Родные веснушки

Я устал от всех этих обычных бесконечных войн...

Стань моей причиной, по которой я вернусь домой...

— Феликс, кушать будешь? — он обернулся и умилился от сонного младшего. — Бля, почему так ярко? — блондин потер глаза и закрыл их рукой. — Уже почти десять, естественно на улице светло. А кто-то у нас только проснулся, — Хëнджин ущипнул его за нос, — Так кушать будешь? — Не хочу, — недовольно пробормотал младший. — А когда последний раз кушал? — Вчера утром. — Значит будешь, — старший поставил напротив него тарелку и насыпал туда рис с овощами, — И это не обсуждается. — Ну Хëнджииин! — Ешь, и никаких "ну". Хван сел рядом и внимательно наблюдал за Феликсом. Поначалу парень с неким отвращением принимал пищу, но спустя некоторое время он съел всю тарелку риса и попросил добавки. Съедая вторую порцию у блондина явно испортилось настроение, он задумывался после каждого овоща, который попадал ему в рот. — Феликс, не хочешь – не ешь. — Всë в порядке. — Почему ты плачешь? — старший повернул его лицо к себе и вытер слезы со щёк. — Вспомнил кое-что грустное, не переживай, — он аккуратно убрал руку Хвана и продолжил есть. Пока Хëнджин мыл посуду Феликс засел в ванной. Старший наблюдал за облаками и ждал блондина. Когда тот вышел, он разочаровано вздохнул и опустил взгляд в пол. — Я знаю, что ты делал. Младший ужаснулся, его руки затряслись. Страх накатывал большими волнами, биение сердца отдавало в уши, а дыхание сбилось. — Хëн, я не... — Ли начал заикаться, — Прости, я не хотел тебя обидеть, — постоянные всхлипы мешали говорить, Феликс жадно хватал воздух, но его будто не хватало и парень продолжал задыхаться, — Ты правда, — он не смог договорить, ноги подкосились и блондин упал на пол продолжая захлёбываться слезами, — Ты правда вкусно готовишь, но, но... Хван спокойно подошёл к нему и сел рядом. Он крепко обнял его и нежно провёл пальцами по спине. — Всë нормально, Феликс. Тише, солнечный, я тебя не осуждаю, всë нормально. — Хëн, прости... — хриплым голосом ответил он. — Это ты меня прости,— старший почувствовал,что Феликс скручивается как ёжик и крепче прижимается к нему. Они просидели так около десяти минут, первым нарушил тишину Хëнджин. — Когда это у тебя началось? — В тринадцать лет, — он замолчал ненадолго, — Я тогда признался парню в любви, он был старше меня на восемь лет. Чем я только думал... Он назвал меня толстым и некрасивым. Я думал, что если скину пару килограммов, то он обратит на меня внимание, так всë и началось. Как легко задеть влюблённого человека... — Ты до сих пор его любишь? — Нет, но у меня до сих пор эти слова в голове. — Прости, Феликс, — Хенджин быстро поцеловал макушку младшего, — Я буду рядом, ты всегда можешь на меня положиться. — Спасибо, Хëнджин. Младший отстранился и попытался встать, ноги чертовски тряслись поэтому он разочаровано хмыкнул и лег на пол уставившись в потолок. Хван не упустил возможность и начал щекотать блондина, а тот брыкался и сквозь смех пытался убрать руки Хëнджина. В итоге старший устал и обессиленно упал рядом с Феликсом. — Мне нравятся твои веснушки, Феликс, не прячь их, — глупо улыбаясь выдал старший. Младший оторвал взгляд от потолка и повернул голову к Хëнджину, парень посмотрел несколько секунд ему в глаза и вновь отвернулся. — А мне нравятся твои глаза... и руки, — он провёл пальцами по всем возможным шрамам и огорчённо вздохнул, — Даже эти шрамы, они такие... такие особенные, — Феликс прикрыл глаза и задержал дыхание, прислушиваясь к тихому дыханию старшего. — Ты наверное первый человек, которому понравились мои руки. Большинство просто пугались смотря на порезы и шрамы, — прошептал Хëнджин. Младший приподнялся на локтях, навис над Хваном и быстро чмокнул холодную щеку, — Феликс, ты почему такой милый? — он улыбнулся и в ответ точно так же поцеловал блондина. Феликс тихо хихикнул и улыбнулся, что есть силы. — Что будем делать дальше? — Не знаю, Феликс, не знаю, — он аккуратно поднялся и проследил за уходящим Феликсом, — А ты куда? — Джисон звонит, — крикнул он. На протяжении нескольких минут Хëнджин слышал отрывки фраз и хихиканье из спальни. В конце концов блондин улыбаясь прибежал к нему и подпрыгивая схватил за руку. — Мы идём в гости к Джисону! — радостно вскрикнул он. Феликс остановился возле двери и неспешно постучал. Хëнджин нервно хрустнул пальцем, поправил капюшон толстовки и посмотрел на младшего. Парень утешающе кивнул, а дверь распахнулась. Перед ними показался сонный Хан, он приветливо улыбнулся и затянул двух друзей в квартиру. Мимо них мигом пролетел Минхо, он даже не заметил гостей. — Хэй, Минхо, а поздороваться с парнями!? — окликнул его Джисон. — Блять, Хан, я только вышел из душа. Мне что, в халате перед ними красоваться? — донеслось из спальни, — Кто там вообще? — Феликс и Хëнджин, — ответа не было, Джисон рассмеялся, а Феликс подхватил. Хëнджин же начал немного нервничать. Через минуту Минхо неспешно вышел из спальни, поцеловал Хана в щеку и пожал руку Феликсу. — Хëнджин значит, — он подошёл ближе, чуть ли не прижимая парня к входной двери. — Минхо, какого хрена? — возмутился