Цензура

— Ух, утро... Аз приоткрыл глаза, чувствуя головокружение после пробуждения. В глаза начала бросаться...какая-то незнакомая комната. Через секунду первый почувствовал черноволосую голову на плече. — Доброе нахуй блять! Рыжеволосый вскочил, параллельно прикрываясь одеялом. Осознание душило опять, лицо покрывалось красным, а глаза глядели, как чайные блюдца, на пробуждающегося младшего. Они абсолютно голые, не в самой чистой квартире последнего... и вчера он выпил. И, судя по всему, выпил весьма здорово. Яори приоткрыл глаза, но видя, что Аз проснулся, испуганно пискнул и зарылся под подушку, тоже сгорая со стыда. — Яори... что блять произошло?! — янтарноглазый вздрогнул, испуганно выдыхая. Последний, вылезая из под подушки, грустно поджал губы. — А сам как думаешь?.. Мужчине понадобилась секунда, чтобы догадаться. — Я трахался с тобой?.. В ответ черноглазка не сдержался и зарыдал навзрыд в подушку. Сердце первого сжалось, а разум прояснили воспоминания ночи. То, как это всё произошло... Азу стало не по себе, но он должен был обсудить это с парнем. — Прекрати ныть, — сердце опять неприятно сжалось, осознавая, что с языка слетела грубость. — Я... был пьян. Сильно пьян, да... наверное. — Т-ты в-вё-ёл с-себя так-к... т-трезв-во-о... — глотая рыдания и слёзы, вполголоса произнёс Яори. — В-возможно, я умею держать самоконтроль, в отличие от некоторых... — рыжеволосый попытался сглотнуть ком, отчего голос неприятно дрогнул. — Я имею ввиду... в плане поведения. В ответ тихий всхлип. Из чёрных, как всепоглощающий космос без звёзд, глаз текут по белым глазным яблокам и стекают по покрасневшим щекам слёзы. Сердце первого начало болеть при виде такой картины. — Я вспоминаю... — первый поднял взгляд рыжих глаз на младшего. — ...неужели у тебя и правда там всё так гладко? — А-аз! — изо рта вмиг покрасневшего Яори вырвался возмущённый стон. — И ты спрашиваешь об этом?! Тебя ничего не заботит больше?!. — Ответь, негодяй, немедленно, — Аз резко схватил младшего за запястье, — иначе будет только хуже тебе же. — Я ухаживаю за собой, как и следует, — Яо произнёс это так тихо, что длинноволосый едва расслышал. На недавно высохших глазах тридцать третьего снова появилась влага. В комнате воцарилась тишина. Яори молча утирал слёзы, что лились, почти не прекращая; Аз смотрел на паренька, чувствуя, как самому хотелось плакать. Сердце старшего сжалось настолько сильно, что ныла вся грудная клетка. — Извини. Чернушный снова тихо заплакал, закрывая лицо руками. — Я... не могу пока... п-прости... Первый ничего не ответил. Он молча встал и, подобрав одежду с пола начал одеваться. Такая тишина под беззвучный шелест одежды немало напрягало обоих. Наконец, когда Аз надел штаны и застегнул рубашку, он наконец прервал тягостное молчание: — Я буду ждать тебя на кухне. И ещё, загрузи постельное бельё в стирку. Когда Яори поднял голову, рыжеволосый уже вышел. Первый подошёл к холодильнику и открыл его. Внутри было совсем немного продуктов, но хорошо, что были яйца, уже были несколько вариантов для завтрака. Взяв пару яиц первый начал готовить завтрак. Уже через пятнадцать минут на тарелке оказались две яичницы-глазуньи. — Яори, хули у тебя нечем приправить? — пробубнел Аз под нос, пытаясь что-то найти в продуктовом ящике. Поиски завершились лишь небольшой баночкой с солью. Отсыпав в чайную ложку и насыпав на блюдо соли, рыжеволосый уже собрался есть. Однако стоило ли звать младшего на завтрак? Янтарноглазый не знал, что поможет разрядить обстановку. Он правда не хотел, чтобы последний держал на него обиду... и ему было жаль, снова жаль. В пиджаке первого внезапно зазвонил телефон. Мужчина, остановившись, подошёл к пиджаку и взял трубку. — Алло. — Добрый день. Этот голос. Аз побледнел, как мел, а его зрачки сузились так что просто напоминали точки. Из комнаты вышел уже одетый в футболку и шорты Яори. Увидев, как побелел старший, парнишка заволновался. — Аз, что случи- Первый жестом приказал младшему заткнуться. По ходу разговора его лицо было всё бледнее, а голос мог дрогнуть в любую секунду. Наконец, в последнюю секунду разговора длинноволосый тихо попрощался с абонентом и положил трубку. — Аз, что случилось?... — Яори становилось не по себе от этого шокированного, поражённого взгляда первого. Аз, наконец выдохнув, взял дрожащей рукой чужую кисть, всё ещё глядя куда-то в пустоту. — Тебя хотят заменить. Наступила гробовая тишина. Яори побелел пуще Аза, беспомощно открыв рот: — К-как... Кем?.. — Я не знаю... — было видно, в какой растерянности и отчаянии находились оба. — Зак сказал, что нашёл кого-то на роль буквы Я, и если ты его не заставишь передумать... Снова наступила недолгая тишина. Прервал её тихий, дрожащий от волнения и испуга голос чернушного. — Тогда мне придётся уехать и искать себе работу. Они могли бы и дальше стоять в растерянности и незнании, но ум Аза озарило что-то, от чего он серьёзно и уверенно взглянул на Яори: — У меня есть идея.