Глаза цвета солнечной Невы

Он заметил её практически сразу, стоило ему зайти в знакомую кофейню, неподалёку от дома. Горошко был здесь часто, по нескольку раз в день. Заходил перед репетициями, съёмками, поездками. Заходил, брал горячий кофе с молоком и шёл, но чаще ехал по своим делам. Иногда он просто заходил, брал всё тот же кофе с тем же молоком, садился за дальний столик и просто сидел, но такое случалось всё реже и реже. Съёмки, репетиции, постоянные разъезды туда-сюда в Москву и обратно в Питер сокращали количество его свободного времени до минимума. Но сегодня время появилось. Съёмки закончились раньше, а репетиции сегодня не было и он, повинуясь своему желанию, направился в кофейню. Она сидела за столиком у окна. Перед ней стояла большая кофейная кружка и ноутбук, в котором она что-то печатала. Шатенка в чёрной водолазке и брюках, сосредоточено смотрела в экран своего ноутбука, казалось, вообще не обращая внимания на происходящее вокруг. Глаза скрывали очки, для зрения или, возможно, работы за компьютером. Серёжа забрал свой кофе и уселся за столик, который по счастью, оказался свободным и открывал ему обзор на девушку, сидящую за столиком у окна. В одном ухе он заметил у неё белый наушник. Она устало провела рукой по волосам, приглаживая хвост, в который те были стянуты на затылке, и размяла шею. Заглянула в кружку, поджала губы, видимо, её напиток закончился, и снова вернулась к своему занятию. Горошко давно уже мало что интересовало. Он явно устал от бешенного ритма своей жизни, но отдых ему «светил» только месяцев через пять, как минимум и то, не факт. От усталости, он безразлично относился ко многим вещам в своей жизни, но эта незнакомка чем-то его заинтересовала, но он всё никак не мог понять, чем именно. Но что-то явно в ней было. Серёжа большим глотком отпил обжигающий кофе и поднялся со своего места. Он решил, что точно ничего не потеряет, если просто поговорит с ней, расценив свой внезапный интерес за знак вселенной. Он подошёл к столику, но шатенка совсем не обращала на него внимание. Серёжа прочистил горло и произнёс: — Привет. – она подняла на него вопросительный взгляд, снимая очки. На мгновение Горошко задержал дыхание. У неё были фантастически синие глаза, похожие на волны Невы в самый солнечный день. Она чуть склонила голову на бок, откладывая очки в сторону и, оглядев внимательно его лицо, ответила: — Здравствуйте. — Не против, если я присяду? – уголки её губ, малинового оттенка, чуть дёрнулись в улыбке. Она повела плечом и, снова надев очки, стала нажимать на клавиши в ноутбуке: — Не против, присаживайтесь. – проговорила она, снова потянувшись к своей кружке, но потом, видимо, вспомнила, что она пустая, вернула её на клавиатуру. — А давай я тебя угощу? – спросил он, совершенно не зная, как завести с ней разговор. — А мы разве перешли на «ты»? – она чуть приподняла правую бровь, не отрываясь от экрана. — Ну, никогда не поздно. – хмыкнул Горошко. — Капучино с карамельным сиропом на соевом молоке. – он кивнул, отправляясь обратно к стойке бариста. Пока Горошко ждал заказ, она по прежнему смотрела в ноутбук, продолжая там что-то печатать. За очками было сложно разглядеть её глаза, но по лицу было видно, что девушка сосредоточена. Он поставил перед ней кружку с капучино. Сначала она взглянула на кружку, а затем на него и улыбнувшись, продолжила своё занятие. — Меня зовут Сергей. – он помедлил, а затем добавил. – Горошко. – уголки её малиновых губ тут же вздёрнулись вверх. — Это должно было меня впечатлить? – Горошко на мгновение опешил, а затем улыбнулся в ответ. — Ну, не то чтобы да, но вдруг? — Ася. – кивнула она в ответ, отпивая свой напиток. Горошко явно расслабился, привычным движением откидывая волосы назад. Девушка ещё несколько секунд смотрела на него, а затем снова вернулась к своим делам в ноутбуке. — Я помешал? – спросил он, кивая на чудо человеческого прогресса. — Не то чтобы, - ответила она, делая ещё один глоток кофе. – но да, я немного занята. Нужно