Феликс. — А какого хрена он приперся сюда? — Нас пригласил Джисон, хватит агрессировать на него за то, что он просто существует! — За то, что он просто существует? Феликс, ты многого не знаешь об этом сученыше. — Я знаю прекрасно и он не виноват в том, что твой отец полюбил его мать! — выкрикнул Феликс и грубо толкнул Хо. — Прекратите пожалуйста, — со слезами на глазах прошептал Джисон. Блондин тут же подбежал к нему и обнял, он медленно отвёл его на кухню и усадил на диван. Минхо в это время пытался просверлить дыру взглядом в теле Хëнджина. — Вместо того, чтобы пялиться на меня пылающими глазами, лучше бы помог своему возлюбленному, — упрекнул Хван и получил в ответ пощёчину. — Я ненавижу тебя, — прошептал Хо. — Взаимно. Минхо развернулся и направился в сторону кухни. Хëнджин наконец снял обувь и начал искать ванную. Зайдя туда он открыл кран на всю и посмотрел на себя в зеркало, которое так и хотелось разбить. Хван намочил руку и приложил к горящей щеке, по ней медленно стекала слеза, а парень проклинал эту жизнь вновь. Столько неудач, столько ужасных дней. Как он до сих пор держится? Почему не вскрылся или не выпил кучу таблеток? Его ненавидит практически весь университет, даже учителя, его ненавидит родная мать. Он задаёт себе вопрос: "Почему я до сих пор живой?", а ответ кроется в веснушчатом лице. В солнечной улыбке и слегка пожелтевшем блонде. В крохотном мальчике с самыми тёплыми объятиями. В карих глазах, которые завораживают, в которых так и хочется утонуть. Вспоминая солнечного Феликса на лице Хвана невольно появляется улыбка, а душу обдает теплом. Он слишком его любит, поэтому даже мысль о нём заставляет Хëнджина жить дальше. Парень выключает воду и выходит с ванной. Под дверью его ждал Феликс, который переживал за Хвана, как только старший вышел блондин прижался к нему передавая свою печаль и переживания. — Солнечный, что такое? — он крепко обнял его в ответ. — Я думал, что ты с собой что-то сделаешь. — Но со мной всë нормально, я ничего себе не сделал. Не грусти, Ликс. — Пойдём на кухню. Хан сделал чай и бутерброды. — Если чай зелёный, то я этого Джисона расцелую. — Не надо, тебя Минхо и так убить хочет, — Хëнджин рассмеялся в ответ. Взяв Феликса за руку он нетерпеливо потянул его на запах горячих бутербродов и зелёного чая с мятой. — О пришли! — Джисон уже улыбался вовсю и расставлял кружки на столе, — Минхо, помоги мне, — старший взял тарелку с бутербродами и неохотно поставил её в центре стола, — Спасибо. Садитесь, что стоите как вкопанные? — Засмотрелись на тебя, красивого, — подшутил Феликс и откинулся на стуле, — Хëнджин-а, сюда иди, — блондин потянул его за руку усаживая на второй стул. У Джисона завибрировал телефон, а на экране показалось фото Чанбина с милой подписью "Бинни" — Да? — парень быстро включил громкую связь. — Доброе утро, Хан. У меня к тебе один вопрос. — Говори. —Ты с Сынмином связывался? — Нет, а что? — лицо Хëнджина выражало беспокойство и это заметили абсолютно все, кто был в комнате. — Мы с ним вчера поругались, а теперь я даже не представляю где он. На звонки не отвечает, ходил к нему домой, его там нет. Хотел позвонить его родителям, но понял, что сделаю этим только хуже. Вот решил обзвонить всех, с кем он мог быть. — Понял... Грустно это. — Ладно, спасибо за ответ. До скорого. — Стой, — окликнул его Феликс и взял телефон в свои руки, — Привет, Бинни. Он может быть у Чана. — Ты уверен? — Это только мои догадки. — Но, он ещё может быть у Хëнджина. — Не может. Хëнджин с нами и Минхо тоже, остался только Чан. — Я понял, спасибо, — парни услышали множество коротких гудков и наконец облегченно выдохнули. — И что у них могло произойти? — Я кажись знаю, — тихо сказал Хëнджин смотря в одну точку, парни тут же уставились на него в ожидании ответа, — Вам это знать не нужно. Если он с Чаном, то это отлично, но я вам ничего не скажу, — Джисон огорчённо вздохнул, — И не смотрите на меня так. Они успели обсудить тысячи тем пока пили чай. Минхо часто молчал, а Хан легко толкал его, чтобы тот хоть что-то сказал. Феликс с любовью наблюдал за этой парой и безмолвно радовался, ведь Джисону стало лучше рядом с Минхо. Он понимал, что депрессию и тревожное расстройство любовью не вылечишь, но всë же сейчас Джисон счастлив. — Давайте сыграем в камень-ножницы-бумага, двое проигравших идут в магазин за едой и оплачивают всë, что закажут победители, — спонтанно предложил Джисон. Они играли около десяти минут, первым проиграл Хëнджин, а чуть позже Феликс. — Хи-хи, лохи, — подшутил Джисон, но испугался Феликса, который приставил кулак возле его лица и угрожающе посмотрел прямо в глаза, — Молчу. Так, но условия вы помните? — Естественно, пишите свой ебаный список. — Феликс, не злись, — Минхо ехидно улыбнулся и вырвал листок из своего блокнота. Пять минут раздумий и Хан уже выталкивает двух друзей за дверь, а те лишь ругаются в ответ. — Феликс, что с тобой сегодня? Сейчас быстро сходим, возьмём, что им надо и вернёмся обратно, — Хëнджин улыбнулся увидев милую мордашку злого солнышка. — Нет у меня денег с собой! Ноль блять, абсолютный. — Ну