Теперь Скаут знает

Теперь Скаут знает. Знает, что Шпион его отец. Он с самого начала подозревал подобное, уже больно тот похож был на отца Джереми. Но то были лишь подозрения. А потом ему Снайпер на очередной совместной попойке проболтался. Вдох, Скаут зажмурился зачем-то. Пока Шпион не знает, что он знает. Ну, по крайней мере Снайпер его заверил, что никому не скажет. После вздернутой брови и вопроса “кому никому?”, выяснилось, что вся команда в курсе. Даже, блять, Пиро. И причем все давно уже знают, прилично так давно. Но почему-то ему никто не удосужился сказать. У Скаута это поначалу не выявило никаких особых эмоций. А вроде в детстве себе обещал, как только узнает, кто его отец, пойдёт и, цитирую: “ебало так ему начистит, что как зеркало блестеть будет". Хотя, может, это был эффект от того дешёвого виски, или скотча, или че они там вообще пили. Может, это мозг Джереми не до конца понял, что произошло. Потом мозг понял и охуел чутка. Сначала это была злость, ярость практически. На Снайпера в основном. Скотина знал, что для Скаута это важно, знал и не сказал. И ладно Манди, ему сказали не говорить - он и не говорит, идти по самому неконфликтному пути, для него это всегда верный вариант. Но Энджи? Хэви? Тот же Пиро? Они всё знали, что Скаут чувствует по отношению к отцу. Всё знали и всем, похоже, было слишком похуй, чтоб заботиться о чувствах надоедливого ребенка. А сколько ещё они секретов от Скаута держат? Сколько ещё у них скелетов в шкафах? Желание разбить что-то или кого-то об стену превысило порог. Манди что-то говорил, пытаясь успокоить Джереми. А Скаут просто врезал ему по его гладко выбритой щеке и сбежал. И он бежал. Зачем они все с ним так поступили? Да, он иногда перегибает палку. Да, он довольно часто действует всем на нервы. Но это же не причина так поступать. Нога, вроде правая, запнулась затянулась зацепилась за что-то, сложно понять что. Руки выставленные вперед не спасли. Вкус крови и песка на губах почувствовался довольно быстро. Щеки жгло не сколько от слез, сколько от несколько метрового пролёта по колючему песку пустыни. Злость медленно перетекла в обиду. Кислую до тошноты, детскую обиду. Почему они не сказали сразу? Почему он не сказал сразу? Они его настолько сильно все ненавидят? Почему отец вообще ушёл? Почему даже открытки на праздники не присылал? Да, он гандонмудакгнидаьлять не очень хороший и приятный человек, но, блять. Солнца не видно; темно-серые тучи заволокли все небо; первые капли дождя упали на лицо Джереми. Возвращаться не хотелось. Ни на базу, ни к команде. Бежать больше не было сил, лежать в грязи и мокнуть под дождем Скаут не горел желанием. Так, ладно, отставить раскисание. Мелкие песчинки в раны на руках - как пытка. Но лучше так чем опять стирать одежду. Скаут, обычно, если обижался на кого-то, то держал горечь в себе очень, ненормально долго. Сейчас же даже этого не хотелось. Может, они не все знали и Манди что-то напутал? Или, может, они побоялись за Шпиона, думали, что Скаут его убивать пойдет? Или, может, Скаут опять слишком поспешил с выводами и все не так понял, и они все сами узнали недавно и хотели сказать ему, и все хорошо, и Скаут все просто себе надумал и Бежевая дверь фургончика раскрылась когда Скаут еще не успел дойти и постучатся. Синяк на скуле цвел оттенками синего и фиолетового. Джереми промок до нитки. Теплое полотенце и свежая сухая футболка с запахом дешевых сигарет; Снайпер выглядел взволнованным и напряженным, он извинился, Скауту не особо понятно за что, это же он такую сцену из-за пустяка устроил. Снайпер его обнимает, крепко и тепло. Он отшучивается, мол, это просто я так под алкоголем ебнулся, так-то это просто новость как новость, ничего особенного. Да, в конце концов, это просто пустяк. Самая обычная ерунда. Не более чем муха, раздутая в слона. Хватит, блять, парится о таких мелочах, Джереми, сосредоточься лучше на более важных делах. Выдох, глаза разжмурил. И вот он, Скаут, стоит перед своим отцом. И ничего не чувствует. Шпион всё так же, как и всегда, сидел возле окна на кухне, курил и пил горячий кофе, без сахара и сливок. Он себе своего отца всё же другим представлял. Более мягким что ли?.. С доброй улыбкой и теплым взглядом. Который не злится, а если и злится, то не долго и не кричит. Скаут до последнего надеялся, что с Ма они просто не нашли общий язык, и что отец про него помнит, просто прийти боится. Поэтому маленький Джереми так на него злился. Столешница неприятно давит на облокочённую руку; сахар беззвучно растворяется в чае. Хах, они и вправду внешне похожи. Немного, но похожи. Не только тонким жилистым телосложением, но и лицом. А ещё глазами. Почему-то именно его глазами, такие же ярко-голубые, два ломтя неба, как Ма говорила. А под маской интересно что? А что будет если её снять? — Oh mon dieu, у меня рога выросли или копыла появились? Если нет, тогда что ты так пялишься на меня, Скаут?! — Я знаю, что ты мой отец — Ой, уж не знаю, может ищу чем мы похожи, папа — Пытаюсь понять, что ма в тебе такого нашла — Присматриваю место для удара, отец Джереми, тихо, вдох-выдох. — Да, и рога выросли и копыта, хотя мало что поменялось, как был козлом так козлом и остался.