закончить книгу сегодня до девяти. — Ты писатель? — Редактор. – она качнула головой. – Редактирую, книги, статьи, готовлю материалы к публикации. — Интересно. – он замолчал. Интересно, она знает, что он актёр. Ведь по логике он тоже должен рассказать чем занимается. А если знает, как воспримет это. — Ты так сильно можешь не напрягаться. Я знаю, что ты актёр. – проговорила она, не отрываясь от экрана. – На прошлой неделе редактировала статью про ваш театр. Выйдет в следующем номере «Собаки». — Даже так? – хмыкнул он, снова отбрасывая волосы с глаз. Ася не ответила, быстро застучав клавишами. Она что-то печатала, кликала пальцами по тачпаду. Серёжа наблюдал за её движениями, обдумывая, как вывести разговор дальше. Теперь ему стало интересно понять, воспримет ли она его как просто Серёжу или всё-таки, как актёра Сергея Горошко. Тем временем она закрыла ноутбук и сняла очки. Снова размяла шею и взяв кружку двумя руками отпила капучино. — Что редактировала? — Книгу. В понедельник её уже отправят на печать, а другой редактор допустил кучу ошибок, пришлось исправлять. — Что за книга? – она пожала плечами. — Если честно, я не вчитывалась. Моя задача грамотный текст, а не содержание. – она пожала плечами, оглядев кофейню. — Я тебя здесь раньше не видел. Ты недавно приехала в Питер? — Почему ты так решил? – улыбнулась она, убирая ноутбук в сумку. — Не знаю. – пожал он плечами. – Ты не очень похожа на коренную петербурженку. — А откуда ты знаешь, как выглядят коренные петербурженки? – улыбнулась Ася. Горошко фыркнул, делая глоток кофе. Ася несколько мгновений просто смотрела на него, чуть склонив голову на бок, а затем проговорила: — Огорчу тебя, но я родилась здесь, но потом мои родители переехали в Краснодар по работе. Я закончила там школу, а в институт приехала поступать сюда. — Журфак? – она кивнула. — И филфак параллельно. — То есть ты филолог и журналист? — Вроде того. Они снова замолчали, каждый думая о своём. Горошко вздохнул. Разговор не клеился и это его раздражало. Ася тем временем потянула резинку с волос, и они каштановой волной раскинулись по её плечам. Отчего-то от этого её действия перехватило дыхание. Её волосы отливали медью в ламповом свете кофейни. Девушка перевела взгляд на него. — Ты так смотришь на меня странно. — Как? – переспросил Горошко. Голос выдал его с потрохами и чуть осипшей интонацией. Серёжа прочистил горло. — Странно. Как будто впервые в жизни девушку видишь. — Может и впервые. – передёрнул он плечами. – Такую, как ты впервые. – мысленно он порадовался, что она не стала уточнять, какую, «такую». — Ну, расскажи что-нибудь тогда о себе, чего я не смогу прочитать в Википедии. – Горошко задумался. — А меня нет в Википедии. – Ася улыбнулась, чуть закусив нижнюю губу. — Тогда, тебе точно есть к чему стремиться. — Если честно, такие вопросы ставят меня в тупик. – он нахмурился, в очередной раз откидывая назад волосы. – Я не умею готовить вообще ничего кроме пельменей и сосисок. Даже яичницу не умею жарить. Но зато я варю отличный кофе. — Звучит, как приглашение. – Ася провела пальцем по ручке кофейной кружки. — Почему нет? Я тут живу неподалёку… - девушка хихикнула, накрывая его руку своей. — Я учту. – руку она убрала и взглянула на часы. — Ты спешишь? – она отрицательно качнула головой, отчего её волосы поменяли положение. Горошко как завороженный проследил за этим переливом оттенков её волос. Ася, кажется, этого не заметила, и хорошо. — А ты часто тут бываешь? – спросила она. — Да. Но в последнее время всё никак не было времени, а сегодня съёмки раньше закончились… - он осёкся. — Нам не обязательно говорить о твоей работе, если ты не хочешь. – мягко проговорила Ася. — Да нет, я просто не понимаю… - он вздохнул. – Ты понравилась мне, но у меня никак не выходит завести разговор. — А ты расслабься. Пойдём, прогуляемся? – Ася поднялась со своего места, надевая пальто и закутываясь шарфом. Горошко вопросительно взглянул на девушку, но его губы уже растянулись в улыбке. Он уже