Камни прошлого

Октябрь. 1994 год. Листья на деревьях приобрели желтый оттенок. Дни стали короче, а ночи длинее. Я сидела во внутреннем дворе. На моих коленях лежала Лилит. Одной рукой я гладила еë блестящие, длинные черные волосы, а другой держала книжку. Лилит рисовала дизайн нового платья. Она была талантливой, рисовала, а потом шила всю ночь. Родители запрещали ей заниматься этим делом. В тайне от них она перевезла швейную машинку в Хогвартс. -Мне нравится это платье, оно очень красивое! -Да.. - с грустью произнесла она. - хочешь сошью тебе его?! -Хочу, очень хочу, но мне некуда его носить. -Эй.. Святочный бал же скоро - она села на колени. -Да я боюсь, что Кормак не позовет меня. -Подруга, - она рассмеялась - он будет первый в очереди стоять. Даже если он не позовет, то позовет кто-то другой. - она подмигнула. -А ты с кем хочешь пойти? -Кто пригласит, с тем и пойду. Мне просто нужно выгулить моë шикарное платье, а мальчик рядом меня не интересует. - пауза - но хочется, чтобы Теодор пригласил. Мы начали смеяться. -Начинается, начинается!!! - закричал Дин Томас. Все побежали в Большой зал. Там по центру стоял Кубок. Он святился голубым. Я села между Лилит и Джорджем, подняв глаза я встретилась с твердым и пожирающим взглядом Кормака Маклаггена. Он будто ревновал. Дамблдор начал говорить речь, перед тем, как тянуть имена. Через считанные минуты все узнают трех чемпионов турнира. Я заметила, как Джордж щелкал пальцами, он нервничал. Я положила свою руку на его ладонь. Шепотом, чтобы только он слышал я сказала: -Не нервничай. Он кивнул и улыбнулся мне. У меня были чувства к Джорджу и у него были ко мне. К сожалению, ни в одно и тоже время. Поэтому, я переживаю за него больше, чем за кого-либо другого. — Осталась одна секунда, — сказал Ли Джордан. Пламя вдруг налилось красным, взметнулся столп искр, и из Кубка выскочил обгоревший кусок пергамен­та. Зал замер. Дамблдор, протянув руку, подхватил пергамент, осве­щенный огнем, опять синевато-белым, и Дамблдор гром­ким, отчетливым голосом прочитал: — «Чемпион Дурмстранга — Виктор Крам». Зал содрогнулся от грохота аплодисментов и востор­женных криков. — Так и должно быть! — громче всех кричал Рон. Виктор Крам поднялся с места и, ссутулив плечи, враз­валку двинулся к Дамблдору повернул направо и, мино­вав профессорский стол, исчез в соседней комнате. — Браво, Виктор! Браво! — перекричал аплодисмен­ты Каркаров, так что его услышал весь зал. — Я знал, в тебе есть дерзание! Постепенно шум в зале стих, внимание всех опять приковано к Кубку. Пламя вновь покраснело, и Кубок вы­стрелил еще одним куском пергамента. —«Чемпион Шармбатона — Флер Делакур!» — возве­стил Дамблдор. —Смотри, Рон! — крикнул Гарри. — Это она! Девушка, так похожая на вейлу легко поднялась со стула, откинула назад волну белокурых волос и летящей по­ходкой прошла между столов Гриффиндора и Пуффендуя. — Вы только гляньте, как они расстроены! — восклик­нула Гермиона, кивнув в сторону стола, где сидели шарм­батонцы. Расстроены — слабо сказано, подумал Гарри: две де­вушки, спрятав лицо в ладони, плакали навзрыд. Флер Делакур удалилась в соседнюю комнату зал опять утих. Но напряжение, казалось осязаемое на ощупь, усилилось. Осталось только узнать чемпиона Хогвартса! Все опять повторилось. Огонь покраснел, посыпались искры. Из Кубка вылетел третий кусок пергамента. Дам­блдор поймал его и прочитал: —«Чемпион Хогвартса — Седрик Диггори». —Ну почему он?! Почему? — взвопил Рон. Кроме Гарри, его, однако, никто не услышал: взорвал­ся криками стол Пуффендуя. Все до единого пуффендуйцы вскочили на ноги, топали, вопили до хрипоты, при­ветствуя идущего к профессорскому столу Седрика. Ап­лодисменты не смолкали долго. Дамблдор стоял и ждал; вот наконец зал угомонился, и он, довольно улыбаясь, начал