и что? Я всë оплачу, не парься. — А раньше сказать нельзя было? — Феликс, остынь. Парни молча вышли на улицу, город жил своей жизнью, по маленькой улице бегали дети, ездили одиночные машины, взрослые шли на работу, зная, что впереди будет тяжёлый, для ума и тела, день. — Твою мать, там кот! — это всë, что услышал Феликс от Хëнджина перед тем, как тот бросился на дорогу, где на большой скорости ехала машина. — Хëнджин! — он закрыл глаза, не желая видеть картину, которая будет дальше. Внутри всë сжалось, сердце начало биться с неимоверной скоростью, в ушах стоял громкий звон, что перебивал абсолютно все звуки снаружи. В голове пролетали мрачные мысли, он боялся открыть глаза, всë произошло буквально за несколько мгновений, но для него это было будто вечность, — Хëнджин... — младший подбежал к Хвану, который был без сознания, дрожащими пальцами он схватился за его одежду и с новой силой закричал. Слезы текли ручьём, а крик пронзал души прохожих острой болью, из дома выбежали ошеломлённые Минхо и Джисон. Хан нервно набирал номер скорой, а Ли отвёл Феликса подальше от места происшествия. Водитель скрылся сразу же. Дальше все как в тумане: скорая, врачи, путь к больнице, слезы, пятый стаканчик кофе и ожидание. Мучительное ожидание, которое захватывает разум, заставляя забыть обо всём и лишь мучаться в ожидании ответа. Феликс с Джисоном провели в больнице не один час. Сначала ждали пока Хëнджину сделают операцию, как оказалось у него сотрясение мозга, врачи говорят, что ему крупно повезло, ведь после таких аварий людей по частям собирают. И вот с палаты Хвана выходит врач, блондин срывается с места и подбегает к нему. — Как он? — Очнулся, немного бредит. — Можно к нему? Хоть на пару секунд? — врач тяжело вздыхает, а Феликс с большой надеждой смотрит на него. — У вас 2 минуты, не задавайте ему много вопросов. Ли едва ли не прыгает от счастья, но успокаивается и аккуратно открывает дверь. Хëнджин сразу замечает его и слабо улыбается. Младший тихо подходит, берёт стул и садится рядом с Хëнджином, внимательно наблюдая за ним. — Ликси, зачем же ты так плакал? — вяло произнёс Хван и протянул руку, чтобы дотронуться к бледной коже мальчика. Блондин наклонился ближе и он спокойно начал гладить горячие щеки. — Ты дурак, Хван Хëнджин, знаешь? —сквозь нервный смешок сказал младший. — Знаю, солнечный, знаю, — все так же тихо ответили ему, — Как там кот? — Минхо отвёз его в ветклинику. У него сломаны рёбра, — парень замолчал ненадолго, — Он благодарен тебе и хочет поговорить, как только ты оправишься. — Хорошо, — еле слышно ответил Хёнджин и сморщился, — Почему так больно?И этот шум в ушах, он мешает сосредоточиться. — Хëнджин, ты слышишь меня? — Хван продолжал бубнеть что-то себе под нос и вертеть головой, — Я хочу убить тебя, ты теперь с этим ещё мучаться будешь, дурак. Феликс тяжело вздохнул, поднялся и позвал врача. Джисон крутился возле него и пытался как-то поддержать, но блондин напрочь отказывался даже говорить. — Феликс, может стоит поехать домой и отдохнуть? Сядь пожалуйста, не броди туда-сюда. — Джисон, я не могу его оставить. А вдруг хуже станет? — блондин всё же сел на стул рядом с Ханом, — И отдохнуть я не смогу, буду за него переживать. — Давай поговорим с врачом, он скажет нам, нужно ли вообще оставаться тут, — парень приобнял младшего за плечи и томно вздохнул. — Хорошо, — Ли нежно взял его ладонь и маленькими пальцами крепко сжал её, — Ханни, я так устал. — Я понимаю, Феликс, ты справишься, — свободной рукой он уложил голову блондина у себя на груди и так трепетно погладил, слегка зарываясь пальцами в мягкие волосы. Младший расслабился, тихое дыхание Джисона успокаивало, усталость из-за стресса дала о себе знать и парень крепко уснул. Из сна его вытащил громкий хлопок дверью и ругательства Хана. Только сейчас Феликс понял, что его несут на руках. — Минхо, ебать тебя в рот, я просил дверь придерживать! Чудо это разбудишь, — шёпотом возмущался он. — Джисон-и, я не маленький ребёнок, не ругай Минхо, — Хан вздрогнул услышав хриплый голос Ли. — Во блин, проснулся. Минхо, тебе крышка. — Ты так приятно пахнешь, — Ëнбок ткнулся носом в рукав тоненького, но приятного свитера, он пахнул молотым кофе, карамелью и ромашками. Джисон немного смутился, но легко улыбнулся и уложил младшего на кровать. — Ты перенервничал, Феликс, тебе нужно поспать, — он укрыл его тёплым коричневым пледом в клетку, который своим видом напоминал о осени. Ли скрутился, как котёнок, сладко зевнул и закрыл глаза погружаясь в сон. — Уснул? — шёпотом спросил Хо и аккуратно поставил пакеты с продуктами на пол. Хан кивнул в ответ, он бережно гладил веснушчатое солнышко по спине и не мог оторвать от него взгляд, — Вы как братья... — очарованный такой заботой от Хана к младшему, Минхо растаял. Атмосфера показалась ему слишком семейной, слишком уютной и теплой. Он аккуратно подошёл к ним, обнял Джисона со спины и поцеловал тёплую макушку, зарываясь носом в русые волосы, — Я тебя люблю, Джисон-и. — И я тебя, — парень невесомо прикоснулся губами к коже старшего и, прикрыв глаза, расплылся в согревающей улыбке.

