Выпьем за дружбу!

Несмотря на свой статус, Дилюк иногда работает непосредственно за барной стойкой, заменяя своих подчиненных. Обычно это приходится на определенные отрезки времени и дни. Тарталья быстро вычислил их и теперь посещает таверну "Доля Ангелов" только в это время. И если раньше рабочие часы Дилюка проходили в умиротворении и гармонии с собой, то теперь каждый раз заявляясь в таверну, он видит одного рыжего мерзавца, который в какой-то момент, спустя некоторое время, решил переступить черту и не просто "наблюдать из стороны", а потревожить покой, сотрясти воздух и сказать что-то Дилюку. Видимо, завести диалог. Хотя Дилюк точно не знал, что на уме у этого фатуйца. - Будем дружить, как Бонни и Клайд? - после этих слов Дилюк готов пробить себе лоб насквозь одной лишь левой. Или может этой самой левой, но уже сжатой в кулак разбить нос рыжего наглеца. Но он только хмуро смотрит на Тарталью и поправляет того: - Ты хоть знаешь кто это, или услышал где-то и решил приплести, чтобы выпендриться? - Ну, - Тарталья задумчиво хмурится, - да, ты прав, они не очень подходят. Но мне нравится их образ жизни. - Хочешь сесть в тюрьму, как Клайд? - стараясь как можно сильнее не выдавать свою пассивную агрессию, задаёт вопрос Дилюк. - Я уже был там. Не так долго, по мелкому хулиганству. Точнее, это были исправительных работы. Но я думаю, в счёт. А ты? - Этот разговор бессмысленный, у меня нет на тебя времени. - Дилюк думает, как бы дипломатичнее прогнать рыжего крушителя его мирного существования, но не находит ничего лучше, чем послать того на работу. - У меня перерыв. - Он не бессрочный. - Конечно, но ты ведь знаешь, кем я работаю. - Или кем ты не работаешь. Я все сказал, - и отворачиваясь, он старается игнорировать пристальный взгляд Тартальи. - Долго игнорировать меня не сможешь. Я ведь твой клиент, в конце концов. - Я имею полное право тебя вышвырнуть отсюда, - не сдержавшись, Дилюк резко поворачивается и застает в расплох Тарталью. Тот чуть не сваливается со стула, но это его только смешит. Дилюк смотрит на него с презрением. "Когда уже эта гребанная смена кончится", - он сверлит часы взглядом, но от этого они быстрее не работают. - А когда ты освобождаешься? - Ночью, - Дилюк надеется, что этот ответ подействует на Тарталью и тот, наконец, отвяжется от него. Но, к большому сожалению, сразу же вспоминает о том, что его собеседника невозможно хоть как-то спугнуть или расстроить. - О как здорово, я бы мог проводить тебя до дома. - Чтобы убить меня по дороге? - Что? Нет, - Тарталья кажется слегка задетым, - с чего ты так решил! - Ну, либо ты это сделаешь умышленно, либо это произойдет непроизвольно... - Дилюк старается съязвить парню, но тот лишь весело смеется. "Тебя хоть что-то способно обидеть?" - негодует Дилюк, яростно потирая стол и не прекращая сверлить взглядом довольного фатуйца. - Неужели я настолько надоедлив? - Тарталья словно искренне недоумевает от слов Дилюка. - Ты не представляешь, как. - А если не секрет, что тебе лично сделали Фатуи? - парень соскакивает с одной темы на другую так резко, Дилюк даже не замечает, насколько быстро это происходит, что даже возмутиться уже сил не хватает. - Секрет. - Да ладно, я же не обижусь, уверен, это был явно не я. - Откуда такая уверенность? Тарталья кладет локти на барную стойку, облокачивается головой на одну руку, и склоняет ее на бок, прищурившись в улыбке: - Потому что я не способен обидеть такого милого парня. Дилюк продолжает игнорировать очевидный факт флирта со стороны парня и молчит, не уверенный, что Тарталье можно доверять. - Ладно, если не хочешь говорить, я не буду тебя заставлять. Вдруг тебе об этом неприятно вспоминать. - Вот всегда бы был таким понимающим! - Фыркает Дилюк, закатывая глаза, но мысленно благодарит Тарталью. На момент он подумал, что все-таки готов тому разбить лицо за такие прямые и наглые вопросы. Но верилось предвестнику Фатуи с трудом. А Тарталья никогда не врал. Он лишь всегда четко подбирал слова, чтобы можно было недоговаривать. И свое обещание, которым он поделился с Дилюком вслух, он сдержит. Но ведь никто не говорил, что он давал больше обещаний, чем Дилюк услышал, верно?