Весёлая ночь

Ещё с раннего детства Ху Тао была поехавшей. Она часто любила хватать всяких насекомых и отрывать им лапки, а позже и голову. Она закидывала камнями лягушек, а после расчленяя их трупы, раздавливая глазные яблоки и завязывая различные узелки из кишок. Как-то раз психованная нашла одного бездомного котёнка. Он был очень мерзкий: один глаз сочился гноем, шёрстка была вся в грязи и его собственном говне и блевотине, а ухо уже настолько прогнило, что в нём уже завелись опарыши, поедающие плоть. Обычный человек бы либо прошёл мимо, либо как-нибудь помог бедному животному. Но Ху Тао вид кота только взбудоражил, из-за чего психопатка мигом схватила существо за шиворот и начала свои издевательства. Она воткнула оба пальца ему в глазницы и, поковырявшись в голове страдальца, высунула испачканные в крови и ещё каких-то непонятных жидкостях конечности и вылизала всю эту кашу дочиста. Дальше садистка переломала хвост, но и этого ей не хватило. Под конец своих махинаций она потопталась на самом котёнке и раздавила ему голову, а после с раскрутки несколько раз швыряла труп в разные стороны и в итоге закончила свои действия тем, что выбросила тело в ближайшую речку. Вскоре после этого происшествия девушка уже брала бездомных животных и жестоко истязалась над ними. К сожалению, все эти твари не принесли ей такого же удовольствия, что и тот котёнок. Они все выглядили хоть и грязно, но не так жалко как он. Поэтому Ху Тао уже не интересовали все эти четвероногие существа, да и сама она впринципе погрузилась в отчаяние. Ничто из её предыдущих издевательств не приносило ей тех же чувств, что раньше. Но после того, как она получила глаз бога, жизнь заиграла новыми красками! Теперь она стала сильнее и могла спокойно выносить лагери хиличурлов. Ах, как же приятно было истязать трупы этих уродцев! Отрывать их маски и смотреть на кровавое месиво было так аппетитно, что порой срезаные копьём кусочки мяса с "лиц" хиличурлов могли сойти за вкусный ужин. А как же весело было расчленять тела бывших жителей Кхаэнгри'аха и поджигать внутренности живота как какую-то стопку мусора. Так же не менее весело было обматывать кишки бедных созданий вокрук пальцев, рук и талии, представляя, что это новые модные украшения. Жаль, что нельзя было так показываться на людях. Единственный, кому бы мог понравиться такой экстровагантный стиль, это старый маразматик Чжун Ли. Жуткий же он тип. После своих развлечений Ху Тао возвращалась вся в крови, но, к счастью, на улице уже была ночь-полночь, и так же до похоронного бюро можно выло добраться, просто слезая с горы, не привлекая к себе лишнего внимания. Однако её мог заметить тот самый маразматик, но ему было абсолютно всё равно, чем занималась его начальница, главное, что после подобных встреч она всегда предоставляет оплачиваемый отпуск на 2 дня. Как хорошо, что сегодня Тао никто не заметил, по правде говоря, она уже конкретно заебалась постоянно предоставлять своему поимщику отпуска. Причём он специально может поджидать её дабы получить свои незаслуженные выходные. Ну хватит о Чжун Ли, вернёмся к нашей отбитой. Вернувшись в бюро, она как обычно смывает с себя кровь, как обычно доделывает свою работу, как обычно придумывает новые уловки для зазывания клиентов, как обычно пишет письмо своей девушке. Да, вы не ослышались, существует одна такая несчастная, что увидела в нашей героине что-то хорошее, и это конечно же Янь Фей. В своих письмах Ху Тао пишет о том, как она якобы проводила весь день непокладая рук, о том как она бы хотела видеться с её любимой чаще и том, как бы сильно она хотела её расцеловать. Конечно же ничего из этого не было правдой: под вечер Тао сбегает с работы, оставляя обязанности на потом, чтобы позабавляться с хиличурлами; так же поехавшая перед или даже заместо своей прогулки могла сталкерить свою же девушку; последнее является ложью наполовину, т.к девушка хоть и "хочет её расцеловать", так же она мечтает и изнасиловать, максимально травмируя полуадепта, но к сожалению, новую Янь Фей найти не получится, и заменит ли новая Янь Фей старую? Как же сложно. Хотя можно и сделать с ней кое-что, чего не причинит ей смерти и поможет нашей героине с её возбуждением. Янь Фей как обычно солнечным утром прогуливалась по рынку Ли Юэ, следя за порядком. В основном ничего страшного не происходило, но и спокойным всё происходящее не назовёшь. То какая-нибудь бабка продавщица закатит спор с другой бабкой продавщицей, то опять гадкие и отвратительные фатуи затеят прикупись себе что-нибудь для неизвестных целей, привлекая к себе толпу агрессивных экстремистов, то опять какой-нибудь товар окажется бракованным. В общем, дел невпроворот. Одна единственная вещь, утешающая блюстительницу закона, была письмом её любимой миленькой Ху Тао. Как же она прекрасна!!! Её глаза сияют огоньками, её волосы такие мягкие, будто она моет их каждый день. Ах, таких красивых мало просто поискать! Жаль только, что виделись они нечасто из-за работы её любимой. С этими мыслями адвокат уже направлялась вверх по лестнице, чтобы мигом увидеть её девушку за работой, пока всё тихо. Но вдруг кто-то хватает её за руку и просит помощи по торговле. Весь день полуадепт выясняла дела продавцов и покупателей.   