***

Феликс проспал до позднего вечера. Открыв глаза, зевая, он заметил тусклый жёлтый свет от ночника. Ли натянул на себя плед и ещё несколько минут смотрел в одну точку – размышлял. Не желая расставаться с тёплой тканью, Феликс укутался этим чертовски приятным пледом и пошагал на кухню. Он увидел силуэт Джисона, который сидел на стуле и, оперевшись на кулак, играл с настольной лампой. То включал, то выключал. — Хëн? — еле слышно спросил Ли, тихо шагая в его сторону. — Как спалось? — вздыхая спросил старший. — Хорошо, — Феликс обратил внимание на руки, где вновь появились новые порезы. Это была лишь иллюзия. Иллюзия того, что Джисону стало лучше, иллюзия счастья. Ему всё так же плохо, — Джисон-и, ты лучший человечек в моей жизни. — Феликс, ты чего? — опустив голову он посмотрел на свои руки и понял, — А, прости, маленький... — Почему ты извиняешься? — Я не хотел, чтобы ты видел эту картину... — Джисон, мне не страшно и не противно на это смотреть. Мне лишь больно от твоего состояния и я хочу, чтобы оно пришло в норму. — Маленький, — со слезами на глазах сказал Хан, больно улыбаясь, он поднялся со стула и, до хруста костей, обнял солнышко Ли. Младший гладил его по спине, вытирал слезы, шептал ласковые слова и просто любил. Заботой проявлял свою любовь, этими мягкими касаниями, этими дурацкими, но одновременно милыми словами. Хан Джисон самый дорогой человек в его жизни, он не хочет быть плохим другом, не хочет, чтобы Джисон отстранялся, он просто хочет быть рядом. — Я с тобой до конца, — прошептал Ли убирая прядь волос с лица Хана. — Я верю. — А где Минхо? — Ему позвонил младший брат, мать опять обдолбалась и бегает за ребёнком с ножом. Я надеюсь, что у них все нормально. — Позвонить не хочешь? — Он обещал написать, — голос сорвался и Хан опустил голову прижимаясь к груди Феликса, — Я боюсь за него.. — Тише, успокойся. Я уверен, что с ним все хорошо. Джисон, ты слышишь? — Да, — очень тихо сказал он. — Завтра расскажешь мне насчёт Хëнджина, а сейчас спать. Младший отвёл Хана в постель, укрыл его тем же пледом, погладил по спине и хотел уйти, но его остановил чертовски милый голос хëна. — Поспи со мной, мне страшно.. — Хорошо, сладкий. Хан немного отодвинулся, чтобы младший мог спокойно залезть под тёплую ткань. Он перевернулся на бок и рука Ли тут же оказалась на его талии. Джисон улыбнулся и сладко зевнул, а вслед за ним зевнул и солнышко Ли. Младший лежал довольно близко, поэтому было прекрасно слышно его размеренное дыхание, которое убаюкивало уставшего Хана. — Феликс, спой что-то, — сквозь сон пробормотал старший. — Прямо сейчас? — Угу. — Ну хорошо, — блондин подумал немного и сделал глубокий вдох, — Underneath the bridge, tarp has sprung a leak. And the animals I've trapped, have all become my pets, — он пропел это тихим и низким голосом, будто колыбельную. — And I'm living off of grass, and the drippings from my ceiling, — продолжил Хан, — It's okay to eat fish, cause they don't have any feelings. — Something in the way... — раздалось в унисон, — Mmm-mmm, something in the way, yeah, mmm-mmm... Парни пели песню, пока оба не уснули слегка дергаясь. Посреди ночи Феликс проснулся от того, что Хан закинул на него ногу. Младший лишь умилился от такого действия и расслабленно вздохнул. "Чертовски милый хëн" — подумал он рассматривая лицо спящего Хана, милые щёчки, приоткрытый рот, нахмуренные брови, может снилось что-то. Он тихо сопел, что заставило Ли зевать. Поправив плед блондин последний раз зевнул и закрыл глаза погружаясь в сон. Проснулся Феликс один, было даже немного пусто, ведь никто не лежит рядом, не делится своим теплом, не сопит мило приоткрыв ротик, потому что нос заложило. Но Джисон тихо вошёл в комнату с чашкой кофе в руках, он на корточках шагал к тумбе возле кровати, но испугался смотрящего на него Ли и пролил кофе на пол. — МАМА! Ой, ой, ты уже проснулся, — он неловко опустил голову и посмотрел на небольшую лужу на полу, — Не круто получилось... Эх, а хотел сделать все мило... — младший лишь усмехнулся и взял его за руку. — Всë нормально, ты ведь испугался, садись. — А кофе? — Забей, сядь говорю, — Хан был в огромной футболке, казалось, будто он сейчас в ней, утонет, на лицевой стороне была напечатана эмблема рок-группы, а на рукавах написаны строчки из какой-то песни, — Я не видел её у тебя раньше. — Ты про футболку? Это не моя, Минхо забыл. — Tokio Hotel, — заинтересованно прочитал Феликс, — Минхо любитель рока? — Он без него жить не может. — Ясно, я хотел спросить насчёт Хëнджина. — Точно! Доктор мне сказал, что он две недели будет в больнице, после продолжит курс реабилитации дома. Он сказал, что у него возможны провалы в памяти, бессонница, частая головная боль и скачки давления. — Ох, я тебя понял... — переварив не особо приятную информацию Феликс откинулся на подушку и уставился в потолок, пока ему не позвонили, — Кто там? — Чанбин, — Хан принял звонок и передал телефон блондину. — Феликс, доброе утро. Я узнал от Минхо, что Хëнджина сбила машина. Как он? — Он получил сотрясение и сейчас находится в больнице, — Ли тяжело вздохнул, — Не волнуйся, он в сознании и мы с ним немного поговорили вчера. — Когда его можно проведать? — Хоть сегодня, — он замолчал ненадолго, — Сынмина нашёл? — Да, он был у Чана... Можно я к тебе приеду? Надо поговорить. — Я у Джисона, приезжай. Феликс успел умыться, почистить зубы, переодеться и сделать себе кофе, а Чанбина до сих пор не было. Хан готовил завтрак и время от времени посматривал на экран телефона. Минхо отправлял ему милые голосовые сообщения, от чего у младшего улыбка до ушей лезла. И вот в открытую дверь влетает Чанбин, он пытается отдышаться и без сил сваливается на пол. — Ты как будто бежал все это время...— Ли делает глоток кофе и насмешливо оглядывает старшего. — Лифт сломался, пришлось по ступенькам, — тяжело дыша говорил Чанбин. Он все же поднялся и прошёл на кухню, сел рядом с Ликсом и приветливо улыбнулся Джисону. — О чем поговорить хотел? — В общем, — он замолчал подбирая слова, — Я решил признаться Чонину в чувствах... — Ты до сих пор не признался? — возмутился Ли и легонько шлепнул его по руке. — Ну да... — Ясно всë с тобой. Около часа они репетировали признание, а Хан снимал исподтишка и смеялся над ними. Чуть позже эта троица отправилась к Хëнджину, ему уже было лучше и он мог свободно разговаривать с ребятами.

