Вдох-выдох и мы опять играем в любимых

Бесконечные фанмитинги, фотосессии, интервью, приглашения на шоу, концерты. Я устал. Устал, притворяться, что все хорошо. Ты всегда добр ко мне, твои глаза улыбаются, когда ты смотришь на меня, мы обнимаемся, говорим друг другу всякие милости и постоянно держимся за руки. От тебя веет теплом и в каждом твоём слове и движение я вижу любовь. А потом сказка кончается. Мы уходим в гримерку и вновь становимся просто друзьями. Друзья. Какое ядовитое слово. При каждом его произношении я чувствую горечь на языке. Сердце больно сжимается каждый раз, когда ты называешь меня другом. Знал бы, как сильно мне хочется быть для тебя не просто другом. Мы просто притворяемся, играем свои роли, а я медленно утопаю в своей боли. С каждым проведенным днём вместе, мне все сложнее играть роль обычного друга. Как бы я хотел обнимать тебя, целовать, просыпаться рядом с тобой каждое утро и видеть твою улыбку, адресованную только мне. Только для меня. Но тебе это не нужно. Мы просто друзья и друзьями останемся. Это больно, невыносимо, но это все, что я могу получить от тебя. И я не жалуюсь. Я научился прятать свои чувства и быть тебе хорошим другом. Лучшим другом. Ведь только так я могу быть рядом и видеть тебя. Сейчас мы закончили очередную фан-встречу и уставшие ввались в гримерку. Ты развалился на диване и с улыбкой смотришь в телефон, усердно что-то печатая. Совсем не замечая, как я смотрю на тебя. Ты никогда не замечаешь этого. - Случилось что-то хорошее? Чего такой радостный? - А, что? - Ом наконец оторвался от своего телефона и обратил внимание на меня. - Ты у меня спрашиваешь? - Конечно у тебя, придурок. Разве здесь есть кто-то ещё? - Ямочки, ты чего такой злой? Ворчишь и ворчишь. - Устал. - Тогда иди домой и хорошенько отдохни. - Ом встал и надел свою ветровку. - А ты куда? Я думал, мы как обычно поедим вместе. - Извини, ямочки, но у меня сегодня другие планы. Намечается довольно плодотворный вечер, - Ом улыбнулся и подмигнул. - Если понимаешь о чем я. И снова сердце разрывается на мелкие кусочки. Не первый раз мне приходиться видеть, как Пават клеет девушку для очередной интрижки. Я чувствую, как к глазам подступают слезы, но я сдерживаю их и выдавливаю из себя слабую улыбку. - Идиот. И хватит уже называть меня "ямочки". Мы не на площадке. - Не могу. Ты же знаешь, это мое любимое прозвище для тебя. - Ом подошел ко мне и потрепал за щеку. - Ямочки. - Перестань. - я недовольно отодвинулся. Пават только улыбался и развернувшись, вышел из гримерке. Я наконец дал волю чувствам и по лицу потекли горячие слезы. Ом Пават, какой же ты придурок. Сколько ещё ты будешь так со мной поступать? Всегда говоришь о своих девушках, свиданиях, не понимая, какого мне слышать эти слова. И просто уходишь, оставляя меня наедине с моей болью. Я просидел в гримерке где-то около часа, бессмысленно пялясь в какую-то невидимую точку на стене. Немного успокоившись и придя в себя, я ополоснул лицо холодной водой, пытаясь избавиться от красных глаз и поехал домой.