Наступил вечер, и Янь Фей уже возвращалась домой. Как жаль, что ей так и не получилось заглянуть к Ху Тао и хотя бы поздороваться с ней. А в это время сама Тао уже поджидала свою жертву за углом, и когда цель подходила к повороту, садистка схватила её и усыпила облитой специальным травянным отваром тряпкой. Успешно усыпив бедную девушку, похитительница схватила тело и понесла его к себе в бюро. Проснулась Янь Фей, находясь на стуле. Руки её были связанны цепями, голова обмотанна тканью, закрывая вид на помещение, в котором она находилась, а уши что-то затыкало. — Здесь есть кто-нибудь?! Но на этот вопрос никто не ответил. — Але! Снова тишина. — Ответьте уже кто-нибудь! В ответ раздалась только звонкая пощёчина. — Кх, что вы творите?! Вы же понимаете, что своими действиями нарушаете законы Ли Юэ?! Да, Ху Тао всё понимала и поэтому нацепила эту повязку с берушами, дабы та не догадалась, что её похитителем на самом деле была её любимая. — А ну отвечайте! Опять всё на какое-то время затихло. Но тишина была слышна только для Янь Фей, а сама Тао капашилась, ища пилу. Наконец, найдя нужный инструмент под аккомпанемент в виде криков жертвы, садистка направилась к ней и, мёртвой хваткой вцепившись в волосы, начала пилить рог похищенной. — ААААААААААААА! ПРЕКРАТИ! ПРЕКРАТИ! — тут же начала орать полуадепт. Рога для неё были как кости: прочные, но если получить трещину или если отколется кусок более менее среднего размера, будет болеть так же, как и если бы человек получил подобную травму, например руки. — ААААААААААААААА! БОЛЬНО! БОЛЬНО! НЕТ! НЕ НАДО! Оры и крики боли начали возбуждать Ху Тао, из-за чего она, окончательно отпилив рог, засунула его себе в вагину и начала надрачивать им, как каким-то новым дилдо, пока Янь Фей не могла выдержать боли и уже из-за криков потеряла голос, захлёбываясь в своих же слезах. Психонутую так заводили страдания её девушки, что она кончила даже не от рога в её пизде, а от мучений жертвы. Насладившись игрушкой, Тао решила, что мученица тоже должна почувствовать такое удовольствие, и воткнула ей сломанный рог в пизду тоже, и начала агрессивно ебать Фей её же рогом. Т.к вагина полуадепта не была как либо подготовленна к такому, она обязательно должна была порваться от такого напора и резкости. Капельки крови начали стекать по половым губам , что привело Ху Тао в экстаз, и она опять кончила, в то время как получательница уже не могла больше вынести пугающей тишины, полной темноты, отстутствия движения и огромной боли в зоне между ног и её голове. — Прошу... прекратите... Голос бедолаги уже доходил до шёпота из-за сильной усталости, веки стали тяжелеть, и девушка опять погрузилась в сон (походу препарат опять начал действовать). Проснулась страдалица уже в тёплой кровати, и первое, что она увидела, было светом. Янь Фей никогда не радовалась так сильно тому, что сможет видеть. Она дотронулась до рога, но заместо него был обрубок, когда-то бывший им. "Так всё таки то, что произошло со мной было правдой...." Но кто был тем отвратительным насильником, который смог бы провернуть подобное? Она точно должна выяснить, но сначала нужно было понять, где она находилась. Интерьер был похож на стиль Ли Юэ, значит её никуда не должны были увезти, а кровать была слишком знакомой. Неужели она находилась в гостевой комнате Ван Шен?! Значит, и Ху Тао должна была узнать обо всём... В это время, как по щелчку пальцев, в дверь постучала и вошла сама девушка. На её лице было изображено неподдельное удивление. Хозяйка бюро сразу быстро подбежала к кровати и крепко обняла Янь Фей, чуть ли не ломая той ещё и рёбра с позвоночником. — О Янь Фей, я так боялась за тебя! Вчера ночью я заметила твоё лежащее тело где-то в подворотне Ли Юэ. Сначала я подумала, что ты упала в обморок, но на самом деле всё оказалось гораздо хуже. У тебя был отпилен рог, и ты...лежала в-в луже...к-крови.. Еле как договорив последнее предложение, Ху Тао залилась слезами. — Не волнуйся, дорогая. Со мной сейчас всё хорошо! Я обязательно найду того, кто это сделал со мной! А пока иди ко мне сюда. Полуадепт раскрыла руки, приглашая любимую к себе в обьятия, на что та сразу же прильнула к своей пассии. Обеи девушки чувствовали себя комфортно и готовы были дарить всё тепло и любовь друг другу. Ху Тао могла бы вечно пролежать в обьятиях Янь Фей, она чувствовала, словно в этот момент адепт отдавала всё тепло и ласку, что Тао, конечно же, принимала. Сама она, будто пушистый котёнок, лежала на своей возлюбленной, растворяясь во всех откровениях её сердца и отвечая на них словами о преданности и любви. Казалось, будто сейчас на всё бюро разносились "я так дорожу тобой","люблю тебя","ты прекраснее всех на всём белом свете" Ху Тао. И так, в такой позе, две влюблённые девушки готовы были пролежать весь день и всю ночь. Конец^3^