***

Сегодня 8 августа, много чего поменялось. Хëнджина выписали с больницы и сейчас он реабилитируется дома, а Феликс приходит к нему каждый день, ведь Хван может забыть о таблетках. Чанбин и Чонин сошлись как пара, оба часто ночуют друг у друга. Сынмин отстранился ото всех, сейчас он приходит лишь к Хëнджину, чтобы высказаться и немного позаботиться о нём. Феликсом заинтересовалось модельное агентство, в котором он оставил свою анкету, завтра у него кастинг. Парень очень нервничает, он начал есть ещё меньше, что не очень нравится его организму, у него частые обмороки, головокружение и усталость. Оливия постоянно ругала его, а мама уже смирилась и просто тяжело вздыхала смотря на худого сына. — Хëнджин-а, таблетки, — с порога прокричал Феликс и прошёл на кухню. — Выпил, — его внимание привлекло шуршание пакетов, — Ты что-то купил? — Еду тебе нормальную взял. Сделай музыку потише, не слышно ничего. — Хорошо, — пройдя в комнату он взял пульт, который лежал на столе, и в мгновение музыка стала еле слышной. Ли выкладывал продукты на столешнице, а Хван тихо подошёл и обнял со спины шагая пальцами по худому телу. Парень хмыкнул обхватив блондина крепче, — Ты хоть что-то ешь? — Да, сегодня банан съел, — он почувствовал, как Хенджин уложил подбородок на его плечо, — До вечера хватит. — Феликс... — Что? Только не надо говорить мне, что это плохо, я и так знаю. Кастинг завтра, если я буду весить больше, чем надо, то на меня даже не посмотрят. — Я забыл про кастинг, прости, — Феликс лишь тяжело вздохнул. — Ничего, я всë понимаю. — Можно я пойду туда с тобой? Для моральной поддержки. — Тебя в здание не пустят. — На улице подожду, мне не сложно. Ли резко повернулся к нему лицом и улыбнулся ярче солнца, а после обнял, тем самым заставил сердце Хвана биться чаще. — Ты чего резкий такой? — Хëнджин, спасибо тебе за всë. Остаток дня они провели за просмотром дорамы, обнимались, и смущались при каждом поцелуе пары на экране. Старший уснул, а Ли сделал фото для сторис и подписал "Хван очень милый, когда спит" Утром Феликс проснулся раньше Хëнджина, сделал ему завтрак, а сам пил кофе и очень волновался. Парень бродил по квартире, нервно перебирая пальцами, сегодня важный день и он боится того, что может не пройти кастинг и остаться никем. Как только старший проснулся, то сразу заметил нервного Ли, он пытался отвлечь его разговорами, шутками, но всë зря. — Не переживай ты так, всë хорошо будет, — Хван подошёл к Феликсу, он стоял возле окна, и начал массировать плечи, — Я буду рядом, — прошептал он, от чего Феликс расслабился и запрокинул голову назад. Агенство было довольно далеко от дома Хëнджина, поэтому парни поехали туда на такси. Подъезжая к месту руки младшего неимоверно тряслись, а Хван гладил их, чтобы парень успокоился. Оплатив поездку старший помог Ли выйти из машины и держал его за руку, пока к ним не вышел высокий мужчина в чёрных джинсах и серой рубашке, на лице была маска и очки, что мешало рассмотреть его черты лица. — Мистер Ли? — Феликс кивнул в ответ, — Пройдемте со мной. Хëнджин показал ему кулачок и мило улыбнулся. Пройдя вовнутрь здания сердце Ли билось в бешеном ритме, ноги становились ватными, а уши заложило от страха. Тот мужчина размеренно шагал по коридору и даже не оборачивался, ведь был уверен, что Феликс следует за ним. Он открыл блондину дверь, и тот увидел небольшую, несильно освещённую, комнату с белыми стенами. Посередине стоял диван, а перед ним камера, несколько стульев, фотограф и кастинг-директор. Мужчина лет тридцати обернулся и приветливо улыбнулся, когда Феликс подошёл к ним ближе. — Здравствуйте, мистер Ли. Я рад, что вы пришли, меня зовут Мин Юнги. Я кастинг-директор. — Здравствуйте, — неуверенно произнёс блондин. — Вы переживаете? — он взял бутылочку воды, что стояла на стуле и протянул её Феликсу, — Не беспокойтесь, ничего страшного в этом нет. Вы всего-лишь представитесь, расскажите немного о себе, а после мы сделаем несколько фото. Если вы нас заинтересуете, то через неделю сможете придти на пробы. Постарайтесь расслабиться и полностью довериться нам. Всë прошло довольно быстро и легко, Феликса попросили подождать в коридоре, пока мужчины что-то решали. И вот из той самой комнаты выходит Юнги и победно улыбается. — Вы прошли, мистер Ли. Не описать словами какова была реакция блондина, слезы счастья текли ручьём по его щеках, а Мин Юнги лишь наблюдал за счастьем парня и умилялся. Он вручил ему какой-то документ и похлопал по спине. — 16 августа мы вас ждём. — Спасибо, спасибо большое, — сквозь слëзы мило произнёс Феликс и выбежал к Хëнджину, который уже заждался его. — Феликс, всë получилось? — не успел он договорить, как младший уже запрыгнул на него обнимая за шею. — Я прошёл! — радостно прокричал он и расплакался ещё больше. — Ты молодец, солнечный! — Хван аккуратно поставил Феликса на землю и обнял до хруста костей. — Я хочу сделать фото и выложить на свою страницу, — старший кивнул и достал телефон из кармана. Он сделал несколько фото, показал Феликсу и тот выбрал одну, — Вот эту отправь