чтобы к полуночи и духу твоего здесь не было, — и быстро несется прочь по лестнице.       Кристина остается наедине со своими тихими рыданиями и, провожая глазами последние солнечные лучи, заходит внутрь. Путь до кельи преграждают недоумевающие взгляды, неустанно обращенные в её сторону. Всем интересно, что же огорчило девушку, но спросить никто не решается. Тихонько приоткрыв дверь, девушка сползает по ней с обратной стороны, подпирая, и обнимает свои колени.       Тело взрывается новыми слезами и порцией отменного разливающегося по венам гнева, а гнев — яд, что проникает внутрь, он — всаженные в сердце шипы, а следом — покрывающая его ледяная корочка.       И на что она надеялась, придя сюда? Что искала в этих стенах? Теперь ответов на эти чётко поставленные в самом начале вопросы у девушки нет. За дверью стоит нерушимая тишина, будто это крыло храма давно покинула жизнь, забрав все отзвуки и голоса. Кристина действительно слаба, если приняла слова Чародея всерьез, никак не попытавшись оспорить.       Ненависть жаждет освобождения, тлеет на кончиках пальцев. Вытирая мокрое лицо, девушка скидывает свои вещи в одну большую кучу на полу и проклинает это священное место, некогда радушно принявшее её в свои стены.       — Ты ещё здесь? — бархатный обволакивающий голос доносится сзади.       Мужчина стоит, скрестив руки на груди и опираясь о ветхий дверной косяк, а его лицо искажается в ухмыляющейся гримасе. Он доволен собой, он упивается страданиями Кристины.       — Ты действительно слабая, раз решила так просто сдаться, — каждое неосторожно сказанное слово действует на туго сплетенный комок нервов где-то в центре мозга девушки.       — Зачем вы сюда пришли? — она стоит, вцепившись в краешек стола, царапая древнюю поверхность ногтями.       — Пришел выпустить своё мерзкое нутро, как ты и советовала, — раздаётся отчетливый звук закрывающейся двери и тяжелых шагов по скрипучему полу.       Вздох задерживается где-то в лёгких, а мозг трепещет от недостатка кислорода. Ещё непонятные девушке ощущения отдают пульсацией в висках, выбивают хрупкие остатки здравого смысла.       Стивен подходит сзади и сильно впечатывается в Кристину своими бедрами, тяжело дышит в макушку и аккуратно начинает гладить тонкие плечи. Девушка стоит на месте, как вкопанная, предпочитая не подавать признаков жизни.       — Ты мне даже не нравишься, — он тянется рукой к тугому хвосту на затылке и стягивает резинку, распуская её волосы. Путается пальцами в серебряных локонах, вдыхает давно знакомый аромат сирени и крыжовника. От такой открытой близости Кристина трясется всем телом, жадно хватает воздух губами и начинает тихо мурлыкать. Чародей обнимает девушку за талию, едва касаясь аккуратных швов идеально скроенной мантии.       — Вы должны уйти, — едва выдавив из себя эти слова, девушка млеет от прикосновений всем телом. Господи, как же давно её не касался мужчина, как же сильно ей сейчас этого хотелось.       — А ты действительно хочешь, чтобы я ушёл? — мужчина облизывает маленький открытый участок кожи на её шее. — Я вот так не думаю, — влажный горячий язык продолжает выписывать круги на коже, постепенно покрывающейся мурашками. — Повернись, — приказывает Стивен. — Взгляни на меня и скажи, что ты хочешь, чтобы я ушёл.       Девушка поворачивается, но не поднимает на него взгляда и нервно теребит руками ткань мантии где-то в области его живота. Конечно же, она не хочет, чтобы Чародей оставил её наедине с сексуальным напряжением, она желает вкусить его ласки, целиком и полностью погрузиться в контакт с восхитительным мужским телом. Боже, не счесть, сколько ночей она мечтала увидеть Мага обнаженным, ощутить на себе его руки, почувствовать горячие губы на коже в самых чувствительных местах.       Мужчина смотрит похотливо, выжидающе, выписывает немыслимые круги кончиком языка около пуговиц мантии, нарочито сильно дергая пальцами и обнажая белоснежную кожу на шее.       — Такая робкая, — мозолистая мужская рука гладит скулы, заправляя прямые, рассыпавшиеся из распущенного хвоста пряди за ухо.       — Я хочу, чтобы вы ушли, — девушка хватается дрожащими руками за воротник синей мантии, стыдливо обводя взглядом натянутую ткань на мужских брюках.       — Посмотри мне в глаза, маленькая лгунья, — он нежно целует её оголенную шею, а после покрывает жгучими укусами. — И скажи, что ты не хочешь со мной переспать, — дергает остатки пуговиц на груди, заставляя их разлетаться по полу. И громко охает, увидев нагую пышную грудь без бюстгальтера со стоящими сосками, пронзенными маленькими золотыми сережками в виде крохотных сердец.       Мужчина прикрывает глаза и накрывает её вздымающуюся от прерывистого дыхания грудь ладонями, цепляет пальцами серьги. Кристина обвивает его тело ногой и откидывает голову чуть назад, наблюдая из-под опущенных ресниц за этим потрясающим зрелищем. Холодные тонкие губы вновь накрывают кожу на её шее и влажно ведут в ложбинку ниже, меж грудей. Посасывая, оставляя багровые метки, Чародей переходит к её соску, втягивает губами украшение и жадно ласкает. Внизу живота у Кристины разливается сладкая истома, белье становится невыносимо мокрым.       — Становись на колени, — раздается низкий рокочущий приказ. — Будешь вымаливать прощение у своего учителя, — девушка одаривает мужчину своим по-детски невинным взглядом, но маленькие искорки дерзкого пламени разгораются в зелёных глазах. Она точно знает, что ему нужно и собирается дать это прямо сейчас — срывать с тонких влажных губ собственное имя, пока тело Чародея трепыхается от страстных грязных ласк.       Она опускается слишком медленно, обводя глазами каждую клеточку тела, покрытого лоскутами мантии. Когда её колени наконец касаются старого пола, и доски скрипят, мужчина удовлетворенно выдыхает. Не разрывая зрительного контакта, девушка тянется к ширинке брюк, дерзко стискивает бугор на ткани, а затем срывает ткань вместе с боксёрами и крепко обхватывает пальцами основание его члена в плотное кольцо. Нежно и неторопливо Кристина проводит вверх-вниз, аккуратно оттягивая кожу.       — Ты самая послушная моя ученица, — Стивен тянется и гладит её по подбородку.       — И со многими из них вы трахались, мистер Стрэндж? — от недавней девичьей робости не остаётся и следа. Перед ним на коленях полностью уверенная в себе женщина — управляет им, давится его громкими вздохами.       — Видимо, только с тобой, — Маг смотрит прямо в зеленые глаза, наслаждаясь поистине потрясающим зрелищем — его ученица под ним столь умело ему отсасывает.       — Видимо? — девушка обхватывает крайнюю плоть пухлыми губами, проводит языком по раскрасневшейся головке. Помогая себе руками, она ласкает выступающие частые венки. Чародей не сдерживается, грубо хватает девушку за волосы, давя на затылок и заставляя взять член в рот ещё глубже.       — О-о, вы хотите зайти дальше? — отрываясь, она нежно ведет по всей длине своим горячим языком, целует и покусывает. Чародей изгибается от чарующих ласк, умоляюще прося вернуться в рот девушки.       — Замолчи, — стонет он, когда Кристина вновь припадает губами к его члену. Девушка насаживается глоткой на него целиком, затем вновь, отстраняется и сдвигает языком вниз тонкую кожицу. Стивен чувствует, что закусывает собственную щеку изнутри до металлического привкуса. Он слегка приподнимается бедрами от стола и ведет ими по кругу — так, чтобы головка тёрлась о небо, а после сильно оттягивала девичьи щеки.       Кристина вновь поднимает на него свои невинные глаза и тянется рукой к четко очерченному прессу, сплетая пальцы их рук.       Когда низ живота Чародея начинает тянуть сладкой истомой до изнеможения, когда терпеть не остаётся сил, он хватает девушку за подбородок, притягивает к своим губам, заставляя встать на ноги, и впервые пробует себя самого на вкус.       — Учитель, вы не дали мне закончить, — девушка водит рукой туда-сюда по его влажному от её слюны члену, заставляя тело мужчины изнывать от и без того сильного желания. Он хватает её за бедра, заставляя обвиться ногами вокруг его талии, тащит на кровать, попутно впиваясь в горячие девичьи губы — да, ему это было нужно, так давно было нужно.       — У нас есть проблема, — шепчет он. — На тебе до сих пор слишком много одежды, — освобождая ягодицы от стесняющей ткани, он грубо сжимает меж пальцев мокрое от желания кружево. Оно больно врезается в кожу, заставляя девушку стонать ему в рот. Чародей аккуратно касается набухшего клитора и, разрывая их поцелуй, гортанно хрипит. — Такая влажная, и только для меня, — Маг вводит внутрь неё свои пальцы, заставляя стенки влагалища туго сжиматься вокруг его ощутимых шрамов на подушечках.       — Учитель, пожалуйста, — Кристина целует мокрые от пота плечи мужчины, насаживается на него рваными движениями.       — Пожалуйста, что? — мурлычет он в её шею, гладит свободной рукой грудь, стискивает пронзенные соски меж пальцев.       — Трахните меня уже наконец, — она просит, нет, умоляет его заполнить эту пустоту внутри себя. Хнычет, когда он выводит из неё свои пальцы и проталкивает их глубоко ей в рот до самых гланд, делясь с девушкой её изумительным вкусом.       — Меня не нужно просить дважды, — мужчина грубо переворачивает девушку к себе спиной, прося снова встать пред ним на колени. И она слушается, покорно низко прогибается в спине, впиваясь руками в подушку.       Чародей томительно медлит, водит своим членом вокруг половых губ, нарочито задевая головкой чувствительный клитор. Дразнит, мучает девушку собственным давно желанным телом.       — Или все-таки нужно, — гладит белоснежную кожу на спине, добирается рукой до головы и наматывает серебристые волосы на свой большой кулак.       — Пожалуйста, мистер Стрэндж. Я умоляю вас, — Кристина стонет в подушку от его мучительных манипуляций со своим телом.       Его нужно просить дважды, определённо. Он со звериной легкостью вонзается внутрь неё, растягивая узкие стенки влагалища, и отрывает женскую грудь от подушек, натягивая на руку хвост, заставив Кристину неприятно прогнуть спину.       Девушка шипит, но постепенно боль от того, как он растягивает её, притупляется. Девушка подталкивает себя к нему ещё больше, отчаянно желая поглотить Верховного Чародея всего и целиком. Её задница звонко ударяется о его бедра, только тогда Кристина понимает, что он слишком глубоко внутри неё.       Перед глазами проносятся миллионы звезд. Похоть застилает разум, и всё, что сейчас нужно — это его большой член внутри. Девушку не заботит судьба остального мира, спасение человечества или кормление бездомных животных. Лишь то, как быстро она кончит, насаживаясь на него всем своим телом.       — Это то, чего ты хотела? — движения становятся резкими, грубыми, с характерным шлепающим звуком. Маг шепчет у самого уха, изгибая её тело так, как хочется ему самому, а затем медленно опускается поцелуями в изгиб шеи.       — Определенно, учитель, — девушка подмахивает бедрами в такт его уверенным движениям, сжимается вокруг него всем телом и впивается с дикой силой пальцами в ткань подушки.       — Нет, так дело не пойдет. Мне нужно дольше, — мужчина спешно выходит из неё и переворачивает на спину. — Мне нужно видеть твоё лицо, — он резко придвигает тело Кристины ближе, и кладет девичью ногу к себе на плечо. Входит быстро, даже не давая привыкнуть к новым ощущениям, подгибает её вторую ногу в колене, скользит руками по телу и сильно давит на живот, желая почувствовать ритм своих движений внутри неё.       — Ты чувствуешь это? — его член отчетливо ощущается почти в середине живота, заставляя задыхаться и терять сознание от боли и страсти.       Он трахает её со звериной дикостью, с дерзкой похотью, срывая всё новые громкие стоны с искусанных губ.       Его руки больно сжимают девичьи бедра. Его темп скорее наказывает за провинность, нежели доставляет удовольствие.       Он контролирует каждое движение, так, что Кристина едва может дышать или отчетливо видеть — она подобна маленькой тряпичной кукле, которую мужчина может так грубо использовать, как только ему заблагорассудится.       Чародей отсекает всех мужчин до и после себя.       С каждым новым движением её бедра изгибаются так, как девушка никогда бы и не подумала, предлагая новые глубины удовольствия, взывая к первичному, ни с чем не сопоставимому наслаждению.       Ещё несколько грубых толчков, и оргазм накрывает Кристину с головой, а перед глазами за белой пеленой скрывается довольное лицо Мага. Девушка громко кричит, впиваясь ногтями в его большую спину, и её тело пронзают миллионы острых игл.       — Дай и мне кончить, милая, — мужская рука хватает девушку за горло, давит на гортань, обрывая попытки нормально вдохнуть. От асфиксии Кристина сжимается до предела.       Стивен двигается слишком быстро, грубо подмахивая бедрами и второй рукой давит на её влажный клитор. Он громко стонет и изливает все своё животное нутро прямо внутрь Кристины. А затем, падая головой на грудь девушки, ядовито и прерывисто шепчет:       — Если ты хоть единой душе расскажешь об этом, я сделаю тебе очень больно.