вступительную речь: — Превосходно! Мы теперь знаем имена чемпионов. Я уверен, что могу положиться на всех вас, включая уче­ников Шармбатона и Дурмстранга. Ваш долг — оказать всемерную поддержку друзьям, которым выпало защи­щать честь ваших школ. Поддерживая своих чемпионов, вы внесете поистине неоценимый вклад... Дамблдор внезапно остановился, и все сразу поняли почему. Кубок огня вдруг покраснел. Посыпались искры. В воздух взметнулось пламя и выбросило еще один пер­гамент. Дамблдор не раздумывая протянул руку и схватил его. Поднес к огню и воззрился на имя. Повисла длинная па­уза. Дамблдор смотрел на пергамент, весь зал смотрел на него. Наконец он кашлянул и прочитал: — «Гарри Поттер». Все ученики, которые были в зале устремили изумленные взгляды на четвертого чемпиона. -Слизнорт, это ты помогла ему? - спросил Фред. -Лучше, чем нам? - добавил Джордж. -Шутите? Я ему за два месяца, кроме: «Привет, Гарри. Как дела, Гарри? Пока, Гарри.» больше ничего не сказала. Четвертый чемпион зашел в комнату для избранных. А всех остальных попросили расходиться. -Бедный, ему сейчас будет нелегко. - сказала жалостливо Лилит. -Да, жалко, но если он победит, то можно водить всех на экскурсии в наш дом и рассказывать о том, как проходил день Гарри Поттера в Норе. - сказал Фред. -И вход будет стоить 5 галлеонов. - подхватил Джордж. -Боже.. Как вы еще ставки делать не начали... - начала говорить я. -Слизнорт, мы тебя обожаем!!! - хором произнесли близнецы, а затем убежали. Мы с Лилит остались вдвоем и хотели пойти в гостиную. -Диана, можно тебя? Это был Кормак. Я дала понять подруге, чтобы она шла в комнату одна. Подойдя к парню он протянул меня грубо к себе. -Что у тебя с Уизли?! - он говорил это почти крича. -Во-первых, снизь тон, во-вторых, убери руки, а в-третьих, у меня с Уизли ничего нет, ни с одним. Его взгляд помягчел, он отпустил меня. -Прости, я ревную. - он опустил взгляд. - я просто хочу, чтобы ты была моей и только моей. -Что это значит, Кормак? - я подняла за подбородок его голову и посмотрела в глаза. -Это значит, что я хочу, чтобы ты стала моей девушкой. Дай мне ответ, пожалуйста, согласна ты или нет. -Я согласна. -Даже думать не будешь? -Нет, не буду. Он взял меня за талию и начал кружить. А когда поставил на ноги впился в мои губы. Жадно, голодно, а в какой-то момент хищно. Он ждал разрешения, а когда получил, то углубил его. Его язык исследовал мой рот, а руки блуждали по моему телу. Когда воздух уже заканчивался я отстранилась. -Мне нужно в комнату. Лилит ждет. -Да, хорошо, иди, сладких снов. Он поцеловал меня в висок и ушел. Зайдя в комнату на меня сразу же накинулась Лилит с вопросами. Я ей рассказала всё, а она начала прыгать от радости. -Моя девочка выросла!!! - она прыгнула ко мне на кровать и взяла меня за руки. - я так рада за тебя, солнышко. На протяжении недели все было прекрасно. Кормак одаривал меня вниманием, заботой, любовью. На второй недели было не так гладко. Он начал ревновать меня ко всем, следить за тем, как я одета. Перед входом в Большой зал меня встретил Кормак. Я улыбнулась ему и хотела поцеловать, но он отстранился. -Что это, Диана? - он указал на рубашку, а именно на пуговицу, которая была растегнута. - тебе сложно застегнуть все пуговицы? -Нет, не сложно, просто мне давит на горло воротник. -Потерпишь - он улыбнулся и начал застегивать мне пуговку - твои голые ключицы могу видеть только я! -Х-хорошо. Он поцеловал меня в нос, а затем пошел к своим друзьям. Рядом была Лилит и она слышала этот разговор. -Диан, ты считаешь это нормальным? -Да, он любит меня и поэтому ревнует. Мне нравится быть любимой. -Это нездоровая любовь, Диан. -Что ты несёшь, Лилит? У нас всё хорошо. Мы любим друг друга. Я ушла от неë и пошла в комнату. -Диан! А завтрак? - крикнула мне вслед Лилит. -Не хочу!