мне. Пару мгновений и в инстаграме Феликса красовалось новое фото с милой подписью от Хëнджина "Модель Ли <3" После парни ещё несколько часов гуляли по улицам Сеула, выпили несколько стаканчиков кофе, накупили снеков и отправились к Чанбину. Тот вместе с Чонином смотрел фильм и не сразу услышал стук в дверь. — Подожди, кто-то стучит, — он тяжело поднялся и медленно подошёл к двери, открыв её, глаза парня округлились, а на лице невольно появилась улыбка, — Я вас не ждал, но так будет ещё лучше. Забегайте быстренько. Весь вечер парни поедали снеки, пили алкоголь, смотрели фильмы, смеялись с собственного поведения, а после играли в бутылочку, где каждый на кого она повернулась — пил. — Феликс, твоя очередь! — прокричал в хлам пьяный Чонин. — Не, ребят, давайте расходиться. Чонин, тебе достаточно, положи пиво на место! Хëнджин уже давно спал и его посчитали за проигравшего. Сейчас к нему на диван переполз Ли, голова адски болела, он просто умостился на Хëнджине, крепко обнял его и, пожелав остальным сладких снов, уснул. Утром Хван почувствовал тяжесть на своём теле и понял, что на нём спит маленькое солнышко. Мотает головой в попытках скрыться от яркого света, тяжело вздыхает и прижимается крепче. Старший лишь умиляется и улыбается, но замечает Чанбина, который пристально на них смотрит, и чуть не заливается смехом. Проходит полчаса и Феликс просыпается, замечает, что Хëнджин не спит, зевает, и быстро схватывается, о чем сразу же жалеет. Голова болела ещё больше, появился звон в ушах, он вздыхает и морщится от яркого солнца. — Прости, тебе наверное не удобно было, — зевая извинился Феликс и наконец открыл глаза. — Ничего, солнечный, главное ты выспался, — он все же поднялся, размял все конечности и направился на кухню, чтобы попить воды, — Мне нужно к врачу через час. — Обговорить самочувствие и узнать насчёт лечения? — Да, — соврал он. — Хорошо, а я пойду домой, созвонимся позже. Час прошёл незаметно, вот Хëнджин снова сидит напротив того мужчины в белом халате и рассказывает всë о своём состоянии. — Курить бросил кстати, — на эти слова врач одобрительно кивнул. — Поняли, что хочется жить? — Нет, мне плевать на себя, в моей жизни появился человек, ради которого я хочу прожить как можно дольше. — А этот человек знает о вашей болезни? — Пока нет, — он тяжело вздохнул и начал крутить между пальцами браслет, который ему подарил Феликс. — Хëнджин, понимаете, нужно жить ради себя. Вы ведь не знаете, как отреагирует человек на ваш диагноз. Может он вовсе уйдёт и что вы тогда будете делать? — Не говорите так, он не уйдёт. Феликс не такой, — говоря последние слова его голос приобрёл нотку злости, но парень тут же успокоился. — Перейдем к вашим анализам и снимкам, — он взял бумагу с результатами анализов и снимок, посмотрел на них, а после протянул Хвану. Пока он читал мужчина продолжил говорить, — Сейчас болезнь перестала развиваться и находится в состоянии "покоя", но запомните, любой стресс может вызвать ускоренный процесс развития рака. — Я вас понял, спасибо. Если это всë, то я могу идти? — Конечно. До встречи, мистер Хван. Он быстро попрощался и в спешке вышел из больницы, светило солнце, которое он не особо любил, ведь у него уже есть одно солнышко. Зачем ему второе? Переступив порог своей квартиры он тут же свалился на кровать, тело ужасно болело и казалось, что сейчас кости сломаются. Хëнджин хныкал от боли, пока не вспомнил о звонке с Феликсом. Собравшись с силами он поднялся с кровати, сел за ноутбук, зашёл в дискорд и позвонил Ли. — Ты уже вернулся? — оживлённо спросил блондин и положил ладошки на щеки. — Да. — И что тебе сказали? — Пить те же таблетки и приходить через неделю. — Ясненько. Как самочувствие? — Всë хорошо, тело немного болит, а так ничего. Сам то как, голова болеть перестала? — Угу, всë хорошо уже. Оливия есть заставила, хотя я не хотел, — он хмыкнул и достал блокнот, — Тебя спящего нарисовал. — Показывай, — Ли поднёс блокнот к камере, а Хван заинтересованно рассмотрел рисунок, — Это нарисовано с того фото в сторис? — Да, оно очень милое получилось. Резко звонок прекратился и Хëнджин огорчённо хмыкнул — у Феликса всегда плохой интернет. Через минуту Хван перезвонил ему и они разговаривали до позднего вечера. — Ладно, солнечный, я очень устал и хочу спать. Ты тоже не задерживайся, уже полдвенадцатого. — Ты ведь придёшь на день рождения Чанбина? — Конечно, но сначала зайду к тебе. Как только звонок завершился Хван устало плюхнулся на кровать, заворачиваясь в одеяло, и крепко уснул. Утром его разбудил надоедливый будильник, на час было 9:02, а Чанбина уже поздравляли в общем чате. Хëнджин оказался последним и немного расстроился, зато выспался. Он быстро принял душ, уложил волосы и собрал себе образ, который состоял из огромного худи тёмно-зелёного оттенка и чёрных свободных штанов. Парень быстро схватил подарок, что стоял у него в комнате уже который день, и выбежал с квартиры попутно вызывая такси. Хëнджин заехал к Феликсу, тот уже давно был собран, они обнялись и старший зашёл в квартиру. — У нас ещё есть