согласился, даже не успев обдумать её предложение. Питер был сегодня непривычно приветливым для ноября. Ветра практически не было, небо было ясным, а улицы заполнены людьми, которые наслаждались спокойным вечером и не спешили скрыться где-нибудь от привычно промозглой погоды. — Куда мы пойдём? — Покажу тебе свой Питер – лучший город Земли. – она подмигнула ему, направляясь в сторону Невского. На Невском, как всегда было чрезмерно многолюдно. И пусть поток людей был не такой агрессивный, как в Москве Серёжа всё равно чувствовал себя не совсем уютно в центре, тем более, пешком. Но Ася уверенно вела его за собой вперёд, и он шёл следом, упираясь взглядом в каштановую макушку. Оказавшись в районе станции метро Маяковская. Ася обернулась на него. — Вот моя станция. Я жила тут в детстве, ну и теперь живу, собственно. — Ты ведёшь меня к себе? — Нет, я веду тебя по Питеру. Тут раньше у метро сидела бабушка, она продавала фантастически вкусные леденцы. И моя бабушка мне каждый вечер покупала их, когда забирала из детского сада. – Горошко кивнул. Они шли дальше по Невскому, а Ася рассказывала ему о своём детстве, о своём Питере. Горошко слушал, как она сбежала как-то за пышками, и ей страшно досталось от бабушки. — А вон там, видишь, Антикварный магазин? – Горошко кивнул, глядя в сторону «Галереи «Петербург». – Я там часами могла бродить, рассматривать всё, просто волшебное место. Пойдем? – она взяла его за руку и повела в сторону магазина. Когда они вошли внутрь, то Асины глаза моментально вспыхнули каким-то невероятным огоньком. Серёжа непроизвольно любовался ею, шагаю по её следам в антикварном. Они вышли оттуда через минут тридцать и снова зашагали по улице. Они шли и шли, а Ася всё рассказывал ему что-то о, казалось, таком изученном вдоль и поперёк Невском проспекте и Горошко с удивлением открывал для себя центральную улицу такого любимого им города совершенно в ином свете. Вскоре он понял, что она ведёт его в сторону Дворцовой площади. Там было как всегда особенно многолюдно. Туристы кишели туда-сюда, делая миллиард фото и что-то бурно обсуждая. Где-то играли музыканты. Ася обернулась. Они играли песню Стинга из фильма «Кейт и Лео». — Господин Горошко, разрешите пригласить вас на танец? — лукавая улыбка и отблеск её глаз сотворяли с ним в мгновение какие-то невероятные вещи. — Танец? – удивился Серёжа, но Ася уже взяла его за руку, а другую уложила ему на плечо. Горошко положил другу руку ей на талию и прислушался к ритму. Мгновение и они смотрят друг другу в глаза. Она улыбается так хитро и одновременно нежно, что в ушах шумит, а пальцы покалывает о волнения. Как же давно он не испытывал ничего подобного. Внутри всё колыхалось и трепетало от сладковатого запаха её духов, вперемешку с холодным ноябрьским воздухом и питерским ароматом улиц. Он почувствовал что у него краснеют уши и порадовался, что под капюшоном толстовки и волосами этого, возможно, не заметно. Ну или можно скинуть это на холод. — Мы вальсируем? – Ася кивнула, улыбаясь шире. Серёжа не смог сдержать ответной улыбки, слишком заразительной была магическая улыбка у этой девушки, которая ещё пару часов назад была для него совершенно незнакомой. Сейчас они вальсируют на Дворцовой площади, а туристы снимают их на свои телефоны, прохожие останавливаются, чтобы посмотреть на двух незнакомцев, танцующих под мелодию Стинга. Он вдруг подумал, что если кто-то из поклонников увидит их, или это видео в интернете, то начнётся настоящий бум. Но почему-то сейчас его это волновало в последнюю очередь. Увидят и увидят, не прятаться же ему вечно по углам. Настоящая жизнь же не останавливается только из-за того, что теперь его в лицо знает добрая половина страны. Больше его сейчас волновали её глаза. Фанатические синие глаза, в которых отражались огни Дворцовой площади и которые сами по себе светились ярче любых огней. Музыка стихла. Толпа зевак, собравшихся вокруг, зааплодировала. Серёжа поклонился, а Ася присела в реверансе и снова увлекла его за собой в