время. Может сделать тебе чай? — Я не против. — Привет, Хëнджин, — быстро сказала Оливия, она взяла яблоко, что лежало в корзине с фруктами, и побежала к себе в комнату. — Привет, — уже в пустоту ответил он. — Она всегда такая, не обращай внимания, — он поставил кружку напротив Хëнджина и положил туда чайный пакетик, — Ты отлично выглядишь. — Спасибо, солнечный, ты тоже, — Ли был одет в серую толстовку и синие джинсы. — Чанбин написал, что уже можно приходить. — Хорошо, чай допью и поедем, — он внимательно наблюдал за унылым Феликсом, который лишь тяжело вздыхал, — Что-то случилось? — Мама устаёт на работе, у неё нет выходных, а о отпуске я вообще молчу. Я боюсь за её здоровье. — Не пробовал поговорить с ней насчёт этого? Ей стоит сменить работу. — Она не хочет меня слушать... Старший встал и медленно подошёл к Феликсу, тот накинул капюшон и опустил голову, он аккуратно обнял его со спины и уложил свою голову в изгиб шеи. Время 13:21, все уже собрались у Чанбина дома. Играла громкая музыка, Минхо уже напился и приставал к Джисону, Сынмин сидел на диване и разговаривал с Чаном. Чанбин танцевал в центре комнаты, а Чонин его снимал. Феликс немного выпил и уселся на полу наблюдая за чёткими движениями Хëнджина, который идеально танцевал под Post Malone – Motley Crew. Его танец завораживал, каждое движение пробирало до мурашек, хотелось смотреть на это вечно, дыхание участилось, а сердце билось в бешеном ритме. Всë и так понятно — Хëнджин идеален. Феликс уловил на себе взгляд Хвана и у него окончательно снесло крышу. Он не слышал музыки, не слышал друзей, которые тщетно пытались заговорить — сейчас ему важен только Хëнджин. Хван медленно подошёл и уселся рядом с Ли, тот до сих пор находился в затуманенном сознании, что явно было заметно. — Феликс, всë в порядке? — спросил Хëнджин и повернул его голову к себе. Парень лишь улыбался и смотрел на него пьяными глазами, они будто сверкали. — Я в порядке, — наконец ответил блондин, но речь была невнятной. Телефон в кармане штанов завибрировал и Хëнджин быстро направился в ванную. — Зачем ты мне звонишь? — недовольно спросил он. — Я не могу позвонить своему сыну? — Да что ты, вспомнила, что у тебя сын есть? — Замолчи, щенок. Мне позвонили из университета. — Ближе к делу, — ему явно был неприятен этот разговор. — И стало известно, что мой сын прогуливает пары, бьёт студентов, курит в здании, — она сделала небольшую паузу, — И не думала я, что у сын у меня — пидор. — Я был в больнице, а остальное — мой выбор, и тебя ебать не должно, кто меня привлекает. — Вот как мы заговорили. Больше денег от меня не жди. — А теперь слушай меня, — он вздохнул, — Деньги ты мне присылать будешь дальше, если не хочешь, чтобы тебя посадили за невыполнение родительских обязанностей, — он услышал разъярённое дыхание женщины, — Договорились, мама? — последнее слово звучало довольно издевательски. — Какая же ты мразь, сынок. Жалею о том, что не придушила тебя в больнице, как только ты родился, — она резко завершила звонок. — Двести девяносто три. Сколько раз ты ещё скажешь о том, какая я мразь? — он выдохнул и попытался успокоиться, но паника завладела его сознанием и слезы сами начали беспрерывно течь из милых глазок. Удаляясь от шумной компании Феликс хотел зайти в ванную, но она была закрыта. Парень несколько раз постучал в ожидании ответа, но услышал лишь больно знакомые всхлипы. — Хëнджин, это ты? Что-то случилось? Открой пожалуйста, — Феликс прислонился ухом к двери, чтобы лучше расслышать слова Джинни. — Н-нет, всë хорошо, — голос парня сильно дрожал как и он сам, в руке было лезвие, а с запястья ручьём стекала кровь. — Я не верю, открой пожалуйста, либо я эту дверь выбью к чертям. — Феликс, уйди! М-мне не нужна помощь! — уже крича говорил Хëнджин. Феликс несколько раз сильно ударил кулаком по двери после чего услышал тихий щелчок, дверь открылась, а перед ним стоял с трясущимися руками Хëнджин. У парня дрожали не только руки, но и абсолютно всë тело, по щекам скатывались слëзы, а глаза покраснели. Младшему в глаза бросилось лишь изрезанное запястье. — Блять, Хёнджин, какого чёрта? — ругаясь парень быстро закрыл дверь, взяв Хёнджина за руку он потянул его к раковине. Феликс порылся немного в тумбе над раковиной и достал оттуда аптечку. — Давай сюда руку, быстро! Хëнджин неохотно протянул левую руку. — Зачем ты это всë делаешь, Феликс? — тихо спросил старший, пока Ли обрабатывал раны. — Потому что я хочу заботиться о тебе, я хочу тебе помочь, дурак, ты не пустое место для меня. Я хочу, чтобы с тобой всë было хорошо. — Феликс, у меня на лбу написано "спаси меня" или что? Зачем это? Я не нуждаюсь в помощи. Я В ПОРЯДКЕ! — кричал Хëнджин сквозь нарастающую истерику. Феликс испугался, от этого крика на душе стало не спокойно. Он схватил брюнета за плечи и крепко сжал их. — Я люблю тебя, люблю и поэтому забочусь о тебе! — на глазах младшего появились слезы. Хëнджин ждал этого, он хотел это услышать, но парень понимает, что сделает больно Феликсу. — Не привязывайся ко мне, прошу, не надо этого делать. Не привязывайся, ради Бога, — через боль сказал Хëнджин, ему хотелось исчезнуть в тот момент, сбежать подальше, провалиться под землю, лишь бы не видеть боли младшего. — Почему, Хëнджин? Разве... Разве у тебя совсем нет чувств ко мне? Я не верю... Нет, ложь, — глаза Ликси нервно забегали, они были переполнены горячими слезами, которые беспощадно жгли белок, — Просто скажи, что не любишь меня и я уйду. Я прекращу заботиться о тебе, я не буду любить тебя. Просто скажи "Я тебя не люблю." Но Хëнджин не мог такого сказать. Плевать, что будет дальше. Парень резко хватает Феликса за шею и мгновенно целует покусанные губы, он целует его нежно, боясь, что тот вот-вот отстраниться. У Феликса внутри все сжалось, к горлу подкатил ком, который не давал парню вдохнуть. По щекам быстро скатилось несколько слезинок и из-за этого Хëнджин отстранился, но как только старший разорвал поцелуй Феликс сам жадно вцепился в пухлые губы Джинни. Руки Хëнджина нежно обвивали талию младшего, а ладони Феликса аккуратно сжимали плечи парня. — Чертов Феликс, я люблю тебя, — слегка отстранившись прошептал Хëнджин. Феликс крепко обнял старшего и уткнулся носом в его грудь, он тихо заплакал, а Джинни гладил его по спине и шептал милые слова. — Я никогда тебя не отпущу, никогда. Слышишь, маленький? — чуть-ли не плача говорил Хëнджин. — А я никогда не уйду от тебя, я буду с тобой до самой старости, до самой смерти, только с тобой, Хёнджин. Я люблю тебя и только тебя. В этот момент Хёнджину стало очень больно, он понимал как будет больно младшему, он понимал, что Феликсу придётся пройти настоящие муки ада, он понимал, что как только умрёт он умрёт и Феликс. Хëнджин винил себя за то, что не смог сдержаться, поставил свои чувства не первое место, не думая даже о том, каково будет Феликсу после его смерти. — Почему ты плачешь, Джинни? — как только Ли заметил слезы Хëнджина он аккуратно вытер щёчки парня большими пальцами. Но старший не мог ничего ответить, он лишь начал целовать Феликса в лоб и прижимать его к себе поглаживая по голове. Феликс заулыбался сквозь слезы и тëплыми руками погладил Хëнджина по спине. — Всë будет хорошо, я рядом. Вернёмся к остальным? Они явно заждались. — Хорошо, только сейчас, я умоюсь и пойдём, — Хван чмокнул младшего в нос и включил воду. Феликс внимательно наблюдал за ним вытирая последние слезинки. Когда оба вошли в комнату, то сразу же плюхнулись на диван к Сынмину и Чану. — Сынмин-а, как тебе праздник? — бодро спросил Ли. — Ничего особенного. — А если я скажу, что Хëнджин мой парень, то станет особенным? — глаза брюнета округлились и на лице появилась радостная улыбка, — Вот видишь. — Вы когда успели? — сквозь сон спросил Чан. — Только что, — ответил Хван. — Поздравляю, — сказали оба одновременно и рассмеялись из-за этого. Остаток дня они пили алкоголь, ели пиццу и различные снеки, слушали музыку, дурачились, играли в различные игры и ближе к вечеру решили вылезти на крышу, чтобы насладиться закатом. Лишь Минхо остался в квартире, а вместе с ним и Джисон. Как оказалось Хо боится высоты, а Хан остался с ним, чтобы тот не был в одиночестве. Солнце вот-вот скроется за горизонтом, шестеро юношей уселись возле края, Чан последний, ведь следил, чтобы парни оставались в безопасной зоне. — Довольно романтичная атмосфера, — тихо сказал Чонин. — И не говори, — вздыхая ответил Феликс и мельком взглянул на Хвана, тот запрокинул голову и прикрыл глаза. Солнце исчезло, а на улице резко похолодало. Чанбин и Чонин вернулись в квартиру, Сынмин пошёл вместе с ними. Феликс уселся между ног Хвана и тот крепко обнял его целуя шею. Чан наблюдал и довольно улыбался. Смотря на этих двоих ему было комфортно, он чувствовал тепло и заботу в их взаимодействиях. — Вы такие милые, — наконец сказал он и вздохнул. Он улёгся на спину наблюдая за одиночными звёздами, из-за большого количества многоэтажек их почти не видно, — Феликс, ты ведь в Австралии раньше жил? — Да, а что? — Там звёзды лучше видно? — Ещё как лучше, — в голову пришла идеальная мысль, — А хотите вместе в Австралию слетать? Чан резко подхватился и начал быстро кивать. — Ликси, это ведь очень затратно, — опешил Хëнджин. — Хм, но у меня есть деньги, а ещё, если я пройду пробы и смогу попасть на предстоящий показ одного бренда, то я с лёгкостью смогу оплатить нам полёт в Австралию. — Что ж, если ты в этом уверен, то я не откажусь. Всегда хотел побывать в Австралии, — улыбаясь произнёс Хван, он прижался к маленькому тельцу Ли и прикрыл глаза. Вечер был наполнен любовью, уютом, свежей прохладой и парнями, что недавно познали вкус любви. Для кого-то она оказалась сладкой и нежной, а кого-то ожидал вкус горечи, что отбивал желание жить. Любовь — чувство неоднозначное, даже самый сладкий вкус, когда-то приобретёт вкус окурков. От одного упоминания слова "любовь" будет колоть в области сердца и неприятно сдавливать грудь, полностью перекрывая доступ к кислороду. От одного вида влюблённых парочек будет тошнить, а спокойствие вернётся лишь после их расставания. А поначалу это чувство кажется вовсе безобидным...