сторону Дворцовой набережной. — Ась? Куда ты меня ведёшь? — не выдержав любопытства, спросил он. — Потерпи. Это особенное место. – она подмигнула ему снова идя в сторону Дворцового моста. Серёжа вздохнул, но послушно продолжал идти за девушкой, которая мурлыкала себе под нос мелодию, под которую они танцевали несколько мгновений назад. Они прошли через мост и остановились у Ростральных колон. Ася встала, запрокинув голову вверх, глядя в небо, туда куда упирался факел на верхушке колонны. — Это моё место силы. – тихо проговорила она. Горошко тоже поднял голову вверх, глядя туда же, куда и она. — Я всегда прихожу сюда, когда мне плохо, или грустно, или у меня нет сил. Прихожу подумать, помечтать, поплакать. – Ася подошла ближе. — Почему именно здесь? – спросил Серёжа, подходя следом. — Не знаю. – пожала она плечами. – Просто я тут себя чувствую как-то по-особенному, знаешь, как будто что-то тёплое разливается внутри. Вот здесь. – она положила руку ему на грудь в то место, где располагалось человеческое сердце. – Закрой глаза и послушай, мы практически в самом сердце Питера. — Получается, ты меня привела в своё особенное место? — Ася кивнула, погладив его руку. Серёжа послушно закрыл глаза и прислушался. Питер гудел, шумел и шептал, вокруг разговаривали люди, на разных языках обсуждая что-то, восхищаясь или наоборот. От Невы долетал гудёж катеров и ветер, который здесь был сильным, даже при его отсутствии в городе. Он чувствовал прохладную Асину ладонь в своей и ловил себя на мысли, что ему не хочется её отпускать. Девушка чуть сжала его пальцы. — Пойдём? – тихо спросила она. — Замёрзла? – Ася кивнула. Он аккуратно поправил выбившийся шарф на её плечах. Ася, мягко улыбаясь, следила за его движениями. — У тебя красивые глаза. И руки. – девушка провела замёрзшими пальцами по рисункам витилиго, которые от холода стали заметнее, чем обычно. — Ты вся красивая. – проговорил он, сморгнув и осознавая, что сказал это вслух. Ася лишь загадочно улыбнулась, взмахнув ресницами. Она ничего не сказала, закусив нижнюю губу. Они вернулись на Дворцовую, куда Горошко уже вызвал такси. Машина приехала через пару минут ожидания. Ему нужно было доставить Асю домой, а затем вернуться к кофейне за своей машиной. В машине они ехали молча. Серёжа любовался ею украдкой, мысленно ругая себя за сказанное. Наверняка она подумала, что он идиот, который вообще не умеет держать свои мысли под контролем. Но в этом была доля правды, контроль чувств никогда не был его сильной стороной. А те чувства, которые за пару часов пробудила в нём эта девушка, вообще не шли ни в какое сравнение ни с чем, что он чувствовал в последние пару лет. Последний раз он испытывал такую яркую бурю эмоций, когда его утвердили в "Майор Гром", но то была работа, пусть и любимая, а она живая, настоящая, какая-то неправдоподобно уютная и светлая. Горошко никогда не считал себя светлым человеком. Его окружали разные, безусловно талантливые и творчески люди. Добрые, живые, искренние. Но даже комфортный до неприличия Дима Чеботарёв, с которым они поддерживали тёплые приятельские отношения не шёл ни в какое сравнение с той теплотой, которую изучала эта девушка. Машина остановилась у Маяковской. Ася сжала его пальцы, привлекая внимание Горошко к себе. Он "вынырнул" из своих размышлений, встречаясь с ней взглядом. Она протянула ему визитку, на которой было написано: «Ася Каштанова. Редактор. Редактирую любые ваши тексты с любовью» и номер её телефона. Серёжа взял её в руки, глядя на цифры, а она мягко коснулась губами его щеки и вышла из машины: — До свидания. – попрощалась она то ли с таксистом, толи с ним, толи с ними обоими. Горошко не знал. Не понял, но визитку спрятал в чехол телефона, чтобы не потерять. Он обязательно позвонит ей или напишет, как только наберётся смелости. Ведь, раз она оставила ему телефон, значит идиотом, она его точно не считает. А значит, возможно, у него будет шанс снова увидеть эту удивительную девушку с глазами цвета солнечной Невы.